Герой не моего романа

Кейт совершенно потеряла счет времени. Она просто тихо лежала рядом и молча смотрела на него. Майкл так и уснул в одежде. Теперь певец лежал на спине, и его лицо было невероятно спокойным и умиротворенным. Девушка нежно провела самыми кончиками своих пальцев по его красивому, идеальному лицу. Затем один ее указательный палец мягко очертил контур чувственных мужских губ. Она все-таки рискнула и поцеловала его. И он даже ответил на ее поцелуй, да еще как ответил! Кейт мечтательно улыбнулась от волнующих воспоминаний, все еще ощущая на своих губах легкое покалывание от его страстных поцелуев и мягких, но таких возбуждающих покусываний. Первый шаг сделан. Но она, конечно же, не думает, что ей легко удастся его завоевать. Но, как говорится, вода и камень точит. «Майкл, когда-нибудь ты станешь моим. Пусть и ненадолго. Может всего лишь на одну ночь, но только моим…» Кейт улыбнулась и спустилась пальцами к его шее. Мужчина крепко спал и никак не реагировал на ее прикосновения. Девушка ласково пробежалась пальцами по вороту его темно-синей вельветовой рубашки. Три верхние пуговицы уже были расстегнуты, соблазнительно обнажая крепкую мужскую грудь. Девушка скользнула пальчиками в образовавшийся вырез, касаясь самыми кончиками его теплой, гладкой кожи. Мужчина тихо и коротко простонал во сне, и в ответ на это по телу Кейт прошла обжигающая, чувственная волна. Она определенно хотела большего. Ей было мало, невыносимо мало того, что уже случилось между ними… Девушка аккуратно вытащила заправленную рубашку из его брюк, расстегнула оставшиеся пуговицы и широко развела полочки классической мужской сорочки в стороны. Несколько долгих, томительных секунд она просто любовалась его красивым, подтянутым торсом. Затем робко коснулась смуглой мужской груди одним пальчиком и медленно провела им вниз, к плоскому, тренированному животу. Затем уже тремя пальцами начала плавно чертить замысловатые узоры на его коже, при этом чутко прислушиваясь к новым и таким волнующим ее ощущениям. Она раньше никогда не испытывала ничего подобного, но ей определенно нравилось то, что она чувствовала сейчас, как в физическом, так и в эмоциональном плане. Ей нестерпимо хотелось смотреть на него, прикасаться к нему, целовать его. Это ноющее, тянущее желание физической близости с любимым человеком медленно зарождалось где-то внизу ее живота и сладким, пульсирующим теплом разливалось по юному, невинному пока еще телу. Внутри нее росло и крепло желание познать свою женственность, желание принадлежать тому, кого любишь безраздельно и всем сердцем. Это сильное, неотступное желание было сродни нестерпимой, мучительной жажде, а Майкл — словно долгожданный глоток холодной, колодезной воды в жаркий, удушливый полдень. И Кейт мечтала досыта напиться из этого святого источника, судорожно захлебываясь в страстных мужских ласках и щедро даря их в ответ. Каково это, в первый раз быть с мужчиной? Не просто с мужчиной, а с тем, которого любишь? Кейт не знала ответа на этот вопрос, но очень хотела узнать. И узнать непременно с ним, с Майклом, с этим великолепным, чутким, страстным любовником, который сейчас лежал с ней рядом и беспокойно дышал во сне. Она и не заметила, как влюбилась в него, и совсем не потому, что он — Майкл Джексон, поп-король и кумир миллионов девушек во всем мире. Кейт уже посчастливилось видеть его настоящего и такого разного — забавного и непосредственного, игривого и гневающегося, напуганного до смерти и грустного, даже отчаявшегося. Она видела в нем не поп-икону, а обычного человека, и она влюбилась именно в такого Майкла. Но сможет ли она, простая, смешная, рыжеволосая девчонка, когда-нибудь покорить сердце этого неприступного, амбициозного, сексуального красавца? Кейт