Земной дождь

Январь выдался очень холодным, но Алиса почти не выходила на улицу, так что это не имело для нее значения. Ей не хотелось ничего с тех пор, как Локи вернулся назад в Асгард. И даже вспоминать, как это случилось, не хотелось. Однако мятущиеся мысли просто так из головы не выкинуть. …Двенадцатого, в четверг, зимний город сотрясла гроза. До нее ясный зимний день был хорош, даже слишком, и Алиса, хоть и ожидала подвоха, не сразу восприняла гром посреди зимы и его спутника всерьез. Ей попросту не хотелось сегодня обращать внимание на мир за стенами квартиры. Они с Локи не спеша пили чай с пирогом и уютно молчали. Между ними на столе горел его йольский светильник. Казалось, что его свет умиротворяет. Может, так оно и было взаправду, ведь в глиняных боках мерцали в огне свечи вырезанные руны. – Говорят, ты когда-то украл молодильные яблоки, – нарушила тишину Алиса. Пирог на блюдце перед нею был с яблоками – вот ей и вспомнилось. – Украл и вернул. Не для себя ведь. А уж как я старался все исправить! Алиса рассмеялась, обводя пальцем каемку кружки. – А разве тебе не грозил смертью Тор? – Любит он своим молотом помахать и кулаками тоже... – уклончиво ответил Локи. – И по любому поводу это делает. Он туповат. И в эту минуту за окном вспыхнула молния. Через секунду до города докатился гром – и обрушился на окна так настойчиво, что стекла дребезжали в рамах еще несколько секунд. А затем откуда-то из глубины квартиры раздался приглушенный человеческий голос. Локи понял, кто явился, немного быстрее Алисы. До того, как оба сорвались со своих мест, он прошипел: – Нашла, кого вслух поминать! Алиса добежала первой: она ориентировалась в своем доме лучше своего задержавшегося гостя. Мужчина в доспехах, ярком, до рези в глазах ярком красном плаще и со сверкающим молотом в руке стоял посреди ее гостиной и глядел по сторонам. Выглядел он грозно и величественно. И по-своему красиво. Ненадолго Алиса даже загляделась на него. Тут подоспевший Локи взял ее за плечи, чтобы убрать с пути: дверной проем был слишком тесен для двоих. Алиса спросила, не оборачиваясь: – Это Тор, да? – Да. Это Тор собственной персоной. – А, повысив голос, Локи поинтересовался: – Зачем явился? – А ты здесь уже как свой, да? – блуждающий по комнате взгляд Тора остановился на зеленой мужской рубашке, висящей на спинке стула и обвитой шарфом ей в тон. – Я мог бы не приходить? Отец попросил меня передать тебе, что срок наказания истек, и ты можешь вернуться домой. Тор протянул ему широкую ладонь. – Ну, наконец-то вы вспомнили обо мне, – фыркнул Локи. Он сделал большой шаг вперед, принял рукопожатие и глубоко вздохнул, вскинув голову и зажмурившись. А когда он снова открыл глаза, в них обнаружилось нечто нечеловеческое. – Больше… вам не удастся отнять у меня силы, – выдохнул он, глядя на свои ладони так, точно видел их впервые. – Один придумает что-нибудь еще, как только ты опять наделаешь дел, – сразу обнадежил его Тор. – И мы ни на день не забывали о тебе. Отец всегда следил за тобою. – Я уверен, что он смеялся без остановки и предлагал делать то же всем своим друзьям. Тор смущенно промолчал. Похоже, это было близко к правде. – Что, уходишь? Услышав голос Алисы, о которой совсем позабыл, бог обернулся. Она решилась вмешаться в разговор, лишь когда в нем случилась пауза. Теперь Алиса во все смотрела на Локи, вмиг ставшего иным, совсем ей чужим; в нем что-то неуловимо изменилось. Повисло напряженное молчание, в исходе которого Локи властно махнул рукой стоящему позади него Тору. – Уходи. Я последую за тобой чуть позже. – Нет, Локи! Отец сказал, чтоб я не слушал тебя. Ты пойдешь со мной сейчас! Тор схватил его за поднятую кверху кисть и взмахнул молотом, направляя его в небо. Ярчайшая вспышка озарила тесное помещение. Сквозь темноту ослепленных глаз до слуха Алисы докатился возмущенный возглас Локи. А когда она вновь обрела зрение, то оказалась в гостиной одна. Алиса промокнула пальцем уголок увлажнившегося глаза, придвинула к себе глиняный светильник и долго глядела на трепещущее пламя свечи внутри, за лучистой руной и сердцем. Ей не хотелось вспоминать, не хотелось, но она помнила каждое их слово. И ей было обидно за себя – но разве это не глупо? Какое богам дело до смертных, согласившихся помочь богам в трудный для них час? Он ведь так и не вернулся, хоть, возможно, и хотел. Да нет, точно не хотел. Кто она ему? Алиса вздохнула, заставив огонек затрепетать, и отвернулась. Все-таки ей не хотелось его гасить.