Страницы Моей Жизни

Pov Аня. Вытащив наушники из ушей, я услышала тот же самый плач, но чуть с большей силой. Встав со скамейки, я подошла к дереву. Зайдя за него, я увидела мальчика лет 7. Я подошла к этому мальчику и, присев перед ним на корточки, спросила. — Эй, ты чего плачешь? — спросила я малыша. Мальчик поднял на меня свои заплаканные глаза и начал говорить дрожащим голоском. — Папа нашёл мне няню, а она оказалась плохой. Она мне ничего не разрешает, — пожаловался мальчик. — Фома! — услышала я женский голос. Обернувшись на звук, я увидела девушки лет 22, с блондинистыми волосами. Было видно, что крашенная. К девушке подошёл мужчина. Я так понимаю, что отец мальчика. — Тебя как зовут? — спросила я малыша. — Фома, — представился мальчик. — А тебя? — Аня, очень рада нашему знакомству, — улыбнулась я. — Я тоже, — вытер слёзы, ответил мне тем же Фома. — А теперь, прекращай плакать и иди ко мне, — я расставила руки для обнимашек. Фома, недолго думая, с улыбкой подбежал ко мне и обнял. Взяв мальчика на руки, я направилась к мужчине и девушке. — Простите, что отвлекаю, — начала я, обращаясь к этим двоим. — Что? — пискнула блондинка. — Ваша пропажа? — махнув головой в сторону мальчика, спросила я. — Фома, ты почему убежал? — господи, как у неё противный голос. — Потому что, ты плохая! — заявил малой. — Почему так решил? — спросил Фому его отец. Переведя взгляд на мужчину, я остолбенела. То самое лицо с хулиганскими чертами, высокий рост, широкие плечи, чёрные, как смоль, волосы. Передо мной, он, мой кумир, Павел Баршак. Судьба, прости меня! Я беру свои слова обратно. — Потому что, она мне всё запрещает, а Феде нет, — насупился малыш. — Я хочу, чтобы у меня была такая же няня, как она. Я заметила на себе злой взгляд блондинки. Взгляд мужчины был устремлён в мою сторону. — Подождите, я вас узнал, — произнёс мой кумир. — Вы сегодня проходили прослушивание в ГИТИСе. — Да, а что в этом особенного? — немного с холодом спросила я. — Странно, просто, — начал он. — Вы сегодня чуть не сбили меня с ног, оставив о себе лишь запах клубники, а сейчас… — Так, я поняла, — перебила я его. Опустив Фому на землю, я поправила футболку и гордой походкой зашагала к подъезду. — Соколова, — произнёс мою фамилию мужчина. — Я Аня, вообще-то! — и зашла в подъезд. Не успела приехать в Москву и уже докапываются. Чё за люди?! Pov Павел. Мда, не очень удачно получилось. Но эта девчонка меня зацепила не только внешностью, но и характером. Её манера речи выдаёт военную выучку. Создаётся ощущение, что девчонка почти всю жизнь провела в армии. Знаете, а она мне понравилась. Я добьюсь внимание этой юной особы любой ценой. *Утро следующего дня* Утром, я проснулся, привёл себя в порядок, отвёз своих проказников к Сане, а сам поехал в ГИТИС. Сегодня я начну преподавать у первокурсников Актёрское Мастерство. Почему-то я был уверен, что Соколова будет присутствовать на занятиях, и не ошибся. Войдя в аудиторию, я заметил эту девчонку на первой парте среднего ряда. Она сидела в расслабленной позе и слушала музыку в наушниках. Даже прерывать её жалко. — Соколова, — окликнул я молодую особу. — И вам доброго утра, Павел Дмитриевич, — ответила девушка, продолжая заниматься своим делом. Я подошёл к девушке. — По уставу учебного заведения, вы должны встать, когда с вами говорит преподаватель, — к чему это я вспомнил? — Я никому ничего не обязана, — дерзко огрызнулась девушка. Тогда, пришлось воспользоваться силой. Схватив девушку за запястье, я заставил её встать. На что, получил злой взгляд. — И что вы этим хотели сказать? — То, что, теперь, я буду придираться к вам, дорогуша, — ох, уж эти Смолинские черты характера. — Почту за честь играть с таким сильным соперником, как вы, — с коварной улыбкой произнесла девушка. — Ну, здравствуйте, Павел Дмитриевич Баршак. От этой фразы, меня бросило в холод. Ясно одно, что я нажил себе врага в лице очаровательной девушки 17 лет. Pov Аня. Я увидела, что Павла Баршака бросило в холод от моих слов. Пусть знает, что со мной не стоит связываться. Хотя, он же мне нравится. Я же сама отталкиваю его от себя. По его лицу можно было прочитать: «Я нажил себе врага в твоём очаровательном лице». Хм, почту за честь играть с таким сильным противником. Началась лекция по Актёрскому Мастерству. Она показалось мне не такой, как я себе представляла. И когда прозвенел звонок, я стала собираться и уже собралась идти на следующую лекцию, как… — Соколова, — окликнул меня Павел Дмитриевич. Я остановилась и еле слышно заныла, при этом, пытаясь запрокинуть голову назад. — Что? Что опять не так? — начала возмущаться я. — Во-первых, прекрати возмущаться, а во-вторых, давай поговорим, — разъяснил некоторые позиции этот крендель. — Мы уже перешли на «ты»? Отличное начало учёбы, — успела я сказать, как оказалась прижатой к стене. И мне ничего не оставалось, как посмотреть своему кумиру в глаза. Я никогда не видела так близко его глаза. Эти глаза шоколадного цвета сводят меня с ума. Я готова хоть сейчас вцепиться в него, хотя в мыслях я это уже успела сделать. Холодное дыхание обожгло моё лицо. — Девочка, я не советую тебе играть с огнём. Ещё обожжёшься, а потом, будешь жалеть. — Не обожгусь, потому что, я и есть огонь, — улыбнулась я и, проведя рукой по лицу мужчины, заставила его отстраниться от меня. Почувствовав свободу, я выбежала из аудитории. — Свобода попугаям! — выкрикнула я. Все остальные лекции, я провела, думая о том, что я натворила в кабинете по Актёрскому Мастерству. Кто мной управлял? Что за пошляк контролировал мой разум? Как закончилась последняя лекция, я сразу же направилась в аудиторию, где у нашей группы было Актёрское Мастерство. — Разрешите? — спросила я, сглотнув ком в горле. — Соколова? — нет, блин, Костякова! — Мы же виделись несколько минут назад. — Я… Я хотела извиниться, — моё лицо заливалось краской. — Насчёт чего? — «Дурака» включил. — За то, что нагрубила и за непозволительное расстояние, — начала извиниться я. — Мне не нужно было отвечать так дерзко вам. — Да ладно, я уже и забыл, что было сегодня утром, — Павел Дмитриевич подошёл ко мне. — Ну, что, Соколова, мир? — Мир, — ответила я и протянула руку для рукопожатия. Но, вместо этого, мужчина взял мою руку в свою и поднёс к своим губам. Соколова, не вздумай влюбляться! Вернувшись в реальность, я освободила свою руку из цепкой хватки. Я выскочила из аудитории, пытаясь сдержать слёзы.

