Всё изменится

Стоят в длинной очереди к кассам. Стайлз как-то пританцовывает, но молчит и пытается сдержать улыбку, смотря на Лидию. Она смущенно улыбается, при этом, старается смотреть куда-то в сторону и не знает, куда деть руки. Очередь двигается нереально медленно, потому что парочка, которая сейчас покупает билеты, не может определится с рядом и на грани грандиозного скандала. Стайлзу нравится то, что Лидия надела платье. Она одолжила его у Эллисон, долго выдумывая причину, зачем ей платье, когда через несколько дней зима. Хотя, Элли давно догадалась обо всем, но не хотела смущать подругу. Лидия радуется тому, что практически все синяки сошли с её кожи и она может не думать о том, что постоянно нужно следить за рукавами и одергивать их. У неё совершенно нет тёплой одежды, поэтому она так же ходит в пуховике Эллисон и несколько раз уже говорила подруге о том, что если бы не та, она была бы вовсе голая. На этой фразе в комнату вошёл Скотт и странно заулыбался, от чего получил подушкой, от Эллисон. — Ты определилась с фильмом? — когда перед ними остаётся лишь одна пара, спрашивает у неё Стайлз. — Нет, — она переводит взгляд на афишу, — а ты? — Я бы хотел пойти в такой кинотеатр, где постоянно показывают «звёздные воины». — мечтательно прикрыл глаза парень и заулыбался. — Ты смотрела этот фильм? — Нет, — отворачивается Лидия и пытается делать вид, что слишком увлечённо рассматривает афишу. — Серьёзно? — Стайлз произносит это так, что люди в очереди стали оборачиваться на них. — Даже не хочу ничего слышать. Мы посмотрим их! — он кладёт ей руку на плечо и осекается, когда Лидия удивлённо поворачивает голову и смотрит на его руку. — Я позову Скотта, он тоже не видел. И Элли, — Стайлз убирает руку в карман и тоже переключается на афиши, чувствуя на себе пристальный взгляд рыжеволосой, который, в итоге, не выдерживает. — Что? — Ничего, — тихо произносит она и прикусывает щеки, чтобы не рассмеяться во всю. Таки покупают билеты на какую-то комедию. Стайлзу по душе был больше триллер, который недавно вышел, но он решил, что в жизни Лидии и так достаточно ужасов. А вот улыбок в её жизни не хватает. Поэтому, выбор был очевиден. Они отходят от бара с огромным попкорном, потому что Стилински сказал, что если бы он пошёл в кино без попкорна, то они могли бы вовсе не приходить. — Стайлз, ты постоянно за меня платишь и покупаешь продукты, я живу сейчас у вас, — начинает рыжеволосая, когда они идут к кинозалу. — А ты нереально вкусно готовишь и сделала такую уборку у меня дома, что я должен тебя водить в кино ближайшие пол года, чтобы компенсировать, — беззаботно произносит парень и пожимает плечами. — Стайлз, я серьёзно, — хмурит брови Лидия и парень резко останавливается. — Я тоже серьёзно. Перестань говорить о таких вещах, иначе мне начинает казаться, что ты пошла со мной в кино из-за того, что не смогла отказать, чтобы не обидеть. — он ведёт бровью и внимательно смотрит на неё. — Нет, конечно же нет, — отрицательно мотает головой девушка и делает ему шаг навстречу. — Вот и забыли об этом разговоре. — поджав губы произносит он, — пойдём. Заходят в кинозал и находят 6 ряд. Ровно середина. Лидия ненавидит последний ряд, но объяснять почему — отказалась, поэтому, Стайлз просто с ней согласился. На экране показывают трейлеры фильмов, которые вот-вот выйдут и Лидия бьет Стайлза по рукам, когда тот, в который раз начинает есть попкорн. — Почему ты такая строгая? — с детским возмущением он смотрит на неё и пока она обдумывает ответ, быстро хватает горсть попкорна. — Ха, обманул. — Ты сейчас выглядишь, как ребёнок, — хмыкает девушка и отворачивается к огромному экрану. — А ты сегодня красивая. И ты в платье. — он усмехается и облизывает губы, не громко произносит эту фразу, но знает, что Лидия его услышала, так как даже в темноте видно, как покраснели её щеки и как она пытается сдержать улыбку. Отличная комедия поднимает им настроение и Лидия на мгновение осознаёт, что чувствует себя, ровно, как 2 года назад. Будто всё хорошо. Будто она просто пошла в кино с другом, а после фильма позвонит папе и скажет, что всё ок и она скоро будет дома. Что тот будет ждать её с фирменной лазаньей, а во время еды будет расспрашивать о парне, с которым она была в кино. А Лидия будет ему всё рассказывать. Потому что папа всегда объяснял, почему кто-то сделал то или иное действие и сказал ту или иную фразу. Он никогда не осуждал её и не ругал. Он всегда слышал и слушал. Понимал и объяснял. Лидия, рядом со Стайлзом, с каждый днём всё больше осознает, что в её жизни ещё могут быть счастливые дни. Они неловко переглядываются, когда их руки случайно соприкасаются в ведре из-под попкорна. Пока кто-то из них, первым, не отводит взгляд на экран. Стайлзу кажется, что вещи, которые случались с ним тысячу раз и всегда казались такими обыденными, с Лидией чувствуются абсолютно по-другому. Будто, они впервые. Будто он ни к кому и никогда случайно не прикасался. Будто он никогда не рассматривал кого-то, а потом неловко уводил взгляд, когда человек поворачивался и видел, что его рассматривают. Будто он никогда не задерживал дыхание, при всё том же, случайном касании. Будто он никогда не видел неловкие и смущенные улыбки в свой адрес, от которых у него захватывало дыхание. Будто никто и никогда не уделял так много внимания тому, что он делает, для этого человека. Стайлз чувствует столько всего нового, что до сих пор не понимает, что это и как на это реагировать. Лидия до сих пор не может разобраться в себе и понять, что происходит. Понять, правильно ли это всё и нужно ли ей это. И она так много думает об этих вещах, что решает пустить их на самотёк. Выходят из кинотеатра и идут по огромному, центральному парку. Вдруг, Лидия вцепляется в руку Стайлза и начинает дрожать, как осиновый лист, когда смотрит куда-то в сторону. Стайлз видит её реакцию и смотрит туда же, но не понимает, что такого увидела девушка, поворачивается к ней и видит абсолютно затуманенный и рассеянный взгляд. А у неё подкашиваются ноги и перед глазами появляется кромешная темнота.