"Дама с жемчугами"

После урока физкультуры Артём немного задержался в раздевалке – задумался, и одевался медленнее обычного. А мысли у него были все, как на подбор – о постоянном объекте своих воздыханий, то бишь о чудовище с зелёными глазами по имени Андрей Гайдуков. Отношения с ним в последнее время так запутались, что Артём не понимал сам себя. Казалось бы, после поцелуя в арке должен бы наступить какой-то прогресс, но прогресс не наступал. При малейших намёках на нежные чувства Андрюха в худшем случае начинал шипеть и злиться, а в лучшем – просил дать ему возможность разобраться во всём самому и не торопить. Между тем, время шло, а чувства и желания Артёма из платонических и невинных перерастали во вполне взрослые. И если Андрюха в своих снах так и не мог понять до сих пор, кто ему снится, то Артему было ясно всё. Во сне Андрюха не злился, не отталкивал, а обнимал в ответ и сам просил его поцеловать. И не только… Так что Артём, даже выспавшийся, чувствовал себя уставшим и не сразу мог после звонка будильника вообще сообразить на каком он свете. Артём закончил зашнуровывать кроссовок и выпрямился. И тут же отпрянул. Совсем рядом, у соседнего шкафчика стоял Игнат Головин. К Игнату Артём относился с известной долей настороженности - появившийся в их гимназии после странной истории с убийством его отца и арестом мачехи парень и привлекал, и отталкивал одновременно. Привлекал явным дружелюбием, нежеланием влезать в конфликты и умением за себя постоять без драки – словесно. Отталкивал тем, что уж очень он быстро пролез к Андрюхе в лучшие друзья. И вообще, было в нём что-то такое, что заставляло Артёма ревновать. И ещё ему казалось, что Игнат всё понимает про его влюблённость в Андрюху, что тоже не добавляло хорошего настроения. Но Артём героически давил в себе подобные настроения, прекрасно понимая, что если он будет слишком сильно показывать свою к Игнату неприязнь, Андрюха может взбрыкнуть и вообще откажется с ним общаться. А этого Артём боялся больше всего. Поэтому ехидного черноволосого засранца приходилось терпеть, и даже демонстрировать дружеские чувства. Но вот сейчас Артём на дружеские чувства не был настроен никак: - И чего ты тут, Головин, ходишь, людей пугаешь? – проворчал Артём. - Да я ничего, - лучезарно улыбнулся Игнат, - я тут пару вопросов задать хочу. Вот спрошу, и пойду себе. Лады? - Ну давай, - отозвался Артем. Ответ тоже вышел ворчливым, но тут уж он ничего с собой поделать не мог. А Игнат сразу взял быка за рога: - Тебе Андрей нравится? - Кто те… - вырвалось у Артёма, - Откуда ты это взял, а? - Ну ладно, перестань. Я же не слепой. Всё вижу. Ты ему «у?», а он тебе «у-у!», правда? - А по мор… - начал было Артём, но осёкся, взглянув на ехидную улыбочку Игната. По морде, как ни хотелось – дать было невозможно. Андрюха бы на это отреагировал вполне предсказуемо – злобным взглядом и полным остракизмом. Тем более, что Игнат быстренько стёр с лица ехидную улыбочку и сказал: - У тебя всё к нему серьёзно? Или нет – просто так, на раз потрахаться? На этот раз кулак опередил мозги, но Игнат ловко ускользнул от удара и зачастил: - Я это почему так, я думаю, если на раз потрахаться – лучше себе кого другого найди. Мне, вот например, Андрей тоже нравится. У меня, может, к нему чувства… глубокие. - Ах, чувства? – рыкнул Артём, желание прибить Игната становилось всё сильнее, - А вот хрен тебе! Не получишь! Так что засунь свои чувства …поглубже… куда-нибудь. - Всё-всё, - выставил Игнат руки ладонями вперёд, - осознал и каюсь. Твоя любовь впечатляет. Только уж определись с одним вопросом. - Это с каким это? – Артём смотрел хмуро, исподлобья, он никак не мог понять этой Игнатовой игры. - Так ли уж принципиально для тебя быть сверху? И выпустив напоследок эту парфянскую стрелу, Игнат исчез из раздевалки. А Артем тихо пробормотал: - Непринципиально… Игнат вылетел из раздевалки, как чёртик из табакерки. Ох, и «повезло» Андрюхе с влюбленным Артёмом. Тугодум редкостный. Такого не толкни – сам ни за что не догадается. А ведь и правда любят друг друга, дураки – так чего ж самим себе жизнь портить. Физкультура была последним уроком, и Игнат, накинув куртку, выскочил на крыльцо, где уже дожидались его и Артёма Андрюха с Данькой. Эта