Всё изменится

10 минутами ранее. Стайлз слышит дверной звонок и как раз спускается вниз, по лестнице. Звук повторяется, поэтому он точно уверен в том, что ему не послышалось и из-за настойчивости звонка, он ускоряет шаг. Подходит к двери, проворачивает несколько раз ключ и опустив ручку вниз, тянет дверь на себя. Перед ним стоит рыжеволосая, ухоженная женщина, лет 45 и её лицо кажется парню знакомым. — Здравствуйте. — Парень всматривается в черты лица женщины. — Я Натали Мартин. Моя дочь, Лидия, здесь? — она старается сохранять спокойствие и пытается обойти парня, чтобы зайти в дом. — Да, она здесь. — брюнет прищуривает взгляд. Теперь все пазлы, в голове парня, стали на свои места. Вот только, в отличии от дочери, женщина, в свои года, выглядит вполне «свежо», чего не скажешь о общем внешнем виде 17-летней Лидии. А ещё, парня настораживает поведение женщины, поэтому он выходит на улицу и закрывает за собой дверь, поэтому Натали приходится сделать шаг назад, что явно ей не нравится исходя из того, каким взглядом она одаривает Стилински, после этого жеста. — Ваша дочь скоро будет давать показания, а потом, вы сможете её забрать. — парень надеется, что мать Лидии поддержит его в том, что девушке не следует ехать домой. — Но психолог… — Я хочу её забрать, сейчас же. — пропустив мимо ушей начало предложения, она перебивает его и от былой, демонстративной лести не остаётся и следа, когда женщина излишне резко отрезает эту фразу. — Мисс Мартин, это невозможно. — отрицательно качает головой парень и осознаёт, что понимания вряд ли дождётся. Но пока он не сдаётся. — Она должна дать показания сейчас, — Стайлз старается сохранять невозмутимость. — Я с ней поговорю и тогда она будет давать показания. А «сейчас» мы поедем домой. — Вздернув голову, произносит женщина и пытается сделать шаг вперёд, но когда видит, что парень не сдвинулся ни на шаг, вновь возвращается на прежнее место и это её начинает раздражать ещё больше. — Но психолог, — Стилински акцентирует внимание на том, что таки договорит свою фразу, — советовал не ехать туда, где девушка пережила моральное потрясение. — брюнет убеждает себя в том, что слова психолога стоит цитировать ровным и спокойным голосом. — Мне плевать на психологов! — повышает голос женщина, которую не особо волнуют слова каких-то мозгоправов. Так однажды назвал их Майк. — Я хочу немедленно забрать свою дочь. Какое моральное потрясение? Эта дрянь оклеветала моего мужа. — Он пытался её изнасиловать. — Стайлз плевал на все рассуждения о психологе и теперь широко распахивает глаза и открывает от недоумения рот, когда слышит бред, который говорит эта женщина. — Я слишком хорошо знаю свою дочь, в отличии от тебя. Я знаю, какая она фантазёрка, — мисс Мартин мило улыбается, надеясь перевести всё в шутку. — Что вы несёте? Вы слышите себя вообще? Хотите я ещё раз повторю? — парень пытается подобрать слова, для ответа этой женщине. — Он, ваш муж, пытался её, вашу дочь, изнасиловать. — Стилински произносит эту фразу медленно, а последнее слово и вовсе по буквам. Но в глазах мисс Мартин он не видит ни капли сочувствия и осознания всего ужаса ситуации. — Рассказывай мне больше, малыш, — хохотнув, произносит та, — Я разговаривала с Майком и лучше знаю, как всё было. — Натали скрещивает руки на груди и хмурит брови. — Серьёзно? — хмыкает брюнет, у которого заканчивается словарный запас «приличных» слов. — Как раз таки я, был там и все видел. — Он тычет пальцем себе в грудь и принимает ту же позу, что и старшая Мартин. — Ах да, — ухмылка проскакивает на лице женщины, — Майк говорил мне, что у Лидии есть «друзья», — показывает в воздухе пальцами кавычки, — которые будут давать против него показания. Вот мы и познакомились. Поэтому, я не верю тебе. Не знаю, зачем ты настраиваешь