История о том, как хулиган влюбился в гриффиндорскую заучку.

      Это утро начиналось не совсем привычно для меня. Я умылась, причесалась, выпила две капли зелья, надела школьную форму, поверх неё мантию. В карман мантии я положила флакончик антидепрессанта, а в капюшон, по примеру Джинни, посадила пушистика. Джинни вчера сказала, что Тиффани проспала у неё в капюшоне почти весь день, и никто её не увидел. Закинула сумку с учебниками на плечо и вышла из комнаты.       Около портрета меня встретила Джинни, и мы вместе пошли к Большому залу. Когда мы уже почти дошли до входа в зал, сзади раздался слишком хорошо знакомый голос: – Герм...       Мы с Джинни переглянулись и прибавили скорости. – Герм, ну постой. Давай поговорим, – Фред догнал нас и уже шёл рядом. – Я не хочу с тобой разговаривать, – раздражённо ответила я, даже не обернувшись. – Ну, Герм, хотя бы выслушай меня, – почти умоляюще проговорил он. – Уизли, отстань, – прошипела я, – иначе я просто наложу на тебя Инкарцеро.       В этот момент мы уже были в Большом зале, и мы с Джинн заняли места в самом конце стола, где уже сидели Гарри и Рон. Слава Мерлину, больше свободных мест там не было. – Герм, ты же не сможешь постоянно от него бегать, – тихо сказала Джинни. – Я знаю, Джинн. Но пока можно и побегать, – так же тихо ответила я.       После завтрака мы с Гарри и Роном пошли на чары, а Джинни на прорицания.       Как только прозвенел колокол, мы вылетели из кабинета, столкнувшись с грустным Блейзом и пытавшейся его взбодрить Джинни. – Что стряслось? – спросила я. – Я теперь тоже член Инспекционной дружины, – нехотя произнёс Блейз, демонстрируя значок на мантии. – А как так? – удивился Рон. – Отец в письме заставил, типа если я буду помогать Амбридж, то мне это обязательно зачтётся. Я лично против, но конфликтовать с родителями не очень хочется, поэтому из двух зол выбираю меньшую. – Да ладно тебе, Блейз. То, что ты теперь в этой дружине, ничего не меняет, – ободряюще сказал Гарри. – Рад это слышать. Кстати, Амбридж подозревает вас в какой-то незаконной деятельности, так что, что бы вы ни делали, будьте осторожны, – предупредил Забини. – Спасибо, что предупредил, – протянул Гарри. – А больше ты ничего не знаешь? – Нет, мне там не очень-то доверяют, – покачал головой Блейз. – Но если я что-то узнаю, то обязательно сообщу. – Ещё раз спасибо, – произнёс Гарри, и мы пошли на трансфигурацию.       После трансфигурации у нас было зельеварение, мой напиток живой смерти получил «П», чему я была очень удивлена, неужели Снейп хочет меня так подбодрить? Что ж, очень мило с его стороны.       После зельеварения я пошла на руны, а Гарри и Рон на прорицания.       Потом мы встретились в Большом зале, судя по словам Гарри и Рона, Трелони решила уйти в запой. Нет, я конечно не очень сильно её люблю, но мне её жалко. Пока я ела, то почувствовала, что мой капюшон резко стал легче. Я в страхе оглянулась и заметила какое-то шевеление в капюшоне Джинни. – Джинн, у тебя Тиффани с собой? – спросила я. – Да, а что?       Я улыбнулась и молча достала из капюшона подруги своего пушистика. – Луна была права, они действительно подружились, – сказала я, сажая Джейми обратно в капюшон, вроде бы его никто не заметил. – Как думаешь, их можно разводить? – с весёлой улыбкой спросила Уизли.       