Доброволец

— Теть Лясь, а можно совета попросить? — Нерешительно начал Антон, допивая утренний кофе, пока Ляйсан резала бутерброды в школу для Роберта, — по поводу будущего. — Конечно, дорогой, что случилось? — С готовностью отозвалась женщина, облизав с ложки плавленый сыр. — Не могу понять, что мне делать дальше. — Антош, я психолог, а не экстрасенс, расскажи подробнее о своей проблеме. — Я подумал, что мне стоит снять собственное жильё, — выдохнул юноша. — Хорошо, и в чем проблема? — Я не знаю, стоит ли мне переезжать? — Нет, малыш, не правильный вопрос, — уверенно прервала его размышления тётя. — Попробуй не оборачиваться на нас и подумай, что ты хочешь сам. — Что я хочу? — Тупо переспросил Шаст. — Конечно! — Женщина послала ему добрую улыбку и подмигнула, — живём один раз! Ещё пару часов помучав себя размышлениями «а хочу ли я этого?», Антон нашёл в телефоне номер, любезно подкинутый Ирой. Девушка сказала, что этого парня вроде как зовут Арсений, по этому сейчас Шаст пытался позвонить абоненту «Арсений? Квартира». Гудки он слушал долго и уже был готов отказаться от идеи переезда как такового, но в конце концов ему ответили. — Кто это? — Обладатель голоса, судя по тяжелому дыханию куда-то бежал. Давно. — Здравствуйте, Арсений? — Я, да. Что надо? — Вам удобно разговаривать?.. — В трубке раздавались приглушённые хрипы и возня, а шумные вдохи собеседника, хорошо нервировали, — я могу перезвонить позже. — Нет уж, слушаю. — Мне сказали, вы комнату сдаете недорого… — Комнату, точно, — Арсений прокашлялся и продолжил, — приходи завтра, в десять. Нет, лучше в одиннадцать. Адрес кину смс-кой. И прервал разговор. Парень тупо посмотрел на экран телефона, в глубине души представляя, как собеседник сжимается под его сверлящим взглядом. Будто поддавшись на нелепые угрозы, телефон завибрировал в руке, получая смс-сообщение от «Арсений? Квартира». Ознакомившись с точным адресом, Антон решил перепроверить по карте, правильно ли он все понял. Как оказалось, правильно. «Три минуты пешком» от ВУЗа, любезно подсказывала карта. Причина до жути весомая, учитывая невысокую цену. Однако, Антон хотел бы чуть лучше понимать, на что он добровольно соглашается. Изучение предложений о съеме комнаты (о квартире он уже не мечтал), Шастуна увлекло ненадолго. Любое жилое помещение с кроватью, хотя бы в получасе езды от универа, стоило в полтора — два раза дороже, чем у этого старшекурсника, если верить информации, предоставленной Ирой. Знакомых, чтобы что-то посоветовали, у него здесь нет, а поиск вариантов через фирмы — развод для малолетних. Оставшиеся варианты, увы, разнообразием не блещут. На следующий день, Антон поехал к «Арсений? Квартира». К десяти. Просто забыл, переволновался и все такое. Неудивительно, что возня за дверью началась только после третьего звонка. Ворчание. Мат. Что-то упало. Дверь приоткрывается на жалкий десяток сантиметров, в щель из тьмы высовывается небритая рожа кого-то среднего между пандой и человеком почти на уровне лица Шастуна. — Чё надо, блять? — Рыкнуло это чудище перегаром. — Эээ… — Тоха на секунду задумался, а что ему действительно тут нужно, — я по поводу квартиры пришёл, мы вчера созванивались. — Пиздец, — выдохнул парень, приложился лбом к косяку и не спросил, а констатировал факт, — подождешь. Дверь распахнулась, но хозяина квартиры за ней уже не было. Пребывая в лёгком шоке, Антон нерешительно переступил порог квартиры и закрыл за собой дверь. Помещение едва можно было назвать жилым, Антон именно так себе представлял притоны. Толстенные шторы не пропускали яркий солнечный свет, и из-за кромешной тьмы он едва ли успевал уворачиваться от косяков. Но даже при таком освещении были видны огромные кучи пыли вдоль стен и на большинстве поверхностей. Под этими призрачными кучами, кажется, на ПМЖ, жил разного рода мусор. Антон клялся себе, что останется здесь только чтобы поржать над тем, какие условия ему предложат. Ну кто в здравом уме станет жить в таком