Собственность

Яркое весеннее солнце проникало лучами в комнату, согревая всё вокруг, но Арине было холодно. Казалось, ничто не могло её согреть. И это был не столь физический холод, сколько, скорее всего, душевный. После того разговора с Андреем она, пожалуй, по сей день пребывала в неком шоковом состоянии, до последнего не понимая суть произошедшего и весь её смысл. Его слова многое объясняли, но неужели всё пережитое было расплатой за грехи её отца. Если это действительно так, то она возненавидела этого человека ещё больше, хотя больше было некуда. Ко всему было безумно жалко ту девушку, сестру директора, что стала жертвой подонков, не знающих наказания. В голове у Арины крутилась невероятное количество вопросов, но ни один из них не был озвучен. После того разговора, она директора видела лишь раз: тогда, когда он отдавал ей ключи от новой квартиры. Он снял для неё жильё совсем рядом со школой. Оставил небольшую сумму денег и продукты, и уехал молча, не сказав ни слова. И Арине стоило бы радоваться, ведь её мечта сбылась, она сбежала от монстра, но только сейчас задумалась о том, а действительно ли он был им. Ей было безумно обидно за то, что ей пришлось пережить, но теперь она хотя бы немного понимала мужчину. Она думала даже написать или позвонить Андрею, хотя до конца не понимала о чём будет разговаривать и что вообще говорить. Этот неожиданный порыв всеми силами она старалась подавить в себя, пообещав больше никак не контактировать с ним. Теперь Арина свободна, она больше не его пленница и не его игрушка. Да, она позволит ему содержать себя, хоть это идея и не была ей по душе. Но она находилась сейчас не в том положении, чтобы выбирать или противиться. Да и это будет своеобразная плата за всё, что она вытерпела. Хотя звучит это очень мерзко. Тряхнув головой, от чего волосы слегка подлетели, Арина потерла глаза и слегка похлопала по щекам, как бы приводя себя в чувства. На улице было очень тепло и солнечно, даже не скажешь, что буквально пару дней гремел гром, сотрясая землю, и сверкали молнии, а над городом нависали тёмные тяжёлые тучи, заливая дождевыми каплями всё вокруг. Неделя каникул пролетела слишком быстро. Возможно, потому, что всё это время она занималась переездом и осмыслением всего произошедшего и происходящего на данный момент. За это время Арина не успела ни отдохнуть, ни прийти в себя, ни разобраться со своими чувствами. Но единственное, что ей удалось, это вновь, в который уже раз, наладить отношения с Лёшей. Быть может, ей это удавалось с лёгкостью лишь потому, что парень был очень добрым, милым и понимающим, либо потому, что у него по сей день были определенные тёплые чувства к ней. А быть может и то, и другое, но она была безмерно рада, что вновь их дружба восстановлена. Конечно, когда у них состоялся диалог, она не вдавалась в подробности и не рассказывала всю правду, но постаралась объяснить так, чтобы у Лёши не возникло слишком много вопросов, которые могли вогнать Арину в тупик.