Рон, жующий в этот момент яблоко, подавился. – Джинни, фу. О чём ты думаешь! – притворно возмутилась я. – О чём я думаю, это моё личное дело, – ответила она. – Извращенка, – тихо произнёс, откашлявшись, Рональд. – Ой всё! Уже и спросить нельзя. Кстати, это был бы неплохой бизнес, – проговорила Джинн. – Тоже мне, бизнесвумен, – фыркнула я. – Ладно, забыли, – начинала раздражаться рыжая. – Хорошо, молчу. Гарри, а можно как-то заранее узнать, какую форму примет чей-либо Патронус? – тихо спросила я. – Не знаю, но сегодня на занятии ты всё равно это узнаешь, – так же тихо ответил друг. – Поскорее бы, – пропела Джинни. – Терпение, девочки, – усмехнулся Гарри. – Так, ладно, пойдёмте на уход за магическими существами.       Мы попрощались с Джинни и направились на урок Хагрида, после ухода я пошла на нумерологию, где твёрдо решила провести оставшееся до тренировки время в библиотеке, так как давно уже пора было начать готовиться к экзаменам.       После нумерологии я зашла к себе, оставила Джейми в комнате, переоделась в джинсы с футболкой, накинула мантию и пошла в библиотеку. В библиотеке я сначала сделала уроки, а потом набрала пособий по трансфигурации, так как это был один из самых трудных предметов, и стала повторять всё, пройденное за эти пять лет. Сплошные формулы, таблицы, теоремы... Ещё чуть-чуть и мозг взорвётся. От учебников меня отвлёк голос младшего из близнецов: – Герм, ты сколько тут вообще сидишь?       Я посмотрела на Джорджа и протёрла глаза, уже начинавшие болеть. – А сколько времени? – Через двадцать минут занятие ОД, – тихо ответил он.       Так, от библиотеки до Выручай-комнаты идти минут пятнадцать. – Спасибо, что напомнил, Джордж, иначе я бы так тут и просидела, – поблагодарила я, собирая книги в стопку. – А как ты сразу определила, что я Джордж? – поинтересовался он.       Я пожала плечами. – Ну, согласись, если бы на твоём месте был бы Фред, я вряд ли стала бы с ним разговаривать, – сказала я, расставляя книги по полкам. – Ну, в общем-то да... – А где Луна? – поинтересовалась я. – Она подойдёт к Выручай-комнате, – ответил Джордж. – Понятно, – сказала я, закидывая сумку на плечо. – Ну что, в Выручай-комнату?       Он кивнул, и мы вышли из библиотеки. – Герм, а ты уже придумала, какое воспоминание используешь для Патронуса? – Я как-то даже не задумывалась над этим. Не знаю, какое из моих воспоминаний будет достаточно сильным для Патронуса. А ты? – Ну, несколько вариантов у меня точно есть, – протянул он. – Джордж, скажи мне, как человек, встречающийся с Полумной Лавгуд, мозгошмыги существуют?       Его брови стремительно взлетели вверх. – К чему такие вопросы? – Мне просто интересно. – Ну, я лично никаких мозгошмыгов не видел, но Луна постоянно о них говорит. – Интересно, как они выглядят? – Ты же в них вроде не веришь, – недоумённо проговорил Джордж. – Ну, если мы не видели чего-то, это не значит, что этого не существует. До одиннадцати лет я была уверена, что магия бывает только в сказках, а в итоге я уже учусь на пятом курсе в школе чародейства и волшебства, и на самом деле на сказку это не тянет. – Ну, не все же сказки должны быть добрыми, но в каждой сказке, насколько злой она бы ни была, всегда счастливый конец. – Но это же совсем не сказка, это суровая реальность, насколько сказочной она бы ни была. – С тобой спорить бесполезно? – А сам как думаешь? – Думаю, что тему сказок пора закрывать. – Согласна.       Вот так мы и дошли до Выручай-комнаты. Войдя в зал, вид которого приняла комната, я пошла к Джинни и Рону (Гарри ещё не пришёл), а Джордж к Фреду, Луне и Ли. В зале было очень шумно, все говорили о чём-то своём, но как только в зал вошёл Гарри, разговоры мгновенно стихли. – Кхм... Рад видеть вас всех здесь снова, надеюсь вы помните всё, что мы проходили на прошлых занятиях. Сегодня, я решил, что уже пора начать тренировать заклинание Патронуса.       