Мини Минни

— Отстань, — ЧиМин раздражённо дёргает плечом, скидывая руку Мина. — Да хватит, истеричка, — так же взбешённо шипит ЮнГи и морщит нос, снова одёргивая Пака за рукав толстовки. — А я прекратил. Это ты мне мешаешь. Отвали, говорю, — паренёк вырывается и ускоряет шаг. Платформа переполнена людьми, но это не мешает ЧиМину протискиваться на всех парах. Лишь бы Юн остался позади. Как некстати они поссорились. Ну и правильно. Незачем Мину было говорить, что Пак коротышка. Да, ЧиМину определённо нужно было не обзываться в ответ, но небрежное, неуважительное «полторашка» вылетело из его уст быстрее, чем он мог бы сообразить. А ЮнГи не на шутку взбесился. — Давай ещё рассоримся из-за наших комплексов, — рычит Юн, преследуя Пака и не отставая ни на шаг. — Дело не только в этом. Ты меня постоянно принижаешь, — огрызается ЧиМин на ходу. — Вечно я в роли маленькой девочки, с которой ты сюсюкаешься. Бесишь. У меня тоже между ног штучка болтается, если ты упустил этот момент. — Одно другому не мешает, — прыскает надменно ЮнГи, то и дело врезаясь плечами в прохожих. — Ты достал! — гаркает Чим и резко запрыгивает в открывающуюся дверь вагона метро, ехидно усмехаясь ошарашенному Мину, который на несколько мгновений теряется. ЧиМин не сдерживает победной улыбки, когда видит, что Юн, бранясь, меняет траекторию, едва не спотыкаясь о неровный пол. Однако, злорадство Пака прерывается до неприличия быстро, потому что Мин всё-таки успевает влететь в вагон на полном ходу. Дверь автоматически закрывается с характерным хлопком, а Чим старается затеряться в толпе людей, отходя задом, только вот его яркая рыжая макушка словно мишень, по которой вычислить положение наверняка как раз плюнуть. Паренёк по неосторожности натыкается на кого-то и тут же испуганно вздрагивает, моментально желая сменить позицию, но человек, что стоит сзади, совсем не против, а даже за то, чтобы Пак стоял именно в этом месте, поэтому кладёт свою ладонь на низ его живота. Чиминовы ягодицы упираются в чьи-то бёдра, и это откровенно напрягает, поэтому парень ещё раз пробует шагнуть в сторону. Попытка снова проваливается, и вдобавок чужая ладонь сжимается на напрягшемся прессе и смятой толстовке. Пак ещё не паникует, но уже отчётливо нервничает и решительно отцепляет пальцы от себя, разворачиваясь в толпе настолько быстро, насколько может. Незнакомец, который выше него, улыбается слегка и склоняет голову, пошло подмигивая. Он дёргает ЧиМина на себя за грудки так резко, что парень теряется и больно тыкается носом в чужую широкую грудь, тут же отталкиваясь руками, чтобы вернуться в изначальное положение. — Ты что? Вообще уже больной? — Пак фыркает пренебрежительно и досадливо. Неужели его перепутали с девчонкой? Незнакомец лишь неопределённо пожимает плечами и с детской непосредственностью вдруг берёт ЧиМина за подбородок двумя пальцами, выбивая из того смесь удивлённого вздоха и короткого, но лаконичного ругательства. — Какого… — Пак щурится и не может понять, что это за стёб. — Я тебе сейчас вмажу, — грозится он тихо, чтобы не сеять панику в вагоне и не нарушать ничьего спокойствия. — Давай, — игриво подначивает незнакомец, продолжая настойчиво оглаживать чужой подбородок длинными пальцами. ЧиМин приходит в бешенство, звонким хлопком сбивает руку со своего лица и хочет уже толкнуть мерзавца, как вдруг на него со спины наваливается чьё-то крупное тело, вдавливая парня в своего обидчика, чему тот радуется просто несказанно. — Извините, — заикается было Пак в сторону тела, но тут же слова застревают в горле, потому что сзади какой-то качок, который своим видом откровенно говорит не обращаться к нему никаким образом. Мужчина, насупившись, хмуро оглядывается на прижатого ЧиМина и отворачивается, не замечая ничего странного: ни испарины от духоты на лице рыжеволосого, ни