История о том, как хулиган влюбился в гриффиндорскую заучку.

      На следующее утро за нами пришла Тонкс, и мы отправились в больницу святого Мунго. В больнице мы с помощью Удлинителей ушей выяснили, что Воландеморт может овладеть Гарри. Мы не на шутку испугались, ведь, если это правда, то Воландеморт знает, где штаб ОФ и много другой важной и секретной информации. Гарри всю первую половину дня ходил бледный, как привидение и просидел в комнате с Клювокрылом, но потом мы доказали ему, что он не одержим Тёмным лордом, и Гарри повеселел.       Мистер Уизли чувствовал себя хорошо, и ему разрешили отправится домой. После возвращения из больницы мы стали украшать дом. Я напросилась украшать ель, это всегда было моим любимым занятием в Рождество. Сириус на весь дом распевал рождественские гимны. Со мной в гостиной были Джинни и Гарри, с кухни послышался чей-то плач. Я хотела выйти, посмотреть, что случилось, но в гостиной появились близнецы и закрыли дверь. – Что там случилось? – спросила я. – Мама плачет, Перси вернул ей рождественский джемпер, – угрюмо ответил Фред. – Без записки, – добавил Джордж. – Ни об отце не спросил, ни сам к нему не сходил – ничего. – Мы пробовали её утешить, – сказал Фред, садясь на подлокотник кресла, где сидела Джинн. – Объяснили ей, что Перси – просто большой кулёк крысиного помёта. – Не помогло, – сказал Джордж, жуя шоколадную лягушку. – Теперь Люпин нас сменил. Так что лучше подождать тут, пока он её развлекает.       Я тяжело вздохнула. Бедная Молли, а Перси самый настоящий кусок дерьма! Как можно променять семью и друзей на работу и мнение окружающих? – Хей, совушка, ты чего загрустила? – спросил Фред, сев рядом. – Думаю о том, как Молли не повезло с одним из сыновей. – Я надеюсь, ты сейчас не меня имеешь ввиду? – с усмешкой спросил он. – Нет, – с улыбкой ответила я. – Ты иногда бываешь очень даже ничего. – Буду считать это комплиментом.       Я с улыбкой продолжила украшать ель, но до верхних веток я дотянуться не могла, поэтому моё дело продолжили Фред и Джордж. Я села на диван и обняла подушку.       Скоро в гостиную вошла миссис Уизли и позвала нас всех ужинать. Столовая с рождественскими украшениями выглядела гораздо уютнее, чем обычно. На столе были всевозможные угощения, но это никого не удивляло, у Молли почти каждый ужин был таким. Мы заняли места за столом. – А никто Кикимера не видел? – спросила я. – Наверное, где-нибудь наверху сидит, льёт слёза над панталонами моей мамаши или ещё чем.       Конечно, мог заползти в вентиляционный шкаф и умереть... но надеяться на это не смею.       Фред, Джордж и Рон рассмеялись, я же посмотрела на Сириуса с укоризной. Ладно, передам подарок Кикимеру позже. Ужин проходил в тёплой семейной атмосфере, Фред и Джордж как обычно шутили, Сириус и Люпин о чём-то спорили с Грюмом и миссис Уизли, за их спором наблюдала Тонкс, мы с Гарри говорили о следующем занятии ОД, а Джинни и Рон обсуждали квиддич. – Время подарков! – воскликнула Джинн.       Молли взмахнула палочкой и со второго этажа к нам прилетели подарки. Я протянула Гарри и Рону планировщики домашних заданий, они скорчили кислые мины, и я усмехнулась: они просто физически не переносят учёбу. Джинни я подарила набор для ухода за метлой, а близнецам колдографии со всеми их приколами. Фред и Джордж, просмотрев колдографии, удивлённо на меня посмотрели. – Грейнджер, признавайся, ты следила за нами? – спросил Фред. – Вот ещё, делать мне нечего! Я Колина попросила. – Блин, тут даже есть колдо с Филчем, когда мы ему огромные прыщи наколдовали! – весело сказал Джордж. – Герм, ты чудо! – И, кстати, это наш подарок, – произнёс Фред, протянув мне стеклянный шарик, похожий на напоминалку. – Ага, специально для тебя придумали, – добавил Джордж.       