***

Три дня назад. За окном лил сильный дождь, из-за ветра его косые струйки ударяли об листву и все поверхности, создавая барабанный звон. Именно в этот день они решили с Лёшей встретиться и поговорить, наконец оборвав между собой все тайны и недопонимания. Изначально они хотели увидеться вне дома, возможно, где-нибудь в парке или в кофейне, ведь прогноз обещал тёплый солнечный день. Но проснувшись утром и выглянув в окно, Арина предложила Алексею приехать к ней. Она назвала ему адрес и время, пообещав, что когда он приедет, она постарается ему всё объяснить. Когда время близилось к полудню, в дверь позвонили. Подорвавшись с дивана, на котором уже несколько часов сидела Арина и читала роман неизвестного ей автора, она быстрым шагом направилась в коридор, где немедля открыла дверь. — Привет, — он неуверенно улыбнулся и с грустью посмотрел на девушку. Казалось, за время, что они не виделись, Леша похудел, немного осунулся, в нем пропало солнышко, что ярко светило и освещало ее мрачную жизнь, даря тепло и успокоение. От этого стало грустно и очень больно. — Привет, — тихо поприветствовала его и на эмоциях поддалась вперёд, заключая парня в объятия. С его губ сорвался тихий вздох, стоило ее тонким рукам обвить его вокруг торса. И на душе стало так тепло, поэтому подавив секундное замешательство, Алексей обнял ее в ответ, крепче прижимая к своей груди. — Я скучал, — еле слышно в макушку выдохнул он, в ответ услышав всхлип. — Мне тоже тебя не хватало. Время словно замерло, позволяя двум подросткам забыться в объятиях друг друга. Каждый думал о своем, но прижимая другого к себе. Сейчас все пережитое казалось таким далёким, но это пока, ведь когда они выпустят друг друга из теплых и ставших такими родными объятий, пелена спадет, а на место нее придет суровая реальность. — То есть, эту квартиру, — Леша обвел взглядом кухню, — снял для тебя наш директор. Арина кивнула, делая глоток горячего кофе. — Дядя, — уточнила она, мысленно содрогнувшись. — А почему ты вдруг отделилась от него? Девушка мысленно посчитала до трёх, стараясь успокоиться и без лишней нервозности произнести то, что оно вот уже несколько дней заготавливала и заучивал. — Из-за слухов. Многие твердили, что мы никакие не родственники, а любовники, что прикрываются этой ложью, — коленки под столом дрожали, но Арина продолжала делать вид, будто всё замечательно и это не она сейчас сидит и врёт не краснея. — Поэтому, чтобы меньше привлекать к себе внимание, мы решили поступить именно так. Но он продолжает обо мне заботиться и помогать. — А твой отец? Что с ним? Арина пожала плечами и отвернулась, стараясь скрыть грусть и отвращение. Слишком много вопросов, которые требовали ответа, поэтому не стоило привлекать ещё больше внимания. Они просидев на кухне около получаса, переместились в гостиную, где продолжили разговор. У Лёши было слишком много вопросов, недопониманий. Он хотел узнать всё в подробностях и во всех возможных красках, что именно происходило с Ариной всё это время, и почему она раньше не рассказала о своём плачевном положении. Может быть, ещё тогда Лёша смог бы помочь ей. Девушка по возможности старалась отвечать правдиво, лишь утаивая то, что не должно было доходить до слуха Лёши. Когда стемнело, а за окном чуть утих дождь, парень засобирался домой. Ему было очень грустно и обидно, что Арине пришлось всё это пережить в одиночестве, что он не смог ей помочь, поддержать. Тогда, не зная всей картины происходящего, он таил на неё обиду и злость, но теперь Алексею было стыдно за свое поведение. — Прости меня, что вел себя, порой, как полный дурак! — Он обнял ее на прощание и поцеловал в макушку. — Больше никаких тайн и секретов, договорились? Чтобы не было, я всегда приду к тебе на помощь. — И ты меня прости. Лёша потрепала её за щёку и улыбнулся на прощание. Он ушёл, а на душе у Арины впервые за долгое время было приятное тёплое чувство покоя и умиротворение, она испытала своеобразное облегчение. Пусть пришлось где-то выдумать, где-то соврать, ну всё это было во благо.

***

Теперь Арине хотелось верить, что хотя бы он, ее единственный друг, задержится в жизни девушки как можно дольше, и больше не будет ничего, что сможет её расстроить и разлучить с ним. С этими мыслями она встала с кровати, потянувшись, и побрела ванную комнату умываться. До начала первого урока четвёртой четверти оставалось ещё около часа, но этого было достаточно, чтобы привести себя в порядок и добраться до школы. Настроение было слегка приподнято и это было связано с тем, что на носу была последняя учебная четверть. Всего несколько месяцев и она окончит школу, а это значит, Арина больше не увидит Вязева. Она сможет найти работу, своими силами чего-то добиться и наконец полностью разорвать все связывающие её с мужчиной нити. Надев школьную форму и взяв сумку с учебниками, Арина направилась к входной двери. По пути она взглянула на себя в зеркало и поправила распущенные отросшие волосы, заправив несколько прядей за ухо, и слабо улыбнулась своему отражению, хотя глаза оставались грустными. Дорога до школы заняла буквально минут пять. Возле крыльца среде большой скученности учеников различных классов она заметила рыжую знакомую макушку. Алексей стоял к ней спиной, поэтому не мог увидеть приближение Арины. Тихо подобравшись к нему со спины и резким движением закрыв ладошками глаза, девушка тихим шёпотом на ухо сказала: — Угадай, кто? Парень вздрогнул и от неожиданности схватился за девичьей ладошки, но услышав сзади себя тихое хихиканье, он сам улыбнулся и погладил руки Арины. — Девушка, что разрушила моя покой? — шутливо ответил он. Цокнув и поджав губы, Арина сделала шаг назад, позволяя Лёше развернуться и заключить себя в объятия. Они отошли чуть в сторону, ближе к живой изгороди, где продолжили свой разговор, изредка шутя и подталкивая друг друга. Подростки и не догадывались, что за всем этим наблюдал Андрей. Мужчина стоял у больших окон актового зала на третьем этаже и сверху наблюдал за этой милой картиной, что в его груди отозвалась неприятной, колющей болью. Он прекрасно был знаком с этим чувством. Ему не раз доводилось испытывать ревность по отношению к этой юной особе, но сейчас понимая, что он больше не может контролировать Арину и быть с ней, это чувство усилилось в десятки раз. Всю эту неделю Андрей провёл словно в бреду. Он не выходил из дома, не отвечал на звонки, хотя телефон грозился разорваться от постоянных звонков, и не появлялся на работе. На протяжении всего этого времени его компанией были лишь алкоголь да его мысли, что будоражили и без того истерзанную душу. Каждый день он порывался выбраться из дома и поехать к ней. Арина не знала, и знать ей этого не нужно было, но он оставил у себя запасные ключи от квартиры. Ему было так спокойнее, ведь Андрей знал, что в любой непонятной (или опасной) ситуации он мог без трудностей прийти к ней. Но он выдержал, он справился со своим желанием. Только вот сейчас, наблюдая за разыгравшейся на его глазах сценой, все стены, встроенные им за это время, рухнули, словно карточный домик. Злость, обида и ревность затопили его сознание. Хотелось сорваться, выбежать на улицу, оттолкнуть этого засранца и забрать Арину собой, больше никогда не отпуская. — Идиот, — вслух промолвил он и отошёл от окна. — Старый идиот!