продолжала задумчиво водить пальчиками по его теплой и гладкой коже и думать о том, что даже если он просто позволит себя любить, просто будет испытывать к ней банальную симпатию, она будет счастлива и этим… Майкл снова застонал во сне, на этот раз еще громче и протяжнее, на что Кейт мечтательно улыбнулась и наклонилась совсем близко к его лицу. Мужчина что-то невнятно забормотал, и его теплое дыхание ласково коснулось ее щеки. Девушка прикрыла глаза от приятных ощущений, что дарили прикосновения ее пальцев к его идеальной, бархатистой коже и подумала о том, как ей нестерпимо хочется коснуться ее губами… От этого желания все ее тело словно обдало жарким огнем изнутри, заставляя ярким румянцем пылать девичьи щеки. Майкл же не будет возражать, верно? При других обстоятельствах (девушка была уверена в этом) мужчина ни за что бы не подпустил ее к себе настолько близко. Но сейчас, во сне, он абсолютно беспомощен, как ребенок, и полностью в ее власти. О, как же ей хотелось воспользоваться ситуацией, но полное отсутствие опыта интимных отношений немного пугало и ставило девушку в тупик. Как нужно прикасаться к нему, где целовать, чтобы доставить неземное наслаждение — Кейт понятия не имела. Но врожденные женские инстинкты никто не отменял и может быть стоит отпустить себя и полностью положиться на них? Кейт улыбнулась своим чувственным мыслям, от которых уже пылали не только щеки, но и ее уши, и, сместившись чуть ниже вдоль мужского тела, неуверенно прильнула губами к его сильной шее в том самом месте, где под смуглой кожей едва различимо пульсировала тонкая жилка. Девушка закрыла глаза и судорожно выдохнула, наслаждаясь теплом и терпким, слегка пряным запахом его нежной словно у ребенка кожи. Майкл продолжал спать, и Кейт, еще больше осмелев, робко провела языком по мужской шее вверх, к подбородку. Девушка почти прихватила зубами мочку его уха, но в следующее мгновение тихо ойкнула от неожиданности, когда во сне певец крепко схватил ее за талию и резко повалил на кровать. Кейт не успела опомниться, как мужчина оказался сверху и страстно впился губами в тонкую, девичью шею. Девушке показалось, что весь воздух мгновенно покинул ее легкие. Она задыхалась от невыносимо приятных ощущений, которые дарили его откровенные поцелуи и ласки. Он был таким настойчивым, таким опытным, таким желанным для нее. Скольких женщин он уже успел свести с ума? Кейт даже думать об этом не хотела, с немой благодарностью принимая его прикосновения, которые были нестерпимо нежными и пугающе страстными одновременно. — Прости меня… пожалуйста, прости… —  вдруг зашептал мужчина словно в бреду, по-прежнему не открывая своих прекрасных глаз, и его рука уверенно скользнула вдоль стройного бедра Кейт вверх, сминая ткань женской юбки. «Простить? За что?» Девушка совершенно не понимала смысл сказанной им фразы, но и вникать прямо сейчас ей абсолютно не хотелось. Сильные руки мужчины, которые уже вовсю блуждали по ее изнывающему от плотского желания телу, словно забирали все мысли из ее головы, а нежные губы, продолжавшие ласкать тонкую девичью шею, заставляли Кейт тихо постанывать и выгибаться всем телом от головокружительного наслаждения. Девушка совершенно не понимала, что с ней такое творится, но это было лучшее, что она когда-либо испытывала в своей жизни. — Я люблю тебя…люблю… Наташа…пожалуйста, вернись ко мне… Кейт широко распахнула свои глаза от сильнейшего шока. Наташа? Он назвал ее Наташей? Всё, во что она с такой легкостью поверила, вдребезги разбилось об это чужое и мгновенное ставшее ненавистным имя. «Другая женщина. Я люблю другую женщину. Он сказал тебе правду, а ты последняя идиотка, Кейт». Слезы горечи и обиды потекли по щекам девушки против ее воли. Она даже не сразу заметила, что Майкл