Розовая заря

      «Клеймо… Но как именно оно выглядит?» — уходя из казарм, Соннян размышляла о примете одного из артистов. Жаль, что дворцовый стражник не сумел разглядеть, что именно это было: простое «наказание чернилами» или же знак принадлежности к какой-нибудь банде?.. Кто же из них был виновен? Танашири или Колта?       — Госпожа, — тихо окликнула Хон Дан. — Куда теперь?       — К императору, — твёрдо ответила Ки.       — Может быть, стоит сначала доложить об этом господину Ван Ю?       Ван Ю и так не одобрял излишнюю деятельность Ки Нян при дворе. Тем более, что расследованием теперь будет заниматься Талтал. Она же не хотела лишаться возможности узнать подробности его беседы с Колтой и сделать соответствующие выводы.       — Мы сходим к нему после, — ответила Соннян. — Любопытно, что ещё об артистах расскажет Колта. В любом случае, он знает гораздо больше, чем мы.

***

             Талтал молча слушал сопровождающего его Колту, а заодно сопоставлял в уме все подробности ночного пожара. Дворец предсказуемо полнился шёпотами и пересудами, и на первый взгляд он не выявил в этом ничего подозрительного: обуглившаяся мебель в зале, всё ещё наполненном голубым дымом, и вонь от сгоревших дорогих ковров. Разве что…       — Ничего здесь не трогать! — вдруг резко приказал он, заметив, что одна из придворных дам уже раздаёт группе служанок команды об уборке последствий произошедшего.       Услышав громкий и чёткий приказ, служанки и придворная дама сразу же смутились и замерли в поклоне перед племянником Байана.       — Вышли отсюда. Все.       Императорский евнух медленно развернулся, тоже собираясь покинуть сгоревший зал.       — Но не ты, Колта.       Дворцовых служанок и след простыл. Талтал, не обращая внимания на растерянный взгляд Колты, продолжил осмотр.       — Странно, — пробормотал он.       — Что «странно», господин Талтал? — осведомился евнух.       Талтал посмотрел на него, но отвечать на вопрос не стал.       Пожар явно начался здесь… но не от свечи. Запах масла — вот что было не так. Полусгоревшая занавеска была жирной на ощупь.       «Опять занавеска! — с раздражением подумал Талтал. — Они меня и в следующей жизни преследовать будут?..»       Тот, кто устроил поджог, действовал не наспех. Кто-то заранее подготовился, пропитал ткань и поджёг её так, чтобы огонь распространялся быстро и незаметно. Но самое главное, это место было выбрано не случайно.       Талтал резко развернулся к Колте.       — Кто из артистов или музыкантов стоял ближе всего к этим шторам?       — Э-э… Я не помню, господин Талтал. Их было много, они двигались…       — Но ты же привёл их сюда! — Талтал подошёл ближе, и Колта невольно отступил. — Ты должен был знать, кто и чем занимается!       — Я просто нашёл их в городе, — ответил Колта.       «Что за беспечность? — мысленно возмутился Талтал. — Как можно было привести во дворец непроверенных людей?»       — А их главный? Как его звали?       — Ло Фэй… или Лю Фэй? Да, Лю Фэй! — оживился евнух.       Талтал недоверчиво поднял бровь.       — Не помнишь того, кто стоял возле окна, а имя главного знаешь.       — Люди вроде него не участвуют в представлениях, — сказал евнух в свою защиту. — Только подбирают подходящих артистов, если того пожелают почтенные господа, и берут за это плату с обеих сторон.       — Какая бесполезная должность, — хмыкнул Талтал. — Разве не проще тому, кто желает увидеть выступление в своём доме, самому договориться с артистами?       — В основном артисты зарабатывают на жизнь тем, что обезьянничают на улицах, но с крестьян особо денег не возьмёшь. Поэтому они идут к людям, которые занимаются устройством праздников, и показывают свои умения, а богачи обращаются к ним, чтобы самим не искать подходящую труппу.       Талтал задумался над тем, был предателем Колта или нет. Он сказал, что один из артистов напал именно на наложницу Пак, а не на императора. Чтобы вырвать дерево с корнями, надо сперва срубить его ветви. Никто не знал наверняка, что любимица императора родит девочку, — все ждали появления наследного принца. Очевидно, что недовольные правлением начнут в первую очередь избавляться не от самого дракона, а от его неродившегося детёныша… Или же покушение устроила ревнивая соперница.       «Императрица или всё-таки евнух?»       — Где именно ты нашёл его?       — В харчевне у рынка.

