Верный (ли?) выбор

Снег густо облепил окно Хогвартс-экспресса. Поезд летел через заснеженные поля и равнины, открывая ученикам прекрасные виды на зимнюю Шотландию. За последний месяц Малфой и не пытался помирится, чувствуя себя, по-видимому, обиженным. Регину же это не слишком волновало. Она любила Рождество, любила зиму, любила Лондон и жаренную индейку. А все это вместе составляло замечательное настроение. Слизеринка предвкушала встречу со старым другом, прогулки по заснеженному Лондону и покупку подарков. Девушка дремала, укутавшись в шерстяной плед, который служил ей и подушкой, и одеялом. Ей снился достаточно странный сон, — Малфой отчитывающий её за то, что она ест много сладкого, который затем превратился в Итана, а потом и вовсе в отца: — Проснись, Реджина, проснись. — кто-то по-настоящему тряс её за плечо. — Реджина вставай, через пятнадцать минут мы уже будем в Лондоне. — Сейчас па-аа, уйди-и. Девушка открыла глаза, перед глазами поплыло лицо её подруги Роуз. — Вставай давай, доча, не то к своему красавчику опоздаешь, — захихикала та. Хейдли застонала: — Роуз, сколько раз я говорила… — Знаю-знаю, просто друзья, как брат и сестра, и так далее. Прекрати занудствовать! Девушка поддалась на уговоры подруги и скинула с себя плед. — В порядок хоть себя приведи, а то увидит тебя такой твой братец, так сразу отошлёт назад в Хогвартс. Регина кинула одеяло в подругу. — Тихо там! Но Слизеринка всё же послушалась совета однокурсницы. Вытащив чемодан из-под сидения и достав оттуда зеркало девушка принялась наводить марафет. Поезд постепенно сбавлял скорость. Вот он уже въехал на пути платформы 9 и ¾, и вскоре совсем остановился. — Ну что, пойдём? — спросила подруга, которой явно не терпелось поскорее покинуть Хогвартс-экспресс. — Пойдём, пойдём. Хейдли накинула тёплое пальто и девушки вышли из купе везя за собой чемоданы. Поезд был больше чем наполовин пуст. Ученики вяло тянулись друг за другом. На платформе же царила совсем иная атмосфера. Чуть поодаль стоял темноволосый парень с грубыми чертами лица. Вокруг него вились девочки, пытаясь привлечь внимание. Регина вышла из поезда, и парень заулыбался. — Регина! — Не может быть! — наклонилась к нему девушка и поцеловала в обе щеки. — Ну как ты, Виктор? — Очень хорошо. А как ты? — немного с акцентом ответил парень. — Просто замечательно! И они пошагали по платформе к выходу. Виктор отнял у девушки тяжёлый чемодан, регина взяла его за локоть и пара трансгрессировала. Секунду спустя они оказались на крыльце красивого деревянного дома. Было всего два этажа, но весь дом был украшен красивой резьбой по дереву. — Добрый день, Регина, — тоже непривычно твердо проговаривая звуки, обратилась к ней невысокая темноволосая женщина, которая только что вышла на улицу. — Здравствуйте, миссис Крам. В чем-в чем, а вот в языках Регина была не слишком сильна. Она знала лишь два — английский и немецкий, но зато оба в совершенстве. И не смотря на давнюю дружбу с болгарами, их языка не знала. — Георги отлучился, но к ужину должен появится. Виктор пока проводит тебя в твоя комната, — улыбнулась мать Виктора. — Благодарю, миссис Крам. — Прошу тебъя, просто София. Регина тоже улыбнулась ей в ответ. — Эльфы унесут твои вещи в комнату, оставьте их здесь, — махнула рукой женщина. Виктор прошёл в гостиную, а затем к лестнице на второй этаж. На первом этаже располагались столовая, кабинет, небольшая библиотека и огромная гостиная, а на втором четыре спальни. — Мы далеко от Лондона? — глядя в окно, на заснеженный лес, спросила Регина. — Не очень, пара миль от окраины. Хочешь в город? — Я люблю перед Рождеством гулять по Лондону, покупать подарки. — Если хочешь можем после ужина пойти, — парень пожал