давно уже перестал прикасаться к ее телу и снова мирно спал, полулежа на ней и уткнувшись лицом в хрупкое женское плечо. Кейт смахнула предательские слезы из глаз и неожиданно для самой себя хрипло и нервно рассмеялась над всей неловкостью и кошмарностью ситуации. Чувственное желание ослепило ее настолько, что она совершенно забыла о том, что говорил ей Майкл перед этим. Он пытался быть честным с ней, предостерегал ее от подобного шага, но она его не послушала и сделала по-своему. И что ей делать теперь? Продолжать работать на него и делать вид, что ничего не произошло? А если завтра он вспомнит обо всем, что между ними было? А что, собственно, было? Аккуратно выбравшись из-под уснувшего прямо на ней мужчины, девушка тихо покинула спальню, бегом спустилась по лестнице на первый этаж и, не разбирая дороги из-за затуманивших ее взгляд слез, бросилась к своему автомобилю. Тело девушки била сильная нервная дрожь, и она далеко не с первого раза смогла попасть ключом в замок зажигания. Боже, зачем? Зачем она сделала это? Ведь Мэри предупреждала ее, что Майкл никогда не смешивает работу и личные отношения. Какого черта она решила, что нравится Джексону, и полезла к нему с поцелуями? Теперь он точно ее уволит, и будет абсолютно прав! И как она будет смотреть ему в глаза после всего случившегося? *** Кейт буквально залетела в свою квартиру и, облокотившись спиной о дверь, медленно сползла вниз, на холодный пол темной прихожей. Девушка подтянула колени к груди и, обхватив их руками, наконец дала полную волю своим слезам. Как она могла так облажаться? Зачем она сделала это? Если он уволит ее, то она просто не выдержит расставания с ним. Он разбил ей сердце своим признанием, сам не понимая, насколько сильно ранил ее чувства. Майкл любит другую женщину. Когда он почти занялся с ней любовью, то думал вовсе не о Кейт, а о той, другой. Как же невыносимо больно… Но, с другой стороны, наивно и глупо было надеяться на взаимность с его стороны. Майкл, Майкл, любимый, что же теперь мне делать? Кейт презирала саму себя, чувствуя, что теряет последние остатки своей девичьей гордости, но ясно понимала, что хочет лишь одного — быть рядом с любимым и неважно, в качестве кого. Пусть даже в качестве рядового сотрудника следовать безликой тенью за ним, но иметь реальную возможность видеть его обворожительную улыбку, такие живые и красивые карие глаза, говорить ему банальное «Привет» при встрече, вести простые, житейские разговоры, смеяться над его потрясающими, тонкими шутками, ни на что особо при этом не надеясь. Главное, быть рядом, а всё остальное не так уж и важно. Кейт тыльной стороной ладони вытерла слезы с лица и поднялась с пола. Нетвердой походкой девушка забрела на кухню и машинально поставила чайник на плиту, хотя пить чай ей совсем не хотелось. Ей абсолютно ничего не хотелось. Кейт коснулась пальцами своих губ и прикрыла глаза, вновь вспоминая его прикосновения. Она раз за разом прокручивала в голове всё, что случилось между ними, и это было похоже на опьяняющее, гипнотическое наваждение. Раньше она не понимала своих одноклассниц, которые без стеснения обжимались с парнями на переменах или уже вовсю занимались сексом со своими бойфрендами. Ей всегда казалось, что в интимных отношениях между мужчиной и женщиной есть что-то неприличное, даже грязное, что вызывало в ней стойкое чувство отвращения. Целоваться с кем-то, да еще с языком? Фуууу… какая мерзость. Но сегодня Кейт в корне изменила свое отношение к этой теме. Она поняла, что поцелуи и всё остальное — это прекрасно и возвышенно, если делаешь это с человеком, которого на самом деле любишь. Ласки мужчины, к которому ты испытываешь глубокие чувства возносят тебя на вершину блаженства, и тебе совершенно не хочется возвращаться