"Дама с жемчугами"

Эпилог 1.Узелки на память. Со дня гибели Эстета и раскрытия очередного громкого дела прошло три месяца. За эти месяцы кто-то из РОВД слил прессе инфу по делу Эстета, поэтому газеты и Интернет словно взорвались. Дело Эстета преподносили под разными соусами, порой показывая его несчастной жертвой обстоятельств, уничтоженной злобными ментами, не желающими понять, что психика – дело тонкое. В этой ситуации неожиданно достойно повёл себя депутат Голубицкий, заявивший во всеуслышание, что один из его сыновей жив только благодаря своевременным действиям полиции, и что он, как депутат, будет ставить в Думе вопрос об отмене моратория на смертную казнь, поскольку хрупкая психика подобных Эстетов несовместима с нормальной безопасной жизнью людей. За эти месяцы Макс и Шаманка исписали тонну бумаги, объясняя то или иное своё действие. И очень много интересного прочитали о себе в комментариях соцсетей. Однако, дело было успешно раскрыто, спасены люди, уничтожен опасный маньяк, да и объяснительные Литвинова, добавленные в общую кучу, и оправдывавшие все действия Шаманки и Макса тоже сыграли свою роль. Начальство влепило обоим по выговору без занесения, но втихаря то же начальство включило обоих в список на квартальную премию и грамоты ко Дню Полиции. А спустя месяц появилось новое громкое дело – велика Россия - и пресса начала обсасывать уже его подробности. Останки Джакопо похоронили на старом кладбище – тихо и без помпы. На могиле юного итальянца, погубленного чужой ревностью, установили маленький гранитный крест, кто оплатил его установку – так и осталось неизвестным. Как ни странно, в Городе возникла и быстро прижилась среди молодёжи новая легенда о том, что ровно в полночь нужно зажечь свечу на могиле Джакопо, трижды дотронуться до гранита и помолиться, а на следующий день забрать сгоревшую свечу и принести цветов – непременно живых – то обретёшь счастье в любви. Неизвестно, так ли это было, но на могиле Джакопо не переводились живые цветы. Милена поправилась полностью. Она, движимая последним долгом, забрала тело брата и похоронила его – тоже весьма скромно. Но памятник ему ставить не стала, ограничившись деревянным крестом. Ярослав, тоже выписавшийся к тому времени из больницы и излечившийся от последствий братской любви, на кладбище не пришёл, хотя половину расходов сестры оплатил. Кстати, пока Ярослав лежал в больнице, Игнат ходил к нему каждый день, и со взаимным притяжением парочки смирилась даже Шаманка. Правда, накануне выписки она заходила в палату к Ярославу и подробно перечислила, что, в какой последовательности, и как она будет у него отрывать, если он обидит Игната. Тем не менее, Ярославу удалось убедить Галину, что он всерьёз любит Игната, что это не прихоть, и что обижать и бросать его он не намерен. Так что Шаманке пришлось смириться с Игнатовой любовью настолько, насколько это вообще было возможно. Сам же Ярослав навсегда завязал со «Святой дружиной», заявив соратникам, что хочет посвятить себя искусству. Особого понимания его желание не встретило, но расстались фюрер и его бывшие соратники без скандала, и то уже слава Богу. Тем более, что выписавшийся из больницы Андреев, похоронив дочь, не покинул «Святую дружину», а остался у руля этой организации, ставшей чуть-чуть более терпимой к лицам нерусской национальности, но и то уже было прогрессом. Скоро «Святая дружина» была переименована в «Андреевский стяг», но серьёзных проблем с законом у её членов не было. Что же касается Ярика, то режиссёр Загороднюк принял блудную звезду с распростёртыми объятьями, особенно, когда узнал, что никакого увольнения и предательства интересов театра фактически не было. Коллектив «Рыкающего Парнаса» съездил-таки в Москву и даже привёз оттуда диплом «Золотой маски», не самый главный, но всё же. Театр тут же приобрёл большую популярность, и, как водится, то, что раньше критики именовали минусами, плавно превратилось в плюсы. Театр стали именовать «современным», «дерзким», «новаторским» и «потрясающе необычным». Загороднюк стал известен в провинции, участвовал в паре передач на местных телеканалах, и неизменно брал с собой Ярослава, как исполнителя главной роли. Там-то парня и заприметил один