Птица несчастья
10 мая 2017 г., 21:45
На следующее утро Алина незамедлительно отправилась к бабушке. Собрав всё, что у неё было из продуктов дома, она погрузила это в багажник и поехала. Одеться она даже забыла по-нормальному: старые спортивные шорты и простая серая футболка. Не до красоты сейчас.
Баба Нина обрадовалась её визиту, хоть и знала, что она придёт.
Алина оставила пакеты с едой на кухне, а сами они пошли в гостиную. Там Алина ни разу не была. Тут было всё как у среднестатистических бабушек: ковры на стенах, иконы и стеклянные шкафы с посудой. Чисто и уютно.
Они сели на мягкие кресла друг напротив друга, и Алина начала:
— Понимаете, меня уже вторые сутки преследует непонятный скрежет по стеклу. Всё началось с дачи. Я как-то не придавала этому значения, но вчера я узнала, кто издаёт эти звуки. Это была большая птица, напоминающая ворона, у неё были такие страшные глаза, что я испугалась не на шутку. Красные, светящиеся… Что надо этой птице от меня?
— Кто-то наслал на тебя птицу несчастья. Каждый раз, когда она стучит к тебе в окно, то это значит, что беда близко. В какой-то степени она тебя предупреждает об опасности, но ты ведь не придавала этому значения, — объяснила бабушка.
— Птица несчастья?!
— Да. Просто вспомни, что происходило с тобой после того, когда ты слышала этот скрежет?
— Так, — задумалась Алина. — Впервые я слышала его на даче. Я пила воду в спальне, тогда я впервые услышала этот скрежет, а потом пошла на улицу и поссорилась с родителями. Я просто очень сильно обгорела на солнце и…
— Погоди, — перебила её старушка, поднимаясь с кресла. Она вышла в другую комнату и через время вернулась с какой-то белой пластмассовой баночкой в руках.
— Возьми вот это, это поможет тебе снять твои ожоги, — сказала она, вручая баночку девушке.
— Что это?
— Мазь волшебная, — улыбнулась бабушка, снова садясь в кресло.
— Волшебная? — усмехнулась Алина.
— Да. Намажься ею перед сном, а утром прими ванну.
— И что, она быстро помогает?
— Увидишь.
Алина открутила крышечку и понюхала содержимое. Оно не пахло ничем абсолютно. И было полностью прозрачным, по консистенции напоминая гель для душа или шампунь.
— А, точно, — опомнилась девушка, закрутив крышку обратно. — Второй раз ко мне постучались ночью. Но единственное, что произошло, это то, что Никита не брал трубку. Перезвонил на следующий день и сказал, что приедет вечером. И самое страшное — это вчерашняя ночь. Я наконец увидела эту птицу. А Никита в итоге так не приехал, хотя обещал. Потом перезвонил снова и сказал, что не приедет. Меня это напугало, и я поехала к нему домой, а там… Он был весь в крови, еле живой, не знаю, что было бы, если бы я не поехала туда. Кто его избил и за что?
— Вижу девушку. Это из-за девушки. Но не из-за тебя, — начала говорить бабушка.
— Из-за девушки? В каком смысле?!
— Никита от тебя скрывает что-то, он не хочет тебе в этом признаваться. Вижу его с другой девушкой. Волосы светлые, я бы даже сказала, что белые.
— То есть он мне изменил?! — у Алины аж дыхание спёрло. Она отказывалась в это верить.
— Можно сказать и так. Но он сделал это не подумав, он…
— Да что за бред! — вскипела Алина. — Как можно сделать это, не подумав?! Он совсем, что ли, безмозглый?
— Он не собирается от тебя уходить, эта девушка была просто мимолётным увлечением, он не любит её, — продолжала спокойным тоном гадалка.
— Да какая разница?! Любит не любит… Зачем вообще тогда нужны отношения, если можно со всеми подряд спать! Почему-то я себе такого не позволяю и не позволю никогда.
— Не зарекайся.
— Вы понимаете, что я сейчас чувствую? Нет, это вряд ли. Такое отвращение, что просто хочется подойти и смачно харкнуть ему в лицо. Знала бы заранее, не вызывала бы скорую, а добила бы на месте. Пятнадцать лет за убийство — не так уж много.
— Алина, послушай. Можешь как угодно судить парня, но ему и так сейчас непросто. Он всё ещё в коме, в сознание даже не приходил. Сейчас ты ничего не сможешь предпринять.
— А он хоть жить будет? — как можно равнодушнее спросила девушка, скрывая в душе чудовищный страх.
— Будет. Но реабилитация будет долгой, так что тебе придётся подождать.