Я взяла шарик в руки и, рассматривая его сказала: – Не хотите объяснить мне, что это? – Так и знал, что ты не догадаешься, – хмыкнул Фред.       Джордж же тем временем взял с кресла, стоящего неподалёку, какую-то книгу. – Так уж и быть, покажем, как он работает, – сказал он.       Я протянула Джорджу шарик. Он открыл книгу, шарик тут же завис над ней и ярко засветился, как фонарик. Джордж передал книгу Фреду, а шарик плавно проплыл по воздуху вместе с ней. Действительно, полезный подарок, особенно для меня. – Нокс, – сказал Фред, подставив руку под шарик, тот погас и опустился на ладонь близнеца. – Спасибо, ребят, а как вы его сделали? – спросила я, забирая фонарик у Фреда. – Секрет фирмы, – хором ответили они.       Гарри подарил мне книгу «Новая теория нумерологии», Рон духи с вишнёвым запахом, а Джинн серёжки в виде сов.       Наевшись, я, Гарри, Рон, Джинни, Фред и Джордж пошли в гостиную. Там близнецы предложили играть в «я никогда не...» со сливочным пивом. Я сначала отказывалась, но Джинни буквально заставила меня принять участие в игре. – Хорошо, я начинаю, – сказал Джордж, когда мы все сели в круг около камина. – Я никогда не вступал в Г.А.В.Н.Э.       Мы с Гарри и Роном сделали по глотку сливочного пива. – Я никогда, даже на спор, не надевал платье, – сказал Фред.       Я и Джинни глотнули из своих бутылок. – Я никогда не встречался со слизеринцем, – сказал Рон. – Вы издеваетесь! – воскликнули мы с Джинн и снова сделали по глотку пива. – Я никогда не доводила маман до крика, – сказала Джинни.       Близнецы и Рон отпили из своих бутылок. – Я никогда не получала ноль по зельеварению, – сказала я.       В этот раз пива глотнули все, ну кроме меня, конечно. – Я никогда не хотел убить Фреда, – произнёс Гарри.       Я, Джинни, Джордж и Рон дружно подняли бутылки и сделали по глотку. – Я теперь боюсь один по дому ходить, вдруг меня где-нибудь прихлопнут и скормят Клювокрылу, – сказал Фред. – Так, ладно, я никогда не влюблялся во Флёр, – произнёс Джордж.       Как и ожидалось, Рон сделал глоток из своей бутылки. – Я никогда не танцевал с Виктором Крамом, – сказал Фред.       Кроме меня, пива отхлебнул ещё и Гарри. – Поттер, я чего-то про тебя не знаю? – спросила я. – Да там, после второго испытания решили отметить немного, ну и оно само... – пробормотал Гарри. – Я никогда не целовался с Чжоу Чанг, – весело сказал Рон.       Гарри покраснел и сделал глоток пива. – Я никогда не целовала Фреда, – с хитрой улыбкой сказала Джинн. – Так та омела твоих рук дело? – спросила я и отпила из бутылки.       Джинни кивнула, Рон и Гарри переглянулись, Фред усмехнулся, а Джордж сделал глоток своего пива. Теперь все охреневше смотрели на него. – Ну блин, было-то один раз, и то по-пьяни, – стал отнекиваться он. – Ну конеееечно, – протянула Джинни. – Всё, закрыли тему, – встрял Гарри.       Они замолчали, и я сказала: – Я никогда не спала с тридцатипятилетним мужиком.       Рон покраснел и отпил из бутылки. – Ронни, ты ничего не хочешь нам объяснить? – пропел Джордж. – Да это на третьем курсе, когда Короста оказалась анимагом. – Ааа, вы об этом, а мы уже подумали... – хором протянули близнецы. – Я никогда не был в женских спальнях Гриффиндора, – сказал Гарри.       Мы с Джинни и близнецы сделали по глотку сливочного пива. – Но мальчики не могут попасть в женские спальни, – непонимающе произнесла я. – А мы можем, – хором сказали близнецы.       Я закатила глаза, эти клоуны могут всё, если захотят. В комнату вошёл Сириус и сказал: – Не хочу вас отвлекать, но, Гарри, с тобой хочет поговорить профессор Снейп, – последнее слово он произнёс с явным отвращением. – Кто со мной хочет поговорить? – удивлённо переспросил Гарри. – Вы не ослышались, Поттер, выйдите ко мне на пару слов, – раздался за спиной Сириуса ледяной голос преподавателя зельеварения.       