парочка, как обычно, собиралась в свою художку, и теперь ждали его, чтоб напомнить, что вечером они с Алисой непременно должны быть на дне рождения Малого. Игнат это помнил, поэтому он только сказал, что они с Алисой придут непременно, и что сейчас он спешит, потому что Галя просила пройтись по магазинам и кое-что закупить. Андрюха понимающе кивнул, и Игнат, крикнув напоследок, что Артём сейчас выйдет, вскочил в маршрутку. Ничего экстраординарного в этом не было, через две остановки был супермаркет «Карусель». Только вот проехал Игнат на две остановки дольше, потому что не надо ему было ни в какую «Карусель». И закупать его Галя ничего не просила – только вчера они с дядей Георгием, Галиным мужем, ходили за продуктами. И подарок Малому уже дожидался своего часа на антресолях, подальше от любопытной Алисы. Байка про магазины нужна была Игнату, чтобы оправдать свою торопливость и явное желание отбиться от компании. Он спешил на встречу с человеком, который с некоторых пор стал для него очень важен. Маршрутка остановилась возле перекрёстка. Игнат торопливо вышел и пошёл. Почти побежал к самому обычному панельному дому, стоявшему немного на отшибе от других. Потом подъезд, самый обычный подъезд, без домофона, с рисунками и надписями на стенах, воняющий мочой и кошками. Лифт, однако, работал, и мальчик уверенно нажал на нужную кнопку. А когда на восьмом этаже створки лифта распахнулись, Игнат, не в силах сдерживать больше своё нетерпение, подлетел к средней из трёх дверей – новенькой, железной, с выдавленными для красоты выпуклыми квадратиками, позвонил. И на миг замер, боясь, что дома никого нет. Но квартира была явно обитаема, дверь распахнулась, и ласковый голос сказал: - Ну что ж ты так запыхался? Спешил? Заходи скорее, я соскучился. Игнат переступил порог. Дверь захлопнулась. Для слов не осталось места. Участковый Шемардин дождался Макса и Шаманку, но своё неудовольствие не скрывал. Дескать, делать ему больше нечего, как квартиры разных алкоголичек сторожить. У него на участке и так дел хватает, так что давайте, господа хорошие, вот вам ключики, а я пошёл. Будете опечатывать, отзвонитесь. Участковый был из соседнего района, перевёлся в Город недавно, и понятия не имел, с кем связывается. Никто из Городских копов, находясь в здравом уме и трезвой памяти не стал бы так разговаривать с Шаманкой, если в его планы не входило немедленное самоубийство. Тем более, презрительно щуриться, всем своим видом показывая, что в сложном деле сыска курица не птица, баба не человек, ибо даже намёки на подобное со стороны коллег, наделённых Y-хромосомой, Шаманка не терпела ни в каком виде. Она себе репутацию создавала не один год, поэтому спустить такое заштатному участковому просто не могла. Макс предусмотрительно отошёл к стеночке, чтобы не оказаться на линии огня и задумчиво подкинул на ладони маленький ключик. Ключик от комнаты Андрея, который Шаманка отдала ему, когда они подъехали к дому. Потом он решил, что воспитательный процесс пройдёт своим чередом и без его участия, показал Галине ключик и кивнул в сторону единственной в квартире запертой на висячий замок комнаты. Шаманка, не отрываясь от процесса воспитания из участкового Шемардина полезного члена общества, только кивнула ему. Макс отпер маленький висячий замок и оказался в комнате убитого мальчика, в сотый раз поразившись несправедливости жизни. Андрея уже нет, а вещи – купленные, подаренные, необходимые ему по жизни, или просто чем–то важные - пережили своего хозяина. Не треснуло стекло на экранчике ноутбука, не упали с полки диски и книги, не свернулся в комок пушистый клетчатый плед, которым была аккуратно застелена тахта в комнате. Обычная комната обычного подростка, чем-то неуловимо похожая и не похожая на Андрюхину. Тахта, шкаф, компьютерный стол с хорошим дорогим ноутбуком, диски и книги на полках, учебники на втором столе – письменном, аккуратной стопочкой. Ручки, карандаши, готовальня. Небрежно брошенный к ножке стола рюкзак. Казалось, хозяин вот-вот войдёт и недоумённо спросит – а что вы здесь делаете, а? Не войдёт. Не спросит. И поэтому, кровь из носа, нужно понять, чем же привлёк маньяка хороший мальчик и любящий сын Андрюша Голубицкий. Макс вздохнул и приступил к осмотру комнаты.