Исчезнувшая

Сергей       Продолжая демонстративно ссориться, они вошли в домик супругов Андреевых, которых старательно изображали уже неделю. Ни в чем не повинная дверь приняла на себя всю злость Майского и едва не слетела с петель.       — Власова! — прорычал он. — Тебе жить надоело или экстремального секса на лесной опушке захотелось? Ну, так он тебе устроит. В особо извращенной форме.       — А ты за мою девичью честь не волнуйся. — невозмутимо парировала Маргарита. — Если кто здесь еще и был не в курсе семейных проблем Андреевых, теперь точно знает о них во всех подробностях. Майский, маньяку нужно было намекнуть, что мы для него подходящие жертвы. Он же убивает неверных жен на глазах их мужей.       — Но так же не делается, ты без прикрытия пошла, — Власова отлучилась с одним из гостей, давая понять окружающим, что готова изменить «мужу» и вообще плевать на него хотела. Если маньяк был среди приглашенных, как они и подозревали, он точно это заметил. Вспоминая истерзанные тела молодых женщин, которых мучили и убивали на глазах их мужей, Сергей старательно гнал от себя мысли, что на их месте может оказаться Рита. Его переполняла злость, но еще сильнее был страх за нее.       — Товарищ, муж, расслабьтесь, — она насмешливо глянула на него своими кошачьими глазами и выдернула шпильки из прически. Волосы рассыпались по обнаженным плечам, и Майский нервно сглотнул. В этом простом движении было столько эротизма, что мозг начинал работать с перебоями.       — Власова, не зли меня! — он угрожающе двинулся на нее.       — А не то что? — снова эта усмешка. — Отшлепаешь меня?       Очень хотелось бы, Маргарита, очень! Последняя неделя далась ему нелегко. Своя в доску капитан Власова и его так называемая жена Маргарита Андреева оказались прямыми противоположностями. И откуда только в резкой Власовой взялось столько женственности и чувственности? Майский не без оснований считал себя профессионалом, но в этот раз держался рядом с напарницей с трудом.       В глазах Власовой плясали чертики, и разум помахал ему рукой. Сергей одним быстрым движением преодолел расстояние между ними и прижал Маргариту к стене.       — Желание дамы для меня закон, — обжигающий шепот заставил ее вздрогнуть, но Власова даже не пыталась вырваться. Наоборот, подалась навстречу его ладоням, уже скользившим по бедрам под вечерним платьем. Он не целовал ее, только дразнил, едва касаясь губ своими губами. Подцепил пальцами подвязки чулок и резко отпустил. Рита снова вздрогнула и тут же с силой потянула на себя пряжку его ремня.       — Уверен, что я тебе по зубам? — Власова провела ногтями по его шее и в ответ получила шлепок по ягодицам. Она мучительно медленно расстегивала ремень, а Майский продолжал дразнить ее губы.       — Майский, — выдохнула Маргарита, — будешь тянуть и дальше, лишишься самого дорогого. И сделает это не маньяк.       В подтверждение своих слов Власова начала расстегивать его брюки. Майский жадно набросился на ее губы. Меньше всего сейчас он думал о последствиях. А правильнее было бы сказать — меньше всего сейчас он думал.       Сергей изо всех сил крепился, но все-таки задремал над кипой уголовных дел. Амелина обещала проанализировать и рассортировать их с помощью компьютерной программы, а пока он взялся пролистать дела своими руками. Отложил тех, кто только недавно вышел, их всех нужно отследить. Галя сделала запрос, не сбегали ли из тюрьмы те, кто сидит благодаря Власовой и Майскому. Ответ придет только завтра. Предстояло еще море нудной кропотливой работы. ФЭС, конечно, известна своими передовыми методами и быстрой раскрываемостью, но и им никуда не деться от многочасовых опросов свидетелей и перелопачивания тонн ненужной информации ради крупиц чего-то стоящего.       — Сергей, Козлова привезли, — заглянула в переговорную Галина.       Невысокий крепкий мужичок выглядел по-настоящему удивленным. Его подняли с постели почти ночью, куда-то повезли и расспрашивают о женщине, которую он и знать не знает. Сергей сам хотел бы допросить Козлова, но Галя была категорически против.       — Когда вы устанавливали замок Власовой Маргарите Сергеевне?       — Кому? Так я ж, товарищ начальник, не помню всех по именам. Квитанции в мастерской у меня все есть. А адрес какой?       — Спортивная, 155, квартира 91.       — Ааа! — припомнил Козлов. — Помню, такую.       — Так когда вы выполняли заказ? — повторила вопрос Рогозина.       — Три недели назад, 15 октября. Она мне позвонила, говорит, замок сломался. Ключ вставляется плохо, не проворачивается. Пришел я, замок новый поставил, деньги получил и все. А чего случилось то?       — Как вела себя ваша клиентка: может быть, нервничала, злилась? С кем-то по телефону разговаривала?       — Да нет. — задумался Козлов. — Баба как баба. Красивая, правда, но видно, что стерва.       — Откуда такие выводы?       — Так на лице написано. — хохотнул мастер. — Ничего она не делала, вроде на кухне кашеварила. Ко мне выглядывала. Так чего случилось то?       — Ваша клиентка пропала, а вы, по странному стечению обстоятельств, могли иметь доступ к ее квартире.       — Да вы что, начальник! — взвился Козлов. — У меня все четко: если замок не покупает сам клиент, я приношу свой, вскрываю при нем. Там все в пакетах запечатанных, ключи отдаю с рук на руки.       — Маргарита покупала свой замок?       — Нет, я принес… Слушайте, начальник, а мне ведь показалось, что в старом замке ковырялись.       Майский напрягся. Возможно, к Рите пытались попасть и до похищения. Надо проводить детальный опрос жильцов дома, а заодно и соседних. Работы на неделю минимум, а будет ли толк.       — Замок сохранился?       — Нет, выбросил, зачем он мне.       Козлова пришлось отпустить под подписку. Несмотря на криминальное прошлое, к его сегодняшней работе придраться было сложно. Никаких подозрений и жалоб на него не поступало, в квартире у Риты ничего не пропало. Поставили его телефон на прослушку, чтобы проработать эту версию до конца. Но, похоже, Козлов чист.       Майский устало опустился на диван на кухне. Было совершенно непонятно, в каком направлении копать, и это раздражало. Он был человеком действия и терпеть не мог этот момент в любом следствии, когда данных мало. Приходится впустую перебирать стопки дел или делать запросы, ответов на которые приходится ждать. А Ритка где-то там, хорошо если жива. От этой мысли его снова охватил тот мерзкий липкий страх, с которым он боролся у дверей морга утром. Отвратительное чувство, оно способно парализовать даже человека с крепкой психикой и много повидавшего. Майский откинулся на спинку дивана — надо немного подремать, иначе с утра у него просто не будет сил.       Власова появилась у него на пороге как раз в тот момент, когда Сергей поднес ко рту очередную стопку водки. Это дело совсем выбило его из колеи, чего раньше не случалось. В этот раз по его вине погиб похищенный ребенок, совсем маленький. Служебное разбирательство Майского волновало мало, а вот тело маленького пленника так и стояло перед глазами.       Окинув его своим фирменным взглядом Снежной королевы, Маргарита решительно прошла в комнату. Молча взяла с пола бутылку и стопку, прихватила тарелку с нехитрой закуской, и все это немедленно оказалось в помойном ведре. Возмущенный Майский попытался, было, перехватить ее руку, но Власова метнула в него еще один взгляд, и он отступил. В голове уже клубился приятный хмельной туман, но облегчения он не принес.       — Пойдем в комнату, — ее голос звучал мягче, чем обычно.       Они сидели прямо на полу и какое-то время просто молчали. В этом была вся Власова: она не ругала и не взывала к разуму. Примерно так бы поступил близкий друг, правда тот бы и от водочной терапии не отказался и раздавил бы бутылочку в знак поддержки.       — Не кори себя так, кому от этого легче.       Майский знал, что никому, и ребенка это не вернет, просто хотелось забыться. Опыт опытом, но он тоже не железный. В захмелевшем Сергее сейчас просыпался его собственный внутренний ребенок, которому хотелось, чтобы пришел взрослый, погладил по головке и все разрулил. Ритке, похоже, было знакомо это состояние.       — Иди сюда, — она похлопала себя по коленям. Завтра ему будет очень стыдно за свою слабость, но сейчас Майский с наслаждением опустил голову и закрыл глаза. Маргарита       Гремучий коктейль из ненависти, злости, разочарования и чувства бессилия захлестнул Риту с головой, когда она осознала — дверь не открыть. Тяжелое железное полотно надежно стояло между ней и свободой. Продуманная скотина! Она вспомнила до отвращения спокойное лицо похитителя. Теперь ей одна дорога — обратно в комнату.       Власова присела на ступеньку, стараясь унять эмоции. Взять ключ от второй двери она теперь не сможет, хотя… А что если он все-таки потерял сознание или еще не успел сообразить, что к чему? Она вскочила и поспешила к двери в комнату. Рита уже поднесла ключ к замочной скважине и замерла. Хорошо знакомые ощущения, как будто кто-то ласково поглаживает живот изнутри. Не в такой обстановке она должна была почувствовать первые шевеления малыша. Рита приложила руку к животу и успокаивающе погладила.       Алексей сидел на стуле в центре комнаты. Сердце ухнуло куда-то вниз, теперь уж точно ничего не выйдет.       — Я знал, что вы будете пытаться убежать, — его голос был абсолютно спокоен, но на губах играла усмешка. Он наслаждался своей властью над ней.       Власова могла справиться со многими вещами — спрятать поглубже обиды, унять раздражение, скрыть разочарование. Но сейчас она чувствовала себя униженной, и закрыть на это глаза было непросто. Разум помутился, и Рита бросилась на похитителя. Слишком довольный своей маленькой победой, он не ожидал нападения и пропустил точный удар в пах. Алексей на мгновение потерял контроль, и Власова толкнула его на пол. Надо найти электрошокер и ключи! Вот она вторая связка, она нашла ее в кармане брюк, коленом прижимая похитителя к полу. Шокера нигде не было, видимо, в этот раз он пришел к ней с пустыми руками. Рита вскочила, затылком чувствуя, что Алексей поднимается вслед за ней. Только бы успеть! Она уже почти захлопнула дверь, когда похититель потянул ручку на себя. Несколько секунд они перетягивали дверь каждый в свою сторону, но силы были неравны. Последнее, что она помнила, — боль от заряда электрошокера. Если бы Риту спросили, в какой момент она почувствовала к Майскому нечто большее, чем просто желание, она бы не смогла ответить. Ей всегда было легко и интересно с ним, их общение не ограничивалось только койкой, но ощущения влюбленности Маргарита так и не испытала. Она, конечно, Снежная королева, но знала, как это бывает. С Майским же все получилось по-другому, и положенная стадия бабочек в животе прошла мимо. Просто однажды Рита поняла: она не против, чтобы он остался. Это было новое, пока незнакомое для нее чувство. Какая-то спокойная привязанность, без влюбленных глупостей и страстей.       Пугало только одно — к Майскому нельзя было привязываться. Ему доставлял удовольствие сам процесс поиска Той самой. Нужен ли был результат? Жизненный опыт подсказывал, что не особенно. Рита видела и чувствовала, что Сергей увлекся ею, но старательно держала дистанцию. Вряд ли его хватит надолго. Власова уже пожалела, что неразумно поддалась страсти и смешала личное и работу. Ведь взрослая женщина, а попалась как девчонка с гормонами вместо мозгов.       Рита размышляла об этом в машине Сергея перед тем, как заснуть. Всю неделю спать приходилось урывками, и теперь Власова с наслаждением погрузилась в сладкую дремоту. Они ехали в деревню, куда Майский вытащил ее, несмотря на сопротивление.       — Ритка, это же деревня! Дом прохладный, банька, гамак, шашлычки. Ммм… — он мечтательно прикрыл глаза, всем своим видом показывая, что сам себе завидует от таких перспектив. — Я туда с детства езжу, а теперь дом от бабушки остался мне.       — По местам боевой славы хочешь пройтись? — с сарказмом поинтересовалась Власова. — Признавайся, сколько местных девок перепортил?       — Да как вы могли такое подумать, Маргарита Сергеевна, — притворно возмутился Сергей и с хитрой улыбкой наклонился к ее уху. — У меня там банька есть, прекрасное место для полного расслабления.       — Банька, говоришь? — Власова представила себе, как руки Майского ласкают ее, а по его влажной коже стекают капельки воды… А почему бы, собственно, и не съездить?       Деревенька была небольшая, домов пятнадцать, но во всех жили люди. Где-то дачники, приезжавшие только на лето, а где-то и местные. О том, что Майского здесь хорошо знают, Рита догадалась по расплывавшимся в улыбках лицам местных старушек. Пока они подъезжали к дому, успели раза три услышать слова «Сереженька приехал».       — Я же здесь с самого детства, каждое лето к бабушке приезжал, — Майский был на вершине блаженства. Рита, было, открыла рот, чтобы съязвить по поводу «Сереженьки», но передумала. Ей и самой захотелось хотя бы слегка коснуться этого счастливого детства, которого у нее не было.       — Мама деревню не любила. Как в Питер уехала, так и не возвращалась, даже летом только наездами на пару выходных. А я весь год мечтал, как приеду сюда. — продолжал Сергей. — Тогда здесь больше народу жило, детей целая ватага была. Ну, мы с утра до ночи по улицам и гоняли, на речку бегали, на покос ходили.       Рита улыбнулась, глядя как здоровенный мужик, майор спецназа, прошедший горячие точки, радостно вспоминает о своем детстве. Самой ей рассказать было нечего.       В доме и правда царила приятная прохлада. Власова с интересом осматривалась. На стенах черно-белые фото в тяжелых рамках, уютные занавески, круглый деревянные стол и стулья с витыми спинками.       — Бабушка пару лет назад умерла. Я тут ничего не менял еще, редко бываю.       — Не надо менять, — было видно, что в доме еще хранилась атмосфера как в детстве Сергея.       Маргарита редко бывала за городом. Работа, да и своей дачи у нее не было. Пару раз у знакомых и коллег, пару раз на базе отдыха — опыт небогатый. Она лениво лежала в гамаке, не в силах заставить себя чем-нибудь заняться. Со стороны все выглядело так, как будто семейная пара приехала на выходные. Любопытные соседки уже успели заглянуть к ним и поохать, какую красавицу-жену привез «Сереженька». Майский не стал оправдываться и объяснять, что они не женаты, и Рита неожиданно для себя тоже промолчала.       В бане она не была лет сто, и в парной совсем разомлела. Умопомрачительно пахло мятой и березовыми вениками.       — Ну, как тебе банька? — над ухом раздался горячий шепот. Его дразнящие ласки отнимали у нее последние силы, и сладкая слабость растекалась по телу.       — Ммм… — только и смогла простонать она, сильнее прижимаясь к нему спиной. Где-то на краю подсознания мелькнула мысль, что если они не выйдут сейчас из парной, то оба схлопочут сердечный приступ. Не было сил даже говорить, но Майский и без нее прекрасно знал, что делать. Он подхватил Риту на руки и вынес из парной.       Снова эта головная боль… Власова с трудом разлепила глаза и поняла, что она по-прежнему в подвале. Лежать было неудобно, и она не сразу догадалась, что руки привязаны к спинке кровати ремнем. Рита дернулась — нет, освободиться не получится.       Она попыталась оглядеться и наткнулась на взгляд Алексея. Он сидел напротив кровати и не отрываясь смотрел на нее. Его глаза по-прежнему были холодны, а вот на губах играла та же усмешка, которую она успела заметить после попытки побега. Ему понравилось… Понравилось, что она бьется как птица в клетке.       — Маргарита, я ведь предложил вам быть моей гостьей, а вы так себя ведете, — он встал и присел на ее постель, провел ребром ладони по ее щеке. Рита дернулась и отстранилась.       — Я не хочу причинять вам вред, Маргарита, правда не хочу.       Вступать с ним в разговор сейчас у нее не было никакого желания. Власова понимала, что любые ее слова он сейчас воспримет как попытку сопротивляться, и это только доставит ему удовольствие. Похититель развязал ремень и молча отошел к двери. Маргарита потерла затекшие запястья и с силой ударила кулаками по кровати. Если бежать не удается, то придется искать к нему другой подход.