***

— Как я могла подумать об этом? — всхлипывая, спросила я. Я уже была в квартире тёти и рыдала в своей комнате. — Он — актёр, знаменитость, а я кто? Я принялась ещё с большей силой начала плакать. — Кто посмел обидеть мою Марусю? — услышала я голос брата. Кинув взгляд в дверной проём двери, я увидела высокого блондина, который приветливо улыбался мне. — Вовка! — я вскочила с кровати и, подбежав к парню, крепко сжала в своих объятиях. — Воу, мелкая, потише, — чуть отпрянул от меня Вова. — А то, ещё задушишь. — Козёл, — толкнула я его ладонью в плечо. — Так, ладно, — проронил брат. — Приводи себя в порядок и пошли на улицу. — Слушаюсь, товарищ лейтенант, — засмеялась я и побежала в ванную. Умывшись и приведя себя в порядок, я вернулась в комнату. — Я готова. — Пошли, проветримся, — подойдя ко мне, Вова обнял меня одной рукой сзади, и мы пошли в прихожую. Обувшись, старший заявил. — Тёть Ань, мы во двор. — Хорошо, но недолго, — сказала тётя, и мы выскочили за дверь. Спустившись по лестнице вниз, я и Вова вышли из подъезда. — Пошли, посидим? — спросила я своего братюню. — Пойдём, — сразу же согласился он. Мы подошли к скамейке и, сев на неё, стали болтать обо всём. Pov Павел. Вечером, я вернулся домой вместе с Федей и Фомой, как услышал разговор молодых людей. — Да ты больше 20 раз не подтянешься! — услышал я мужской голос. — На слабо берёшь? — обладательницу этого голоса я узнал. Подойдя чуть ближе, я разглядел Соколову. — Аня, ты не подтянешься больше 20, — настаивал на своём парень. — А вот и смогу. Спорим? — Спорим, — сказал парень. Аня подошла к турнику, подпрыгнула, зацепилась за перекладину и начала подтягиваться. Я не мог поверить своим глазам. Не думал, что такая хрупкая девушка обладает столь большой выносливостью. — 46, 47, 48, — считал парень, наблюдая за Соколовой. — 49. — 50, — кое-как выговорила Соколова и, расслабив хватку, спрыгнула вниз. — Ну, чё, съел?! Я поражаюсь этой девице ещё больше. Дома. Я сидел в спальне и вспоминал, что произошло со мной. Я жил себе спокойно, пока в мою жизнь не ворвалась Аня Соколова. Красива и опасна, такое сочетание мне нравится. — Пап, ты не спишь? — услышал я голос Фомы. Повернувшись в сторону сына, я подошёл к нему. — Нет, а ты чего не спишь, зайчонок? — спросил я сынишку. — Кошмар приснился, — сказал Фома. — Пап, можно вопрос задать? — Ну, давай, — я даже не задумался, о чём меня хотел спросить младший. — А ты любишь Аню? — от такого вопроса, меня бросило в лёгкую дрожь. Я и сам толком не понял, что я чувствую к этой девчонке.