Никогда не доверяй элю религиозных фанатиков

Какой бы ни была жизнь на DS9, а Джулиан не перестал любить простые радости: хорошую беседу, свидания или… всё новые коктейли и напитки, на которые не скупился Кварк. Естественно, не скупился, ведь Джулиан всегда исправно платил по счетам. На этот раз Кварк плеснул ему, кажется, местного эля, как водится, с хитрой усмешкой и рассказом о том, как он получил удивительный напиток, однако Джулиану не суждено было дослушать историю — ференги заметил Джадзию и, конечно, не мог больше развлекать его. Джулиан и сам бы не отказался от общества Дакс, но не успел привлечь её внимание — за его столик опустился Гарак. — Скучаете, доктор? — спросил он. — Дегустирую, — усмехнулся Джулиан. — А вы? — Решил провести время за неспешным разговором, когда все дела уже сделаны, вы не против? — что там было в бокале у Гарака, Джулиан не знал и уже собирался об этом спросить, но кардассианец его опередил: — Чем на этот раз вас угощает Кварк? — Каким-то… баджорским, наверное, элем, — пожал плечами Джулиан. — Довольно неплохо, хотя я не могу назвать себя специалистом. — Что ж, главное, что он вам приятен, — улыбка Гарака была немного… странной, но Джулиан отдавал себе отчёт, что считает таковой каждую вторую его улыбку. И он опять не успел переспросить, Гарак напомнил: — Буквально вчера мы затронули тему… Джулиан сделал глоток, и внезапно ему показалось, что голос Гарака звучит особенно мелодично. Настолько, что сначала Башир задумался, отчего же раньше не уделял этому внимания, а потом вслушался, как вслушиваются в птичью трель или музыку. Смысл слов, впрочем, совершенно ускользнул, так что Джулиан не сразу заметил — Гарак смотрит так пристально, как если бы задал вопрос. — Простите, — растерянно проговорил Башир, стараясь взять себя в руки. Гарак снова что-то сказал. Джулиан постарался сосредоточиться, но получалось плохо. Во рту пересохло от волнения, и он снова сделал глоток напитка, и… стало ещё хуже. Теперь он совершенно точно ничего не мог понять, в ушах словно нарастал умиротворяющий монотонный гул, Гарак казался удивительно милым, но понять, что именно он произносит, не представлялось возможным. Джулиан протянул руку и накрыл ладонь Гарака своей, утешающе погладив его пальцы. Он не мог представить, как ещё объяснить, что ему удивительно хорошо и приятно общество кардассианца, но высказаться об этом не получается. Гарак чуть сощурился и тут же понимающе улыбнулся. Он окликнул Кварка и затем поднялся и протянул Джулиану руку. Этот жест истолковать было очень просто, и Джулиан послушно встал, опёрся о предложенное плечо, удивляясь, когда это ноги успели стать такими тяжёлыми, и двинулся с Гараком прочь… Непонятно куда, но это вряд ли имело значение. *** — Похоже, Джулиану не здоровится, — Дакс внимательно посмотрела на Кварка. — Что ты ему налил? — Эль… Баджорский эль, — с преувеличенной озабоченностью отозвался тот. — Всегда говорил, что не стоит доверять элю религиозных фанатиков… — Сдаётся мне, ты сделал это намеренно, — Дакс чуть усмехнулась. Кварк поспешно отодвинулся, напустив на себя вид крайней заинтересованности и устремив взгляд в сторону стола дабо. *** Джулиану пришлось признать, что он не совсем понимает происходящее. Казалось, ещё минуту назад он сидел за столиком и потягивал эль, а теперь уже оказался совершенно в другом месте. Успокаивало только, что рядом — по правде говоря, слишком уж близко — стоял Гарак. — Что происходит? — удалось сформулировать свои сомнения в краткую фразу Джулиану. — Я пригласил вас к себе, и вы согласились, — обезоруживающе улыбнулся Гарак. Джулиан сразу поверил ему и тоже не сдержал улыбки. — Вы сегодня… вы сегодня… такой, — снова слова позорно бежали, но у Джулиана был план «Б»: он осторожно, пусть и не задумываясь, что себе позволяет, коснулся шейного гребня Гарака. И даже восхищённо выдохнул, так волнительно это было. — Какой же? — испытующе смотрел на него Гарак. В другой момент Джулиан был бы способен оценить и расширившиеся зрачки, и изменившийся ритм дыхания, но сейчас он только прослеживал гребни подушечками пальцев, а затем с разочарованием коснулся ткани, скрывающей от него без сомнения что-то интересное. — Или чтобы ответить, вам хотелось бы меня раздеть? — Хотелось бы, — совершенно простодушно согласился Джулиан. — Я давно никого не… — он смутился, но не потому, что осознал, в