Одержимость

      Встав на входе, парни заняли позицию спиной к спине, осматривая гостиную, освещенную неярким пламенем камина.       – Не нравится мне это, – хранитель урагана зажег пламя на своем кольце, про себя мысленно махнув на то, что Хибари его пусть и так прикрывает, словно он хрупкая принцесса, хотя самолюбие выругалось.       – До их базы еще 4 километра. Если это резерв, то неудачный. Запусти скан.       – Приказ принят к исполнению, Кёя-доно, – прошипев, Гокудера запустил систему анализа.       Дом изобиловал ходами в подземной части и множеством тайников, судя по высветившейся пламенем урагана схеме. Однако же, живых людей в доме не наблюдалось, и анализ не высветил никакой специализированной техники.       Подколка Гокудеры была проигнорирована и, чертыхнувшись, подрывник, оставив схему, озвучил результаты сканирования:       – Пусто. Живых нет. Оборудование, какое-либо или же наличие сил предполагаемых противников также по нулям. Если тут что то и есть, то мой скан его не обнаружил.       – Вы правы, молодой человек, здесь нет живых. Только мертвые.       Синхронно дернувшись в сторону голоса, парни замерли, а хранитель урагана опять отметил, что хранитель облака вновь прикрыл его собой, но это наблюдение промелькнуло и погасло в свете шока, который он испытал. Перед ними находился призрак пожилого мужчины, с моноклем в глазу, гладко зачесанными и разделенными боковым пробором седыми волосами, в черном строгом костюме, из бокового кармана которого угадывалась цепочка призрачных часов.       – Что это за место? – спокойный голос Хибари, вывел из задумчивости Гокудеру, который пусть и, повзрослев, утратил увлеченность всем необъяснимым, все равно был шокирован появлением призрака.       – Это особняк ныне покойного и нашедшего вечное успокоение графа Галлагрина, – призрак приглашающе показал в сторону кресел у камина. – Позвольте господа, прежде чем ответить на интересующие вас вопросы пригласить вас к огню, поскольку вы промокли, а это опасно для вашего здоровья.       Хибари отрицательно покачал головой, оставшись стоять на месте. Гокудера, вздохнул и направился в сторону камина.       – Хаято, – тихий рык хранителя облака заставил подрывника вздрогнуть, но повернувшись к нему, он твердо посмотрел Облаку в глаза.       – Кёя, мертвые не врут, смысла нет, – Гокудера повернулся к призраку.       – Не смей. – Хибари повалил Гокудеру на пол.       – Молодые люди, я пока приготовлю чай, – призрак, невозмутимо исчез.       На минуту воцарилось молчание, а после парни посмотрели друг на друга и тцыкнув с усмешкой, Хибари слез с Гокудеры, сел на пол и откинулся на стоявшее рядом кресло.       – Ты как ребенок, – Хибари прикрыл глаза.       – Да пошел ты, – Гокудера ощутив обиду, вспыхнул и сев на пол, уставился на Хибари. – Что ты понимаешь? Ты, знаешь ли…черт, ты меня достал просто…Кёя, сколько можно меня доставать? Думаешь, мне было так классно, когда я в тебя придурка влюбился? Я ребенок, а ты? Ничерта я не забыл, вернувшись после победы над Бьякураном. Ничерта, понимаешь? Я как ребенок? Да у меня кроме тебя не было никого, понимаешь? Я тебя люблю, но ничерта не знаю, что для тебя я, аналог Хиберда или просто блажь…       Гокудеру заткнули жарким и глубоким поцелуем, вновь опрокинув на пол, да так стремительно, что подрывник не успел заметить и среагировать. Нетерпеливые, холодные пальцы Хибари, расстегивающие пуговицы на его рубашке, затягивающий и подавляющий поцелуй, желание вместе с непонятной обидой и накопившимся напряжением от недомолвок и поведения хранителя облака, внезапно вырвались наружу, оголяя всю душу и обостряя и без того мучительно сладостную чувствительность к такой близости любимого до безумия человека рядом. Кусая и властно сминая, вновь захватывая в плен губы Гокудеры, Хибари расстегнул, наконец, его рубашку и, накрыв прохладными пальцами сосок нежно его сжал, внимательно смотря в глаза хранителя урагана.       – Понимаю. Представь себе.       – Отпусти. – Гокудера отвернул голову, злясь, что вновь отдался на милость Хибари.       – Хаято, – Хибари наклонился к уху Гокудеры, опаляя его жаром дыхания, – Люблю. С того самого момента, когда ты, горе взрывное вторгся с этими травоядными в мой кабинет в школе. Когда эти твои мятные и непокорные глаза бросили мне вызов взглядом. Десять лет я себя сдерживал. Десять Хаято, – прикусывание ушка подрывника и поглаживание груди прохладными пальцами, нежно задевающими ногтями сосок.       – Кёя, я…черт ты снова… – стон срывается с губ Гокудеры, когда он ощущает жаркие клеймящие поцелуи Хибари на шее и как коленом последний, раздвинув его ноги, мягко стал массировать пах.       – Чего ты хочешь, Хаято? – Хибари лизнул горячим языком от низа шеи к ушку подрывника, вновь его прикусив. – Ты появился на базе. Десять лет, Хаято. Десять лет я сдерживался и тут ты. Рядом… – жаркий шепот заставил Гокудеру шумно дышать, от нарастающего жара и возбуждения, не имея возможности и желания оттолкнуть хранителя облака. – Тренировка со мной. Это было последней каплей. Думаешь, я помог с атакой на Мельфиоре по доброте душевной? Признал этого мальчишку? Нет, Хаято. Я, черт возьми, сделал это лишь только из-за тебя…иначе бы…       – Кёя… – Гокудера впился в его губы поцелуем, жарко сплетая свой язык с его, а рукой накрыв ощутимо вставший член Хибари, мягко сжал, ощущая, как, рыкнув, хранитель облака толкнулся в его руку, покусывая и мягко засасывая в поцелуе, вновь кровоточащую губу. – Кёя, сто…       – Нет…десять лет Хаято, ты сводил меня с ума… – укус в шею и впивание в место укуса поцелуем, – два последних года, не прикасаясь к тебе…даже у моей выдержки, Хаято, есть предел…       –Кёя, черт… – отпихнув от себя хранителя облака, Гокудера подскочил и злясь на себя за свою мягкость, за то, что проиграл и сдался вновь Хибари, не нашел ничего лучшего как убежать в глубь дома, взлетев по лестнице на второй этаж, слыша как за ним ринулся следом Хибари. Влетев в первую же дверь, Гокудера, метнулся в еще одну, оказавшуюся ванной комнатой, закрыв дверь, он прижался спиной к ней, медленно сползая на пол.       Pov Гокудеры       Что я творю? Что я творю…Черт, я не должен быть слабым…зачем, зачем ты сказал это…зачем…не хочу…нет…это предательство семьи…нельзя…слабость…я Правая рука…нет…просто слабость…просто исключить эмоции…просто…       Заигравшая мелодия его телефона (Zolita – Holy), заставила вздрогнуть и в панике зашарить по карманам промокшего пиджака, после с трудом вытаскивая, дабы отключить, дрожащими от переполнявших эмоций и возбуждения пальцами звонок. Эту мелодию он неосознанно поставил на Хибари, хотя если облачный хранитель и звонил ему, то по чисто деловым уточнениям и разговор длился чуть более минуты в лучшем случае.       – Значит, вот почему ты постоянно долго не брал трубку, – прозвучавший за дверью голос, щелчок закрывшейся двери, заставили повторно вздрогнуть Гокудеру, ничего лучше не придумав, он положил телефон на пол, стараясь бесшумно и быстро двигаясь спрятаться за пыльную и плотную штору, укрывающую нишу из полок в стене. Стараясь практически не дышать, Гокудера замер. Открылась дверь, и он услышал, как усмехнулся Хибари.       – Где же ты? Где… – шаги сравнялись с укрытием Гокудеры и он перестал дышать, зажав рукой себе лицо. – Выходи, выходи… – угрожающе ласкающие интонации голоса облачного хранителя, заставляли дрожать и сладостно внутри все напрягаться, – Все равно найду… – судя по звукам, Хибари осмотрел ванную и вышел неторопливо в комнату, а после, судя по звуку хлопнувшей мягко двери, вообще вышел из комнаты. Не шевелясь, Гокудера простоял, какое то время в своем укрытии и наконец, решившись выйти, подошел к двери, прислушиваясь. Зная, что Хибари мог и специально сделать вид, что ушел, подрывник, решил через окно перебраться в другую комнату. Но окно оказалось забитым и бушевавшая за окном стихия, раскаты грома, всё ясно говорило о том, что задумка мало осуществима. Внезапно перед Гокудерой появился призрак.       – Могу я вам чем то помочь?       – Хотелось бы поверить, что это все сон… – тихо простонал Гокудера, пытаясь упорядочить мысли после всего произошедшего.       Pov Гокудеры       Слишком идеально…просто…ответно любим…с чего бы это…распереживался как девчонка…у меня миссия…нет времени на дурь подростковую…       – Молодой человек? – призрак с идеальной выдержкой дворецкого замер рядом, вопросительно на него глядя.       – Помогите мне спрятаться от него или успокоить чем то…       – Как интересно.       Обернувшись на звук голоса Хибари, Гокудера чертыхнулся.       – Хибари, я…       – Чай понадобиться, но позже. Сейчас оставьте нас, – бросив призраку распоряжение, Хибари подошел к Гокудере и поднял его лицо за подбородок, пристально смотря в глаза, – Хаято, я могу и разозлиться…       – Кёя, как же я тебя ненавижу, – Гокудера сжал руки в кулаки, стараясь не смотреть в глаза Хибари.       – Ты мне тоже очень нравишься, – приподняв за подбородок лицо Гокудеры вновь, Хибари посмотрел в любимые мятные глаза, – но если ты снова сбежишь… – укус губами ушка подрывника, – я тебя изнасилую и запру у себя, понял?       – Романтика не твоё, Кёя.       – Какой милый, – Кёя усмехнулся, притягивая к себе Гокудеру. – Повтори.       – Заставь, – Гокудера с нажимом провел по груди облака, расстегивая его рубашку, покусывающими поцелуями скользя по прохладной коже облачного хранителя.       – Хаято, – тихий рык и Хибари потянул в комнату Гокудеру, бросив на кровать, нависнув над ним, смотря в водовороты мятной бури, с нескрываемым желанием. Накинувшись резко на Хибари, Гокудера стянул с него пиджак и рубашку, осыпая поцелуями и собой потираясь о его пах. Скользя поцелуями, покусывающими по губам, шее, плечам и груди Облака, наслаждаясь тем, как руки последнего с властно нежным нажимом блуждают по его спине, ногам, рукам и неотрывно в след рукам своим жаром желания опаляет сталь любимого взгляда. Опускаясь поцелуями ниже, слыша биение сердца Хибари, распаляя внутренний пожар и бурю желания, Гокудера зубами расстегнул замок на брюках облака и, высвободив из плена одежды напряженно горячий член Кёи, словно в волну с головой ныряя, заглотил его практически полностью, соскользнув с него, ведя горячим шершавым язычком вдоль ствола к головке, с наслаждением слыша тихий рык Хибари. Вновь заглотив полностью член Облака, Гокудера жарко выдохнув, сразу же с него соскользнул и тут же был опрокинут на спину. Спалив пламенем остатки одежды на них, Облако, впился по очереди в соски Гокудеры, вынуждая того прогнуться в спине и простонать, от ощущений ласк горячего язычка и зубов, нежно прикусывающих и тут же отпускающих соски из жаркого плена губ Хибари. Закинув ногу Гокудеры на свой пояс, с нарастающим ласковым и плавным давлением, имитирующим овладевания Хибари стал собой потираться о Гокудеру, впившись в его губы, сминая и подчиняя, беря в плен своим языком его язык и не прекращая вдаваний-потираний членом о член, заставляя стон вновь сорваться уже громче с губ подрывника.       – Кёя…       Стон практически сразу потонул в жарком поцелуе вновь, заставляя судорожно вцепиться в плечи Хибари Гокудеру и ответно вдаваться, потираясь собой о горячий и маняще пульсирующий член хранителя облака. Одновременно кончив, парни лишь смогли разорвать поцелуй, но пауза не продлилась долго. Хибари с нажимом проведя по их членам, размазал сперму и, не теряя времени на подготовку, практически полностью вошел в Гокудеру, заставляя вскрикнуть его.       – Хаято…       – Черт, Кёя, не сахарный я, не растаю, не останавливайся… – Гокудера с вызовом посмотрел в практически черную сталь взгляда любимого, – я хочу тебя…       – Повтори.       – Люблю тебя и хочу…Кёя, – вновь простонав, Гокудера сжал простыни, отдаваясь на волю рванным и непрерывным толчками овладеваний Хибари. От ощущения горячего и довольно таки большого члена Хибари в себе, терялись мысли, лишь раскаленные импульсы пронзали, как и каждый толчок Облака, заставляя тело дрожать, вести по сильным рукам, прижимаясь ближе, отдаваясь без остатка тому, кто снился все эти десять лет и стал не просто наваждением, а одержимостью.       – Хаято, – жаркий рык и Гокудера ощутил, как в нем разлилось нечто горячее, заставляя простонать от фейерверков внутри, накрывшего оргазма.       Однако же отбыть в сладостное беспамятство Гокудере не дали, потащив в ванную и включив воду, не завершив омовения, вновь овладев им, прижимая к холодной плитке кафеля.       – Черт, Кёя, у меня задание… – Гокудера простонал, от накрывшей его волны оргазма, сжав собой Облако, который вновь укусил его в шею, кончая в него.       – Достал ты, Ураган, – внимательный взгляд потемневшей стали, – как-то не вписывается твоя ответственность в наши отношения.       – У нас отношения?       – Дружеский секс, – с минуту полюбовавшись на расширившиеся от удивления глаза Гокудеры, Хибари вышел из него и прижал к себе. – Думаешь, я просто из-за прихоти с тобой? Нет, принцесса, ты попал, ты теперь мой.       – Принцесса? – у Гокудеры пару раз дернулся глаз.       – Тебя только это забеспокоило?       – Кёя, – угрожающий рык разозленного подрывника, прервали жарким поцелуем.       – Всё, успокоился? Еще десять лет твоих сбеганий, я не выдержу.       – Точнее не переживу я.       – В точку, а теперь заканчивай истерить и найди лучшее применение своему ротику, – усмехнувшись вспыхнувшему подрывнику, Хибари наклонился и жарко прошептал на его ушко. – Нас чаем обещали напоить, а ты что подумал? Какая испорченная принцесса… – Хибари умолк, заткнутый поцелуем.