Face to face

5 месяцев спустя. Лос-Анджелес. Дом О’Конноров.       Оуэн довозит Кейтлин до сказанного адреса. Девушка целует Шоу, положив ладонь на его щеку, а после смотрит на него. Она излучает счастье, её глаза, улыбка, движения – всё свидетельствует об этом. Торетто покидает салон спортивной машины, которую мужчине передал его брат. Деккард не живёт в США, но некоторое имущество у него всё же осталось, поэтому он и переоформил всё на младшего. Оуэн не собирался оставаться. Во-первых, не желал пересекаться с кем-либо из семьи Кейтлин. Во-вторых, понимал, что атмосфера при его присутствии будет не лучшей, а с отцом девушка не виделась уже давно. Да и в-третьих, у него имеются неотлагательные дела.       Кейт против такой политики Шоу ничего не имела. Она прошла по подъездной дорожке, оглядевшись вокруг, и постучала в дверь. Погода была отличной, теплой, как и бывает в Лос-Анджелесе, а уютное гнёздышко О’Конноров расслабляло еще сильнее. Дверь открыла Мия, Кейт тут же кинулась на шею тёте. Едва девушка вошла в дом, как навстречу ей вышла Летти, держа на руках маленького Брайана.       — Божечки! - воскликнула Торетто, обняв женщину, а после принявшись тискать брата. — Как я рада вас всех видеть, представить не можете.       Из смежной комнаты неуверенными шажками выходит Джек, которого Кейтлин хватает на руки. Мальчонка завороженно разглядывает новый образ девушки; некоторые пряди её волос были мелированы. Именно отличающийся по цвету ребенок и рассматривал, с интересом трогал.       Летти отметила, что Кейтлин выглядела намного лучше, нежели в их последнюю встречу, тогда в Нью-Йорке. Всем уже было известно о завязавшихся у неё отношениях с Шоу. Для многих такая перестановка на доске была непонятна, не все её одобряли. Летти искренне надеялась, что именно мужчина положительным образом влияет на девушку. Хотелось верить, что и Кейт хорошо влияет на него.       — А где...? - спрашивает девушка, подразумевая Доминика и Брайана.       Женщины кивнули в сторону заднего двора. Мия забрала Джека к себе на руки, всей компанией они прошли на крыльцо. Мужчины мельком взглянули на своих женщин и вернулись в разговор, а затем вновь отвлеклись, заметив затесавшуюся среди них юную Торетто. Её ждали, это видно по накрытому столу. “Девочка моя,” - нежно называют её Торетто и О’Коннор, для неё они два отца, и никак иначе.       Всей семьёй они рассаживаются по местам за столом. Малышня остается играть на пледе, разложенном рядом. Кейт, что не удивительно, садится на своё место без пары. Оно и к лучшему сейчас.       — Где ты была эти три месяца? Рассказывай, - требует рассказа отец. Кейт и не против.       — Ну, после досрочной сдачи всего что нужно, мы полетели в Японию. Туда нас позвал Деккард, сказал Оуэну, что имеется “мощное и серьезное дело”. Меня, естественно, никто и ни во что не ставил, - хмыкнула девушка, с обидой усмехнувшись. — Пока они решали свои делишки, я побывала на могиле Хана, - совсем тихо сказала она. Торетто не знала, как на это отреагируют присутствующие, но все отнеслись с должным пониманием. — Еще проходила обследование, на этом, в общем-то, моё времяпрепровождение и кончилось.       — Какое обследование? - не понял Брайан, когда Кейт только собиралась перейти к другой части рассказа. Девушка осекается, смотрит на О’Коннора, а затем переводит взгляд. На такое поведение внимание обращают все до единого. — Кейт, - давит на неё Брайан.       — Ладно, всё равно же когда-нибудь спросите, - настроение у девушки значительно изменилось. Она загрустила. — После Нью-Йорка Сайфер послала за мной наёмника, который должен был доставить меня к ней. К моему счастью, тогда я заметила хвост, поэтому Шоу со всем разобрались. Деккард тогда предположил, что “эта больная сучка” потеряла рычаг давления на тебя, поэтому ей понадобился новый. А в день, когда Шоу отправились вытаскивать Брайана, в квартиру проник другой наёмник. Только него цель была меня убить, что, в общем, ему практически удалось. Врачи в больнице вернули меня тогда с того света, а я за это заплатила, - Кейт схватила стакан воды и выпила, лишь бы притупить паршивое чувство в груди.       — Куда тебя ранили? - спросила Летти, которая в этом разбиралась, наверное, лучше других. Достаточно шрамов и на её теле.       Торетто задернула футболку, демонстрируя рубец на животе. Все замолчали, тяжело и глубоко раздумывая. Кейт поправила футболку, сложила руки на животе и посмотрела на самых маленьких в их семье.       — Врачи уверены, что у тебя не будет детей? - спрашивает Доминик, глядя на дочь, которая лишь молча кивает, даже не удостоив его взгляда. — Шоу знает?       — Я ему не говорила, - вздохнув, отвечает девушка.       Ей тяжело. От признания семье легче не стало. Она лишь вновь вспомнила об этом, хотя старалась во время отдыха не возвращаться к этой теме. Кейт закрывает лицо ладонями, пытается сдержать слёзы.       — Я не знаю, как рассказать об этом Оуэну, - говорит она. — Он уйдёт, если узнает, а я этого не хочу.       Сидящая рядом Мия прижимает девушку к себе. Кейт тихо всхлипывает в её объятиях. Ей отвратительно от всего. Еще сложнее смотреть мужчине в лицо и ничего не говорить, потому что не можешь. Доминик задумчиво оперся головой о кулак. В этой ситуации он не может помочь своей девочке, только если поговорить с Шоу, но он не хочет влезать в их отношения. Летти смотрит на сжавшуюся в руках Мии Кейтлин. Она понимает опасения девушки, потому что когда-то работала с Оуэном. Мысли Торетто обоснованны. Брайан качает головой. Как бы они не пытались уберечь своих близких от всего, всё равно приходится расплачиваться за свой образ жизни.