Все, кто об этом не знал, стали взволновано перешёптываться. – Сейчас я покажу, как это должно выглядеть, – все снова замолчали. – Экспекто Патронум! – воскликнул Гарри, делая быстрое движение волшебной палочкой.       Из его палочки появилось множество серебристых линий, которые стали принимать форму оленя, олень сделал пару кругов по комнате и исчез.       В зале раздался общий восторженный вздох. – Так, теперь встаньте в две линии, у этой стены и у этой, – Гарри показал на противоположные стороны зала.       Мы с Джинни встали в ряд у левой стены. Когда все стояли на местах, Поттер продолжил: – Теперь, повторяйте движение палочкой, – он медленно повторил движение, которое использовал при вызове Патронуса.       Я внимательно следила за его манипуляциями и постаралась повторить всё как можно точнее, то же делали и все остальные. – Отлично, Луна, – говорил Гарри, наблюдая за нашими действиями. – Нет, Невилл, не так резко, нужно плавнее... Неплохо, Захария... Гермиона, Джинни, молодцы!.. Нет, Рон, ты в конце влево уходишь, а надо прямо...       Когда все смогли нормально действовать палочкой, Гарри произнёс: – Так, теперь повторите заклинание, пока без палочек: Экспекто Патронум. – Экспекто Патронум, – хором повторили мы. – Чётче, Экспекто Патронум!       Мы снова повторили, как можно чётче. – Отлично, теперь попробуйте вызвать своего Патронуса. Сейчас вы должны вспомнить самый счастливый момент в своей жизни, воспоминание должно быть очень сильным и ярким, полностью сконцентрируйтесь на нём и попробуйте призвать Патронуса.       Так, какое бы воспоминание выбрать? Может, письмо из Хогвартса? – Экспекто Патронум, – сказала я, полностью погружаясь в момент, когда в дверь нашего дома постучала женщина-кошка и, протягивая одиннадцатилетней мне письмо с гербом Хогвартса, сообщила, что я волшебница.       Конец палочки засветился серебристым светом, но больше ничего не происходило. Значит, не то. Я отпустила воспоминание и стала искать другое. Может, начало дружбы с Гарри и Роном? Я попробовала ещё раз, но палочка лишь снова слабо засветилась серебром.       О'кей, может, тот момент, когда с меня сняли цепенящее заклятье, и я снова увидела ребят в Большом зале? – Экспекто Патронум, – почти шепчу я.       На этот раз из палочки появляется пара серебристых линий, но через пару секунд они снова исчезают. Блин, какое ещё воспоминание есть? Каникулы с родителями во Франции. Снова лишь серебристый свет.       Так, а когда мы спасли Клювокрыла и Сириуса? В этот раз линии гораздо ярче, но это тоже не то.       Святочный бал! Точно, наверняка подойдёт. Я постаралась погрузиться в тот день и произнесла заклинание. Из палочки стремительно вырвались серебристые линии, они стали принимать очертания какого-то животного, но тут мне вспомнилась наша с Роном ссора в тот день, и свет исчез.       Я тяжело вздохнула и оглядела зал. Вот, Чжоу радуется своему Патронусу – серебристому лебедю, Рон удирает от своего же пса, но вскоре его Патронус исчезает, вокруг Джинни весело скачет гнедой конь. – Герм, только не говори, что у тебя что-то не получается, – раздался рядом голос Гарри.       Я посмотрела в строну друга и ответила: – Я не могу отыскать достаточно сильное воспоминание. – Попробуй ещё, у тебя не может не быть такого сильного воспоминания, – произнёс Поттер и пошёл помогать Невиллу, у которого тоже не всё ладилось.       