Всё изменится

Лидия уже 3 дня не появляется ни в школе, ни у брюнетки — нигде. Когда Эллисон спросила у Стайлза о том, почему все эти дни, номер Лидии — недоступен, тот чуть не перевернул парту и громко хлопнув дверью, посреди урока, вышел из кабинета. Когда Эллисон со Скоттом нашли парня на трибунах, он даже не сразу заметил их. — Стайлз, что произошло? — Элли решила держаться от него на безопасном расстоянии, так как вид и заторможенность парня говорила о том, что не стоит его вообще трогать. — Я не знаю. — отчеканив каждое слово произнёс брюнет и кажется, что ещё глубже погрузился в себя. — Может, мы с ней поговорим? — начинает из далека Скотт. — Поедем к тебе домой, после уроков. — Она не у меня. — кратко отрезает брюнет и безразлично отворачивается. — Что? — в миг округляет глаза брюнетка. — Как ты мог её отпустить? Где она? Почему ты не рассказал нам. — Из нас, только ты ей — мамочка. Носись со своей сумасшедшей подружкой сама. — Стайлз резко подрывается и слишком близко подходит к брюнетке, от чего та нервно вздрагивает, особенно, когда внимательнее присматривается к внешнему виду парня. — Стайлз, — к ним тут же подходит Скотт и оттащив Арджент от парня, становится перед Стилински. — Сбавь обороты. Ты в ней не меньше заинтересован, просто признай это. — Я? — хмыкает брюнет. — Я 2 месяца не мог запомнить, как её зовут. Просто мне стало её жаль — он не может сдержать нервной ухмылки, — изначально, я хотел отомстить Эллисон за то, что она ходила на свидания с тобой, на следующий день, после свидания со мной. Хотел, чтобы она ревновала. А когда, великолепная Арджент увидела это, то да, стала ревновать. Но её Мартин сама ко мне привязалась. А в итоге, когда ты надавил мне на совесть и я стал помогать её подружке, то у тебя появился отличный шанс приударить за Эллисон. Да и, я действительно хотел избавится от её приставучести. Её же просто невозможно вытерпеть. Только получил себе проблему побольше. Скотт кидает взгляд на дрожащую, как осиновый лист, Арджент, но лишь прикрыв глаза, переводит дыхание. — Мы с Эллисон сделаем вид, что не слышали всего того, что ты только что сказал. Сначала разберись со своими чувствами, а потом оскорбляй всех, вокруг себя. И только попробуй, ещё хоть раз, назвать Лидию сумасшедшей. — он хватает он за шиворот и в любой бы другой день Стилински с легкостью бы дал отпор. Но он не помнит, когда последний раз спал и поэтому, чувствует себя абсолютно разбитым и ни на что не способным. Скотт толкает его в плечо и Стайлз, легко пошатнувшись, падает на сидения трибуны. Вечером брюнет, как всегда сидит в своей комнате и смотрит в стену. Ему абсолютно плевать на всё, что происходит. Он сидит и анализирует каждое слово и каждое действие. Пытается понять, что не так и что произошло. К нему в комнату заходит отец, но он лишь одаривает его безразличным взглядом и начинает делать вид, что чём-то занимался. — Как дела? Ты такой взвинченный, в последнее время. — шериф закрывает дверь в комнату и идёт к сыну. — Пап, давай не сегодня, — брюнет закатывает глаза, показывая, что не настроен на разговор по душам. — Сынок, я не рассказал тебе одну новость. — Стайлз поворачивается к нему и вопросительно ведёт бровью, — Майка выпустили под очень большой залог, до суда. А сейчас, когда Лидия заберёт заявление, его, скорее всего, полностью оправдают. — Почему ты мне не сказал? — подскакивает брюнет и быстро моргая, смотрит на отца. — Я думал, что смогу это решить самостоятельно, ведь понимал, что ты мигом помчишь к ней. — шериф опускает глаза и кладёт руку парню на плечо. — Это именно то, что я сделаю сейчас. — Стайлз делает уверенный шаг вперёд, но рука отца крепко держит его за плечо. — Нет, Стайлз. — отрицательно кивает головой Ноа. — Этому уроду кто-то помогает. Я отправлял Перриша к ним домой, но у него не было оснований забрать Лидию. Я приезжал сам, но вовсе встретил закрытую дверь. Стайлз, этот Майк он, — Шериф опускает голову, пытаясь подобрать подходящее слово, — психопат. Если его сейчас разозлить, неизвестно, что он сделает с Лидией. Я знаю, что не смогу тебя удержать, если ты захочешь поехать. Но, пожалуйста, не едь. — Пап, — Стайлз аж подпрыгивает на месте. — как я могу ничего не делать, если она в руках этого психа? Значит, она его увидела. — смотря в никуда, задумчиво произносит парень. — Когда? — хмурит брови шериф. — В тот день, когда поехала домой. — Стайлз кратко пересказывает отцу историю, которая приключилась с ними после кино. — Но она не могла его увидеть в тот день. — задумчиво произносит шериф. — Что значит «не могла»? А кого она тогда увидела? — недоуменно таращит глаза брюнет. — Майка отпустили позавчера. Она никак не могла его видеть в тот день. Это был кто-то другой. — Стайлз чувствует недостаток кислорода и обратно садится в кресло. — Сынок, мы разберёмся с этим. Только без самодеятельности. Помни, что может стать только хуже.