Меня аж передёрнуло. Гарри поднялся с пола и направился к выходу. Дверь закрылась, и я обернулась к близнецам, только я раскрыла рот, как Фред сказал: – Мы за удлинителями?       Я закрыла рот и кивнула. Фред с Джорджем трансгрессировали и через пару секунд появились в гостиной с коробкой удлинителей ушей. – Любовь, это когда вы понимаете друг друга с полу-взгляда, – пропела Джинн.       Я лишь закатила глаза, вставляя в ухо один конец телесного шнура, а второй конец сам прополз под дверь. Сначала было слышно лишь шипение и треск, но потом я услышала недовольный голос Снейпа: – Предполагалось, что мы поговорим с глазу на глаз, Поттер, но Блэк... – Я его крёстный, – громко сказал Сириус. – Я здесь по распоряжению Дамблдора, – Снейп же, наоборот, говорил тихо и ядовито, – но, ради всего святого, оставайся, Сириус. Я знаю, ты любишь чувствовать себя... причастным. – Это как прикажешь понимать? – Да, я понимаю, ты должен быть... ах... расстроен тем, что не делаешь ничего полезного, для Ордена.       Снейп, конечно, мой преподаватель и всё такое, но в данный момент мне очень хочется, чтобы у него случился сердечный приступ. Говорит, что хочет поговорить с Гарри, а вместо этого издевается над Сириусом за детские обиды! – Директор послал меня передать вам его желание, Поттер, чтобы в этом семестре вы изучали окклюменцию.       Моя челюсть поздоровалась с полом, Джинни и Рон были не в теме, а близнецы удивлённо переглянулись. – Что изучать? – спросил Гарри. – Окклюменцию, Поттер. Магическую защиту ума от проникновения извне.       Теперь и Джинни с Роном удивлённо смотрели на дверь, за которой находились Гарри, Снейп и Сириус. – Почему я должен изучать окклю... как её? – Потому что так считает нужным директор. Вы будете получать индивидуальные уроки раз в неделю, но никому не скажете об этом, в первую очередь Долорес Амбридж. Вам понятно? – Да. Кто будет меня учить? – Я.       О Мерлин, за что ты так с Гарри?! Повисло гробовое молчание. – Почему Дамблдор не может его учить? Почему ты? – воинственно спросил Сириус через какое-то время. – Потому, видимо, что привилегия директора – поручать наименее приятные дела другим. Уверяю тебя, я не напрашивался, – раздался скрежет отодвигаемого стула, похоже, Снейп встал. – Жду вас в понедельник, в шесть вечера, Поттер. В моём кабинете. Если спросят – вы изучаете лекарственные зелья. Всякий, кто видел вас на моих занятиях, не усомнится, что вам это необходимо. – Постой, – сказал Сириус, видимо Снейп уже собирается уходить. – Я спешу, Блэк. В отличие от тебя, у меня нет бездны свободного времени. – Тогда к делу, – судя по звуку, Сириус тоже поднялся со стула. – Если услышу, что эти свои уроки окклюменции ты используешь для того, чтобы притеснять Гарри, будешь иметь дело со мной. – Как трогательно. Но ты, полагаю заметил, что Гарри пошёл в отца? – Заметил, – с гордостью отозвался Сириус. – Тогда ты догадываешься, насколько он высокомерен. Критика отскакивает от него, как от стенки горох.       Снова послышался скрежет ножек стула о пол, и скрип половиц, затем какой-то шорох. – Сириус! – громко позвал Гарри. – Я тебя предупредил, Нюниус! Мне плевать, что Дамблдор считает тебя исправившимся. Я тебя лучше знаю! – Так почему ты ему не скажешь? – едва расслышался шёпот Снейпа. – Или боишься, что он не воспримет всерьёз совет человека, который полгода прячется в материнском доме? – Скажи мне, как поживает нынче Люциус Малфой? Поди, доволен, что его верный пёсик работает в Хогвартсе? – Кстати о пёсиках, – нежно сказал Снейп. – Ты знаешь, что Люциус Малфой узнал тебя, когда ты в последний раз рискнул прошвырнуться? – так и знала, говорили же ему, чтобы не рисковал! – Ловко придумано, Блэк – показаться на закрытой платформе. Железное оправдание, чтобы больше не высовывать нос из норы.? – НЕТ! – закричал Гарри, и за дверью раздался грохот. – Не надо, Сириус. – Какого чёрта там происходит? – прошипел Рон. – Ты назвал меня трусом! – взревел Сириус. – О, кажется, так, – сказал Снейп. – Гарри... не лезь... под ноги! – прорычал Сириус.       