Я снова вздохнула и оглядела зал, столкнувшись с внимательным взглядом Фреда, я сразу же отвела глаза. Тут в голове всплыли все воспоминания, связанные с этим членом семьи Уизли. Безумная идея, но почему бы не попробовать?       Я, Джинни, Гарри, Рон и близнецы в моей комнате, Фред уснул, я облила его водой, начало шуточной дуэли... Поздно вечером, в гостиной Гриффиндора, я рассказываю близнецам о том, какой Малфой ублюдок, Фред успокаивает меня и впервые называет совушкой... Мы сидим на подоконнике гостиной, теперь я успокаиваю Фреда, он меня обнимает, и этот грёбанный запах лаванды... Мы на Астрономической башне, я прощаюсь со всеми, кого знаю, и сажусь на метлу перед Фредом, его тёплые ладони на моих замёрзших руках и вид ночного Хогвартса... Игра в снежки, я смеюсь в куче снега, он помогает мне встать, но нас толкает Джордж, Фред оказывается на мне, и эта его слишком весёлая улыбка... Я пытаюсь убить Фреда словарём рун... Я помогаю близнецам с зельем, Фред в роли черепахи... Подоконник на кухне в доме 12 на Гриммо, я пытаюсь подбодрить Фреда и предлагаю ему потанцевать, его руки на моей талии, тёплый взгляд этих слишком синих глаз, омела над нами, мимолётный поцелуй и его лучезарная улыбка, когда приходит письмо из больницы св. Мунго.       Воспоминания сменялись в голове, подобно кадрам, складывающимся в безумную кинокартину под названием «Фред Уизли в моей жизни». Я полностью отдала себя просмотру этого фантастического фильма и произнесла заклинание. Я почти не поверила, когда из моей палочки вырвался ослепительно-яркий луч серебристого света, принявший форму выдры. Как так может быть, что в этом миловидном зверьке заключены все мои самые счастливые воспоминания? И почему все эти воспоминания о человеке, которого сейчас я даже видеть не хочу?       Я внимательно наблюдала за выдрой, потом снова обвела взглядом зал и увидела, как вокруг Фреда весело скачет мартышка, мы снова встретились взглядами. К горлу поневоле подступил комок, и я вспомнила, что забыла принять зелье, я резко развернулась спиной к Фреду, при этом серебристая выдра исчезла. Порылась в карманах мантии, нашла нужный флакончик и быстро выпила две капли зелья. Фух, вроде легче.       Вдруг в зале резко воцарилась тишина, все Патронусы исчезли, я поискала глазами Гарри и увидела, что он разговаривает с Добби. Я пробралась поближе, чтобы услышать, что говорит домовик. – Она... Она... – повторял эльф. – Кто она, Добби? Амбридж, она всё узнала?! – почти кричал Гарри. – Да, Гарри Поттер, она уже идёт сюда, – боязливо ответил Добби.       Воцарилось гробовое молчание, я почти слышала, как крутятся шестерёнки в голове друга. – Гарри, карта! – напомнила я.       Поттер быстро взглянул на меня и резким движением достал из кармана мантии карту Мародёров, развернул её и через пару секунд сказал: – Они в коридоре шестого этажа, минут через пять будут тут. – Валим отсюда! – озвучила Джинни общую мысль.       Я схватила её за руку и мы первыми рванули к выходу, когда мы уже бежали к лестницам, Джинни на бегу спросила: – Куда ближе, к тебе или к гостиной? – К гостиной, главное в лестницах не запутаться, – тяжело дыша, ответила я.       Мы пробежали один лестничный пролёт, за ним другой, потом лестница решила сменить направление, и нам пришлось прыгать. Вот уже виден портрет Полной дамы, мы ускорились.       Не дав даме и слова вставить, тяжело дыша, назвали пароль и ввалились в гостиную, сползли по стенке, стараясь отдышаться. – Все целы? – всё ещё с отдышкой спросила Джинн. – Все здесь? – так же спросила я. – Мы целы, но Гарри ещё не появился, – ответила Анджелина с такой же отдышкой. – И Лаванда с Парвати и близнецы ещё не пришли, – взволнованно оповестил Ли. – Твою ж мандрагору, – выдохнула Джинн.       