***

      Император разрешил госпоже Ки войти, и прерванный разговор возобновился.       — …Скорее всего, Колту просто использовали, чтобы отвести от себя подозрения. Не мог он… Я точно знаю!       Вызванный Талтал уже был на месте и стоял рядом с Колтой, докладывая всё, что удалось узнать. По угрюмым лицам обоих Соннян поняла, что у них сейчас тоже нет конкретных доказательств.       — Может быть, Ваше Величество, — согласился Талтал.       Лицо императорского евнуха выразило облегчение.       — Проходи, госпожа Ки. Проходи, — Тогон приглашающе помахал рукой.       Талтал удивился появлению Соннян. «Зачем наложница короля Корё пришла сюда?» — но вида не подал. «Ясно», — Талтал заметил, как император расцвёл, едва только увидел Соннян, и этот вопрос отпал у него сам собой.       Лицо Ки Нян выражало сдержанность, лишь уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке при взгляде на императора. Она смотрела так, будто была равна или выше по положению. Но всё же склонила голову перед мужчинами в почтительном приветствии. Талтал проявил ответную вежливость и продолжил:       — Чтобы выяснить, кто за всем этим стоит, нужно найти Лю Фэя. Однако… Ваше Величество, не стоит пока оставлять Колту без присмотра. Посадить его в темницу или обойтись домашним арестом?       Прибегать к такой мере императору не хотелось. В его окружении было и так мало верных людей.       — Это правда так необходимо? Колта ведь помог мне выйти во время пожара.       — Всего лишь меры предосторожности. К покоям императрицы тоже следует приставить стражу, — объяснил Талтал. — Покушались всё-таки не на Вас, а на наложницу Пак. Нужно выяснить, почему именно на неё, и исключить все возможности замести следы.       — Ваше Величество, я клянусь Вам, что это был не я!       — Домашнего ареста будет достаточно, — ответил Тогон, глядя на своего слугу, и добавил, как ему показалось, ободряюще: — Я буду рад, Колта, если ты окажешься невиновен… Госпожа Ки, тебе удалось узнать что-нибудь у стражи?       — У одного из артистов было клеймо на руке, — ответила Соннян.       — Ты молодец, Соннян! — обрадовался Тогон, снова позабыв о правилах дворцовых обращений.       В чёрных глазах Талтала тоже промелькнула заинтересованность новой уликой.       — Сон… Госпожа, Вы знаете, как оно выглядело? Это бы значительно облегчило мои поиски.       Ки раздражённо пожала плечами.       — Один из стражников едва вспомнил и об этой примете.       — Да… негусто, — ответил Талтал. — Но хотя бы сузили круг подозреваемых.       — Если уж запирать, то уж сразу всех, — сказала Соннян и обратилась к Тогону: — Ваше Величество, отправьте гонцов к воротам с приказом закрыть все выезды из Дайду.       — Артисты уже наверняка сбежали. Есть ли смысл? — спросил Тогон.       — Не думаю, что они стали бы убегать так сразу, — ответила Ки. — Но даже если и так, то напасть след того, кто покинул столицу, будет уже попроще.       — Разумно, — Талтал одобрительно кивнул.       — Ну что ж, тогда так и поступим, — Тогон указал рукой на свой письменный стол. — Только приказы сами пишите — моя печать на столе. А я… я пока займусь другими делами…       Великий хан приосанился, гордо шествуя к своей постели. Он присел, достал из-под подушки синюю тетрадь со стихами и сделал вид, что увлечён чтением.       — Ваше Величество…       — Чего тебе, Колта? Мы уже всё решили: посидишь у себя, пока всё не выяснится. Считай, что я дал тебе отдых от работы.       Евнух сделал жест руками, показывая, что тетрадь следует перевернуть.       — А! Да-да…       Ки Нян посмотрела на Талтала и, садясь на стул, произнесла одними губами: «Не умеет?»       Талтал медленно опустил глаза, подтверждая взглядом вопрос наложницы короля, а Соннян прижала пальцы к губам, скрывая ухмылку.

***

      К полудню рынок Дайду уже кишел людьми. Дворцовые слухи всегда распространяются быстро только когда неприятность уже произошла. Именно поэтому о том, что члены правящей семьи едва не сгорели в пожаре, горожане узнали в тот же день.       — Наверняка, это жёны между собой перегрызлись.       — А я слыхал, что это духи огня разгневались на императора за приказы казнить всех подряд.       — Чепуха. Во дворце всем заправляет Эль-Тэмур и его отродья, а император лишь ставит печать, где скажут.       — Точно! — поддержал кто-то из толпы. — Говорят, он и читать-то совсем не умеет…       Талтал прошёл мимо, больше не находя ничего полезного в накидываемых толпой новых версиях.       «Три Феникса». Талтал направился в эту харчевню, где по словам Колты можно было встретить Лю Фэя. Место нашлось легко. Внутри было переполнено, так как проголодавшиеся люди спешили на обед.       Талтал присел в углу и, спросив, что в харчевне подают сегодня, выбрал себе баранину с тушёными овощами. Вернувшись через некоторое время, мужчина с закатанными рукавами поставил на стол тарелку с горячим блюдом и положил рядом палочки.       — Погоди, — Талтал окликнул его, едва тот отодвинулся от стола.       Хозяин харчевни прижал поднос к своему животу и спросил:       — Желаете ещё что-нибудь?       — Да. Хотелось бы узнать, приходил ли сюда когда-нибудь человек по имени Лю Фэй?       — Лю Фэй? — переспросил хозяин, а Талтал добавил, чтобы не спугнуть добычу раньше времени:       — Слышал, он может подобрать артистов для торжества.       — А-а… Ну да, приходит сюда такой. Вчера только у меня был.       «Отлично! Рыбка проглотила наживку».       — У Вас свадьба намечается или другое что?       — У жены день рождения, — соврал Талтал. — Вы знаете, где его можно найти? Может быть, живёт где-нибудь недалеко…       — Где живёт — не знаю, — ответил хозяин. — Но приходит он сюда каждый день в одно и то же время. Где-то за час до закрытия. Наверное, и сегодня заявится.