***

По коридорам весь учебный день она ходила в каком-то напряжении и страхе, словно за каждым углом поджидал директор. По расписанию день был коротким, всего три урока, что начинались с половины одиннадцатого. Впереди оставался английский и можно было выдохнуть, отправившись домой. Видимо, её нервозность была написана на лице настолько отчётливо, что за весь день уже несколько раз одноклассники подходили к ней, интересовались всё ли хорошо, ничего не беспокоит или, быть может, ей нужна помощь. Арина лишь отрицательно качала головой, мило улыбалась и благодарила за заботу, а затем старалась увести разговор в другую сторону. Она интересовалась, как прошли у них каникулы, чем интересным занимались в свободное время, либо переводила тему на школьные предметы. Лёша смеялся, но сам с вопросами не лез, хотя девушка видела подозрительные взгляды, что время от времени бросал в ее сторону друг. Когда прозвенел звонок с последнего урока, Арина в унисон ему выдохнула и подскочила с места, со скоростью света бросая все вещи в сумку. — Мне кажется, где-то пожар, — он, словно назло, не спеша складывал учебники, поправлял подвернувшиеся краешки и тихо хихикал. — Хочу побыстрее выйти. Душно мне, — буркнула Арина, в нетерпение поглядывая на парня. Он ещё медленнее стал двигаться, открыто смеясь над ее поведением, но стояло Арине отвесить ему шутливый подзатыльник и занести руку для нового удара, как Лёша со смехом схватил сумку и бегом вылетел из класса. Девушке ничего не оставалось делать, как пойти на поводу друга и побежать за ним. С трудом пробираясь через толпу, она старалась не упускать из виду рыжую шевелюру, что с завидной скоростью отдалялся от нее. Понимая, что таким темпом она вряд ли догонит парня, Арина ускорилась и побежала со всех ног. Оставался последний поворот, ведущий в холл, а там и заветная дверь на улицу, где было куда просторнее. Вот только сил и воздуха катастрофически не хватало. К таким марафонам Арина не была готова, но благодаря нему она сумела отвлечься и позабыть о Вязева, вот только он сам о себе напомнил. Не сбавляя скорость, она завернула за угол и тут же врезалась, теряя равновесие. Но от болезненного падения ее спасли крепкие руки, что в ту же секунду прижали девушку к широкой, крепкой груди. — Не ушиблась? — знакомый тембр, казалось, окончательно лишил ее способности дышать. Вдоль позвоночника пробежало стадо мурашек, оставляя после себя неприятный холодок. В горле пересохло настолько, что язык прилип к небу, не позволяя Арине открыть рот и ответить на вопрос. Но Андрей терпеливо ждал, внимательно вглядываясь в лицо своей ученицы. — Все хорошо? — задал он ещё один вопрос, наблюдая за замешательством Арины. — Нет… Да… — она тряхнула головой и отступила, высвобождаясь из объятий директора, что все это время прижимал ее к себе под удивлённые взгляды других учеников. — То есть, нет, не ушиблась, и да, все хорошо. Улыбка вышла чересчур фальшивой и напряжённой, поэтому Андрей отступил в сторону, позволяя девушке как можно скорее уйти. — Всего хорошего, — напоследок еле слышно бросила она и убежала. Андрей ещё минуту простоял на том же самом месте, не замечая любопытных косых взглядов подростков. Ему было всё равно сейчас, ведь спустя неделю он впервые прикоснулся к ней. Почувствовал ее тепло и вдохнул знакомый и ставший таким родным запах. И пусть это мгновение длилось не долго, но все же оно было.