Герой не моего романа

Майкл сидел на корточках, уронив голову на грудь и упираясь поясницей в огромные деревянные ящики. Его глаза были закрыты, в голове метались весьма нерадужные мысли, а пальцы рук мелко подрагивали от напряжения. «Думай, Джексон, думай», — противно стучал в висках голос Дилео. И Майкл думал. Думал о том, что даже если девчонка расскажет эту историю газетчикам, то кто ей поверит? Хотя… От этих журналюг можно всего ожидать. Поверят — не поверят, а неприятный слух пустить могут. Таблоиды хлебом не корми, а только дай поковыряться в его личной жизни. Джексон привык быть уверенным на все сто процентов, и если есть хоть малейшая возможность, что это может попасть в прессу, надо было эту возможность непременно устранить. Вдруг он хищно усмехнулся и открыл глаза, в которых горел дьявольский огонек. Испытывал ли он страх? Нет. В моменты опасности он всегда был собран и предельно сконцентрирован, словно пантера перед решающим прыжком. Если бы он боялся всех и вся, то так и бы и остался, образно говоря, милым мальчиком в церковном хоре — пятым слева в третьем ряду. Майкл привык решать проблемы и уверенно идти к цели, несмотря ни на что! Как же ему лучше поступить с девчонкой, чтобы она заткнулась? Пожалуй, Фрэнк прав, и надо предложить ей работу. Тогда она будет вынуждена подписать договор о неразглашении и точно не станет трепаться. А если все-таки станет, то у него будут все основания принять соответствующие меры… Майкл провел ладонями по лицу, словно сбрасывая с себя весь негатив, и подумал о том, как одна мелочь, один ночной невроз может разом перечеркнуть все то, что с таким трудом создавалось, холилось и лелеялось не один год. Одно слово этой девчонки таблоидам и ему ХАНА*! Хотя нет, не хана, но кровушки они попьют из него прилично. И дернуло же его… Не смолчал. А ведь он, на самом деле, ничего плохого не имел в виду. Да, не сдержался, с кем не бывает. Вот она оборотная сторона славы: с одной стороны тебе все прощается, а с другой — все только и ждут твоего провала. Прямо сейчас уйти с передачи это был вообще не выход. Это, по крайней мере, будет выглядеть странно и очень непрофессионально. Как поет Фредди Меркьюри «Шоу должно продолжаться». И он, как всегда, чертовски прав! Короче, улыбайся, Джексон, это так раздражает всех твоих врагов. Ты справишься… Если ты улыбаешься, Когда страшно и грустно… Улыбнись, и, может быть, завтра Ты поймешь, что жизнь все еще имеет смысл, Если только… Это ведь твоя любимая песня, Майкл?  — Джексон, долго ты тут прохлаждаться будешь? — Фигура и лицо Дилео излучали сплошной невроз. —  Время — деньги! Народ взвинчен. Никто не понимает, что происходит. Даже я начинаю думать, что ты — эксцентричный, неуравновешенный придурок.  — Скажи, Дилео, съемочной команде, что я готов. Начинаем с самого начала, — Майкл уверенно поднялся на ноги и решительно поправил свой роскошный костюм.  — Ты точно в порядке? — Дилео недоверчиво покосился на певца. — Точнее не бывает, — резко и без тени улыбки на лице ответил певец. — И где этот чертов букет? *** Кейт была напугана до синих чертей. Ее всю, с головы до пяток, била мелкая нервная дрожь. Что происходит? Почему Майкла нет так долго? Неужели все вот так и закончится, не успев начаться? Она его даже толком разглядеть-то не успела! И что она скажет Эшли, если передачу отменят? На трясущихся ногах она подошла к стоявшей неподалеку деревянной скамейке и обессиленно на нее опустилась.  — Неважно выглядишь, подруга, — сочувственно покачала головой Кэтрин. — Может принести тебе воды? В ответ Кейт лишь утвердительно кивнула. Пока Кэтрин ходила за водой, Кейт нашла в себе силы посмотреть по сторонам. Съемочная группа в полном составе стояла чуть в стороне от нее, в тени от высоких декораций к какому-то фильму. Пара человек жадно пили воду прямо из пластиковых бутылочек, молодой, симпатичный оператор делал вид, что проверяет настройки громоздкой телевизионной камеры. Все эти люди пытались вести себя как можно непринужденнее и делали вид, что все так и надо. Но по тому, как тихо они переговаривались между собой и периодически в недоумении пожимали плечами, Кейт понимала, что все находятся в легком замешательстве от сложившейся ситуации.  — Вот, держи, — Кэтрин протянула Кейт бумажный стаканчик, и та взяла его дрожащей рукой.  — Черт, — выругалась рыжеволосая, когда при попытке сделать глоток, пролила часть воды себе на одежду. «Растяпа», — буркнула про себя Карен и недовольно закатила глаза.  — Эшли, ты помнишь, что должна делать? — осторожно поинтересовалась Кэтрин.  — Кэт-рин… — по слогам протянула Кейт. — У меня сплошной туман в голове. Что происходит? Мне страшно…  — Все в порядке, Эш, — заверила ее девушка. — Ничего страшного не произошло. Майкл тоже человек, и ему стало нехорошо. Переутомление, нервное напряжение. Мировой тур, сама знаешь. Не переживай, он уже в норме. «Мировой тур, значит, — подумала про себя Кейт. — Переутомление». Но она была абсолютно уверена, что это не так. Она никак не могла выкинуть из головы красивые карие глаза Майкла, и застывший в них страх. Певец испугался. Но чего? Кейт начала вспоминать все те вырезки из газет, которые ей давала читать Эшли. Все те сплетни, враки, грязь, которыми пестрели заголовки бульварной прессы. И вдруг она начала потихоньку понимать. Майкл испугался, что в погоне за славой и известностью она может рассказать всю эту историю журналистам. Или, еще того хуже, начать просить у певца денег за свое молчание.  — Не кусай губы, ты всю помаду съела! —  перед Кейт внезапно появилась Карен и принялась поправлять макияж. — Так, расслабься! С Майклом такое бывает. Ему не понравилось что-то. Сейчас просто снимите эпизод еще раз. Это нормальная ситуация для телевидения, девочка. При слове «девочка» Кейт снова вздрогнула. Она вновь вспомнила парня в серой кенгурушке в темном переулке, и напуганные глаза Майкла несколько минут назад. Кейт уже решительно хотелось найти Джексона и сказать ему, что она на него не сердится за то, что тогда произошло. И что у нее даже в мыслях нет рассказать эту историю таблоидам, и у певца совершенно нет причин для расстройства. — Эшли, Эшли! — радостно замахала ей Кэтрин. — Иди сюда! *** И снова та же самая улица, искусственный дым и красивый мужской силуэт, идущий ей навстречу. Но на этот раз все было по другому. Певец не испугался и не сбежал. Он остановился очень близко от нее, открыто посмотрел ей в лицо своими красивыми карими глазами, и теперь в них не было даже намека на страх. Он замер возле нее на несколько эффектных секунд, и девушка смогла его рассмотреть. Ох, лучше бы она этого не делала. В жизни Майкл был еще красивее…  — Привет, я Майкл! — произнес певец и протянул ей руку. От этого невероятно красивого и мягкого голоса у Кейт вмиг подкосились ноги. Ах, эта обворожительная улыбка, обалденные карие глаза, милые кудряшки вокруг ангельского лица… Кейт никогда раньше не встречала настолько идеального мужчины.  — Эшли, — промямлила девушка, робко вкладывая свою ладошку в его широкую ладонь. Майкл пожал ее руку, и это рукопожатие было довольно уверенным и твердым.  — Мне очень понравилось твое письмо, Эшли, особенно стихи. Честно говоря, было много хороших писем, но именно твое послание покорило мое сердце, — лицо певца озарила его фирменная улыбка, и Кейт почувствовала, как от легкого ощущения счастья начинает приятно кружиться голова. Где-то на подсознании она прекрасно понимала, что Майкл произносит заранее выученный текст, но в этот самый момент он был настолько искренен и убедителен, что Кейт без труда ему поверила. «А Джексон прекрасный актер. Ему обязательно надо сниматься в кино. Когда-нибудь, наверное, он так и сделает», — подумала Кейт и робко улыбнулась певцу.  — Это тебе, — неизвестно откуда в руках у Майкла появился огромный букет прелестных нежно — сиреневых роз.  — Спасибо, — выдавила Кейт и трясущимися руками взяла букет. У нее теперь не было никаких сомнений, что певец и парень из переулка — одно и тоже лицо. Майкл стоял очень близко, и эта мощная энергетика, которая волнами исходила от него, была поистине уникальна.  — Хочешь осмотреть киностудию? Мы можем немного прогуляться и заодно поболтать…  — Да, конечно. Это было бы чудесно… Они гуляли по студии больше часа, и Кейт постепенно начала осваиваться в его присутствии. Она чувствовала, как постепенно ее отпускает напряжение, и как тугой нервный узел внутри нее начинает потихоньку ослабевать. Майкл вел себя вежливо и дружелюбно по отношению к Кейт и, к тому же, оказался на удивление хорошим рассказчиком. Когда он рассказывал интересные, а порой курьезные случаи, которые происходили во время съемок «Лунного странника», Кейт то смеялась до слез, то по-настоящему переживала за певца, как в случае с большими бойцовскими собаками.  — Представляешь, этих собак не было по сценарию. Это сейчас мне смешно, а тогда я чуть не умер от страха, когда они погнались за мной.  — На твоем месте я бы точно умерла… — с нескрываемым волнением выдохнула Кейт.  — А ты никогда не мечтала сниматься в кино? — неожиданно спросил Майкл, и его глаза светились неподдельным интересом.  — Кто? Я? Конечно мечтала! —  восторженно выдохнула девушка. —  Каждая маленькая девочка хотя бы раз в жизни мечтала стать кинозвездой. Я обожаю Элизабет Тейлор и хотела быть похожей на нее.  — О, да, Лиз… Она просто божественна, — мечтательно протянул Майкл и улыбнулся.  — А какая она в жизни? — Кто? Элизабет? Веселая. Еще она много курит и ругается, как портовый моряк, — Майкл взглянул на наручные часы. — Нам пора уезжать отсюда. Следующая остановка — парк аттракционов. Надеюсь, ты любишь американские горки? *** Майкл сделал рукой какой-то знак. До этого он был очень милым, общительным и дружелюбным. Но как только прозвучала команда: «Стоп. Снято! Спасибо, Майкл! «, певец тотчас отскочил от Кейт, как будто она болела какой-то нехорошей болезнью, и он боялся от нее заразиться. Прямо на ее глазах, милый, солнечный мальчик мгновенно превратился в неприступную, холодную глыбу льда. Кейт уныло опустила голову. Нет. Майкл ничего не забыл. Это просто часть его профессии: он всего лишь искусно играл на камеры, выдавая те эмоции, которые от него все ожидали. — Уфф, Эшли, здесь все! —  запыхавшимся голосом сказала Кэтрин. — Мы собираемся и двигаемся дальше. Тебе вон в тот лимузин, — девушка махнула рукой в нужном направлении. — Я что, поеду в одной машине с Джексоном? — неожиданно выпалила Кейт. — Странный вопрос… Вообще-то об этом мечтают миллионы женщин. Но мы, конечно, можем организовать отдельный лимузин для тебя, — с сарказмом в голосе отчеканила Кэтрин. Кейт поняла, что опять сморозила чушь и понуро направилась в сторону длинного шикарного автомобиля. По дороге она размышляла о том, что ей не понравилась перемена в настроении певца. Совсем не понравилась. И теперь она думала о том, как растопить этот лед в его сердце. Стоя возле машины, они широко улыбались и весело махали на камеру. В какой-то момент певец даже игриво ее приобнял, но она не заметила его прикосновения, так как была занята своими мыслями и чувствовала себя довольно сковано. Она знала, что Майкл просто играет, и от этой мысли ей было не по себе. В лимузине с Джексоном вновь произошла все та же странная метаморфоза. Веселый, улыбчивый парень разом куда-то делся, и певец снова стал замкнутым и сосредоточенным. Кейт буквально кожей ощущала, как от всей его фигуры веет…нет, не злобой и агрессией, а каким-то странным холодом и отчужденностью. Джексон в это время думал о том, что девчонка ему понравилась, но он явно чувствовал в ней какую-то фальшь. Словно она скрывала что-то. Может ему просто показалось? Она была не похожа на человека, который готов слить его желтой прессе. Впрочем, многие люди в его окружении, которые не были похожи на подонков, потом делали за его спиной весьма неприятные вещи. Нет, Дилео все-таки прав, надо держать ухо востро. Расслабляться еще рано… Кейт осторожно покосилась на Майкла. Тот молчал и сосредоточенно сопел носом.  — Прости. От звука ее голоса Майкл вздрогнул. «Прости? Она сейчас сказала прости?» Ответные слова застряли в его горле, и он лишь шмыгнул носом, продолжая молчать. Кейт тихо вздохнула и продолжила:  — Прости, что накричала на тебя тогда, в проулке. Просто это было очень неожиданно и ты…- Кейт еще раз вздохнула. — Ты напугал меня. Этот капюшон, лица не видно совсем. Ты не думай, что я извиняюсь, потому что ты это он, ну, то есть, ты это ты… Господи, я чувствую себя полной идиоткой. Кейт крепко зажмурилась и уронила лицо на ладони. — И ты меня прости, Эшли, я вел себя, как полный придурок, — его пальцы осторожно коснулись ее локтя, и от этого прикосновения Кейт словно ударило током. Девушка сразу же отняла руки от лица и резко повернулась на него. На несколько секунд их взгляды встретились. « Он просто прикоснулся ко мне… А что происходит с женщиной, когда он с ней…о-о-ох…» Кейт почувствовала, что от подобных мыслей начинает краснеть. Майкл уловил ее взгляд. В глубине ее синих глаз он увидел искорку романтического интереса и даже нечто большее. «Боже, о чем она думает?» — мысленно застонал певец. — «Впрочем, чего ты хотел, Эм Джей? Она же твоя фанатка и наивно верить, что они все не думают о близости с тобой. О том, как ты целуешься, как выглядишь без одежды, как занимаешься сексом». «Господи, о чем я только думаю?» — Кейт сидела красная, как томат, но под несколькими слоями пудры это казалось не столь очевидным. Они одновременно отвернулись друг от друга и уставились каждый в свое окно. Майкл думал о том, что в нем что-то шевельнулось в ответ на этот взгляд девушки. Что-то очень похожее на симпатию. «Красивых девушек много, а любимая одна», — с тоской в сердце подумал певец. — « Я так скучаю по тебе, детка… Как ты там? Что делаешь? Надеюсь, с тобой все хорошо… Я так устал быть таким правильным и таким одиноким. Я хочу снова стать другим — живым, настоящим, неидеальным, а главное, любимым тобой». Майкл закрыл глаза и представил красивую зеленоглазую девушку, которая была от него так далеко…