плечами. — Хочу, — откликнулась она. Спустя час пришёл мистер Крам, а Регина написала письмо своим родителям, рассказав о своём приезде к Крамам, и ещё раз выразив свою грусть от того, что родители не вместе с ней. Поужинав, Хейдли оделась потеплее и вышла на улицу. Там её уже ждал Крам. Девушка взяла его за руку и они трансгрессировали. Оказались Регина с Виктором прямиком в косом переулке. — Надо посмотреть что-нибудь родителям! — у девушки загорелись глаза. — Идём скорее! Виктор с улыбкой последовал за ней. Обойдя четыре магазина и купив своим родителям подарки, Слизеринка стала думать, что подарить миссис и мистеру Краму, да и самому Виктору. В голову не шло ничего кроме стандартных подарков вроде коробки шоколада или хорошего виски, что подошло бы для родителей Виктора, но вот что подарить самому парню, Регина не представляла. Раньше, они с родителями, делали Крамам подарки от семьи, и Регина собственно и не задумывалась что, и кому они дарят. «Что-то связанное с квиддичем? Слишком банально. Книгу? О чем? Что-то слишком дорогое он не примет… так что же ему дарить?» В итоге девушка набрала каталогов из магазинов, в которых ещё можно было что-то выбрать и заказать с доставкой. — Ты пьёшь чай? — В Болгарии, мы часто его пьём, но не так как вы, — пробормотал Виктор. А Регина уже тащила его к Чайному кафе Розы Ли. — Тогда зайдём сейчас в кафе, затем ещё пройдёмся. Мне нужно новое платье и ещё кое-что… Чайная была почти пуста. Только в уголке сидела парочка молодых людей. — Чего желаете, голубки? — Я буду чай с бергамотом и пирожное с ягодами. — А ты дорогой? — полная женщина обратила взгляд на болгарина. — Тоже самое. Кушали в тишине. Виктор с интересом разглядывал кусочек торта. Уже скоро совсем стемнело и за окном снова стал сыпать снег. — Мне так нравится сидеть в тепле и уюте, когда за окном снег и холод. Как будто лежишь в огромном мягком одеяле. — Что-то в этом есть, — с учтивостью закивал Виктор. — Ладно мы уже можем идти. Быстро пройдёмся и домой. Зайдя к Твилфитту и Татингу Регине приглянулось длинное платье с рукавами, все расшитое золотыми нитями. И девушка сразу его купила. — Тебе очень идёт такой цвет. — О-о, спасибо, — девушка слегка порозовела. — Как вы с родителями обычно проводите Рождество? — Ну, в ночь у нас приём. Не слишком большой, человек 20. На утро, как и у всех, праздничный завтрак, подарки, — пожал плечами болгарин. — И в этот раз у вас тоже будет приём? — Регина надеялась на домашнее, спокойное Рождество. — Да, но всего часов до трёх, и людей будет менше, мы ведь не в Болгарии. — А-а ну хорошо. Вернувшись в дом Регина поблагодарила Виктора за прогулку и ушла к себе в комнату. Спальня была выполнена в темно древесных тонах, не считая плотных штор черного цвета. У стены стояла большая кровать, напротив комод и огромный шкаф, возле которого лежал пустой чемодан (вещи уже были разложены по полкам). За шторами пряталось большон окно, а рядом был выход на засыпанную снегом веранду. На кровати громоздилась гора подушек и огромное пуховое одеяло. В комнате была дверь в ванную. Вот уж что по-настоящему поразило Регину. Пол из белого мрамора, большое зеркало во весь рост, умывальник, и ванная, больше напоминающая маленький бассейн. Набрав полную ванну горячей воды с ароматной пеной, девушка сбросила с себя всю одежду, взяла каталог товаров для квиддича и ещё пару журналов и залезла в воду. Выбирала она долго, даже вода уже начала остывать. В итоге остановившись на перчатках из драконовой кожи и серебряной цепочке с чернением, девушка позвала своего эльфа из дома в Норфолке и велела, забрав это все из магазина, доставить завтра к ней в комнату. Следующий день выдался суматошным — канун Рождества, как-никак. Всюду сновали