Открой глаза, почувствуй мир!
2 мая 2017 г., 14:26
Сильная боль — первое, что я почувствовала, открыв глаза. В мою голову впивались миллионы игл и постепенно проникали внутрь; во рту все пересохло, появилось такое ощущение, будто мой голос исчез; от малейшего движения все тело изнывало от боли; поскольку зрение пока не нормализовалось, я почти ничего не видела.
Мутные тени медленно обретали очертания. Пару минут спустя чисто-белый цвет уже не казался таковым. Неспешно повернув голову, я увидела несколько заправленных кроватей справа и слева от себя. Высокие стены кипенно-белого помещения разбавляли яркие блики, отражающиеся от витражных панорамных окон. Кажется, я нахожусь в лазарете, но именно в каком не знаю. Я не помню, как сюда попала, кто я такая, что было в прошлом. Единственное, что мне сейчас известно, это то, что я жива, и то, что меня зовут Теа.
Боль медленно стихала, постепенно пробуждая рассудок и сознание. Чувство опустошенности беспощадно заполняло все внутри. Мне казалось, что мое прошлое неумолимо исчезло, стерлось из потоков сознания, а то, что мне осталось — обычные данные, которые известны любому человеку.
— Проснулась? — услышав мужской голос, я испуганно вздрогнула. — Не бойся, я не кусаюсь, — насмешливо произнес он.
— Кто ты? — выдавила из себя, приподнимая голову.
— Сухо, — ответил светловолосый юноша и подошёл к кровати. Одет он был в темно-синий жилет с золотым обрамлением. Светлая прядь волос небрежно падала на молочное лицо, а черные глаза спокойно взирали на меня. Юноша держал в руках серую папку, на которую часто поглядывал.
— Как я здесь оказалась? И в целом, где я? — я еле-еле села на кровать и, почувствовав легкое головокружение, закрыла глаза. Кровь болезненно отливала от головы к конечностям, но для облегчения хватило пары секунд бездействия.
— Это школа Сирио — одна из сильнейших на всей планете. Ты оказалась здесь по странному стечению обстоятельств. Мы нашли тебя без сознания и истекающей кровью у главных ворот. Скажи мне, ты хоть что-нибудь помнишь? — спокойно произнес Сухо и неторопливо опустился на кровать.
— Только то, что меня зовут Теа и мне семнадцать лет, — расстроенно выговорила я.
— Ну что, Теа, пойдем? — приветливо улыбнувшись, юноша встал на ноги.
— Куда? — он направился к выходу, а я следовала за ним в надежде найти ответы на мучающие меня вопросы.
— Сейчас я отведу тебя в общежитие, а вечером пройдешь обряд посвящения. Ну, и вследствие вступишь в наши ряды. — Сухо миновал массивную белую дверь.
— В наши ряды? — переспросила и пробежала глазами по сторонам. Белоснежный коридор. Почему в этом здании так много белого цвета? Слепит глаза.
— Да, — он подошёл к лифту. — Мы светлая параллель.
— Кто? — от услышанного я застыла рядом. «О чем он говорит?».
— Ты и это не знаешь?! — он говорил так, будто это самая очевидная на свете вещь и только я не понимаю элементарных вещей. Юноша продолжил ход и спокойно прошел в стеклянную кабинку лифта. — Как так?
— Я же говорила, что ничего не помню.
— В этом мире есть две параллели — темная и светлая. Всю жизнь они сражаются между собой, но убить друг друга не могут. Ты — светлая параллель, поскольку твое сердце полно доброты, так же есть твоя полная противоположность, соответствующая только тебе одной, это — темная параллель. Одна из вас подавит в бою другую, либо лишит силы, но убить — никак. Хотя, не факт, что вы вообще встретитесь.
— А зачем нам сражаться? — недоумевала я.
— Чтобы не сбить чашу весов, — Сухо вышел из лифта. — Равновесие ни в коем случае не должно быть нарушено! Пойдем, я отведу тебя в общежитие, — он кивнул головой. — Подготовься, обряд посвящения отнимает много сил.
— Хорошо, — любопытство уносило сознание в погоню, заставляя заинтересованно озираться по сторонам, пока мы медленно продвигались в нужном направлении.
Высокие, стеклянные сооружения причудливых форм отражали солнечные лучи. Широкая каменная дорожка приветливо приглашала к зданию общежития. Я с наслаждением улыбнулась мягкому касанию прохладного ветерка. Кажется, свежий воздух действовал успокаивающе. Взглянула наверх: голубое небо, облаченное в пушистое одеяние из облаков, отражалось на поверхностях конструкции, от чего они казались более воздушными и столь далёкими от реальности.
Мы подошли к высокому зданию, которое покрывали осколки стекла словно по пазлам собранные на поверхности. Я набрала в лёгкие воздуха и остановилась. Ах, как же здесь волшебно! Все такое необычное, просторное. Каждый уголок таит загадку и в то же самое время, хранит в себе ответы.
— Нравится? — Сухо доброжелательно взглянул на меня. Его приятный голос прекрасно гармонировал с приветливой внешностью.
— Да, красиво, — улыбнулась в ответ. Усталость стремительно растекалась по жилам. В то время как ноги тяжелели, веки начали непослушно слипаться. —Но почему здесь никого нет?
— Параллели сейчас отдыхают. Ночью пройдет обряд, вот тогда и познакомишься с жизнью школы Сирио. — Юноша мило улыбнулся. — Ладно, заходи внутрь, а мне нужно идти. Двадцать пятый этаж, тридцать первая комната.
