Order xxx: Remedium

Анхель осторожно провёл кончиками пальцев по полировке соснового ящика, вбирая в лёгкие едва слышный цветочный аромат. То, что под этой крышкой – тайна, которую он хранил много слишком долгих лет. Он не мог забыть о ней так, как забыл об эликсире, потому что образ, скрытый под тяжёлой крышкой, томил его сердце и заставлял каждый день приносить ровно сотню белоснежных лилий с упругими стеблями, нежными лепестками и дурманящим запахом: лилия – это красота, чистота и благородство. Напрягшись, он откинул крышку гроба – и в благоговении замер. На шёлковых подушках, в сени сочных лилий, невинно сложив на груди бледные руки, лежала она: по щекам нежно протянулись тени трепетно сомкнутых ресниц, на лебяжьей шее розовели жемчужины ожерелья, а плечи, грудь, руки, кружева накрахмаленной ночной рубашки увили карамельные, но соломенно-жёлтые к кончикам пряди. Он ослеплённо любовался изящными изгибами, но мысли его опережали сей час. Он представлял каплю холодной крови на её бескровных губах и ясные глаза. Резких вздох – и он засучил рукава. – Настало время, моя милая Инфанта, – выдохнул он, вскрывая пакет донорской крови. *** Виктория остановилась и огляделась: тёмная стена дождя, сквозь которую продирается обречённое натриевое свечение одноглазого фонаря, пустынная улица... Тихий шелест шин по мокрому асфальту пронёсся вдали – где-то под всевидящим взором неспящих окон. По тротуару, вслед шустрым ручьям, омывающим асфальт, брели двое. Виктория вгляделась: девочка с длинной косой придерживала под руку сутулого мужчину в плаще, нёсшего большой чёрный зонт. Они молчали и двигались медленной сомнамбулической походкой вдоль стен, сквозь дождь и мутный электрический свет, чтобы раствориться в чёрной утробе города. Когда засыпает город, просыпается что-то, что гораздо страшнее «мафии»... Но эти прохожие – подумалось Виктории, провожающей их печальным взглядом, – не знают. Они остановились на крыльце под козырьком. Мужчина отдал своей спутнице зонт, сказал что-то и исчез в подъезде. За ним захлопнулась дверь. Девочка с длинной косой положила на плечо промокший зонт и спустилась на тротуар. Она оглядывалась по сторонам, боязливо втягивая голову в плечи, и осторожно шла по асфальту, искромсанному молочными отражениями фонарей. Виктория заметила в её походке несильную хромоту. Девочка судорожно прижимала к себе зонт, на краях которого скапливались дрожащие капельки. Наверное, от страха, она еле слышно напевала себе под нос какой-то незамысловатый мотив без слов. Электрический луч вырвал из-под края зонта осколок бледной щеки, лоснящейся дождевой влагой, и глядящий из-под русой пряди глаз. – Ремедиош! – прорезал ночь низкий мужской голос. Девочка резко остановилась и крикнула что-то невнятное, махнув из-под зонта бледно освещённой тощей рукой.