эльфы, заканчивая украшать дом к приходу гостей. На первом этаже было невыносимо жарко — в подвале томились в печи индейки и готовились всевозможные яства. Зато какой в доме стоял аромат. Удовольствие проснуться утром и услышать запах сладких запеченных яблок с корицей, мясного рагу, хрустящей индейки и ликера… К обеду дом сиял чистотой и убранствами. В центре гостиной стояла высокая ель, рядом множество кресел, диван, бар и стол для закусок. Столовая была увешена ангелами с золотыми крыльями и пучками омелы и остролиста. По середине стоял большой обеденный стол, вокруг которого летали два ангелочка и пением восхваляли рождение Христа. Подарки были завернуты и ожидали своего часа, формируя внушительные кучки вокруг ели. После обеда Регина начала собирать себя для приема. Стоило ей выйти из душа, как она услышала стук в дверь своей комнаты. Накинув халат, девушка впустила гостя. — Извини, не знал, что ты не одета. — Виктор было попятился. — Да вроде одета, — Слизеринка рассмеялась, отошла в сторону и парень всё-таки вошёл в спальню. — Я хотел поговорит с тобой насчёт приёма. Разумеется, людей будет немного, но я хотел тебя попросить держаться ко мне поближе. Твой отец взял с меня слово, что я никому не дам украсть тебя, — Крам усмехнулся. — Я все поняла, спасибо, — также с улыбкой ответила девушка. — Я просто беспокоюсь. — Я все поняла. Мне не нужны конфликты с вашими гостями. — девушка улыбнулась. «Чудной все-таки народ эти иностранцы». После ухода Виктора, Регина продолжила сборы. Гости должны были прийти к восьми и оставалось всего пара часов. Девушка очень долго провозилась со своими длинными волосами, пытаясь придать им товарный вид. Как назло, те вились не в ту сторону и везде торчали. Вся эта магия для сборов была явно не её призванием. Сделав макияж и надев новое платье (перебрав весь лексикон известных ей ругательств), она ещё долго крутилась возле зеркала. Без четверти восемь Крам уже ждал Регину у двери её комнаты. — Ну, как я выгляжу? — девушка поглядела на болгарина. — Роскошно. Регина заулыбалась. Выглядела она действительно хорошо: длинное золотое платье по фигуре, черные открытые туфли с низким каблуком, длинные светло-каштановые волосы собраны в низкую шишку и лёгкий макияж, всё без излишеств. Ну и разумеется, едва уловимый шлейф духов с запахом ириса и ландыша. Так как Виктор был не слишком высоким, они были почти одного роста. Спустившись в гостиную, молодые люди увидели первого гостя. Рядом с мистером Крамом сидел Игорь Каркаров. — Уж ни молодая ли это мадемуазель Хейдли? — Каркаров сузил глаза и улыбнулся. — Виктор, — он крепко пожал руку Крама. — Она самая, Игорь. Эддард и Кейтлин не смогли посетить нас, но очаровательная Регина осчастливила наш дом своим визитом, — улыбнулся ей отец Виктора. — Ах, я недавно виделся с вашим отцом. Он очень помог мне в одном деле. Прекрасно выглядите, — учтиво прибавил Игорь. — О благодарю вас, рада слышать, — Регина улыбнулась ему в ответ. — Вы ещё ездите летом на Сицилию? — несколько лет назад во время отдыха вместе с Крамами, родители Хейлом познакомились с Каркаровым. — Последнее лето не поехали, у отца было много дел. Возможно поедем этим летом. — Прекрасно, прекрасно, — улыбка Игоря была как всегда холодна. — Ох, кто-то ещё прибыл, Георги. Мистер Крам последовал к двери. Виктор сел в кресло, Регина присела рядом. — Это, наверняка, друзья нашей семьи, Гронские, мой дядя женат на их дочери, — услышав разговор из холла пояснил парень. В дом вошёл высокий седой мужчина и женщина бальзаковского возраста в блестящей чёрной шубе: — Тук, в Англия, твърде топло през зимата. (Здесь в Англии, слишком тепло зимой). — Проходите Мария, — сопроводил её мистер Крам. — Игоря разумеется вы