Когда сердце нестерпимо болит

— Свон, ты уже два месяца не вылезаешь из библиотеки, — восхищённо протянула рыжеволосая девушка в жёлтом платьице выше колен, — это потрясающе! В прошлом году ты не задерживалась дольше десяти минут. Не знаю, что делают с Вами деканы Миллс и Дрэгон, но это потрясающе! — Ты два раза сказала «потрясающе», Белль, — усмехалась Эмма, выглядывая из-за стопки увесистых фолиантов. — Но это действительно так и есть! Они пригрозили Вам самыми страшными пытками? — не унималась мисс Френч. Книгохранителем пятого этажа библиотеки университета, посвящённого языкам, литературе и истории, была милая двадцати пятилетняя австралийская девушка Белль. О ней ходили настоящие легенды в стенах кампуса. Мало того, что она была просто помешана на истории, артефактах и археологических раскопках, так ещё и способна перечислить все книги в университетской библиотеке в хронологическом порядке. А это уже говорило о фантастической одарённости и таланте. — Ты права, с Королевами шутки плохи. Не хочется получить академическую задолженность и вылететь из-за какой-то мифологии, которую даже наукой сложно назвать. — Судя по тому, сколько ты здесь торчишь, отчисление тебе не грозит, — произнесла Белль со своим непривычным акцентом, — на твоём месте, я бы принесла сюда подушку и одеяло. — Ну уж нет, спасибо. Я не настолько сумасшедшая, — рассмеялась Свон. — А вот и верный оруженосец! — воскликнула Френч, поворачиваясь к входу. — Привет, любовь моя! — Киллиан плюхнулся на стул рядом со Свон, — пришёл проверить, не покрылась ли ты средневековой пылью. Крюк безразличным взглядом окинул гору книг, лежащих рядом с Эммой и зевнул. — Скука смертная. Пойдём, развеемся! — С удовольствием, Крюк. Но мне нужно закончить доклад по североамериканской этнографии, — устало отмахнулась блондинка. — Завтра закончишь, на сегодня все лекции отменили, — с радостью воскликнул Джонс, победно взмахивая бионической рукой. — Что? С чего бы это? — насторожилась Свон. — Ты проводишь всё время с этими доисторическими книжонками и не знаешь, что творится в реальном мире, — толкнул он в плечо подругу, — сегодня приезжает доктор Кора Миллс. После обеда всех собирают на семинар по экспериментальной психологии. — Доктор Кора Миллс? — как можно спокойнее переспросила Эмма. — Да-да, мамаша Злой Королевы. Говорят, эта дамочка может творить чудеса. Её клиенты просто в восторге. — Не сомневаюсь, — ответила Свон, захлопывая книгу и запихивая конспекты в сумку, — спущусь в отдел электронных изданий, увидимся после обеда, — помахала она Джонсу и направилась к двери. Выйдя в коридор, Эмма нечаянно натолкнулась на Тёмного мага. — Мистер Голд! Извините! — Мисс Свон? Добрый день! — Румпель выглядел как-то неожиданно счастливым, — как успехи в Вашей вне учебной деятельности? Мисс Френч справляется со своими обязанностями? — Да, Белль очень помогла мне с литературой. Она гений! — Голд тепло улыбнулся, услышав ответ. — Но особых успехов не наблюдается, точнее, совсем никаких сдвигов. — Не волнуйтесь, дорогуша. Всему своё время. Она проявит себя, — многозначительно прошептал Румпель. — Вы слышали? Сегодня приезжает доктор Миллс, — решила сменить тему Свон. — Да, я знаю об этом, — сразу нахмурился Голд, — и это событие вызывает некоторое беспокойство. Но я надеюсь на всеобщую рассудительность и здравомыслие, — подчеркивая каждое слово проговорил маг. — Я тоже надеюсь, — пробурчала блондинка, — хорошего дня, мистер Голд. Увидимся на семинаре. — До встречи, мисс Свон. Эмма, минуя отдел интернет-изданий, спустилась на первый этаж. В углу, недалеко от кафетерия, её поджидали