Маленькая проблема мира демонов

Трава сминалась под тихой поступью человека. В кустах прыгали и щебетали птицы, а солнце палило и слепило. Всё было так похоже на привычную жизнь, на взгляд – одно и то же, но ощущения кричали о неправильности. И солнце слишком яркое и жаркое, и птицы какие-то глупые, и трава – обычная. Человеческий мир хорош людьми, которые просто живут на Земле. Мир демонов хорош демонами, которыми является вообще всё. — Ты уверен? Точно уверен? — с беспокойством спрашивала постоянно Окс, волнуясь за состояние друга. — Вот на самом деле уверен? — Я от демонов ушёл, я от принцессы ушёл, я и от людей уйду, — шуткой ответил Антон и улыбнулся. Получив пинок Окс в голень, удивлённо на неё посмотрел. — Ты чего? — Я серьёзно. Взгляд Окс – жёсткий и прямой. Челюсти сжаты, кулаки сжаты, плечи напряжены. Казалось, она вот-вот готова вступить с Антоном в драку ради его же безопасности. И она точно готова была его связать и отнести в мир демонов обратно. Вздохнув, Антон взял её руку в свою и разжал кулак, аккуратно погладив ладонь. Под мягкой кожей ощущались напряжённые мышцы. Продолжая аккуратно водить по ладони пальцами, Шастун посмотрел на девушку серьёзнее. Приблизился чуть-чуть, мягко дотронувшись до её лба своим, и сказал: — Я бы не пошёл сюда, не будучи уверенным. И мы здесь не задержимся надолго. Да и сейчас я больше не простой человек: у меня есть ты, мой фамильяр. Мне придётся попросить тебя одолжить немного своей энергии, чтобы справиться с проклятьем. Ты согласна? — Так-то лучше, — выдохнула демонесса, обдумывая слова друга. — За еду бери сколько хочешь этой энергии. Она улыбнулась. Её руки расслабились, она приобняла Антона за плечи. Боднулась лбом и отстранилась. — А ещё здесь мы найдём много новой разной еды, но не советую есть всё подряд. Опасность человеческого мира исходит отовсюду, в частности и от пищи. — Только с твоих рук, — не задумываясь, ответила Оксана. — Но как вообще можно не доверять еде? — Одни люди убивают других людей через еду, лекарства, воду и даже воздух. Это я ещё не упоминал другие способы в виде оружия, ядов и прочих подручных и не очень предметов. — Выйдя к большой тропе, Антон остановился. — А вот тут осторожнее, машины. — Я тебе не верю, — засмеялась Окс. — Этот мир не может быть опаснее нашего. А про машины я знаю, недавно же здесь жила. — Поверь, я знаю слишком много причин, чтобы не хотеть здесь оставаться. Сами по себе люди не имеют клыков и не выпустят из рук стрелу огня, но способов убийства они знают столько, сколько видов демонов не знаем мы. — Нас слишком много. — А они слишком жестоки. — Ты сам человек. — Я не лучше. Оксана смотрела на Антона, идущего впереди и озирающегося по сторонам, ожидавшего, как он сам сказал, опасности отовсюду. Она смотрела на него и думала, что никогда не видела в нём человека. Он не был и демоном. Он был другом. И он был лучше. — Знаешь, — задумавшись, тихо начала она. — Ты можешь быть самым последним из людей, но будешь самым лучшим другом для меня. И делай с этим, что хочешь. — Подумав ещё минуту, добавила: — Я могу не верить в твои байки, но я верю в тебя. Антон промолчал. Он гнал от себя мысли, гнал чувства. Он не хотел думать. У него были друзья… Прочь. В него верили, он был важен, ценен... Прочь. У него была поддержка. Не требуя ничего взамен, за ним следовали, нет, шли рука об руку, переживали за него… Прочь. Он убежал от тех, кто тоже мог бы стать его друзьями, тех, кто тоже поверил в него, тех, частью жизни который он бы являлся и… Прочь. — Люди любят придумывать сказки, — встрепенулся Антон, невольно коснувшись маски, сдвинутой на затылок. Снимать её он пока не хотел. — Вот этим я в них пошёл, вот этим я людей люблю. Вот, например, видишь камушек на земле? Я могу рассказать, как однажды это был ворон, летающий высоко в небе, но однажды проклятый ведьмой за то, что он подрался с её котом. Как тебе? — Шастун такой Шастун, — не обращаясь целенаправленно к нему, вздохнула Окс. — Сомневаюсь, что даже люди могут придумывать сказки настолько буквально на ходу. Усмехнувшись, Антон продолжил рассказывать. Он находил повод для короткой сказки в любой ветке, в любом крике совы, пару раз по пути сочинил сказки длиннее. Его мозг работал, язык молол чушь, он улыбался и вновь попытался вернуться к состоянию счастья и свободы. Свободы от самого себя.