знаете, а это Регина Хейдли, дочь наших друзей. Регина привстала и попривествовала вновьприбывших. За ними пришли лорд Эфрон с супругой и сыном, затем двоюродный брат миссис Крам Димитрий Лорец и старый друг семьи, Александр Яневски, темноволосый мужчина в серебристых мехах. Все гости немного знали английский, но между своими семьями переговаривались по-болгарски. Регина везде ходила с Виктором, тот здоровался с гостями и представлял свою спутницу. Чувствовался сильный контраст с Итаном и тем более с Малфоем. Крам был джентльменом, взрослым мужчиной, который не говорит ничего лишнего, ведёт себя спокойно и разговаривает размеренно. С таким хочется находится рядом, хочется быть лучше, а относится к такому человеку хочется с добротой и уважением. Регина стала невольно заглядываться на молодого человека. К девяти часам, когда все гости собрались, банкет начался и Виктор отошёл к отцу в центр зала. — Ну, а теперь, дорогие гости, угощайтесь! Виктор и Георги подняли палочки и резко взмахнули ими, произведя одинаковые движения, и стена, отделявшая столовую от гостиной, рассыпалась столбом золотых искр, которые стали превращаться в бокалы с шампанским, и блюда с индейкой и картофелем. Не меньше сотни блюд и бокалов опустились на большой обеденный стол. В воздухе заиграла красивая мелодия. Мистер и миссис Крам сели во главе стола, Виктор отодвинул стул через один от отца, Регина села, сам он сел рядом с Георги. — Очень красивое волшебство, — Регина очаровательно улыбнулась и положила руку Виктору на плечо. Парень слегка смутился. Они никогда раньше не проводили столько времени вместе, разве что, когда были детьми. Между ними всегда кто-то стоял — Итан, родители Регины. Они ещё не общались вот так близко. Именно поэтому Реджина и не замечала, что Виктор не дурен на внешность и очень хорош на характер. Теперь, она смотрела на него совсем по-другому. — Хочешь индейки? — Виктор поглядел на девушку. Это вывело её из размышлений: — Да, да, хочу, — глядя на аппетитную золотистую корочку, ответила Регина. — И передай пожалуйста овощи. После того, как все разложили по тарелкам индейку и другие угощения, мистер Крам широко улыбнувшись встал, подняв вверх свой бокал с шампанским. — Я рад видеть здесь всех вас! Рад что из года в год, мы встречаем Рождество в этом составе, и что сегодня к нам присоединилась прекрасная леди Реджина, близкая подруга моего сына, — он кивнул Виктору и Регине. — За вас, мои дорогие гости! Благополучия в ваши дома и счастья вашим детям! С Рождеством! Все гости подняли бокалы и осушили их. Мистер Крам тут же стукнул палочкой по своему фужеру, и в руках у гостей снова оказались полные шампанского бокалы. — Ты извини за это, он всегда про что-то такое говорит…- Виктор явно чувствовал себя неуютно. — Неужели я не твоя «близкая» подруга? — девушка серьёзно посмотрела на него. — Я не… я не это имел ввиду… — Расслабься, я пошутила, — Регина засмеялась. Индейка была изумительна. Гости по очереди говорили тосты, каждый упоминал давнюю дружбу друг с другом, желал счастья другим гостям и хозяевам. Чуть погодя, когда все наелись, стол исчез, музыка стала громче. За баром появился официант, а стол с закусками стал ломится от вкусностей. Гости потянулись танцевать. — Окажешь мне честь? — Виктор протянул руку Регине. — Ну, разумеется. И они присоединились к остальным танцующим. Шлейф золотистого платья летал при особенно резких пируэтах. Нельзя сказать, что Крам очень хорошо танцевал, но двигался он совсем неплохо. Одной рукой он аккуратно обнимал Хейдли за талию, другой держал её руку. Мелодия прервалась, танец окончился. — Пойдём к бару. Девушка взяла его под руку. — Два шампанских. Подожди, я сейчас вернусь, — Виктор отчего-то