обратно, желая, чтобы эти сладкие мгновения длились вечно. Кейт издала тихий стон, ощущая, как сквозь ее тело пробежала уже знакомая теплая волна сексуального желания. А ведь они с Майклом даже не переспали по-настоящему, и как же повезло всем тем женщинам, которые познали счастье хотя бы однажды оказаться в его горячих объятиях. Наташа… Кто она? Резкий звук свистка прервал ее мысли. Кейт выключила газ под чайником и медленно опустилась на простенький кухонный стул. Она задумчиво перебирала в голове все женские имена, которые она встречала в статьях о певце, пока готовилась к передаче. Брук Шилдс, Татум О’Нил, Диана Росс… Даже Элизабет Тейлор. Но никакой Наташи среди них не было. Так кто же она? Настоящая девушка Майкла Джексона? Тайная любовь поп-короля? Это ее он просил найти тогда, в больнице? И что он натворил, за что теперь искренне просил у нее прощения? Это к ней он ездил в Хьюстон? Она не простила его, и он решил свести счеты с жизнью, наглотавшись таблеток? И как с этим связаны ее ночные кошмары со старым, каменным колодцем и зеленоглазой девушкой-призраком? Миллион вопросов и ни одного ответа… Кейт устало вздохнула и уткнулась лицом в ладони. Как же она запуталась. Как много глупостей она уже натворила. Сердце щемило так сильно, что трудно было сделать нормальный, полноценный вздох. И она молила Всевышнего лишь об одном — чтобы завтра утром Майкл не вспомнил о том, что между ними было. Девушка подняла голову вверх и посмотрела на настенные часы: в Торонто сейчас почти двенадцать часов ночи. Довольно поздно, но ей жизненно необходимо с кем-то поговорить. *** — Алло? Привет, мам. Прости, что так поздно. Просто, — Кейт тяжело выдохнула в трубку и грустно улыбнулась своим мыслям, — просто мне больше некому позвонить… — Привет, милая. — Женский голос на том конце провода звучал заботливо и нежно. — Ну ты же знаешь, что раньше двенадцати я никогда не ложусь. И что за Вселенская грусть в твоем голосе? С тобой все в порядке? Как дела в школе? Ты не заболела? — слегка повышенный тон на последних двух вопросах ясно давал понять, что мама Кейт сильно обеспокоена. — Все в порядке, мам, — поспешила заверить ее девушка. — Просто сильно соскучилась по вам. Как там папа? По-прежнему сутки напролет пропадает на работе? — По-прежнему, дочка, — печально подтвердила женщина. — И если ты хочешь поговорить еще и с отцом, то ничего не выйдет. Роберт уже спит. Сегодня у него были тяжелые переговоры с потенциальными бизнес-партнерами. Очень непросто управлять огромной нефтяной империей, где крутятся большие деньги и интересы власть имущих людей. — Мм… — Кейт задумчиво закусила нижнюю губу, машинально накручивая телефонный провод на палец. — Ты все еще не надумала пойти по стопам отца? — мягко поинтересовалась мама девушки. — По-прежнему грезишь о карьере известной во всем мире писательницы? — Нет, не надумала, — подтвердила ее догадки Кейт. — Добыча нефти, цена за баррель и биржевые котировки — всё это совсем не моя тема. — Ну, тогда мы с отцом хотя бы можем помочь тебе с квартирой? Вы с Эшли живете просто в ужасающих, тесных условиях где-то на окраине города, что совершенно не соответствует твоему статусу дочери нефтяного магната. Кейт знала, что ее мама совсем не кичится своим финансовым благосостоянием, а лишь проявляет искреннюю заботу о дочери. — Мам! Я не для этого сбежала вслед за Эш в другую страну! Я хочу сама чего-то добиться в этой жизни, а не беззаботно тратить папины миллионы! — девушка принялась энергично отстаивать свое право на свободу, впрочем, как и всегда. — Знаю, знаю, Кейт, и мы с папой невероятно гордимся тобой, — поспешила заверить ее женщина и следом печально вздохнула. — Но чует мое материнское сердце, что ты не просто так позвонила мне почти ночью… Девушка