Желание

Мерлин был совсем стеснительным юношей, девятнадцати лет. У него был небольшой соблазнительный опыт (всего один юноша: друг, оставшийся в родной деревушке). В то время, как Артур был властным и умелым мужчиной... Все тело Мерлина замирало и тлело, лишь от одного взора его принца и он мечтал, что когда-нибудь все его тайные фантазии станут явью. Для всех остальных: дворцовых слуг, рыцарей, приезжих гостей - Мерлин был уверенным, легким, иногда куда-то торопящимся, иногда мечтательным, неторопливым и задумчивым. Но в глазах Артура он всегда был хрупким и невинным юношей. Они обожали друг друга, и были по-настоящему счастливы. Артур узнал каждую линию его тела, каждый шрам и родинку, он обожает, как пахнут его волосы: свежесть полевых трав и свежескошенное сено, - обожает смотреть в его синие глаза и тонуть в них. Принц нежен со своим слугой и безгранично ласков, но время от времени страстен, а иногда бывает строг и серьезен. Артур так и не разгадал тайные желания Мерлина, а он даже в мыслях стесняется сказать ему все то, чего в действительности хочет от своего принца. Юноша желал быть связанным, чувствовать жар собственного тела в ожидании прикосновений Артура, чтобы мужчина ласкал его долго, не останавливаясь, и брал его сильно, даже если бы он сопротивлялся. Он желал громко кричать под ним, звучно стонать, желал, чтобы Артур наказывал его за это, ладонью или даже ремнем. Мерлин когда-то испытал нечто подобное. Во время похода на окраины Камелота глубокой ночью, когда они отошли немного от лагеря рыцарей, Артур яростно впился в его губы, страстно сжимал, кусал и целовал его поднимающиеся от холода и возбуждения соски, гладил нежную кожу живота, а позже сперва ласково дрочил налившийся кровью член, а потом теплыми, мокрыми от слюны пальцами дразнил судорожно сжимающийся вход. Тело юноши горело, ему так это нравилось, что он мечтал, чтобы этот момент не заканчивался никогда, но недалеко спали рыцари, а дозорные и вовсе бодрствовали и могли увидеть их. Мерлин постарался отстраниться от принца, но тот крепко сжал его бедро, быстро ввел палец внутрь и согнул его, притягивая юношу к себе. Мерлин не имел возможности сделать хоть что-либо, был небольшой куклой в руках умелого кукловода, который игрался с его телом так же умело, как недавно приезжавший музыкант со струнами лютни... Принц подготовил тело Мерлина двумя пальцами, прижал его к дереву, развернул спиной к себе и с силой вошел... Было больно, но так мучительно приятно одновременно, юноша так стонал от этого, но мужчина зажимал ладонью его рот, чтобы не перебудить весь отряд. Мерлин пробовал сопротивляться, ему нравилось, что он не мог справиться со своим принцем, жадно врывающимся в его тело. Второй раз, такой близкий к фантазиям Мерлина был в замке. Они сидели за круглым столом после очередного сбора, все ушли. Артур приник к губам Мерлина и с упоением его целовал. О, что он творил с его языком! Мерлин бы тоже хотел уметь это. Артур ласкал его член через ткань белья. Тер, гладил головку, а затем останавливался - дразнил. Доведя Мерлина до предела, принц ровно, тихо низким от возбуждения голосом приказал: "Возьми мою руку и положи туда, где бы ты хотел, чтобы она была". Юноша впал в ступор и не мог даже пошевелиться, не то, что решиться, хоть и желал до безумия. "Давай!"- более требовательно сказал мужчина, и Мерлин дрожащими пальцами направил его руку ко входу в свое тело, сгорая со стыда. "Очень хорошо, малыш"- прошептал принц, лаская пальцами тугую дырочку. От этих слов юноша еще сильнее возбудился. На этом Артур остановился. Он довольно часто так делал - переставал ласкать его, доведя до возбуждения, а позже они ходили по замку, гуляли в людных местах, и единственной мыслью Мерлина оставалось: "Как бы я желал, чтобы он сейчас меня взял"... А Артур это знал и довольно улыбался.