питерский сериальный режиссёр и предложил Ярику выигрышную роль друга положительного главного героя с золотым сердцем и тяжёлой судьбой. Как ни странно, театральный актёр Ярослав оказался вполне хорош для телевидения. Ярослав согласился и через полгода сериал должен был выйти на экраны. Ярику приходилось нелегко – он пахал как лошадь и в театре, и в кино, налетал часов больше, чем средняя стюардесса, зарабатывая на грядущую безбедную жизнь для себя и своего мальчика. Конечно, Ярик узнал о предполагаемом Игнатовом наследстве, но хотел сделать всё сам, что, в общем-то, говорило только в его пользу. Игнату же теперь частенько доставалась роль ждущей Одиссея Пенелопы, но он терпел, надеясь, что после окончания школы сможет поступить в питерский вуз, чтобы быть поближе к Ярославу. Милена, похоронив брата, теперь вздохнула свободно и счастливо. Она продолжает заниматься «Маленькой мамой», но стала некоторое внимание уделять личной жизни. Иногда за ней заезжает на своей «Шкоде» прямо в приют довольно симпатичный мужчина – врач-травматолог Первой Городской больницы, где она лежала после покушения.. Свердлов, придя в себя, дал признательные показания, и по покушению на Милену и Галину, и по попытке поджога приюта, и по всем своим фокусам с запутыванием следствия по делу «Дамы с жемчугами». Дело было открыто, правда, здоровье Свердлова продолжает оставаться плохим, но поправляет он его уже в тюремной больнице. Макс и Шаманка проходят по делу свидетелем и потерпевшей. Катя Рысс и Антон Голубицкий лечатся в частных клиниках. Говорят, что здоровье их постепенно приходит в норму. Депутат Голубицкий пытался поговорить с Ярославом на предмет восстановления семейных уз, но был послан по очень далёкому и труднодостижимому адресу. Так что все свои усилия он сосредоточил на единственном оставшемся в живых сыне – Антоне. Юра Литвинов нашёл себе девушку, на которой всерьёз собрался жениться. Поскольку она разительно отличается от шеренги его предыдущих подружек отсутствием красных ногтей, ярко-блондинистых крашеных волос и наличием интеллекта, возможно, так оно и будет. Макс после окончания дела Эстета всерьёз думал о том, чтобы уйти из полиции, но всё-таки не ушёл. Не смог. Возможно, это чересчур высокопарно звучит – но это было делом всей его жизни, и никакой частный сыск не мог его заменить. Да и разговор, состоявшийся накануне с Вадимом, заставил Макса укрепиться в этом решении и лишний раз убедиться, что судьба ему послала потрясающего любимого. Артём пока не рассказал родителям о своих отношениях с Андрюхой. Да Андрей и не настаивал, несколько встреч с родителями Артёма показали ему, что это не те люди, с которыми можно позволить себе каминг-аут. Оставалось только ждать окончания школы и возможности уехать учиться в другой город. Точнее, Андрюха уже знал в какой. Он всё-таки надумал поступать в Академию художеств в Питере, и шансы его были весьма высоки. А вот Артём решил поступать на юридический факультет. Дело Эстета произвело на него неизгладимое впечатление, тем более, что они с Андреем оказались его непосредственными участниками. Да, они оба подвергались смертельной опасности, но услышанное от Андрея признание в любви стоило многого. Картина, найденная в замурованной комнате действительно оказалась вторым портретом «Дамы с жемчугами». И она неплохо сохранилась, а уж после трёхнедельной реставрации стала выглядеть так, словно Харман ван Остраде написал её совсем недавно. Словно и не было четырёх столетий, не было войн, смертей, пыток, пожаров и крови. С портрета на зрителей смотрел рыжеволосый юноша, наряженный ради шутки в женскую одежду и драгоценности. Он смеялся беззаботно и весело, глядя вперёд, но не на зрителя, а на художника и утреннее солнце золотило его волосы, веснушки у крыльев носа и заставляло искриться невозможно синие глаза. Он был словно самой жизнью, любовью, счастьем – тем, что невозможно убить, как бы не старались сделать это людская злоба и зависть. Любовь, двигавшая рукой живописца, помогла обрести бессмертие его возлюбленному. Вряд ли рука Остраде смогла бы создать что-либо более живое и прекрасное, это был шедевр из тех, которые даже гений создаёт раз в жизни. Как «Джоконда» Леонардо да Винчи или «Давид» Микеланджело. После реставрации «Дама» пробыла в Музее совсем недолго. Потом её выпросил для экспозиции Петербургский Эрмитаж, а на очереди был Музей Искусств в Брюгге. Так слова Хармана ван Остраде, сказанные своему слуге Тильберту, о том, что картина сама явится людям, когда придёт время, оказались пророческими. А вот Тимоша с тех пор проявлял сверхъестественные способности, только угадывая, в каком месте запрятан его любимый кошачий корм. То, что заставило его ночью убежать из дома и отыскать Шаманку в Музее, словно ушло. Совсем ушло. Теперь это самый обычный наглый, ленивый и толстый рыжий котяра. Но хозяева его обожают. Эпилог 2. Зарисовка. Утро воскресенья встретило Андрюху необычной тишиной. Не носился по дому неугомонный Малой, не несло с кухни вкусным запахом Максова кофе, Вадим не вопрошал, какая наглая рыжая морда опять затащила за полку для обуви ключи от его машины, а вышеупомянутая морда не искала защиты и приюта, тычась холодным носом Андрюхе под одеяло. Андрей недоумённо огляделся… и вспомнил, что он дома один. До самого вечера. Ещё вчера Макс, Вадим и Малой прихватив Тимошу в переноске, отбыли на Шаманкину дачу. Там их уже ожидали баня, шашлыки и всё Шаманкино семейство за исключением Игната. Игнат сделал честное лицо, и заявил, что будет готовиться к ГИА. Шаманка грозно нахмурилась, поскольку прекрасно понимала, в каком месте будет происходить эта подготовка. Но Игнат, у которого, наконец, выдалась первая нормальная за месяц возможность побыть с Ярославом, был твёрд, как гранитная скала. Так что даже Шаманке, в конце концов, пришлось уступить. Такую отмазку было грех не использовать, и Андрюха тут же продемонстрировал резкое падение интеллекта и необходимость учить безвылазно всю субботу и воскресенье. А что прикажете делать, если другой возможности побыть наедине с Артёмом у него не было. Макс и Вадим переглянулись, вздохнули … и сделали вид, что поверили. Так что уже вечером Андрюха позвонил Артёму и рассказал о неожиданно подвалившем счастье – свободной до вечера квартире. Так что Андрюха рывком вскочил, посетил душ и начал лихорадочно приводить в порядок себя и комнату, машинально отметив, что зараза Макс совсем не случайно оставил на тумбе в прихожей несколько упаковок презервативов. Ага. Будто Андрюха совсем дурак и сам не подготовился. Но раздавшаяся трель домофона всё равно застала мальчика врасплох. Как и следовало ожидать, это был Артём. Андрей впустил любимого в квартиру, он чувствовал, что его колотит всего от страха и жадного нетерпения, от желания, странной нежности и всего того, что люди называют любовью. Так что рюкзак Артёма улетел в угол прихожей, на тумбу, следом приземлилась ветровка, а мальчишки стали целоваться так, словно делали это как минимум год назад. А потом была Андрюхина комната, и невесть куда испарившаяся одежда, и руки и губы Артёма везде, где только было возможно, а Андрюха старался от Артёма не отставать, потому что давний, застарелый страх наконец-то испарился, исчез бесследно, остались только радость и ошеломляющая нежность, и ощущение, что можно всё. А потом Артём позволил войти в себя и Андрюха вошёл, это было настолько ошеломляюще, что он едва не взорвался, как сверхновая от одного осознания этого факта, но всё-таки смог сдержать себя и начал двигаться. Поначалу он был очень осторожен, но потом Артём стал нетерпеливо подаваться ему навстречу и они оба ускорились. А ещё Андрюха целовал Артёма, и отвечал на поцелуи, и ласкал – нетерпеливо и жадно. И сверхновая всё-таки взорвалась. Две сверхновых. И это было лучше всего. А где-то в непостижимом далеке, вне времени и пространства, художник вытер кисть, подал руку своему рыжеволосому возлюбленному и они стали подниматься ввысь. По бесконечной серебряной лестнице. К бессмертию. Дорогие мои читатели! Скорее всего, этот цикл завершён, но я не собираюсь бросать писать детективы, так что возможно через месяц начну выкладывать нечто новенькоое в этом жанре. Жаль расставаться с полюбившимися героями, может быть это будет сиквел про Макса, хотя ничего обещать не могу, ибо муз у меня весьма прихотлив и непредсказуем. Большое спасибо всем, кто меня читал, комментировал и поддерживал. Ваш(а) РавиШанкаР