набрала в легкие как можно больше воздуха и произнесла на одном выдохе: — Мам, мне кажется, я влюбилась в человека, который мне совершенно не подходит. — Почему не подходит? — женщина живо заинтересовалась темой разговора. Еще бы! Ее Кейт впервые влюбилась. — Он женат и у него уже есть дети? — Нет. — Он совершил что-то противозаконное? — голос женщины слегка напрягся. — Нет, мам, не думаю, — задумчиво протянула Кейт. А совсем ли законно быть таким безупречным красавцем? — Он болен чем-то нехорошим? —  продолжила строить предположения мама девушки. — Нееет, — Кейт тихо рассмеялась в трубку и тут же добавила про себя: «Он серьезно болен разве что музыкой». — Тогда в чем проблема, милая? —  искренне недоумевала женщина. — Он старше меня почти на четырнадцать лет. — Твой отец старше меня на одиннадцать с половиной. — В трубке послышался тихий вздох облегчения. — Да, мам, я знаю. Но он… — Кейт замялась, решая, стоит ли продолжать. — В общем, возраст тут не главное. Он очень знаменит, невероятно талантлив, дьявольски красив, безобразно богат и… Он самый лучший мужчина в мире. И самое ужасное в том, что он никогда не будет моим. — Ты случайно не о Майкле Джексоне говоришь? — в женском голосе читалась улыбка. Глаза Кейт мгновенно расширились от неожиданности, а рот непроизвольно открылся сам собой. — Мам, но как?! Как ты узнала?! — Мы с отцом видели передачу с тобой и этим певцом, «День с кумиром», кажется так она называется. Только тебя почему-то все называли Эшли, но мы с Робертом подумали, что так, наверное, было задумано по сценарию, — рассмеялась женщина. — Но вы с папой никогда не смотрели MTV раньше! — Вот и в этот раз мы включили этот канал совершенно случайно, а там ты. — Видели меня в телике и даже не позвонили, чтобы сказать об этом? —  Кейт сделала вид, что обиделась. — Ну, мы ждали, что ты сама нам позвонишь и всё расскажешь. Кейт просто не знала, что ответить на это. — Так ты про Майкла говоришь? —  женщина первой нарушила неловкое молчание. — Мм… мам, и это еще не все. После передачи он взял меня к себе на работу, но об этом никому нельзя говорить! — Тогда зачем ты мне рассказала? — Ну…ты же моя мама… — Кейт, я так понимаю, что ты подписала бумаги о неразглашении и конфиденциальности информации? —  тон матери стал строгим, почти назидательным. — Мм…да… — протянула Кейт, испугавшись, что наговорила лишнего. — Ты не должна никому говорить о том, на кого работаешь, даже мне, разве нет? — Мама лишь подтвердила ее неприятные догадки. — Ох, мам…я опять сваляла дурака… —  разом сникла девушка, даже не пытаясь как-то себя оправдать. — Просто ты еще маленькая, и у тебя нет жизненного опыта, но все придет со временем. А что касается Майкла… Ты еще слишком неопытна в таких делах. И даже если ничего у вас с ним не выйдет… Ты знаешь, Кейт, первая любовь, она на то и первая, что не последняя. И Майкл, со временем, может стать тебе настоящим, преданным другом. Мне кажется, он очень хороший парень. Проболтав с мамой еще какое-то время, Кейт прямиком отправилась в кровать. Она вертелась в постели и так и сяк, но никак не могла принять удобную позу для сна. Кроме того ей было очень жарко и душно, и даже открытое настежь окно не спасало положение. Девушка прекрасно понимала, что температура воздуха здесь ни при чем — нестерпимый жар шел изнутри. Как только она вспоминала о Майкле, ее тут же начинало сильно лихорадить. Ощущения, что его руки и губы вновь касаются ее тела, не давали бедной девушке покоя. Адреналин в крови зашкаливал, заставляя ее сердце биться чаще, и пульсировал в висках и внизу живота нестерпимой, чувственной истомой. Кейт смогла уснуть лишь под утро, совершенно запутавшись, что уже является сном, а что все еще плод ее собственных фантазий… *** Сегодня