Раздался звук открываемого портрета, и об нас с Джинн чуть не споткнулись взъерошенные близнецы. – Так, теперь только Лаванда, Гарри и Парвати, – проговорил Симус. – А Невилл где?! – разволновался Дин. – Да здесь я, – раздался измученный голос Невилла со стороны лестниц в мужские спальни.       Я перевела взгляд туда и увидела Невилла, развалившегося на ступеньках.       Фред с Джорджем тем временем почти ползком добрались до дивана и развалились на нём. Какое-то время в гостиной было тихо, только тяжёлое дыхание гриффиндорцев нарушало эту тишину. Потом портрет снова открылся, я, конечно, надеялась, что это Гарри, но это были всего лишь Парвати и Лаванда.       Мы с Джинни испуганно переглянулись. – Где Гарри?! – воскликнула я, резко встав с пола. – Мы...его... не видели... – сквозь отдышку ответила Браун.       Я помогла Джинни подняться и спросила: – Он карту никому не давал?       Все отрицательно помотали головами. – Твою ж мандрагору, если этот идиот опять жертвует собой ради других, я его поколочу, – произнёс Рональд. – И я с удовольствием к тебе присоединюсь, но это потом, сейчас нам ничего не остаётся, кроме как надеяться на то, что его не поймали, – ответила я, начиная ходить по гостиной кругами и нервно жевать рукав мантии.       Через какое-то время Джинни поймала меня за руку и усадила рядом с собой на лестницу, ведущую в спальни девочек. Оттуда спускалась какая-то первокурсница. – Ого, а что за собрание? – сонно спросила она. – Какое тебе дело? Минус десять баллов с Гриффиндора за то, что в гостиной после отбоя, быстро в спальню! – рыкнула я. – Сумасшедшая, – прошептала девочка, торопливо поднимаясь обратно. – Герм, успокойся, если ты сейчас будешь штрафовать всех гриффиндорцев, которые находятся в гостиной после отбоя, то наш факультет обанкротится, – произнесла Джинн, поглаживая меня по спине.       Я глубоко вдохнула и откинулась на ступеньки. – Блин, почему Гриффиндор? Шляпа же хотела отправить меня в Когтевран, но нет, передумала в последний момент! Мне на оставшиеся два года нервов не хватит. Уже сама с собой разговариваю, совсем крыша поехала, – проговорила я.       Все посмотрели на меня как на ненормальную. – И не надо так на меня смотреть! Мы все тут немного не в себе, просто я чуть более нервная, чем вы, – сказала я. – Так, Грейнджер, возьми себя в руки, где твоё грёбанное хладнокровие, за которое ты на первом курсе получила пятьдесят очков от Дамблдора?! – воскликнул Рон, тряся меня за плечи. – Рональд, отстань! – крикнула я. – Дай попсиховать спокойно! Хотя, нет, ты прав, всё, я успокоилась. – Герм, с Гарри всё будет нормально, он и не из таких передряг выбирался, так что успокойся, – сказал Джордж, лёжа на диване вниз головой.       Дальше все стали разговаривать на левые темы, чтобы хоть как-то отвлечься, лишь мы с Джинни и Роном сидели на лестнице и молча думали про Гарри.       Примерно через двадцать минут я услышала звук открывающеося портрета, и гостиная сразу притихла. – Ну, что? – нервно спросила я, вглядываясь в пасмурное лицо друга. – Джордж, – произнёс Гарри. – Понял, сейчас буду, – отозвался Уизли, вскакивая с дивана и направляясь в сторону мужских спален.       Гарри же вздохнул и плюхнулся в кресло. Через минуту вернулся Джордж с бутылкой огневиски в руках, он молча протянул её Гарри. Поттер сделал два больших глотка и вернул бутылку рыжему. – Герм, выпей, успокаивает, – посоветовал Джордж, подходя ко мне с бутылкой в руках.       