— Так кто его избил всё-таки? — поинтересовалась девушка, испытывая противоречивые чувства.
— Вижу двух парней, оба рослые, спортивные. Они вдвоём зашли к Никите в квартиру, он их сам пустил, так как он с ними не то чтобы дружит, но хорошо знаком. Почему-то слышу имя «Анжела». Наверное, это та самая девушка, из-за которой его избили.
— А парней как зовут, сможете сказать? — насторожилась Алина.
Женщина напряглась и начала говорить:
— Их имена начинаются на букву «В». Владислав и Валерий. Вижу много молодёжи. Наверное, это какой-то клуб. Они там работают охранниками, и часто в их лексиконе употребляется слово «форсаж».
— Да это же клуб «Форсаж»! — воскликнула девушка. — Точно! Элитный клуб, где могут отдыхать только дети богатых папиков. Наш, конечно, не хуже, но там пафоса больше.
— Всё. Это всё, что я смогла увидеть, силы мои закончились, надо отдохнуть, — вздохнула бабушка.
— Да и на том вам спасибо, вы мне очень помогли! Дай бог вам здоровья. Сейчас мне уже надо ехать, так что извините за такой резкий уход.
— Я прекрасно понимаю. Можешь идти.
***
Алина, оказавшись в машине, первым делом набрала Журикова. — Жень! Привет, как дела? — Привет, — удивлённо поздоровался парень в трубке. — Для девушки, у которой парень между небом и землёй, ты слишком весёлая… — Да нет, идиот, я спрашиваю про ваше расследование. Как успехи? — Пока никаких. Соседей опросили, те ни сном ни духом, камеры на этаже уже сто лет как не работают. На телефоне нет никаких отпечатков, кроме отпечатков хозяина. Никто из прохожих не видел этих ублюдков. Мы в тупике. — У меня кое-что для вас есть. Но такое по телефону не объяснишь. Я приеду в участок? — Да приезжай, — растерянно произнёс Женя. — Только что ты сможешь нам рассказать… — Смогу. Всё смогу. Алина отключилась и быстро завела машину. Хотелось как можно скорее попасть на место.***
— Ну, что там у тебя, — слегка улыбнувшись, произнёс Женя, как только девушка зашла к нему в небольшой кабинет. Он был один. Сидел парень за письменным столом, его лохматая голова хорошо возвышалась над монитором компьютера, а его фуражка лежала рядом. Около него лежала стопка папок и бумаг, в противоположном углу стоял стационарный телефон. На стене над ним висели герб и флаг. — Ёханый бабай. Только сейчас увидел, какая ты… — Не надо, — закатила глаза Алина. — Сама знаю. — Ладно, присаживайся, — кивнул он на мягкий чёрный стул и начал теребить в руках ручку. Алина села на стул, что стоял напротив, и начала говорить: — Только не сочти меня соучастницей, которая решила заложить своих подельников, — предупредила Алина, перекинув ногу на ногу. Лейтенант вскинул бровь, но ничего не сказал. — В общем, они из клуба «Форсаж». Оба работают охранниками. Влад и Валера. Женя ничего не ответил, а лишь молча полез в компьютер, клацая мышкой и по клавиатуре. Он пропал, наверное, минут на пять или десять. — Точно… Там есть такие! Так, — Журиков клацнул на кнопках телефона какую-то команду и приложил трубку к уху: — Олег Петрович! У нас появились подозреваемые в избиении Никиты Алексеева. Да! Так пусть сюда идут, мы сейчас вместе с ними поедем. Ага, давайте, — он положил трубку. Алина уставилась на лейтенанта. — Сейчас у Шаврина столпотворение в кабинете, прибыли все менеджеры Алексеева и продюсер даже, они наслышаны о нашей оперативной работе, вот к нам опять приехали. Вот же весёлая у нас жизнь! — Я поеду уже, можно? — заторопилась Алина, вставая с места. — Ага. Только вот мне до сих пор непонятно, откуда ты это узнала. — Ты мне всё равно не поверишь. Но, если что, я тебе этого не говорила. Ты сам нарыл. Окей? — Да ладно? — нахмурил брови Женя. — Ты не хочешь быть вознаграждённой? — Мне это ни к чему. Я просто хотела вам помочь. Да и к тому же хотелось, чтобы этих уродов поскорее поймали. Это для меня будет лучшей наградой. — Ну, хорошо, Алина, — заулыбался Женя. — До свидания, — торопливо попрощалась она и покинула кабинет. Она бежала по коридору со всех ног, чтобы не столкнуться с коллегами Никиты. Ей повезло. Так, а теперь срочно в больницу, но для начала домой, чтобы привести себя в порядок более или менее. Быстро приехав домой, девушка сразу побежала к шкафу. На улице стало