хмурился. — Хорошо. — Мисс Хейдли, я не помешаю? — на место Крама тут же уселся невысокий мужчина в чёрной мантии. Говорил он практически без акцента. — Что вы, лорд Эфрон. Чем я могу вам помочь? — Думаю, что можете, — кивнул мужчина бармену. — Этим летом я очень хотел посотрудничать с вашим отцом. Да и что тут сказать, нуждаюсь в этом до сих пор. Но он отвергает всяческую связь с делом, в котором мне нужна его помощь. Вы не знаете почему? — Простите, я только что узнала, что вы знакомы с моим отцом. Разумеется я понятия не имею о каких-либо ваших делах. — Я думаю вы догадываетесь, о чем идёт речь, мисс, — посмотрел на неё мужчина слегка надменно. — Если мы сейчас говорим о политике, так вы правы, члены моей семьи предпочитают быть в стороне, а не в гуще событий. Мы не участвовали в конфликте в прошлый раз, и не будем участвовать сейчас. Войне мы предпочитаем бизнес. — Вы же прекрасно понимаете, что это неразумно, мадмуазель, — расплылся в улыбке собеседник Регины. — Моё мнение на этот счёт не имеет значения, — тоже улыбнулась ему в ответ мисс Хейдли. — Видите ли, решение младшей дочери в семье, слишком незначительно, чтобы изменить что-то, что имело место быть веками. А теперь прошу извинить, мой спутник пришёл. Вернулся Виктор с тарелкой закусок. — Ох, конечно, извините за беспокойство мисс. Виктор, — он кивнул парню и довольно скоро удалился. — Что ему было нужно? — спросил болгарин беря бокал с шампанским. — О родителях спрашивал. — Ну ладно. Знаешь, он не самый простой человек, — глядя в след Эфрону отозвался Крам. — Лучше передай его слова отцу. — Не будем о нём, — девушка улыбнулась, чтобы не выглядеть слишком резкой. — Чем ты обычно занимаешься в свободное время? Любишь читать? — чуть погодя спросила она. — Честно говоря, не очень. Мне хватает времени лишь на одно хобби — полеты, — пожал плечами парень. — Как это неожиданно, — они засмеялись. — А я вот совсем не умею летать. — Правда? — болгарский ловец явно удивился. Регине стало смешно. — Да-а, совершенно не умею. Если я сажусь на метлу — быть беде. Я обязательно что-нибудь разнесу или сломаю, себе или окружающим, — девушка уже не могла сдерживать смех. — А как-то раз, я застряла на дереве, метла упала вниз, а я… а я… я не могла слезть, сидела на ветке и кричала. Виктор уже тоже смеялся. Регина осушила бокал с шампанским. — Нет ты только представь — я сидящая на ветке и истошно орущая, — смех парня и девушки уже разносился по все гостиной. — Мой папа снял меня только после того как перестал смеяться. — О господи, ну ты даёшь! Хочешь я научу тебя летать? — Нет уж спасибо, я не думаю, что из этого что-то получится, уж извини, — покачала головой Регина. — Ну ты хотя бы полетай со мной после ужина. — Ладно-ладно, давай допьём и я полетаю с тобой. Виктор кивнул бармену и он снова наполнил их бокалы. Они посидели ещё немного, делясь историями из детства. — Всё, теперь идём, — болгарин тянул смеющуюся девушку за руку. — Хорошо пойдём. Я быстро переоденусь и выйду, — сделав пару шагов в сторону лестницы, ответила она. Слизеринка побежала наверх, быстро скинула с себя платье и вместо него натянула удобные теплые брюки, свитер и накинула шубу. Виктор уже ждал её с метлой на веранде. — Ну, садись, — парень улыбнулся. — Надеюсь, тебе не придется жалеть об этом, — с ужасом и одновременно приятным волнением глядя на Крама ответила она. Девушка села на метлу за Виктором, тот резко оттолкнулся ногами и они взмыли вверх. Поток холодного ветра ударил в лицо, снег летел в глаза. Виктор слегка наклонил метлу, и они с сумасшедшей скоростью полетели вперёд. Регина крепко вцепилась в Крама, боясь соскользнуть. — Ну как, нравится? — метла зависла в воздухе. — Теперь ты часто будешь летать со мной?