Яд из серебра

Двое воинов приволокли его во дворец, связанного по рукам и ногам, и грубо бросили на каменный пол посреди тронного зала, заставив тихо и сдавленно застонать от боли. - Ваше высочество, - идущий за воинами мужчина на мгновение склонился в полупоклоне, сверкнув кровожадным блеском в глазах цвета синего льда, благо, длинные чёрные волосы прикрыли выражение его лица, украшенного шрамом, что рассекал кожу от подбородка до уха, лишь чудом не задевая глаз, - у меня для вас подарок, изволите взглянуть? – в голосе его слышалась открытая насмешка, да и поклон, при котором так устрашающе звякнул в ножнах меч, больше походил на шутку, нежели на уважение, с которым подобало бы обращаться к королю. – Ваше высочество! – эти слова так и вовсе не пахли каким-либо почтением, и мужчина кивнул воинам, тащившим пленника, одним жестом приказывая им удалиться. Стоило тяжёлой деревянной двери закрыться за двумя солдатами, как он, бесцеремонно переступив тело пленного, подошёл к королю, что за всё это время ни разу не обернулся. Повелитель стоял спиной к пришедшему, изучая внимательным взглядом таких же тёмно-синих глаз трон, но так и не решаясь туда сесть. - Я, может, ошибаюсь, брат мой, но мне всегда казалось, что на троне нужно сидеть, а не смотреть на него. - Он стал чуть позади и тоже уставился на позолоченное кресло взглядом скучающим и уставшим. - Это не наш трон, Дитрих. - Голос у его высочества был почти такой же, как и у брата, только говорил он чуть тише и спокойней, отчего менее рваными выходили слова и без того грубого языка. Дитрих тяжело вздохнул, скуки и усталости в его взгляде прибавилось. - Наш… не наш… Какая к чёрту разница? Теперь он твой. Ровно, как и эти земли. И этот, - он кивнул на пленника, - тоже твой, если пожелаешь. Ибо если нет, - он скривил обветренные губы в кривоватой ухмылке, - я заберу его себе. На одну ночь вполне сойдёт. Король таки обернулся, окинув брата взглядом полным шутливого укора, а затем искоса глянул на пленника. Безразличие в синих глазах сменилось изумлением. - Это где же ты такого достал? – его высочество даже приблизился к пленнику, разглядывая распростёртое у его ног тело, – Удивительное создание. – В голосе его слышалось всё то же изумление вперемешку с неподдельным интересом. Пленник и правда выглядел занятно, чего стоили одни только серебристо-пепельные волосы, заплетённые в растрёпанную длинную косу, которой ему и заткнули рот наподобие кляпа. На вид он был довольно молод, даже юн. Чуть склонив голову набок, король смог рассмотреть хрупкие плечи и выпирающие сквозь ткань тонкой рубашки бугорки позвоночника. Рассмотрел он и то, как туго верёвки стягивали по-женски изящные запястья, буквально выворачивая юноше руки, натирая тонкую бледную кожу до алых отметин. - Это «удивительное создание», - Дитрих проследовал за повелителем и, присев рядом с пленником, сжал пальцами его острый подбородок, вынуждая поднять полный искрящейся злобы взгляд чёрных, словно ночь, глаз, – Больно царапается, так что я бы посоветовал, как минимум, сломать ему руки. – Губы его растянулись в какой-то садистской улыбке, когда злость в глазах юноши смешалась с испугом, а по тощему телу судорогами пробежала дрожь. - Зачем вы заткнули ему рот? – король проигнорировал его слова и тоже опустился на одно колено, жестом приказывая отпустить пленника. Вместо этого он сам приподнял бледное лицо, движением куда более ласковым. Две пары синих глаз разглядывали красивые, но довольно-таки резкие черты. Этот юноша выглядел как-то по-странному дико, что отражалось и в затравленном, полном ненависти, взгляде, и