<’”’>

Добравшись до города, Антон чувствовал, что уже устал. На сердце давила тяжесть, воздуха начинало не хватать. Перед глазами мутнело. Он искоса глянул на Окс, которая с подозрением косилась на него в ответ. Она чувствовала. — Видимо, время привала. Они сели прямо на траву у обочины. В городе людей костёр не разведёшь, в городе людей так просто не предложишь кому-нибудь сыграть в карты на еду. Люди казались Антону злыми, несправедливыми и просто плохими. Он не думал, почему, ведь с ними он взаимодействовал мало. — Интересно, какими людьми были твои родители? — внезапно спросила Оксана, рассматривая дома и улицы. — Понятия не имею, — сухо бросил Антон. Он не хотел думать, почему он считал людей плохими. Сейчас он был сосредоточен на том, чтобы сбежать. Опять. Взяв Окс за руку, он глубоко вздохнул. — Немного лишка взял, думая, что смогу здесь хотя бы неделю провести. Придётся скорректировать маршрут. — Ты признал свою ошибку? — искренне удивилась демонесса, широко распахнув глаза. Она пыталась сосредоточиться на том, чтобы дать Антону больше энергии, вкладывая в это всю душу, хотя даже не знала, как это должно работать. — Да, жизнь полна чудес… — задумчиво произнёс Шастун. Поджав губы, тихо добавил: — А ещё у нас проблемы. — Что случилось? — Я не могу достать из мешка ничего, что мы туда положили. — В смысле? Не отвечая, Антон передал Оксане тот самый мешок, в который они набросали своих вещей перед этим. И он был пуст. Демонесса ошарашенно на него смотрела и нервно пытаясь выскрести из пустоты хоть что-то. — Наверное, он как браслеты. Работает только другом мире. Не знаю, почему. Наверняка Арс бы рассказал... — И у нас ничего нет?! — Упс… Антон виновато посмотрел на подругу. Невинно пожал плечами и попытался улыбнуться так, чтобы на него не злились. — Эй, чудики! — окликнул их проходящий мимо мужчина с густой бородой. — Цирк уехал, а клоуны остались? Вы чё тут вообще такие красивые забыли? — А мы в бегах, — крикнул ему Антон. — Сели за поджог. — Я сейчас полицию вызову! — уже совсем другим тоном ответил мужик, но шаг ускорил, чтобы уйти поскорее. — Почему он пристал к нам? — Немного не по моде одеты. Окс хотела было что-то сказать, но вместо этого посмотрела на Антона, изучив его взглядом, потом на себя. С собой она забрала наряды из дворца, которые, правда, были предназначены Антону. Блестяще-фиолетовые кюлоты, немного обвисающие на бёдрах, с каёмкой снизу и с золотыми заклёпками сбоку. Вышитая причудливыми узорами белая блуза и с ними же фиолетовый камзол с большим воротом. Из-за большого размера движения ничего не стесняло, ей нравилось, только обувь взяла старую, разношенную и подходящую для бега. Антон в противовес ей был одет во что-то, что она даже не знала, как описать. Казалось, это был просто перешитый и много раз зашитый мешок из-под картошки. Один рукав оборван до предплечья, другой закрывал кисть своей шириной и был грязным. Ещё и плащ из такого же мешка нацепил, маску сдвинул и довольный. И вместе они, видимо, слишком выделялись. — Пожалуй, нам нужна новая одежда, — пришла к выводу Окс. — Зачем? — Мы выделяемся. Для беглецов это, наверное, не лучшее решение. Антон тоже посмотрел на себя и Оксану. Пожав плечами, кивнул