— А ты не зайдешь? — я слегка опешила. Все же было бы лучше, если бы Сухо проводил меня прямо до двери.
— Это женское общежитие, — выдохнул он.
— Что ж, — я пересекла порог. Солнечный свет весело рассеивался и играл на бледно-голубом паркете в просторном, светлом фойе. В центре находился лифт. Поднявшись по нему на нужный этаж, я искала тридцать первую комнату и нашла ее в конце светлого коридора.
— Можно? — постучала, но не услышала ответа. Толкнув пластиковую дверцу, зашла внутрь, однако, никого не было. Стояли лишь заправленная кровать и пара атрибутов мебели.
Черт, я, если честно, будто попала в другую реальность… Не пойму куда пропали мои воспоминания, куда испарилось мое прошлое? Кому и зачем нужно было лишать меня памяти? Все это как-то запутано, но ведь я оказалась здесь неспроста… Все это сводит меня с ума, играя на нервах надоедливый этюд. А может просто не думать и начать жизнь с нуля, вновь написать свою книгу судьбы, только вот начиная с семнадцати лет? Эта пустота внутри заполняет все, так тяжело и больно, однако я все еще не знаю почему! Мне нужно просто взять себя в руки, набраться сил и разузнать тайну своего ушедшего времени.
***
Следуя за потоком учащихся во время оранжевого заката, когда солнце близилось к горизонту, я подошла к еще одному интересному сооружению, вновь удивившему своей красотой. Но тут не было стекла, здание было полностью выполнено из камня, массивного, серого камня, внушающего такую силу и мощь. Пройдя сквозь высокую, круглую арку, я шокировано остановилась и начала жадно разглядывать все вокруг. Трибуны разделены на семь направленных к сцене отсеков, думаю они смотрят на место проведения обряда. В каждом отсеке постепенно собиралось огромное количество учащихся. Насколько я поняла, народ здесь делился по группам, а внешним отличителем был цвет. На сцене неизвестно откуда вдруг блеснул луч сильного, яркого света и вызвал бурю эмоций у сидящих зрителей. На стенах проявлялись непонятные мне росписи и иероглифы, а на фоне заиграла медленная, но очень воинственная мелодия. Атмосфера здесь резко сменилась, дух церемоний мгновенно взял ситуацию под своё руководство. Хоть народ и успокоился после пары секунд от начала, но дух предстоящей важности все так же не давал мне покоя. Подойдя ближе к лестнице ведущей на сцену, я с восторгом следила за всем происходящим. К потоку света подошел человек, который начал зачитывать имена людей. Вызванные им персоны торопливо поднимались на сцену и вставали под луч света в центре сцены. Насколько я поняла, этот луч определял то, к какой группе или расе относится вызванный человек. Как только он оказывался под потоком света, его внешность моментально менялась. На коже появлялись какие-то росписи, на спине крылья, причем у каждого из прошедших изменения были очень индивидуальными. Увидев результат, стоящий на сцене человек объявлял расу, на что трибуны бурно реагировали. — Ариа Санрайз, — громко произнес мужчина, после чего пробежался глазами по трибунам. К сцене подходила девушка с длинными, черными как ночь волосами. Алые, пухлые губы сильно контрастировали с потонувшими в небе глазами. Ярко выраженные скулы придавали остроты, но менее женственной особо от этого не казалась. Девушка грациозно поднялась по ступенькам, медленно и решительно проплыла к центру, после чего смело встала под бьющий сверху яркий свет. Миг, и она моментально изменилась. Шею и лицо покрывали острые длинные росписи, глаза ярко засияли, за спиной явились необычной формы темные крылья, одежда превратилась в фиолетовые доспехи, лишь только волосы сохранили природно черный цвет. — Интенсо, — взглянув на Арию выкрикнул мужчина. Зал энергично аплодировал. Как только девушка покинула поток света, изменения тотчас стерлись из виду, будто ничего и не было. Та же история повторялась с каждым вышедшим, только вот некоторые из них действительно удивляли и шокировали. Я запомнила только нескольких, Сехун, Мирэй, Кай, Руо и Амиэ, а, еще вроде был Крис, или я путаю. Все разделились по разным расам, вот только их названия я, к сожалению, не запомнила. — Теа, — я услышала свое имя. Миллионы глаз вмиг прожгли моё бренное тело словно молния, от чего сердце ухнуло куда-то в пятки. Я испуганно поднялась по ступенькам и неуверенно подошла к потоку света. Взглянув на стоящего рядом мужчину и получив его одобрительный кивок, решительно шагнула вперед. Теплый поток энергии обволок тело, в начале было так тепло и приятно, но вдруг всю мою энергию будто трубочкой высасывали из стакана. Силы стремительно заканчивались, и только теперь я поняла всю суть доброжелательного «подготовься». Услышав громкое оханье, как это было с мизерным количеством вступающих, я растеряно покинула поток, чуть ли не упав от бессилия. — Имортал! — объявил мужчина, а зал громко аплодировал. Вот только мне не было ясно — в какую именно я попала расу и чем она отличается от других…***
— Вы видели печать этой девушки? — проговорила высокая женщина. — Три острые конечности тянущиеся к оку. Она как и те, избранная! — ответил ей мужчина средних лет, задумчиво следя за удаляющейся со сцены фигурой. — Ну что ж, у нас в этом году достаточно избранных, — озадаченно заключила она. — Мирэй, Ариа, Руо, Амиэ, Сехун, Кай, Чен и Теа — действительно много, — хитрая улыбка промелькнула на его лице, а в глазах засияла искра.