хлеву? Чисто случайно найдя в этой пещере то, что наверняка называлось кухней, Антон раздвинул шторы, на мгновение ослепнув от такого количества света. Разумеется, горе посуды и объедков он не удивился ни капли. Расчистив себе место на кухонном диванчике, парень уткнулся в телефон в ожидании хозяина квартиры, который, судя по всему, заперся в душе на ближайшее полугодие. У Шастуна есть сестренка Вика, которая любит поплескаться в ванной. У Шастуна есть мама, которая часами может отмокать по вечерам. А ещё у Шастуна была девушка, которая любое принятие гигиенических процедур могла превратить в увлекательный и очень долгий процесс, и он предполагал, что представители женского пола любят воду, но что этот мужик может делать там так долго?! Шла сороковая минута ожидания, Антон успел возмутиться, успокоиться, пересмотреть все мемасы на телефоне, ещё раз возмутиться, проверить сообщения, пожаловаться Илье, отсидеть жопу и просто устать. Когда Арсений наконец-таки вышел из ванной, складывалось ощущение, что это его брат или сын, но точно не то чудовище, что встретило Шастуна на пороге. Чистый, выбритый, свежий, улыбающийся — Антон на долю секунды даже перехотел ругаться. — Напомни, во сколько мы договаривались? — Спросил старшекурсник, вытирая мокрую после душа голову полотенцем. — В десять… — И именно в этот момент, Антон засомневался, припоминая, что встречу переносили. — А время сколько? — Хриплым голосом подводил его к выводу парень. Антон посмотрел время на телефоне, уже начиная понимать, что накосячил сам. — Без двадцати одиннадцать. — И ты все ещё уверен, что мы договаривались на десять? — Совершенно равнодушно уточнил старшекурсник, отчитывая его как первоклассника. — Нет, не уверен… — Честно ответил Антон, пристыженно отводя взгляд. — Больше так не делай, — парень заглянул в холодильник, доставая оттуда бутылку воды и, улыбнувшись уголками губ, впервые посмотрел на гостя, — Это очень невежливо. Антон не нашёлся, что можно ответить на подобное заявление и удивлённо вскинул брови. Хозяин квартиры, чувством такта не отличался. Выпив воды, он упал на диванчик напротив Шастуна и откинулся на спинку. — Арсений Попов, желательно просто Арс, — он протянул руку для рукопожатия. Шаст протянул руку в ответ. — Антон Шастун. — На самом деле, я предпочитаю сдавать жильё девушкам. Разве тебе об этом не сказали? — Нет, не сказали, — Антон опять начинал закипать и проворчал себе под нос, — посмотрел бы я на телку, которая согласилась бы тут жить. — Приходить вовремя надо, а не когда хочется, — парировал Арсений. — Будто ты успел бы все тут убрать, если бы я не напутал со временем! — Ты меня недооцениваешь, — с улыбкой хмыкнул старшекурсник. — Но давай к делу. Я за пять тысяч предлагаю тебе личную комнату, можешь узреть её в конце коридора слева, ну и общий зал и кухню. Вода есть всегда, что холодная, что горячая. В холодильнике твои две полки и ящик, плита газовая, надеюсь, умеешь ею пользоваться. Если не умеешь, не выпендривайся, спроси у меня, я научу. Туалет рабочий, трубы новые, меняли недавно. Зимой тепло, батареи хорошие. Курить можно где хочешь, если куришь. Вайфай безлимитный за мой счёт, это святое. Это всё. Если есть вопросы - задавай. — Мне говорили, у тебя условия какие-то есть, — прервал словесный понос Шаст. — А, да, есть конечно. В этой квартире со мной живёт собачка, с ней надо гулять, когда я сам не успеваю. — Собачка? Стыдно признаться, но Антон питал слабость к кошечкам, собачкам, хорькам, мышкам, лошадкам, хомячкам и прочей домашней живности, но из-за того, что на всю эту прелесть у мамы была аллергия, его мечты оставались мечтами. Арсений обернулся через плечо и звонко свистнул. Всматриваясь в грязь коридора, Антон ждал, пока собачка выйдет на зов хозяина, и собачка честно вышла, только там, где парень ожидал увидеть милую пушистую мордочку, были лапы. И выше тоже лапы. Большего он увидеть не успел, потому что обладатель этих лап, никак не попадающий под