Раздался скрип лестницы, и третий голос спас положение: – Что тут происходит?! – воскликнула Молли. – Профессор, я так полагаю, вы уже обсудили с Гарри всё, что хотели? – Да, и уже удаляюсь, – ответил Снейп, раздался скрип половиц, и хлопнула дверь.       Сириус выругался и отправил Гарри в комнату, мы стали сматывать Удлинители.       В комнату зашёл поникший Гарри. – Я так понимаю, вы всё слышали, – скорее утвердительно, чем вопросительно сказал он. – Да, но немного не поняли, что там с Сириусом и Снейпом произошло, – сказал Рон. – Ну, Сириус хотел запустить с Снейпа каким-то заклятьем, но тут вошла миссис Уизли. – Дополнительные уроки у Снейпа, сочувствую, Гарри, – печально сказала Джинн. – Но, это же никак не отразится на занятиях ОД? – взволнованно спросил Фред. – Скорее всего нет, кстати, где Джордж? – вдруг спросил он.       Я осмотрелась и с удивлением поняла, что не заметила, как Джордж трансгрессировал. Остальные, судя по их лицам, тоже только сейчас заметили, что один из близнецов куда-то пропал. Раздался хлопок трансгрессии, и в комнате появился Джордж с бутылкой огневиски. Мы удивлённо на него посмотрели. – После таких новостей без огневиски никак, – пожал плечами он и, сделав глоток прямо из горла, передал бутылку Фреду.       Тот тоже глотнул виски и протянул бутылку Рону. – Только маме ни слова, – шепнул Фред, когда Рон взял у него из рук бутылку.       Рон кивнул и, сделав небольшой глоток виски и поморщившись при этом, передал бутылку Гарри.       Поттер сделал два больших глотка, не удивлена, ему же предстоит ходить на уроки к Снейпу. – Герм? – почти без надежды спросил он, протягивая мне бутылку, где оставалась одна треть янтарной жидкости.       К собственному удивлению, я взяла бутылку из рук друга и сделала небольшой глоток. Я поморщилась, чувствуя, как напиток обжигает внутренности. Все смотрели на меня полными шока глазами. – Кажется, апокалипсис близко, – разрезал тишину голос Рона. – Общение с вами, определённо плохо на неё влияет, – сказала Джинн, обращаясь к близнецам.       Я вернула бутылку Джорджу, отметив про себя, что Джинни права. – Грейнджер, ты не перестаёшь меня удивлять, – проговорил Фред.       Джордж трансгрессировал куда-то и вернулся уже без бутылки. В этот момент в гостиную вошла Молли. – Идите все спать, завтра вставать рано, – сказала она. – А я думал, что мы завтра на Ночном рыцаре едем, – недоумённо произнёс Рон. – Да, но это не значит, что можно опаздывать, – сказала Молли. – Чтобы через три минуты были в кроватях! – добавила она и вышла из комнаты.       Опять этот Ночной рыцарь! Надеюсь, в этот раз не придётся садиться кому-либо на колени, хотя в тот раз я попала на колени Фреда не по своей воле. Ну, впрочем, неважно. – Спокойной ночи, – сказала я ребятам и первая вышла из гостиной. – Спокойной ночи, – раздались сзади голоса близнецов, и они трансгрессировали с характерным хлопком.       За мной из гостиной вышла Джинни, а за ней Гарри и Рон. Пока мы шли к лестнице, я вспомнила о подарке для Кикимера и, достав из-за пояса упакованное одеяльце, сунула его в чулан, который был спальней эльфа. На втором этаже Гарри и Рон, пожелав нам с Джинни сладких снов, пошли к своим спальням, а мы с Джинн направились в противоположную сторону, к нашим комнатам. Дойдя до наших спален, мы с Джинни попрощались и пошли, каждая в свою комнату.       Последнее, что я увидела перед тем, как окунуться в объятия Морфея, был небольшой серый совёнок Полумны, пролетевший в свете фонаря.

