Обнимая небо

- Отец! – в кабинет главы отделения неизлечимых проклятий ворвался взъерошенный молодой человек. - Что случилось, Сев? – Гарри поднял голову от медицинских карт пациентов и удивленно посмотрел на своего второго сына. Должно было произойти что-то невероятное, чтобы самый спокойный из его детей врывался к нему. - Лили рожает! – выпалил Альбус Северус, отдышавшись. – Но ребенок, похоже, выпивает все её силы, раз она уже столько времени мучается. - Нас не пустят в операционную, - Поттер-Блэк устало потёр переносицу. – Ты же знаешь правила. - Но я не могу просто сидеть и смотреть, как моя сестра мучается, - сжал кулаки Поттер. - Хорошо, я сейчас дойду до родильного отделения, а ты свари для Лили укрепляющее и восстанавливающее зелья. Заодно и успокоишься. Иди. - Спасибо, папа. Мужчина устало ему улыбнулся и поспешил к дочери. Прошло больше сорока лет, когда он переступил порог Святого Мунго интерном, и двадцать – с тех пор, как он стал главой отделения. Звание Мастера-артефактора и Целителя вкупе со спокойным характером и тяжелой рукой заставляли коллег понимающе хмыкать, интернов – уважительно кланяться, а пациентов – благодарить за профессионализм. И уважали его за реальные заслуги, а не дутую репутацию и славу победителя Волан-де-Морта, хотя для этого и пришлось пахать, как проклятому. Ведь вчерашний школьник, в силу своего специфического обучения (нахватался по верхам, а школьную программу мигом забыл) мог претендовать только на должность аврора или стать квиддичным игроком. Но он выбрал стезю посложнее и поступал на колдомедика на общих основаниях, без поблажек и после долгой зубрежки. И доказал, что может учиться, не пользуясь ничем, кроме собственных знаний. - Целитель Поттер, прогнозы неутешительные, - Патрик Саммерс, глава родильного отделения, аккуратно махал палочкой, отделяя магическое ядро ребенка от материнского. – Спасти при таком раскладе мы сможем только кого-то одного: или роженицу, или младенца. - И чего это мы шалим и не хотим показаться деду? – мягко рассмеялся лорд, без труда преодолевая защиту вокруг койки и кладя ладонь на живот дочери. – Надо же, их там двое. Всё хорошо, солнышко, вы все будете жить. Целитель Саммерс! - Да, целитель Поттер? – живо откликнулся молодой мужчина. - Все распоряжения и бумаги на столе в моём кабинете. А сейчас я буду вести бой за жизнь дочери и внуков. - Папа, не надо! – Лили первой догадалась, что именно он задумал. – Пожалуйста, папа! - Моё рыжее солнышко, ты так похожа на свою бабушку. И я пожертвую ради вас всем, даже собственной жизнью. Равноценный обмен ради них и тебя – малая плата за это счастье. Я вас очень сильно люблю. В твоих детях всегда будет частичка меня, так что люби своих малышей, Лилс. Сомниус. Гарри поднял на руки усыпленную дочь и бегом направился в подвал, где расположился малый алтарь, подпитывающий больницу. Аккуратно уложив Лили на куб неправильной формы, Ри взмахом палочки зажёг ритуальные свечи, снял с себя все артефакты и одежду и принялся читать катрены. С каждым катреном дышать становилось всё труднее, а магические силы таяли, зато на щеках дочери расцвел румянец и разгладилось сведенное болью лицо. С последним словом он недрогнувшей рукой вонзил себе в сердце кинжал и упал замертво. - Мой благородный потомок, - Смерть с нежной улыбкой смотрела на своего потомка, открывшего глаза. – Тебе ещё рано в моё царство, Ри, но жертва уже принесена. - Леди Селеста, - Поттер поцеловал ей руку и заглянул в глаза. – Возможно, я был неважным Певереллом, но есть те, кто продолжит наш Род и разовьет фамильный дар. Мои дети выросли, у них уже свои крошки появились, так что они приспособятся к жизни без меня. Только за малышей Лили волнуюсь, родились ли уже? - Да, здоровые и крепкие детки, - Селеста провела рукой по воздуху и показала ему колыбель с сопящими в ней двойняшками и беззвучно плачущих Лили и Ал-Сева. – Они ещё нескоро оправятся от твоей смерти, ведь ты растил их с самого рождения один. Мальчика назовут Гарольдом в твою честь, девочку же окрестят Эйлин, как ты когда-то хотел назвать вторую дочь, если бы она у тебя была. - Главное, что они все живы и здоровы, а боль со временем притупится и меня будут вспоминать с грустной улыбкой и теплом. - Тебе ещё рано гулять по моим Садам, мой самоотверженный потомок. Певереллы всегда отличались завидным здоровьем и долголетием, так что не торопись присоединяться к своим родителям и крестным. Ты готов к новому приключению? - А Северус? - Ты будешь приятно удивлен, ребенок. Не торопись ко мне в гости, Ри. Удачи! В глазах потемнело и появилось чувство падения. Сознание померкло.