на уроках Кейт была рассеянной, чем вновь вызвала недовольство учителя. Миссис Донахью снова оставила любимую ученицу после занятий, и они очень долго беседовали относительно здоровья Эшли, успеваемости Кейт и много о чем еще. Свое сегодняшнее состояние девушка объяснила весьма просто: устала на работе с непривычки, но скоро она привыкнет к своим новым обязанностях и все будет как и прежде. Миссис Донахью понимающе кивала головой в ответ, слушая рассказ Кейт и прекрасно при этом понимая, что блестящая карьера для девушки важна не меньше, чем высокая успеваемость в школе. Кейт же поймала себя на мысли, что с тех самых пор, как познакомилась с Майклом Джексоном, она была вынуждена постоянно изворачиваться и врать всем подряд, что было абсолютно не в ее характере. Попрощавшись с учителем, девушка прямиком поехала домой и сразу же легка в постель, несмотря на то, что за окном был белый день. Накрывшись с головой простыней, она свернулась трогательным калачиком и предалась своим страданиям. Все тело ныло и болело, кожа горела так, словно ее жгли крапивой. Мысли о Джексоне не отпускали Кейт ни на секунду, и если раньше девушка искала любой, мало-мальской встречи с ним, то теперь она ее боялась как самого страшного наказания. Кейт не сомневалась, что Майкл ее уволит, так пусть лучше сделает это заочно, чем краснеть перед ним за свое идиотское поведение. «Кейт, ты дура. Дура, потому что не смогла держать себя в руках и, ради сиюминутной вспышки плотского вожделения и похоти, похоронила свою возможную, блестящую карьеру в мире шоу-бизнеса. Дура, потому что так быстро раскрыла Майклу свои истинные чувства, которые, по сути, ему абсолютно не нужны. Дура, потому что…да просто дура!» Но девушка знала, что как ни крути, но ей придется сегодня встретиться с певцом, так как сегодня истекает срок сдачи его благодарственной речи в печать. Вчера они так и не смогли утвердить ее окончательный вариант по вполне понятным причинам. Кейт тихо застонала, вспоминая теплые губы Майкла на своих губах, его горячие руки на своем теле, его хорошо ощутимую даже сквозь ткань брюк эрекцию на своем бедре. Девушку мгновенно бросило в сильный жар от нахлынувших чувственных фантазий… Она больна, больна Майклом Джексоном, по-другому и не скажешь. «Точно! Я заболела!» — Кейт быстро скинула с себя простыню и бросилась искать свой мобильник. — Алло, Мэри? Могу я попросить тебя об одном одолжении… *** — А где Кейт? Почему не пришла сама? — Майкл, Кейт немного приболела и попросила меня передать тебе готовый текст обращения. — Мм… — меланхолично протянул певец. «Оно, наверное, и к лучшему», — подумал мужчина, мерно раскачиваясь из стороны в сторону в большом, кожаном кресле. На самом деле, он был не настолько пьян вчера, чтобы не помнить, как целовался с Кейт и, внезапно испугавшись своего сильного эмоционального порыва, просил девушку уйти от греха подальше. Но вот что было дальше, он не помнил абсолютно, но в глубине души надеялся, что просто уснул. Майкл помнил, что ему снилась Наташа, то, как он целовал ее и просил прощения за всё, но его не покидало навязчивое чувство чьего-то присутствия. Чужая, женская энергетика вплеталась в этот сон, и он боялся, что мог не устоять вчера и все-таки переспать с Кейт. Но как доподлинно узнать о том, что произошло? Не может же он взять и напрямую сказать что-то вроде: «Кейт, ты знаешь, я был сильно пьян вчера и совершенно не помню, трахнул тебя или нет?» — Майкл, о чем задумался? — голос Мэри прервал его невеселые раздумья. — Мне кажется, что я слишком поторопился, приняв Кейт на работу, — недовольно буркнул певец, параллельно пытаясь бороться с сильнейшим похмельем. — Я так не думаю. Кейт невероятно способная девочка, просто слишком молодая. Но когда молодость