***

      На следующее утро я проснулась в восемь утра, сходила в ванну и спустилась на кухню, где заботливая Молли уже готовила всем завтрак. – Доброе утро, Гермиона, – улыбнулась она, заметив меня. – Доброе утро, миссис Уизли, – улыбнувшись, ответила я. – Может, вам помочь? – предложила я. – Ну что ты, детка, я уже заканчиваю, лучше иди разбуди остальных, а то они проспят завтрак и им придётся есть на ходу, – отозвалась женщина. – Конечно, миссис Уизли, – сказав это, я пошла на второй этаж.       Для начала я решила разбудить Джинни, так как именно она обычно спала дольше всех, и будить её намного сложнее. Я зашла в комнату подруги и умилилась, когда она спит, она кажется такой лапочкой, но я-то её знаю, поэтому, не церемонясь, стаскиваю с Джиневры одеяло и выдёргиваю подушку из-под её головы. Она недовольно морщится и зевает, потом открывает глаза, сразу же сощурившись от яркого света, и зло смотрит на меня. – Герм, ты изверг, – сонно протягивает она и отворачивается от меня в попытке снова заснуть. – Ну уж нет, Джиневра! Даже не думай спать, твоя мама просила тебя разбудить, – говорю я, ударяя её подушкой в плечо. – Передай ей, что я проснулась.       Судя по голосу, она почти заснула. Тут я не выдерживаю и, схватив с тумбочки стакан с водой, выливаю его содержимое на голову подруги. Джинни тут же вскакивает с кровати и гневно смотрит на меня. Прежде, чем она успевает хоть что-то сделать, я выбегаю из комнаты, бросив напоследок «С добрым утром!».       Дальше идёт комната Рона. Я захожу и начинаю трясти друга. – Рон, просыпайся! – восклицаю я. – Не хочу, – буркнул он. – Миссис Уизли завтрак приготовила, – протягиваю я. – Уже встаю! – широко распахнув глаза и сев на кровати, воскликнул Рон.       Я улыбнулась и вышла из комнаты. Напротив комнаты Рона была комната Гарри, куда я и отправилась. Гарри будить всегда было легко, как и сейчас, стоит только немного потормошить его и протянуть очки, когда он откроет глаза. Разбудив Поттера я вышла из его комнаты и, подавив желание перекреститься, направилась в обитель Фреда и Джорджа.       Первое, что мне бросилось в глаза, это котёл с зельем, рецепт которого я позавчера немного подправила, стоящий на полу посреди комнаты. Я наклонилась над котлом и проверила цвет и запах зелья. Вроде, они ничего не напутали. Тогда я выпрямилась и по очереди посмотрела на близнецов. Так, вот тут на кровати висит свитер с буквой «G» соответственно, это Джордж. Его я решила разбудить первым, чтобы расспросить о Полумне, так как я уверенна, что её совёнок был здесь именно из-за младшего близнеца. Немного попинав Джорджа, я всё-таки смогла его разбудить. Он недовольно поморщился и удивлённо посмотрел на меня. – Герм, какого чёрта?! – Миссис Уизли попросила меня всех разбудить, и мне хочется узнать, что пишет Полумна, – с хитрой улыбкой сказала я. С соседней кровати раздавался негромкий храп Фреда. Ха! Не такой уж он и идеальный, как сам утверждает. А тем временем Джордж слегка покраснел, натягивая футболку. – С чего ты взяла, что она мне что-то пишет? – как можно невозмутимее сказал он. – Видела вчера в окне её почтового совёнка. – Только не начинай допрос, пожалуйста, – взмолился он. – Ладно, ответь только на два вопроса: Вы встречаетесь? И если да, то насколько всё серьезно? – Тебе-то вообще какая разница? – удивлённо спросил он. – Во-первых, ты сам знаешь, что я чрезмерно любопытна, а во-вторых, вы мои друзья и я ужасно хочу знать, что происходит между вами.       