неловкого положения, ни злобного, зашуганного взгляда. — Бить будешь или как? — интересуется весело незнакомец, давая знак, что никуда он отсюда не делся. — Сейчас-сейчас. Ты своё отхватишь, не переживай, — угрожает Чим, пыхтя паровозом и пытаясь самостоятельно протиснуться между этими двумя субъектами, которые упорно продолжают его зажимать. — А, ну я подожду тогда, — хмыкает обидчик и юркает рукой на ширинку Пака, заставляя того округлить глаза и посмотреть совсем уж изумлённо. ЧиМин упорно пихает настырные ладони куда подальше от себя, но его руки бесцеремонно перехватываются и фиксируются внизу, а сам же мерзавец, пользуясь этим, не стесняясь начинает массировать его пах через грубую ткань джинсов. Пак приоткрывает рот немного от смущения и негодования и не может ничего сделать, потому что осознаёт, что незнакомец превосходит его по силе раза в два минимум. Паренёк закусывает нижнюю губу, чтобы не заорать матом и не привлечь к себе лишнего внимания, а затем тихий зажатый писк срывается с его губ, когда чужая рука сжимает его плоть настойчивей до неприятной боли. — Так ты догадался, что дракой ничего не решить? — насмешливо тянет незнакомец, чувствуя себя королём, который возвышается над всем и вся. Он похотливо облизывает свои губы и сжимает ладонь сильнее, отчего ЧиМин едва не сгибается пополам, скуля от боли. Паренёк даже не смотрит на обидчика: во-первых, снизу-вверх не солидно, во-вторых, слишком много чести, а в-третьих, стыдно и больно, что едва есть силы на ногах стоять. — Убери, — цедит Пак на грани слышимости, но остаётся проигнорирован. Лёгкое покачивание вагона, и вот на него сбоку вдруг откуда ни возьмись обрушивается разъярённый ЮнГи, распихивая всех в радиусе метра и вызывая суету и перешёптывание в салоне. — Какого чёрта, мелочь? — злится Мин, вырывая ЧиМина из этого человеческого «сандвича». ЮнГи хватает ничего не понимающего парня за руку, а потом толкает его в спину, отходя с ним в другой конец забитого вагона. Пак весь красный от стыда и унижения облокачивается на стенку, проводя по горящему лицу небольшими ладошками. Ему стыдно перед этим незнакомцем, перед людьми в вагоне, которые совсем уже и не смотрят в его сторону, перед ЮнГи и перед самим собой в том числе. Мужик мужиком, а толку от этого… — Во что ты вляпался на этот раз? — устало бурчит Мин, становясь напротив и облокачиваясь рукой на стену позади ЧиМина для равновесия. — Отвали, — злится Пак, бесясь от всего. — Где ты был вообще? — Спутал тебя с одной рыжеволосой стриженой девицей, — хмыкает парень, а Чим супится ещё больше и кривит лицо. — Я мужик. Как можно было спутать меня с девушкой, мать твою, ЮнГи? Я всего на сантиметр ниже, чтоб тебя. — В этом твоё преимущество, Минни, — улыбается Юн, продолжая дразниться. Он аккуратно ведёт коленом и прижимается им к паху младшего, отчего тот давится воздухом и вновь краснеет. Паренёк утыкается лицом старшему в шею, когда он ненавязчиво шевелит ногой, создавая внизу ощутимое трение. — А если бы ты был выше, не смог бы так сделать, — усмехается ЮнГи, сам покрываясь приятными мурашками от горячего, возбуждающего дыхания в шею. — Заткнись, ЮнГи…хён. Сейчас ЧиМин краснеет лишь потому, что ему слишком приятно и смущает делать такие вещи в людном месте. Но ему хорошо. ЮнГи родной и какой-то запредельно возбуждающий, ни в какое сравнение не идёт этот мерзавец, которого Пак хочет отпинать. — Юн…хён, — мурлычет Чим старшему на ушко, млея от лёгких прикосновений к таким интимным местам. — Давай разберёмся с одним козлом? После недолгого молчания ЮнГи прыскает. — Какая злая булочка, — говорит он и, сгребая Пака в уголок от любопытных взглядов, мягко накрывает его губы своими. ЧиМин закрывает глаза, растворяясь в поцелуе, и думает, что и хрен с этим ростом. Всё равно двое против одного имеют больше шансов.