Вспышка

      - Понять не могу, за каким хреном надо нас собирать, а?! – слышался полный возмущения мужской голос в темноте.       - Мы собираемся каждые полтора-два года, но в этот раз пришлось собраться раньше из-за смерти Сасори и травм Дейдары. – спокойно пробасили в ответ.       В сырых холодных коридорах было темно, хоть глаз выколи. Промокшие под искусственным дождем напарники пробирались медленно и осторожно – кто знает, на что можно наткнуться в темноте коридоров логова Пейна. Однако никакие осторожности не помогли.       - Вы опоздали, - загробным голосом прошелестело нечто, по слабо видным во тьме очертаниям напоминающее гигантскую мухоловку.       Один из напарников по инерции отскочил назад и со всего размаху впечатался спиной в невидимую в темноте стену. Раздался противный скрежет металла о камень, заглушаемый истошным воплем:       - Мать твою, Зецу!!! Какого хрена ты творишь?!       Крик отражался от каменных стен оглушительной волной.       - Хидан, не ори, - сделал замечание своему напарнику Какузу.       - Пойдемте, нас все уже ждут, - снова прошелестел, уже с какой-то довольной ноткой в голосе, Зецу.       Под возмущенные вопли Хидана Акацуки проследовали дальше по коридору, упиравшемуся в дверь. Какузу уже протянул руку, чтобы толкнуть ее, как заметил что-то сбоку.       - ^%&$#^* ты творишь?!! – заорал Хидан, тыча пальцем в два бешено сверкающих в темноте красных глаза. Альбинос был готов Ясином поклясться, что ему в ответ нагло ухмыльнулись.       - Пойдемте, нас все ждут, - спокойно произнесли глаза и вожделенная дверь, наконец, открылась.       Большая комната освещалась лишь подрагивающим пламенем огня, пылающего в грубо сделанном камине. Обстановка комнаты была довольно скудной – большой старинный стол и десять тяжелых стульев да пара потертых кресел у камина.       - Ну, наконец-то, хм! – раздался звонкий голос из одного из кресел.       Безрукий длинноволосый юноша поднялся навстречу товарищам из Акацуки.       - А у меня для вас работенка, Какузу-сан, хм-м, - блондин улыбнулся и пнул стоявшую рядом с креслом большую колбу, наполненную мутноватой жидкостью, в которой плавала рука с высунутым из ладони языком.       Какудзу тяжко вздохнул и, снимая на ходу плащ, поплелся к камину.       - Эй, Итачи-сан, в чем дело? – спросил, зашедший последним, Кисаме у своего напарника.       - Все нормально, просто показалось.       Акул пожал плечами и, прислонив к стенке Самехаду, принялся стягивать с себя мокрый плащ.       Итачи искренне обрадовался, что напарник не спрашивал, что именно ему показалось, а показалось обладателю Шарингана нечто совсем немыслимое. Будто тем неярким, подрагивающим источником света в комнате является вовсе не пламя камина, а этот молодой человек с оторванными руками. Итачи с трудом поборол желание хорошенько побиться головой об стену, чтобы выбить из нее все неподобающие мысли со светловолосым парнем в главной роли и принялся утихомиривать гулко бьющейся сердце. «Что за черт!».       - Хе-хе, Дейдара, как самочувствие? - нагло ухмыляясь, поинтересовался Хидан. – Грызла ногти и увлеклась?       Пяткой в челюсть, без разговоров. Нет, разговоры были, но потом, после того, как сектант вновь обрел дар речи. Причем данный диалог состоял из таких слов и шел в такой тональности, что даже у бывалых преступников S-ранга завяли уши.       - Заткнитесь оба, - спокойно произнес Итачи, прекрасно осознавая, какой эффект это произведет.       - Ты вообще умолкни, ублюдок Шаринганистый!!! – Хидан переключился на Учиху и стал упражняться на нем в мастерстве употребления матерных и не очень слов. Хотя тому, естественно, все излияния религиозного друга были глубоко фиолетовы.       - Дейдара, тебе твои руки нужны или нет?       Подрывник что-то недовольно пробурчал и присел рядом с Какузу. Не встретив никакой реакции со стороны Итачи, Хидан замолк, сердито плюхнувшись на коврик рядом с камином.       - Спас нашу девочку от неприятностей, - оскалился Кисаме, присаживаясь подле сектанта. Хидан сердито фыркнул, через плечо наблюдая, как Какудзу пришивает Дейдаре правую руку. Парень болезненно морщился, но терпел.       - Я до нее еще доберусь, - прошипел сектант, отворачиваясь.       Относительно того, что с ними было все прошедшее время, эти несколько дней в деревне Дождя в темном промозглом здании убежища Пейна – настоящий райский отпуск. Каждого из них здесь ждала отдельная комната. Маленькая и неуютная, зато теплая, с отдельной ванной с горячей водой и удобной кроватью. Обсудив кое-какие дела и выпив за встречу, Акацуки радостно разбрелись по своим комнатам, дабы насладиться прелестями цивилизации.       Итачи не спалось. За прошедший вечер он твердо уяснил, что присутствие Дейдары в непосредственной близости действует на него довольно чудным образом. В груди разливается какое-то теплое, трепетное волнение и почему-то невероятно сильно хочется улыбаться, а такое с Учихой случалось так давно, что он и вспомнить не может когда.       