уменьшительно-ласкательное «собачка», влетело в его лицо. Антону стало очень страшно, что его сейчас съедят, когда он почувствовал собачьи зубы на своём лице. Он постарался увернуться и вжался в диванчик, подтянув ноги к груди, а руками отпихивая от себя кровожадное чучело. Невозмутимое животное с явным намерением им закусить, издавало зверские звуки голодного дракона. Все это заняло не больше трёх секунд, но юноша успел испытать такую гамму эмоций, что грязь, срач и наглость Арсения отошли на второй план. — Какого черта?! Оно меня чуть не убило! — Всё ещё вжимаясь в мебель возмутился парень. — Не преувеличивай, — смеялся Арсений, собственноручно оттаскивая псину, — он просто поздоровался. — Нихуя себе поздоровался! Это не «собачка», а монстр! Такое нельзя держать в квартире. Животное стояло посреди кухни, заполоняя собой все доступное пространство и переводило взгляд с Арсения на Антона и обратно. Раньше Шаст видел таких собак только на картинках, но не думал, что они настолько огромны. — Висмут, знакомься, это Антон и он будет жить с нами, — обратился парень к собаке, потрепав того за ухом. — А ты, я смотрю, уже все решил? — Не став церемониться, Шаст стащил полотенце Арса и вытер лицо от собачьих слюней. — Вы точно подружитесь, — игнорируя протесты, заверил его Арс, потрепав собаку за ухом. Висмут, будто в подтверждение его слов, до этого просто разглядывающий гостя, опять полез обниматься. — Ну не-ет! — Обращаясь то ли к собаке, то ли к парню, протестовал Антон. — Ты ему понравился. — А он мне нет! — Соврал парень. Отбившись от любвеобильной псины, не без помощи хозяина, и отказавшись от компенсационного кофе, Антон добрался до комнаты. Просторная, почти без мусора и грязи, с широкой высокой кроватью, рабочим столом и шкафом. Но больше всего Шасту понравилось окно — огромное и светлое с видом на парк, а вдобавок к нему ещё и широкий, низкий подоконник. Ну, даже если он поживет тут пару недель, от него же не убудет? Новый опыт все-таки. Поймёт, что убирать за собой свои шмотки и спать на диване проще, чем нянчиться с «собачкой» Арсения, с ним самим и платить за жильё, и сразу вернётся к тёте с дядей. Вещей у Антона было немного, поэтому переезда как такового не состоялось. Собрал манатки, приехал, получил ключи, вывалил вещи в шкаф, вот и все. Добро пожаловать в полноценную самостоятельную жизнь. Первое время привыкнуть к тому, что всем плевать на твоё существование, было сложно. Кушай что хочешь, кури где хочешь, ложись когда вздумается, иногда отзванивайся родственникам и клянись, что всё лучше всех. Насладившись безнаказанным раскидыванием шмотья почти неделю, Антону захотелось чистоты. Несколько дней он караулил Арсения, чтобы заставить того помочь ему с уборкой, но парень постоянно куда-то спешил или вовсе не появлялся дома. В конце концов он забил на эту идею и убрал все сам, потратив на уборку весь свой выходной, но результатом удовлетворился. Довольный собой, он ждал от Арса какой-то реакции, но единственное, что он получил, это настороженное «мою комнату трогал?», поздно вечером, когда уже почти уснул на диване в обнимку с Висмутом. Конечно же не трогал, это было еще одним условием, всплывшим чуть позже но, впрочем, жизни особо не мешало. Эта собака, несмотря на размеры, постоянно находила какой-то уголок, чтобы туда приткнуться и не мешать. А ещё Висмут любил валяться на диване и занимал на нем почти все свободное пространство. Антон не привык к одиночеству, по этому с собачкой они быстро нашли общий язык. Лениво играли в мячик, смотрели фильмы и кушали много не полезной, но вкусной пищи. Однажды, возвращаясь с вечерней прогулки с Висмутом, Антон был зол на все вокруг, а случается с ним это не часто. Арсений был дома, но все равно «попросил» его сходить с Висмутом на прогулку. В дождь. Когда на улице десять градусов тепла. Антон, конечно, пошел, не без едкого замечания, попёрся мокнуть под стихией, в очередной раз ожидая реакции старшекурсника, которой, конечно