значилась в списке человеческих недостатков? — Мэри по-деловому улыбнулась своему собеседнику. — Я навела кое-какие справки о ней. Круглая отличница, высокий уровень IQ, победительница различных конкурсов и олимпиад. — Мне кажется, она влюбилась в меня… — прервал ее речь мужчина, не желая вникать в полный список достоинств своей новой подчиненной. — Бывает. — Мэри, зная резкий характер певца, тут же подыграла ему. — В тебя сложно не влюбиться, сам знаешь… А что насчет ее влюбленности… Влюбленная женщина — самая преданная. Она не предаст тебя никогда, если ты не предашь ее первым. — Вам что в ФБР цинизм отдельной учебной дисциплиной преподают? Мэри лишь широко улыбнулась на это едкое замечание певца. — А ты? — женщина лукаво взглянула на него. — Что я? — не понял вопроса мужчина. — Тебе самому нравится Кейт? — Мэри, не говори ерунды! — его глаза недовольно сверкнули из-под упавших на лоб кудрявых прядей. — Ты же всё прекрасно знаешь… — Знаю, Майкл, всё знаю, — вздохнула женщина, опуская взгляд вниз, на свои руки. — Но, насколько я помню, вы с Наташей расстались, причем, по обоюдному согласию. — Я в жизни своей не совершал большей глупости, и теперь горько сожалею об этом. Я должен был поддержать Наташу в трудную для нее минуту. Мы должны были пройти через этот ад вместе. Но я бросил ее, понимаешь, бросил! — в порыве с трудом сдерживаемого внутреннего гнева мужчина сломал пополам карандаш и раздосадовано отшвырнул его в сторону. — Мне ужасно плохо, Мэри, давай-ка лучше чего-нибудь выпьем. Майкл решительно поднялся со своего кресла и прямиком направился к мини-бару, встроенному в один из книжных шкафов. — Что это? — Мэри удивленно приподняла бровь, принимая из рук мужчины бокал с крепким алкоголем. — Коньяк. — Не рановато ли для столь крепких напитков? — иронично заметила она. — В самый раз. Пей. — Не буду я это пить. — Мэри брезгливо передернула плечами и поставил свой бокал на стол. — Рабочий день в самом разгаре. У меня еще дел по горло, и я на машине. — Пей, Мэри! — почти закричал певец, явно теряя контроль над своими эмоциями. —  Мне нужна компания, и ты знаешь, что я делаю с людьми, которые отказываются мне подчиняться! — Уволишь? Увольняй. Прямо сейчас можешь выписать чек на причитающуюся мне сумму, и я могу быть свободна. — С этими словами женщина поднялась со своего места и уверенно направилась к двери. — Мэри, стой! Вернись, прошу тебя! Я совсем не то хотел сказать, — в его голосе звучало раскаяние и отчаяние одновременно. Женщина несколько секунд постояла у двери, а затем вернулась на свое место. — Налей мне вина, белого сухого, но не больше половины бокала. Мужчина утвердительно кивнул и незамедлительно выполнил ее просьбу. — Майкл, тем, что ты травишь себя, уходишь в запой и страдаешь по утраченной любви, всем этим ты не вернешь Наташу обратно. — Покачала головой Мэри, пригубив немного восхитительного, прохладного вина из своего бокала. — Я вот что тебе скажу. Тебе надо взять себя в руки и попытаться отпустить ситуацию. Что сделано, то сделано, и нет смысла горевать об этом. Просто прости уже себя. Живи дальше, помогай больным детям, пиши свои замечательные песни. Выбрось дурные мысли из головы. Как ты говоришь, Наташа твой Ангел? Майкл утвердительно кивнул головой, задумчиво потирая подбородок тонкими, музыкальными пальцами. — А что ты сам любишь говорить об этих сверхъестественных, небесных существах? — «Ты можешь молиться ангелам, и они услышат, но лучший способ вызвать их, сказали мне, это смех. Ангелы отзываются на радость, потому что это то, из чего они сделаны», — процитировал певец самого себя. — Это и есть ответ на твои мольбы и твой вопрос. Вы будете вместе с Наташей, несмотря ни на что. Твой Ангел непременно вернется к тебе, вот увидишь…