Я молча взяла бутылку и сделала большой глоток, поморщилась и отдала бутылку Джорджу, он поставил её на столик возле камина. – Так, что произошло-то? – спросил Рон у Гарри. – Все помнят Мариэтту Эджком? – спросил Поттер. – Эта та когтевранка, которая постоянно с Чанг ходит? – уточнил Ли, Гарри кивнул. – Ну и что? – Короче, она нас предала, рассказала всё Амбридж, так как её мама работает в Министерстве и ей там приходится несладко, – ответил Гарри. – А с чего ты взял, что это она? – поинтересовалась Алисия. – С того, что она была сейчас в кабинете Амбридж, и вообще, догадаться, что это она, теперь несложно, спасибо Гермионе.       О да, думаю Эджком пойдут эти прекрасные прыщички. – Так тебя всё же поймали? – ахнула Белл. – Кто? – вскинулся Фред. – Малфой, – выплюнул Гарри. – Вот хорёк, – прошипела Лаванда. – Так что же всё-таки произошло в кабинете жабы? – спросила Джинни. – Малфой поймал меня, передал Амбридж, она повела меня в кабинет директора. У Дамблдора в кабинете были Макгонагалл, Фадж... – Министр магии?! – ахнула Парвати. – Да-да, он самый, – ядовито подтвердил Гарри. – Так, Фадж, Кингсли Бруствер, ещё какой-то колдун и Перси Уизли. – Кусок драконьего дерьма, – прошипел Фред сквозь зубы. – Ну, можно и так, – слабо усмехнулся Гарри. – Ну так вот, Фадж спросил, знаю ли я, почему я там оказался, я уже хотел ответить, но Дамблдор знаком приказал мне солгать, в итоге я сказал «Нет», лицо Фаджа надо было видеть... Ну так вот, он снова задал тот же вопрос, я снова ответил то же самое, короче, делал вид, что об ОД мне ничего неизвестно. Потом Амбридж притащила в кабинет эту Мариэтту, стала задавать ей вопросы об ОД, а она только головой мотала или кивала, так сильно испугалась своего отражения, что даже говорить не могла... – Это сейчас шутка была? – непонимающе спросил Невилл. – Нет, это вполне может быть правдой, – ответила я вместо Гарри. – Да что ты с ней такое сделала? – удивился Невилл. – Завтра увидишь. Дальше, Гарри. – Ну вот, Амбридж начала беситься и сама рассказала всё, что услышала от Мариэтты, Эджком намекнула ей на то, что мы собираемся в Выручай-комнате, потом призналась, что говорит о неком сборище, а потом сработало заклинание Гермионы, и Мариэтта, увидев себя в зеркале, не смогла вымолвить ни слова. Ну вот, после того, как Амбридж это всё выложила, Фадж начал задавать вопросы Эджком, но она лишь испуганно таращилась то на него, то на жабу. Потом Амбридж призналась, что не может расколдовать Мариэтту, но потом вспомнила про отчёт, который посылала в Министерство в октябре, там говорилось о нашей встрече в «Кабаньей голове»... – Как она узнала?! – испуганно прошептала Джинн. – Макгонагалл спросила то же самое, а Амбридж начала говорить о своём свидетеле, неком Уилле Уиддершинсе, который тоже был в тот день в «Кабаньей голове». Он всё и выложил Амбридж. Ну вот, жаба начала говорить о том, что я назначил встречу с соучениками, чтобы убедить их вступить в нелегальное общество, для изучения защитных чар, неодобренных Министерством, Дамблдор сказал ей, что она ошибается, тут в министре проснулся шутник, могу дословно процитировать: «Давайте послушаем очередную байку, высосанную из пальца, чтобы спасти Поттера от неприятностей! Наверное, Уилли Уиддершинс солгал? Или в тот день в «Кабаньей голове» был не Поттер, а его брат-близнец? Или вы предложите обычное объяснение, включающее петлю времени, ожившего мертвеца и парочку невидимых дементоров?» – Ему его «котелок» не жмёт случайно? – прошипела я. – Я тоже так подумал, – усмехнулся