Лидию против меня с мужем. Мы желаем ей лишь добра. — она так хорошо рассказывает, что если бы Стайлз не видел синяков Лидии, то поверил бы этой женщине. Эта мысль его ужаснула. — Я хочу поговорить с Лидией и вразумить её забрать заявление. — Женщина переходит в активное наступление и уже более уверенно делает шаг вправо. — Да что вы несёте? Я вас не пущу в свой дом. — Стайлз супит брови и зеркально повторяет её шаги. Они проделывают подобное несколько раз, пока женщина громко не выдыхает, показывая тем самым, что нервы её уже на пределе. — Всё, мне надоело. — теперь парню кажется, что такая может и убить. Майк на её фоне ещё душка. — Позови Лидию немедленно. Давай закончим этот разговор. Кто ты такой, что бы не пускать меня к дочери? Она не совершеннолетняя. — Вашего мужа не смущал её возраст, когда он стягивал с неё нижнее бельё. — Парню таки хочется показать, что не на того она напала и её строгий голос мог подействовать на дочь, но не на него. — Психолог запретил Лидии сталкиваться с чем-либо, что может вызвать у неё новый стресс. Она и так пережила потрясение, а воспоминания о вашем халатном и безразличном отношении к ней, может вызвать негативные воспоминания и эмоции. Так что, я прав. — Тогда я вызову полицию и скажу, что ты похитил мою дочь и прячешь её у себя дома. — старшая Мартин скалится, ликуя и задирает подбородок. — Зачем вызывать полицию? — неожиданно, за её спиной появляется шериф. — Полиция здесь. Что произошло? — Этот сопляк не хочет пускать меня к моей дочери. Лидии Мартин. — она небрежно, пальцем, указывает на парня. — Эта маленькая мерзавка, оклеветала моего мужа в том, что тот пытался её изнасиловать, а теперь скрывается у своего дружка, который говорит мне, что какие-то психологи запретили ей видится со мной. — громко выдыхает и пытается всем своим видом показать то, как устала от «такой» дочери. — Да вы же не мать! — взрывается парень, который и подумать не мог, что у рыжеволосой семья настолько ненормальная. — Она ходила с такими ссадинами и синяками. Этот урод так издевался над ней, а вы ещё смеете думать, что виновата она, а не он? И слепо верите этому уроду? — он жестикулирует руками и ему кажется, что она просто его не слышит, поэтому он пытается докричаться до неё. — Да как ты смеешь! Вы слышите? Слышите, что говорит этот паршивец?! — женщина, повысив голос поворачивается к шерифу, которому, не смотря на то, что ему казалось, он видел «всё», сложно было сейчас собрать мысли воедино и прокомментировать то, что происходит. — Он прав. — шериф выжимает из себя эту фразу, хотя в участке пытал надежды на то, что девушке повезло и мать просто запугана и морально подавлена этим извращенцем, но всё оказалось куда хуже. — Лидии действительно не стоит видится с вами. — добавляет шериф, когда видит на лице женщины безмолвный вопрос. — Да вы сошли с ума! Вы сейчас шутите, да? — она улыбается и надеется, что они понимают, кто виноват, а кто нет. — Что вы себе возомнили?! Позовите Лидию. — Уходите. — сцепив зубы, произносит парень и сжимает руки в кулаки, чувствуя, что его с каждой минутой разговора всё меньше и меньше волнует, что перед ним стоит женщина. — Не­мед­ленно пус­ти­те ме­ня к этой врунье!!! — забив на былую сдержанность в действиях, старшая Мартин кидается на шерифа и пытается добраться до двери. — Если вы немедленно не успокоитесь, мне придётся вас задержать. — монотонным голосом произносит шериф, у которого тоже начинают сдавать нервы. — Стайлз, иди в дом, а мы с мисс Мартин побеседуем в машине. Лидия просто не может осознать то, что мать верит Майку, а не ей. Медленно сползает по стене и чувствует, что уже не способна на слёзы. У неё их больше нет. Есть лишь чувство отчаяния. Во всём и во всех. И что утренее решение, было достаточно не плохим.