Он тяжело вздохнул и ответил: – Да мы встречаемся, чуть меньше месяца. И, кажется, я её люблю... – Почему кажется? – недоумённо спросила я. – Потому что любовь – чувство весьма неопределённое и нельзя так сразу определиться, любишь ты человека по-настоящему или это просто влюблённость.       Я задумалась. И тут до меня дошла вся абсурдность этой ситуации, я сижу с Джорджем Уизли, рассуждающим о любви. – Да ты, я смотрю, в философы решил податься, – со слабой усмешкой сказала я.       Но мысли не покидали меня, я изначально знала, что мои чувства к Малфою были лишь влюблённостью, но как я так просто это определила? И если это была просто влюблённость, то какая же она – настоящая любовь? Если верить любовным романам, которых мы с Джинни перечитали этим летом огромное количество, то, когда ты видишь человека, которого по-настоящему любишь, сердце начинает сбиваться с ритма, дыхание перехватывает, теряется координация и прочие «симптомы». От одного взгляда глаза в глаза чувствуешь, как начинают краснеть щёки, и поспешно отворачиваешься. Постоянно хочется быть рядом, но по непонятным причинам стараешься избегать его. Но так ли это на самом деле?       Из размышлений меня вывел голос Джорджа: – Герм, о чём размышляешь? – Ни о чём, – ответила я, тряхнув головой, чтобы прогнать ненужные мысли. – Разбудишь Фреда? – Я что, похож на самоубийцу? Он, если будишь раньше, чем сам проснётся, злющий, как мантикора. – Ты издеваешься? – скептически спросила я. – Ничего подобного, – ответил Уизли.       Я взяла его подушку и запустила её в голову Фреду. Снаряд попал точно в цель, и Фред тут же резко сел, шокировано осматриваясь. Я постаралась сделать самое невинное выражение лица, но Фреда так просто не провести, он стал сверлить меня гневным взглядом. – Это всё он! – воскликнула я, показав на Джорджа. – Она врёт! – тут же отозвался он. – Гермиона, ты что тут вообще делаешь? – удивлённо спросил Фред, протирая глаза. – Вообще-то вас будила. – Ох, Герм, неправильно ты меня будишь. Надо подойти, сесть рядышком на кровать и нежно-нежно поцеловать. А потом... – Помнится, когда ты меня однажды решил разбудить, не стал заморачиваться и просто облил меня водой, – хмыкнула я, не дав ему договорить. – Короче, одевайтесь и спускайтесь завтракать, – сказав это, я встала с кровати и вышла из комнаты.       Сразу после завтрака мы взяли свои вещи и вышли из дома вместе с Тонкс и Люпином, Гарри немного задержался на пороге, прощаясь с Сириусом. Люпин призвал Ночного рыцаря, слава Мерлину, я нашла себе свободное место. Тонкс сказала, чтобы нас довезли до Хогвартса вне очереди.       Люпин дал Гарри совет по поводу окклюменции и мы, попрощавшись с нашими сопровождающими, вошли в ворота Хогвартса.