Руби и Эльза. — Ты слышала? Все занятия отменили! Это так круто! — Руби сияла как начищенный пятак. — Нет ничего крутого в отсутствии академических лекций, — пыталась возразить Разенграффе, — нам всё равно придётся отработать их в дополнительное время. — Но это же Кора Миллс! Королева Сердец! — Волчица так округлила глаза, как будто в этих словах был заложен скрытый смысл. — Наверное, Реджина счастлива встретиться сегодня со своей матерью. Они ведь живут в разных городах, много работают, и у них, скорей всего не получается часто видеться, — не умолкая лепетала Лукас. — Нет, Руби. Реджина терпеть не может свою мать, — возразила Свон, закатывая глаза. — О, даже так! Ну ладно, — пожала плечами подруга, — надеюсь, они не устроят огненное противостояние сегодня. — Как продвигается «то-о-чём-нам-нельзя-говорить»? — чуть тише поинтересовалась Принцесса. — Боже, Эльза! Не говори так. Я чувствую, что попала в параллельную вселенную и где-то в другом конце коридора прячется Беллатриса Лестрейндж, чтобы швырнуть в меня уничтожающее заклятие, — судорожно дёрнулась Свон. — Эмма, ты стала нервозной в последнее время, — недоуменно констатировала мисс Снежинка, — с тобой всё в порядке? — Со мной всё прекрасно, если учесть, что за два месяца я ни на йоту не продвинулась в «том-о-чём-мы-не-говорим». — Рим не сразу строился, малышка, — Волчица ободряюще похлопала её по спине. — Я смотрю, дополнительные уроки с профессором Дрэгон не прошли даром, — Свон хитро подмигнула подруге. — О, да! Малефисента…в образе дракона…фуф, просто незабываемое зрелище! — Лукас не скрывала своего восторга. — Тише, Руби! — зашипела на неё Свон, — я оставлю Вас ненадолго. Хочу выяснить, чего нам ждать от предстоящего семинара. Займите мне место, подальше от преподавательского стола. — С этими словами Эмма развернулась и направилась к центральному лифту. «Надо проведать Реджину, возможно, она сожгла уже весь этаж в гневе». На этот раз Эмма предусмотрительно постучала в дверь. Послышалось уверенное «Войдите» и блондинка с радостью потянула за ручку. Но её приподнятое настроение тотчас испарилось, как только она увидела самодовольную физиономию профессора Гласса, который внимательно воззрился на вошедшую Свон. — Профессор Гласс, — сдержанно процедила Эмма. — Мисс Свон, — криво улыбнулся Джинн, — давно не видел Вас на своих занятиях. Вероятно Вы загружены по основным предметам, но не стоит недооценивать то, что на первый взгляд кажется малозначимым. — Я учту это, благодарю, профессор, — Эмма также криво ухмыльнулась. — Мисс Свон? Что привело Вас сюда? — нарочито холодно поинтересовалась Реджина, но глаза горели тёплым огоньком. — Прошу прощения, профессор, если помешала Вам, но мне требуется некоторое разъяснение касательно концепции североамериканской этнографии, — подчёркнуто официальным тоном доложила Свон. Её очень раздражало присутствие Сидни, и она с трудом сдерживалась, чтобы собственноручно не вытолкать его за дверь. — В таком случае, я приму Вас. Мы с профессором Глассом уже закончили. — Вы правы, профессор. Увидимся на семинаре, Реджина, — непринуждённо ответил Сидни, но Миллс не ответила, сосредоточенно уткнувшись взглядом в монитор. Когда дверь закрылась, брюнетка грустно улыбнулась Свон и прикрыла глаза, откинувшись на спинку стула. — Вы в порядке, Реджина? — Почему Вы спрашиваете? — Ну… Не знаю… Может потому что через час сюда пожалует Ваша матушка. Мистер Голд обеспокоен, а Руби со всеми остальными продолжают болтать, как это прекрасно и здорово. — Румпель совершенно обоснованно встревожен. Уверена, это была не его идея пригласить Кору. Он