же, не случилось. Арсений сидел на кухне с ноутбуком, потягивая горячий шоколад и даже не пытался взглянуть на соседа. — Ты нахуя его вообще завёл, если тебе поебать на собаку? — Едва сдерживая желание врезать по равнодушной морде попытался спокойно спросить Шастун. — А зачем люди заводят детей? — Не отрывая взгляда от ноутбука огорошил его вопросом Попов. — Да какая вообще разница? — Антон не хотел повышать голос, но не всегда всё шло так, как он хотел. Не к добру это. — Не знаю. Просто спросил. — Агрх! Невозможно быть настолько похуистом. Очередной гениальный ответ он слушать не стал и оставил дрожащего от влаги и холода Висмута на кухне, а сам, не менее дрожащий, отправился в комнату переодеваться и греться. Подобные срывы случались с ним не так уж часто, и в его случае «лечились» элементарным удовлетворением физиологических потребностей. Пора бы ему подумать о личной жизни. Каждый раз после расставания с девушкой, ему было трудно вернуться в одинокую жизнь и ещё сложнее было потом вспоминать, как вообще это все происходит. Последние его долгие отношения закончились почти девять месяцев назад, а его последняя ночь, проведённая с девушкой была почти три месяца назад. И он не был экспертом в человеческой анатомии, даже собственной, но что-то ему подсказывало, что это мерзкое чувство нервозности, само по себе от него не уйдёт. Работа спасала от навязчивых мыслей, особенно, когда он подписывался двенадцати-четырнадцати часовые смены. Приходилось прогуливать учебу, закрывать прогулы рефератами, докладами и вообще всем, что захочет преподаватель. Кроме интима, конечно, это было слишком. В перерыве между парами истории, с которой у Шастуна был бурный роман, построенный на подчинении и боли, он спустился на улицу, чтобы хорошенько забить мозг никотином и постараться не вскрыться в ближайшие полтора часа. — Да, мам, кушаю хорошо. Тут отличная столовая совсем недалеко. Да, работаю ещё, нравится. В КВН отличные ребята играют, не ругаемся. С соседом тоже не ругаемся, конечно, какие ссоры. Да все хорошо. Нет, не мерзну, — отчитывался волнующейся маме Антон, — обещаю ничего не прогуливать. Да перестань, лучше про дом расскажи. Как Вика? Ого, молодец какая… Мама в трубке радостно щебетала про достижения младшей дочурки, а Антон отвлекся от разговора, увидев Арсения. Они не пересекались в квартире уже пять дней, и Антон начинал волноваться. — Да, спасибо, мамуль, прости, на пару опаздываю. Целую, да, пока. Стараясь не срываться на бег, он выбросил бычок и пошёл за соседом в корпус. Не то чтобы ему было дело, но за тот месяц, что они жили вместе, Антон привык считать Арса не чужим человеком. Пусть они виделись не так часто, почти не общались и вообще периодически ругались… Догнать шустрого Попова он смог только около второго этажа и почти почувствовал себя извергом, отрывая человека от вселенски важных дел, судя по взгляду, ему адресованному. — Ты что домой не заходишь? — Антон попытался сократить свои вопросы, чтобы побыстрее отстать, но, кажется, его не правильно поняли. — Сделай шаг в сторону и отпусти мой локоть, или я тебе врежу. Антон и сам не понял, нахрена его схватил, по этому сделал так, как его просили. — Так где тебя носит-то? — Не твоё дело, — равнодушно бросил Арс, не спеша пересекаться взглядом с собеседником, — что ты хотел? — Ничего, — не ожидая такого резкого отношения, Антон не сразу нашёлся, что ответить, — просто хотел узнать, что-то случилось или… — Или что? Ты мне не мамочка! — Грубо прервал его вялые оправдания Арсений. — Почему сразу «мамочка»? Ты чего? — Ты всего лишь живешь в соседнем помещении, это ни к чему не обязывает, если ты вдруг не знал, — холодно пояснил свою агрессию Арсений, будто считал это достаточной причиной для ненависти друг к другу. — Я просто подумал… — Ты просто…?! Просто иди нахуй. Антон развернулся и ушёл в сторону собственной аудитории, мысленно убеждая себя в том, что не все люди должны быть приветливы и это нормально. Нормально же?