в сторону ушедшего ранее мужчины. — А люди боятся тех, кто не похож на них. Будем говорить, что мы психи, и нас никто не тронет. — Ты сначала говоришь, что люди жестоки, а сейчас, что они чего-то боятся? — Люди боятся, поэтому они жестокие. Ты вот когда в угол загнана, что делаешь? — Превращаюсь в большого паука и открываю рот… — Они также защищаются. Видят что-то, что может быть угрозой для их жизни или их состоянию, и превращаются в больших злюк и открывают рот. А слова – ещё одно оружие. — Как они вообще живут? — Чего не знаю, того не знаю. Позже Оксана попыталась снять с Антону маску, считая, что она больше всего выделяет его. Сказав, что никто из людей их не носит, она не смогла понять, почему Антон на это засмеялся. — Этот город рядом с порталом. Не самым знаменитым, но демоны здесь могут быть. В мире людей люди, конечно, явление частое, но не человек, расхаживающий рядом с демоном, — сказал парень. — И не надейся на своё чутьё в этом вопросе. Пусть и не у портала, уже в другом месте, но он всё же заметил демона. Молча, он попытался пройти незамеченным, но получилось плохо. Демон посмотрел на него, и, что удивительно, тоже напрягся. Они виделись раньше. У него Антон однажды выиграл важный артефакт, который как раз помог освободить Окс из плена её паутины, но бежать и благодарить его Антон не хотел. У того и сейчас в руках был какой-то амулет, о которых парень никогда не слышал. Обычно он мог узнать о предназначении лишь о форме, но сейчас…Странно. — Ты почему напрягся? — Нужно ускориться. Люди обращали на них внимание. Не все относились негативно, кто-то улыбался, направлял на них странные предметы, которые Шастун назвал телефонами, морщась на них. Кто-то хмурился и отправлял куда-то, куда Шастун посоветовал не запоминать и не ходить, пока Окс маленькая. Стараясь обходить большие дороги стороной, натыкаться на людей всё равно приходилось снова и снова. Не считая пары неприятных моментов с отправлениями неизвестно куда, Оксана никак не могла понять, чем плохи люди. Но спорить с Антоном бессмысленно. Мир людей его не любил. Парень был слаб. Не говорил об этом, прятался за улыбкой, но Окс как никогда чувствовала его боль. Она тоже устала, зверски хотела есть и спать, но молчала. Если человек без сил двигался вперёд, она тоже сможет. Целенаправленный шаг Антона восхищал её. Он знал, куда идти. У него была разная походка, когда он шёл наугад и когда двигался точно к цели. Вопросов было много, но Окс продолжала молчать. Понимать, что молчал и Шастун, было до страшного непривычно. Видя его таким слабым и бессильным, она только и могла, что прокручивать в голове мысли о будущем. Антона старым представить невозможно, как бы она ни старалась. Представлять Антона мёртвым… не хотелось. Но мысли лезли в голову так настойчиво, что хотелось сплести паутину в голове и ловить их, как мух, лишь бы не трогали. С этим безумцем расставаться не хотелось никогда. Он не раз говорил, что она переживёт его. Советовал смириться с этим. Зацепиться вниманием к чему-то ещё. К кому-то ещё. Но не хотелось. — Тош, — очень тихо, будто без цели быть услышанной, позвала девушка. — Не умирай. — Я ещё успею тебе надоесть, — также тихо ответил Антон с усмешкой.