Итачи был не глуп и очень быстро понял, что это за чувство. Раньше в его многострадальной голове либо вообще не было мыслей, либо они целиком и полностью посвящались брату. А сейчас львиную их часть занимает длинноволосый подрывник… «М-да, не ожидал я от себя такого», - подумал Итачи и внезапно улыбнулся. Приятно, черт возьми, приятно чувствовать себя человеком! После того, как ему пришлось уничтожить клан, он превратился в машину, подчинившую себя одному единственному чувству – любви к брату и к родной деревне. А сейчас, смотрите-ка, его каменное сердечко еще на что-то способно!       Додумать эту интересную мысль Итачи не успел. Комнату сильно затрясло, и воздух наполнился глухим гулом. Учиха вскочил и ринулся в коридор. Из соседней комнаты выскочил Какузу.       - Какого?.. - нахмурился счетовод. Ответом послужил истошный вопль с другого конца коридора, в котором после некоторой расшифровки среди матерных слов можно было разобрать фразу: «Отпустите меня, извращенцы херовы!!!»       Учиха дернулся, но его тут же остановила неестественно удлиненная рука.       - Это их дело.       - Глупости, - спокойно ответил Итачи, надеясь, что счетовод не почувствует его дико участившейся пульс.       Какузу внимательно осмотрел гения Шарингана, затем, пожав плечами, разжал руку и вернулся к себе в комнату.       - Есть! – обрадовался Кисаме.       Им наконец-то удалось скрутить мальчишку и прижать его зубастые ладошки к его же груди. Хошикаге вместе со своей ношей завалился на пол и перевернулся на спину. Теперь подрывник лежал на нем. Светлые длинные волосы полностью загородили обзор, ну да ладно, обойдемся.       - Все, деточка, концерт окончен! – с нетерпением в голосе произнес Хидан и, грубо схватив парня за волосы, дернул на себя.       Лежащий внизу Кисаме устремил на него благодарный взгляд, так как их будущая жертва уже успела добраться зубами до его горла.       - Ублюдки хреновы! – прошипел Дейдара, всеми силами пытаясь высвободиться, прекрасно осознавая, что это невозможно – Кисаме был раз в десять сильнее его.       - Да ладно, как будто твой кукольник не имел тебя во всех углах и закоулках, - ухмыльнулся Хидан, медленно стягивая с подрывника штаны вместе с трусами, нарочито сильно проводя по его коже холодными пальцами.       Блондина пробила дрожь омерзения.       - Может, оближешь? - голос сектанта уже стал хрипловатым, он поднес к губам парня два пальца.       Дейдара в ужасе ощутил, как ему в бедро уперлось нечто твердое и, не раздумывая, цапнул протянутые пальцы. Реакция у Хидана была отменной, но содрать с пальцев немного кожи парень все же сумел.       - Сука!       - Пошел в жопу!       Хидан нехорошо ухмыльнулся:       - А я что собираюсь делать? Треск, означающий выломанный замок, резко распахнувшаяся дверь. Видимо картина, представшая взору алых глаз, была действительно омерзительной, потому как, даже вечно бесстрастное лицо обладателя Шарингана исказила гримаса отвращения.       - А, Итачи! Хочешь присоединиться? - Хидан по-хозяйски шлепнул Дейдару по оголенной ягодице, чем вызвал новый вопль «Убери от меня руки, тварь!!!»       На Учиху устремился пронзительный взгляд голубых глаз, наполненных отчаянием, дикой злобой, ненавистью и унижением. Сердце сжалось от жалости и злости.       - Отпустите его.       Тихий спокойный голос, но Кисаме, не первый год путешествующий вместе с этим человеком, прекрасно понял, что сейчас лучше внять этому тихому голосу, если не хочешь воочию убедиться в могуществе Мангекё Шарингана, Катона и разных мелких додзюцу.       Кисаме ослабил хватку. Дейдара моментально попытался прыгнуть в другой конец комнаты, но реакция Хидана тоже никуда не делась. Моментально заключив жертву в крепкое кольцо рук, сектант повалил запутавшегося в спущенных штанах Дейдару на живот, с разгону врезавшись в него сзади. Раздался дикий, просто нечеловеческий крик подрывника и злорадный смех Хидана.       Прыжок, удар пяткой в ухо, от которого насильник отлетает к двери. И спустя всего лишь секунду - взрыв, дикий визг и матерщина Хидана. Теперь уже Итачи пришлось скручивать разбушевавшегося Дейдару.       Оглушенный взрывом, Кисаме все-таки догадался, что долго удерживать оскорбленного подрывника Учиха не сможет и, на автомате сгребая в охапку окровавленного Хидана, быстренько унесся с места неудачного насилия.       - Успокойся, - произнес Итачи в ухо отчаянно брыкающемуся Дейдаре.       Осознав, что с убийцей клана лучше не спорить, подрывник повиновался. Итачи медленно ослабил хватку. Блондин тут же вскочил и принялся торопливо натягивать штаны, избегая встречаться взглядом со своим спасителем и скрывшись за завесой светлых волос.       - Ну, и чего тебе надо, хм? – нагло, дабы скрыть гнетущее чувство стыда и унижения, поинтересовался он, поднимая глаза и обнаруживая Итачи развалившегося на стуле рядом с грубо сколоченным столом.       - У тебя есть что-нибудь выпить? – абсолютно будничным тоном произнес Учиха.       Дейдара внимательно осмотрел его: он ненавидел этого человека, но сейчас вдруг осознал, что питает ненависть не конкретно к Итачи, а к его взглядам на жизнь. Хотя, именно за это он его и ненавидит, ведь он так равнодушно относится к искусству подрывника. Хотя, он что, должен заставлять людей любоваться взрывом, что ли? Запутавшись в собственных мыслях, Дейдара принял твердое решение расковырять Учихе черепушку и посмотреть, что там внутри.       - Ладно, давай выпьем.       Итачи едва смог сдержать счастливую улыбку.