Краткая экскурсия по игре "Легенда о вампире"

Девиз: «Не сожрём так покусаем». Разговаривают исключительно на старо - гоблинском языке чем вводят в ступор своих противников. - Нафуздячим пудорасов! - радостно раздаётся над полем боевой клич и предметы туалета зелёных и светящихся в темноте весело взлетает вверх. В создавшейся суматохе кто - то не забывает запустить парой - тройкой тухлых яиц во вражескую сторону. - Что они сказали? - шёпотом переспрашивают друг друга представители других кланов. - А хрен их знает. Бога своего зовут. - авторитетно отвечают бывалые ветераны и втихаря крестятся. Беда, ой беда. Был в клане гоблинов один, точнее одна, о ком стоит упомянуть в первую очередь. Бедный и несчастный старик Тору при виде её стройной фигуры, облачённой в фиолетовые цвета, яростно налегает на вёсла в надежде уплыть подальше от азартного игрока в кости. Но не тут то было! Каждый раз неудачливого перевозчика возвращает крылатая тварюга в лице, т.е морде, ручного дракона со звучным именем Прайд Первый Великолепный и Премудрый. - Ну нет у меня радужных кошаков! - обливается горючими слезами старик. - Не привозили! - Врёшь! Врёшь, каналья! - Мелисса по бандитской кликухе Таширо (не путать с вечным нытиком Тоширо). - У кого-то по три твари, а мне ни одной значит? И это после всего что между нами было? УБЬЮ! А началась их любовная идиллия с того, что кто-то (чтоб ему потом дятлы язык отклевали) посоветовал: - А не пойти ли тебе, девица-красавица, вампирюга сильнющая, померяться силой в чудесной расчудесной игре в кости? Девица красавица подумала минуту другую и с радостной улыбкой пошла к перевозчику. С той поры Тору не знает ни минуты покоя. - Смилуйся, о великая. Ночь же на дворе. Я устал, спать хочу. - Играть! - великая впала в охотничий азарт и не намерена отступать от халявных котиков. - Но ведь... - ИГРАТЬ! - Да чтоб тебя паладины на знамя пустили! - в сердцах вскричал перевозчик и сдуру выдрал с головы большой клок волос. Таширо лишь ехидненько похихикала, вливая в себя шестой по счёту кувшин тёмного эля. Ночью Тору почти не спит. А если и удаётся заснуть на минуту другую, то сразу же просыпается в ледяном поту от очередного кошмара где вампирша, по совместительству гоблинша, варит его в котле с элем и приговаривает: «Врёшь, не уйдёшь. Подавай кошаков!» - Я так больше не могу! Категорически отказываюсь работать в таких условиях! - плакал перевозчик в таверне за столиком у генерала Рея. - Сил моих больше нету! - Ну подожди немного, уважаемый, - пытался успокоить старого человека генерал. - Скоро весна, все пойдут на природу цветочки собирать. А там может и влюбится и оставит тебя в покое девица. Но вот пришла весна. Талые ручейки побежали по дорогам. А воз и ныне там. И доносится от пристани зычная ругань вампирши и рыдания бедного и несчастного перевозчика. - Ну ладно,- сжалился отважный генерал Рей. - Показывай свою мучительницу. И Тору показал. Генерал почесал голову. Подумал о чём-то своём, генеральском и выдал: - А знаешь что... Я тут вспомнил что у меня молоко убегает. Обратись к Тоширо или Акеми. Ну или женись на ней. От последнего предложения Тору упал в глубокий обморок.

***

*** Пасхальный переполох, или как летописец по яйцам била. - В Такаре праздники настааали и яйцаааа по небууууу плыыыывуууут! Более менее привыкшие к выходкам летописца жители славного города нервно поднимали головы к небу, облегчённо выдыхали и втихаря перекрещивались. Слава Тьме, ещё не напились до такой степени чтобы видеть пролетающие по небу яйца. Но зловредному летописцу мало было нарушать покой мирных жителей. только кишки/мессиво/хардкор. Во имя пасхального кролика! Кекс. В тот же день на главных улицах Такары прохожие могли видеть плакаты следующего содержания: - Только сегодня и только у нас! Праздничная акция для всех желающих: удар по яйцам! Не проходите мимо! Подходи, налетай, по яйцам получай! P.S. Кролик воскрес! - Да что у них там в Гоблинах творится то? Чем они летописца поят? Ответ на этот животрепещущий вопрос так и останется тайной за семью печатями для взволнованных вампиров и паладинов, обеспокоенных целостностью яиц, как своих так и чужих.