***

Лидия уже три дня сидит в комнате, забившись в угол. Ей кажется, что у неё сломано несколько рёбер и точно что-то с рукой. Лишь в первый день, пришёл дружок Майка, и сунув ей лист бумаги, заставил её написать то, что она не против, чтобы старшая Мартин сняла с карточки внушительную сумму денег. На следующий день она услышала, в прямом смысле, до боли знакомые шаги и увидела в дверях Майка. В этот раз он ничего не делал. Лишь довольно хмыкнул, посмотрел на то, что девушка сидит под столом, в дальнем углу комнаты, подогнув под себя колени. — Ну что, твой герой больше не мчит тебя спасать? — произносит он, начинает смеяться и выходит из комнаты. От его хохота, по позвонку девушки пробегает холодок. Теперь она не видит никакого выхода. Она знает, что обидела Стайлза. Она не хотела говорить всё то, что сказала. С первого дня, в доме Стилински, ей стали приходить сообщения с пожеланиями и советами, забрать заявление. Но изначально, она думала, что это — мать, а потом просто не придавала значения, ведь чувствовала себя в безопасности. Особенно, когда в доме шерифа кто-то был. Когда они узнали новость о том, что миссис Остин готова дать показания, Лидии пришла первая угроза с того самого, неизвестного номера. Там было ясно написано, что если она расскажет хоть слово, то её матери будет более чем плохо. Но Лидия и в этот момент отбросила от себя плохие мысли и решила, что её просто запугивают. Но когда они шли со Стайлзом по торговому центру и она увидела того самого дружка Майка, который смотрел на неё, а потом указал на Стайлза и провёл большим пальцем, с такой же бешеной ухмылкой, по своей шее, девушка поняла, что все угрозы это — не пустые слова. И она не может подвергать Стайлза опасности. Она видела, как непонимающие парень смотрел на неё, видела, как он вцепился пальцами в руль. Видела, как тяжело он дышал, когда подвёз её к дому. И ей показалось, что её сердце — разорвалось. Она зашла в дом и встретила безразличный взгляд матери. Когда из кухни вышел дружок Майка, который, хмыкнув, поставил чашку чая на небольшую тумбу, а после, неожиданно схватил девушку за волосы и потащил на второй этаж — женщина даже не пошевелила пальцем. Кевин, друг Майка, оказался более жестоким, чем отчим. Такой вывод сделала девушка, после того, как ударилась головой о шкаф, в который он толкнул её со всей силы и чудом, стеклянные дверцы не разбились под ней. Майк всегда оставлял следы так, чтобы их можно было закрыть одеждой. Кевину же было всё равно. После, он забрал у неё телефон и на её глазах разломал его пополам. Присел рядом с девушкой, которая утирала кровь, которая сочилась из её губы и хмыкнув, потянулся пальцами к её подбородку, от чего та, чуть не потеряла сознание, от страха. — Надеюсь, я внятно объяснил тебе, что Майк должен быть оправдан? — он заулыбался после того, как увидел, что Лидия быстро закивала головой.