бы не подверг опасности университет. — Когда в последний раз Вы видели свою мать? — Эмма села напротив Реджины, следя за каждым её движением. — Три года назад, — услышала она отстранённый ответ. — Три года назад? — воскликнула Свон, опешив, — и Вы не хотите с ней увидеться? — Нет, мисс Свон. Я бы предпочла, чтобы так продолжалось и дальше. Но, по всей видимости, мне всё же предстоит посетить этот семинар, дабы проследить, чтобы моя матушка не причинила Вам вреда, — Миллс раздражённо встала и начала ходить по кабинету. — Мне? — удивилась Эмма. — Да, мисс Свон. Вам и Вашим подругам, — утвердительно кивала Реджина, — я бы посоветовала Вам пойти домой, чтобы избежать встречи с Корой, но Вы всё равно меня не послушаете, — с каждой минутой волнение Реджины набирало новую силу. Она боялась того момента, когда посмотрит в глаза матери. Боялась не выдержать, поддаться искушению и сделать какую-нибудь глупость на виду у всего университета. Ей было страшно, что гнев и боль, годами накапливаемые в уголках души, прорвут железные сети, разом выплеснутся наружу и уничтожат её. Эмма, заметив этот страх в глазах Миллс, спокойно встала и, остановив брюнетку, взяла её ладони в свои, чуть сжимая: — Реджина, всё будет хорошо. Ничего не случится. Мы всё время будем рядом, — в голосе Свон было столько заботы, что брюнетка облегчённо выдохнула, не пытаясь отстраниться. — Вы не знаете всей истории… — очень тихо произнесла Миллс. — Расскажи мне, если хочешь, — Эмма усадила Реджину на диван и присела рядом. Минут пять они просто молчали. — Помните, как два месяца назад я рассказывала Вам о Дэниэле? — Свон кивнула. — Я сказала, что наши пути с ним разошлись. Но это была неправда. В тот день, мы сбежали втроём. Я, Мал и Дэниэл. Мы скрывались вместе. Я знала, что моя мать не станет искать нас. Её гордыня не позволила бы перешагнуть через себя. Спустя год мы поженились. Дэниэл взял мою фамилию, чтобы его семья тоже не могла нас найти, и я думала, что наше счастье и любовь будут бесконечны. Единственное, что меня очень тяготило, это то, что Дэниэл не знал о магии. Я никогда не рассказывала ему, боялась, что он не примет это, испугается и сбежит. Так и жила, будучи не до конца откровенной с любимым мужем. — Сердце Свон неприятно защемило, она интуитивно чувствовала, чем закончится эта история. — Спустя восемь лет вдруг неожиданно заявляется моя мать, с порога набросившись на меня с теми же обвинениями. Она тогда уже была в совете Старейшин и с чего-то решила, что я рассказала Дэниэлу о нашем секрете. Мол, это грубое нарушение правил, и я бросила тень на её репутацию. По правилам, нельзя посвящать простых смертных в свою магию, это ставит под угрозу существование нашего мира, — объяснила Реджина недоумевающей Свон. — На все мои доводы, она лишь называла меня лгуньей, объявив, что решит эту проблему по-своему. Через неделю Дэниэл погиб в автокатастрофе. — Реджина не могла сдерживать слёзы, и Свон крепче сжала её ладони. — Следствие терялось в догадках: что могло послужить причиной аварии? Никаких явных предпосылок к этому не было. Автомобиль был исправен, Дэниэл не находился под действием алкоголя или наркотических средств, стояла сухая солнечная погода. Но они не могли знать, что его убила моя мать. Она объяснила это заботой о моём благополучии, можешь себе представить? Убийство моего мужа каким-то образом должно было осчастливить меня! Эмма слегка приобняла Миллс, осторожно поглаживая её по спине. Реджина не могла больше говорить, она только всхлипывала и не отпускала руку Свон. — Просто чтобы ты знала, я не позволю никому обидеть тебя снова…