чём признался. Скорее, то было понимание, что он сам чересчур заинтересован в происходящем и интерес далёк от научного. — Вам почти невозможно отказать, любезный мой… друг, — Гарак поймал его ладони и увлёк вглубь комнаты, к постели. Джулиан почти не заметил, как странно, даже фальшиво, прозвучало слово друг, и только отдал Гараку должное — ему невероятно хотелось сесть или даже лечь, и тот будто бы прочёл это желание. Снова в голове стало до звонкого пусто, Джулиан словно отвлёкся и… сам не заметил, когда оказался полуобнажённым, когда успел раскинуться на чужой кровати, а главное, когда Гарак успел оказаться над ним. Сейчас Джулиан мог с восхищением проследить не только линию шейных гребней, но очертить и чешую на груди, даже попробовать языком каплеобразную ямку между ключиц. Гарак, кажется, абсолютно не возражал против этого, позволяя и касаться, и даже немного покусывать. Увлёкшись, Джулиан помог стащить с себя брюки и замедлился только в тот момент, когда поймал себя на жгучем желании снять последнюю одежду и с Гарака. — Что мы делаем? — уточнил он, когда сухие, но оттого совершенно не неприятные губы скользнули по его шее. — Ведём беседу, — вкрадчиво отозвался Гарак ему на ухо. — Вспомните, вы столько раз читали об этом. — Беседу, — удовлетворился этим ответом Джулиан, смысл слов по-прежнему слегка ускользал, к тому же потребовалась вся сосредоточенность, чтобы наконец-то освободить Гарака из плена ткани. В первый момент он снова оказался в пустоте без всяких мыслей, а немногим позже размышлять стало совершенно некогда, потому что до того чуть дремавшее возбуждение, которое пусть и ощущалось, но всё же совсем не руководило Джулианом, вскинулось и затопило его с головой. Возможно, его так влекла прохлада чужой кожи, а может, виновато было любопытство — всё же он впервые мог касаться кардассианца, вероятно, играла свою роль и реакция Гарака, который, нужно отметить, был весьма сдержан… Но Джулиан больше не контролировал своих порывов. Он притянул Гарака к себе, отчего-то решив, что тому будет приятно почувствовать жар чужого тела, он касался, обводил подушечками пальцев чешую, особенно ту, что украшала — а иного слова он сейчас подобрать и не смог бы — бёдра, и с особым восторгом наконец коснулся члена… Наверное, именно в этот момент Гарак и сам отбросил всякие рамки. Поначалу Джулиан даже попытался поспорить — это ему хотелось ласкать и… что там ещё? Но нет, вскоре он задыхался от наслаждения и выгибался в опытных и оказавшихся нежными руках. Единственное, чего он точно не мог, так это протестовать. И в тот момент, когда Гарак заставил его развернуться и уложить голову на руки, а потом сильно и резко вошёл, Джулиан выдохнул совсем не то, что подумал. Он высказал вслух всего одно слово, но вовсе не то, которое ему хотелось. Он сказал: «Ещё». *** Просыпался Джулиан медленно, нещадно болела голова, да и всё тело чувствовало себя растерзанным. Мысли путались, память будто стёрли. Пошевелившись, Джулиан сообразил, что, похоже, в постели не один и тот, кто рядом, удивительно прохладный. На самом деле это было очень приятно. Неосознанно прижавшись, Джулиан испытал облегчение и тут же мимоходом отметил, что, наверное, у него жар, раз так тянет к чему-то холодному. И только после этого он широко распахнул глаза. — Гарак?.. — голос звучал растерянно и даже глупо. Тихий смех оповестил, что это точно заметили. — Хотели обнаружить кого-то ещё, любезный мой… — он почему-то не добавил ни доктор, ни друг. Тогда-то и пробудилась память, отчего Джулиану стало ещё жарче. — Мы… — Беседовали… Всю ночь, — Гарак притянул его к себе, и освобождаться из объятий не хотелось. — Беседовали… — Да, и вам очень нравилось, вы даже просили… — Ещё, — вспомнил Джулиан, сдавшись. — Я был пьян, я… — Вы же офицер Звёздного флота, разве может офицер забрать свои слова назад, м? Гарак смеялся над ним, но Джулиан не находил в себе сил ему противостоять. И не только сил. Пожалуй, он не находил никакого желания. — Я только хотел бы вас попросить, Джулиан, — мягкий голос заставил его вздрогнуть и — что, наверное, было даже страшнее — снова испытать прилив возбуждения. — Да? — дрогнувшим голосом переспросил он. — Не заказывайте больше этот напиток. Джулиан согласно простонал, но, скорее всего, то был совсем не ответ на просьбу, а реакция на прикосновение властной руки ко вновь вставшему члену.