Гарри. – Ну так вот, Дамблдор не стал ничего отрицать, но сказал, что группа не является нелегальной, так как была создана до вступления в силу декрета, не позволяющего ученикам объединяться в общества. – Мировой старик, – присвистнул Ли. – Амбридж же ответила, что если первая встреча не была противозаконной, то остальные, которые состоялись на протяжении полугода, являются таковыми, на что Дамблдор возразил, что она не может доказать, что встречи продолжались на протяжении этих полугода. Амбридж снова стала допрашивать Эджком, а та ни бум-бум, конечно. Фадж стал говорить о сегодняшней встрече, Амбридж стала говорить о том, что Мариэтта поставила её в известность о сегодняшней встрече, и она с этой своей дружиной пошла к Выручай-комнате, она догадалась, что нас предупредили, и тут она достала список участников ОД, который висел на стене в Выручай-комнате. – Ебааааааать, – разочарованно простонал Ли. – Это пиздец, ребятки. – Угу. Она сказала, что как только увидела мою фамилию, то сразу поняла, с чем имеет дело. Фадж заметил, что мы называем себя Отрядом Дамблдора, и Дамблдор зацепился за это, сказав, что это он организовал всё это.       Я тихо ахнула. – Потом признался, что это был заговор против Министерства, Перси всё это записывал, потом, когда Фадж хотел арестовать Дамблдора, Дамблдор сказал, что по своей воле никуда с ними не пойдёт, после этого наложил на всех, кроме меня и Макгонагалл, какое-то заклинание, и все уснули, Дамблдор сказал, что прятаться не собирается, и Фадж ещё пожалеет о том, что прогнал его. Потом, к Дамблдору подлетел Фоукс, он схватил его за перо, и оба исчезли, ну а потом все проснулись и нас с Мариэттой отправили по гостиным, – закончил свой рассказ Гарри. – Дамблдор, конечно... Да у меня даже слов нет! – восхищённо проговорил Фред. – Дамблдор, конечно, молодец, спас Гарри и сам выкрутился, – согласилась я, – но нам-то что теперь делать?! У Амбридж есть список, и что-то мне подсказывает, что она будет добиваться правды любыми способами, а наше доблестное Министерство дарует ей полную свободу в этом плане, – Ты же вроде со мной не разговариваешь, – удивился Уизли. – Уизли, ради Мерлина, тебя сейчас это волнует?! И да, я с тобой не то, что разговаривать, в одном помещении находиться не желаю. – Так, стоп-стоп, давайте вы потом с этим разберётесь, – встрял Джордж. – У нас тут вопросы поважнее решаются. – Герм, может, ты знаешь, какое-нибудь противоядие для Сыворотки правды? – спросил Гарри. – Знаю, но его варить нужно месяц, а этого времени у нас нет, – вздохнула я, облокотившись спиной о перила. – Значит, будем надеяться, что фортуна будет к нам благосклонна, – печально произнесла Анджелина. – По-моему, как раз сегодня фортуна повернулась к нам своей нелучшей стороной, – грустно заметила Джинни. – Так, не вешаем носы, мы найдём выход из этой ситуации, – бодро заявил Джордж. – Кажется, твоего оптимизма никто не разделяет, – заметил Фред.       Я снова, как можно незаметнее достала из кармана мантии флакончик с зельем и выпила две капли. – А, ладно, будь что будет, всё равно скоро Волан-де-Морт покажет себя, и министр, а вместе с ним и жаба, будут свергнуты, – произнесла Анджелина, вставая. – А я спать. – Ладно, я тоже пожалуй к себе пойду, – сказала я,вставая с лестницы. – Может, тебя проводить, а то вдруг Филч, или Амбридж, или дружина? – предложил Фред. – Спасибо, Уизли, без тебя обойдусь, – прошипела я. – А я настаиваю. – В таком случае, я сегодня в спальне пятикурсниц переночую, – ответила я, поднимаясь по лестнице. – Спокойной всем ночи.