Одержимость

      Сознание вернулось резкой вспышкой боли. Хранителю урагана второй раз в жизни пришлось испытать этот подъем с глубин, после контроля Мукуро. Зеленые глаза с удивлением узнали холодные клинки стального взгляда напротив, но принадлежащие девушке, которая нависая над ним, слизала кровь со своих губ. Поддавшись непонятной догадке, Гокудера провел языком по своим губам и ощутил вкус крови, ровно, как и вновь вспыхнувшую от прикосновения боль.       – Ты меня укусил… – его заткнули вновь поцелуем, закрывая обзор густыми черными и длинными волосами.       Оторвавшись от губ, зашипевшего от боли, Гокудеры, сидевшая на нем девушка прижалась к его щеке щекой и прошептала на ухо:       – Подумай, прежде чем вырываться. Хаято… – куснув ухо Гокудеры, девушка сжала его руки с силой.       Получив подтверждение своим догадкам насчет личности девушки, Гокудера также осознал, что такой вид обусловлен отнюдь не ребячеством и, ругая себя, на чем свет стоит, подыгрывая хранителю облака, поцелуями прошелся по шее, ощутив как руки его отпустили и снова такая до ужаса манящая холодом сталь любимого взгляда вновь встретилась с его взглядом.       – Наблюдение? – выдохнув практически лишь губами вопрос, Гокудера обнял девушку, прижимая к себе.       – Да, – жаркий выдох в губы и дразнящее скольжение прочь, при попытке хранителем урагана поцеловать.       – Еще в особняке? – ласковое скольжение по спине девушки вниз и сжатие ее ягодиц руками.       – Условный знак или отчет… – девушка впивается в шею Гокудеры жарким поцелуем, оставляя печати от него на пути к плечу.       – Пилот?       –Ты просто гений, – в глазах девушки ироничный блеск и, расстегнув неспешно часть пуговиц на рубашке хранителя урагана она, целуя его грудь, дразнясь, поднялась поцелуями к губам, мягко еле ощутимо куснув их, вновь опустилась, лаская кожу горячим язычком и лизнув его соски.       – Милая, чтобы меня возбудить, одной похвалы мало, – хранитель урагана опрокидывает девушку под себя и, наклоняясь к ней, отпускает небольшой импульс пламени грозы в борт самолета, гася свет в салоне. – Не люблю свет, он делает ласку рутиной, темнота же обостряет чувственное…       – Даааа? – девушка, укусив подбородок подрывника, обняла его ногами, собой поддавшись к нему, – А с чего ты решил, что я соблазняю?       – На то есть очевидные, – Гокудера также мягко толкнувшись в девушку, ощутил отнюдь не девичье возбуждение за этим обличьем, – практически железные факты, – собой потираясь о девушку и ведя руками по ее рукам.       Наклонившись, Гокудера увлек ее в долгий глубокий и жаркий поцелуй, ощущая, как его с силой прижимают к себе, не по-девичьи сильные руки, как ответным жаром полон поцелуй ее губ и даже начавшая вновь кровить укушенная губа, привносящая сладостное опьянение от поцелуя, отключает мысли, увлекая за ощущениями.       Руки девушки скользящие по телу Гокудеры, ее сладкие губы, скольжение тел в объятиях, жар, который словно волны накатывал на них, отстраняя от восприятия мира, погружая лишь в водоворот нарастающего жара желания. В какой то момент в салон скользнула со стороны кабины пилота темная фигура и пара выстрелов, заставили вздрогнуть хранителя урагана, безвольной куклой падая на девушку. Попытавшуюся сбежать девушку постигла та же участь.       Не утруждая себя возней с телами, пилот связался с кем то, отчитываясь, о проделанной работе. А за его спиной, скрытые от посторонних глаз силой хранителя облака, стояли Гокудера и Хибари. Достав телефон Гокудера написал:       «Что за сила? Туманного пламени я не ощущаю».       Хибари лишь усмехнулся, взяв телефон Гокудеры и ответив:       «Облако порождает тень. Туман тут не при чем»       «Очень информативное объяснение»       «Учусь у тебя»       «Я же дал слово»       Хибари приложил палец к губам. Мимо парней прошел пилот в кабину самолета. Судя по его беседе с кем-то по коммуникатору, тела представителей Вонголы должны были доставиться для дальнейшего изучения и прикарманивания атрибутики врагу на его базу.       «Слишком самоуверенны»       «Поэтому была маскировка обликом девушки?»       «Поразительно догадлив»       Гокудера спрятал телефон и за вороты пиджака, притянув к себе хранителя облака, впился в его губы поцелуем, ощущая, как Хибари в ответ прижимает к себе и перехватывает инициативу поцелуя на себя, сплетая их языки в жарком танго поцелуя. С трудом оторвавшись от губ Хибари, Гокудера еле сдержал себя, напечатав в телефоне:       «Скоро посадка, судя по возросшему давлению в салоне»       Ощутив, как сжались руки хранителя облака на его ягодицах и, почувствовав укус в шею, Гокудера отстранился, понимая, что если продолжить, то они не смогут остановиться.       Посадка. К открывшемуся люку подошел пилот, встречая делегацию товарищей. Внезапно его пронзила алая стрела, голова резко дернулась влево от удара. Бездыханное тело упало на землю и ожидающая делегация, стала редеть, под ударами невидимого врага. Двадцати минут хватило, дабы усеять небольшую поляну перед громадой леса, служившую и неофициальным аэродромом, по всей видимости, трупами. Смысла брать пленных оба бойца не видели, данные по нахождению базы уже обрабатывались системой анализа хранителя урагана. Переводя дыхание, Гокудера понял, что управились они без призыва своих основных сил, лишь прикрываясь силами теней Хибари. Сверившись с картой, полюбовавшись на приближающуюся грозу, Гокудера собирался отправиться в сторону базы, как был схвачен за воротник.       – Хибари.       – Час уже давно истек. Ты просто напросился на наказание.       – А ты нарушил чистоту проведения миссии, наблюдатель не имеет права вмешиваться.       – Хаято, – Хибари притянул к себе Гокудеру, вновь впиваясь в его губы, поцелуем, в этот самый момент гроза дала о себе знать, обрушиваясь стеной ливня, раскатами грома и всполохами молний, единой какофонией музыки стихии. Прервав поцелуй, Хибари пошел вперед, выругавшись про себя по поводу ситуации в целом, за ним отправился Гокудера.       Мелькающий впереди сквозь стену воды и ветра силуэт хранителя облака успокаивал. Ощущение, что пребываешь во сне, остались, но горящие от поцелуев губы и не сходящее на нет возбуждение, еле сдерживаемое внутри, утверждали, что это реальность. Внезапно перед ними, сквозь пелену дождя обозначились шпили особняка. Войдя в незапертые ворота и пройдя к дому ближе, хранители убедились в том, что особняк заброшен. Входная дверь оказалась запертой, остановив Хибари в попытке сломать дверь, Гокудера аккуратно ее вскрыл, своей отмычкой. Зайдя в холл дома, они к своему удивлению увидели разожженный камин.