в том, как весь он напрягся, словно готовясь к удару. Удара не последовало, лишь осторожное касание шершавых пальцев, что прочертили линию от виска к уху, там, где больше всего выпирали из-под кожи тёмные паутинки вен. - Он пытался проклясть нас, – Дитрих насмешливо фыркнул, - нашёптывал какую-то дрянь, вертел вон, кольца свои. Мои солдаты народ суеверный, вот и… Только сейчас его высочество обратил внимание на два кольца, украшавшие длинные тонкие пальцы. Одно из них было испещрено какими-то символами, больше похожими на буквы, нежели на простой узор. - Хочешь сказать, твои воины испугались мальчишки с кольцами? – сказано это было тоном снисходительно-тёплым и при том издевательским. Мужчина со шрамом не изменился в лице, лишь резким движением сорвал кольцо с руки пленника, пользуясь тем, что тот попросту не мог шевелить затёкшими от тугих пут пальцами. Юноша отреагировал на это крайне яростно, что-то неразборчиво замычал и замотал головой, даже дёрнулся, но тут же скривился от боли в вывернутых запястьях. - А ему, видимо, дорога эта безделушка. - Задумчиво протянул Дитрих, подбрасывая на ладони хрупкое украшение, - Ну так, что скажешь, Экхард? Нравится мой подарок? «Подарок» зло зашипел, задёргался, не обращая внимания на мигом вспыхнувшую боль в натёртых кистях. - Нравится. – Экхард удовлетворённо кивнул, рывком выдернул импровизированный кляп изо рта пленника и ещё мгновение наблюдал, как тот делает несколько глубоких вдохов и бегло облизывает пересохшие губы. – Что там написано? - Пошёл к чёрту. – Голос у юноши был тихий и хриплый, слова их родного языка выходили у него неразборчивым шелестом. - Сомневаюсь, что там написано именно это. – Усмехнулся его высочество, разжимая пальцы, позволяя пленнику удариться головой о каменные плиты. – А ты, братец, оставь нас, и кольцо… - тут он сделал неопределённый жест рукой в воздухе, однако Дитрих всё понял и, поднявшись на ноги, бросил предмет на пол, чтобы спустя мгновение разбить каблуком тонкий металл. На губах его заиграла издевательская ухмылка. От столкновения с полом перед глазами у юноши всё поплыло, однако разлетающийся на осколки такой родной узор он рассмотрел слишком уж хорошо, ровно, как и это лицо со шрамом, в которое тут же возникло желание вцепиться, расцарапать его ещё больше, чтобы стереть эту отвратительную улыбку. - Удачно повеселиться, милорд. – Дитрих отвесил шутливый поклон и поспешил прочь из зала, чеканя шаг. - Эй, вы! - король окликнул слуг, что тут же явились по его зову, в глазах их искрилось любопытство. По всей видимости, два лакея попросту подслушивали под дверью и теперь всё никак не могли наглядеться на странное создание, что так заинтересовало их равнодушного к подобным "вещам" повелителя. Само же создание провожало полным огня взглядом уходящую и слегка расплывающуюся перед глазами фигуру мужчины. - Этого, - повелитель кивнул на юношу, - вымыть, накормить, если есть станет, одеть и вечером ко мне в покои. Станет сопротивляться - отдайте Дитриху. Мне строптивые ни к чему. - Понаблюдав за реакцией пленника, что к тому времени уже оклемался и внимательно слушал, поглядывая на пришедших всё с той же дикостью, его высочество чуть склонил голову, заглядывая в злые-презлые глаза, - Как зовут тебя? - Пошёл к чёрту! - шипение превратилось в рык, отчего слова неродного жителю Востока языка зазвучали почти правильно, а на узких губах змеей скользнула презрительная усмешка. - Семь бед - один ответ... - хмыкнул Экхард, поднимаясь на ноги. - Ладно, забирайте. Юноша не сопротивлялся, когда его, подхватив под руки, уволокли из зала.