пасмурно и резко похолодало. Судя по тому, как ветер гнул ветки деревьев, то там стихия разыгралась не на шутку. Значит, нужно надеть что-то посерьёзнее. Недолго думая, она надела свои любимые чёрные джинсы и тонкий зелёный пуловер с Микки Маусами. В качестве обуви она предпочла обычные чёрные слипоны. Подойдя к зеркалу, Алина дотронулась до своих щёк и поняла, что кожа с них скоро будет слезать, а это будут ой какие неприятные ощущения, и внешний вид оставит желать лучшего. Она в прямом смысле будет похожа на ящерицу. Краситься Алина не стала. Она не хотела рисковать. Сейчас и без того раздражённая кожа от косметики покроется волдырями, и тогда вообще всё будет очень плохо. Надо будет потерпеть до вечера и нанести бабушкину чудо-мазь. Доехала Алина до больницы довольно быстро. На улице начался противный обложной дождь, погода стала напоминать больше осеннюю, чем летнюю. Кругом моментально появились лужи и грязь. Алина уже настроила себя на спор с медперсоналом, если они вдруг начнут возмущаться или выгонять её. Но всё оказалось намного проще. Девушку до палаты проводила молодая медсестра, которая попросила лишь об одном: — Он уже пришёл в себя. Но он по-прежнему слаб. Не нагружайте его вопросами, мы и так еле выгнали группу репортёров. Поэтому ти-и-ихо, — протянула медсестра и впустила Алину в палату. Она зашла и остановилась в проходе. Сердце готово было выскочить через рот от волнения. — Алина, — еле слышно шепнул Алексеев и вымученно улыбнулся. — Никита, — так же шёпотом проговорила та, подходя как можно ближе. Чёрт возьми, как же больно видеть его таким. Никита лежал укрытый простынёй по пояс, а к его оголённому телу была подключена капельница. Одно веко был синим и слегка опухшим, на носу был приклеен пластырь, а ухо было перемотано бинтом через голову. Она знала, что он ей изменил, но… Видеть его в таком состоянии, будто его потрепала свора собак, было жутко. Вроде бы он и заслужил, но в то же время жалко. Чёрт разберёт их, эти бабские чувства. Сама того не подозревая, Алина начала плакать. — Ты чего? Я же живой, — пытался шутить Алексеев. — Распоротый и заново зашитый, но живой. — Ты просто… Сказочный мудак… — улыбнулась сквозь слёзы девушка. «Не ори на него сейчас, поговорите потом, когда он придёт в себя окончательно», — подумала она, с трудом сдерживая эмоции. Всё-таки разум брал своё. Хотелось поорать. Ведь, если бы он не изменил, его бы не избили. То есть он виноват полностью сам. — Возле меня уже столько людей было, я потерял счёт им, — признался Алексеев. — На уши уже всех подняли, хотят найти виновников… — Ну, а ты что? — интересовалась Алина. Хотелось знать его версию. — А я не стал ничего им говорить. Это мои проблемы. — А если бы они тебя убили? Ты об этом не подумал? — Ну и что? Мне тогда уже всё равно было бы. — Ты идиот? А как же твои родные, твои коллеги, я, в конце концов? — Извини, неудачная шутка. — Угу, — недовольно буркнула Алина, присаживаясь на свободный край кровати. Она взяла ладонь парня в свою и посмотрела ему в глаза. Чернота. Никакого намёка на стыд или на сожаление. Девушка отвела взгляд и вздохнула. Как теперь с этим жить? Хотелось расторгнуть отношения прямо сейчас, наплевав на всё. Алина ненавидела обман больше всего на свете. Обман в отношениях — это ощущение собственного превосходства над своей второй половиной, то есть «ой, он/она такой/такая простофиля, он/она ничего не заметит, если я сделаю вот так, а потом вот так и ещё вот так». Это, может, сработает пару раз, но сколько верёвочке ни виться, а конец всё равно будет. И уже прежнего доверия не вернуть никогда. Не стоит любимого человека держать за дурака. Никита переплёл свои пальцы с пальцами Алины и спросил: — Так что ты там за сюрприз хотела сделать мне? — А, точно, ты ведь ещё ничего не знаешь! — обернулась Алина, натянуто улыбнувшись. И девушка рассказала Никите всё в подробностях. — Ты действительно этого хочешь? Ты же всегда любишь действовать в одиночку, — удивлённо произнёс Никита. — Да, но стоит попробовать. Вдруг понравится? Уйти я всегда успею. Хочется уже новых впечатлений и знакомств. Я надеюсь, что попаду на глобальный кастинг. — Да и видеться мы будем ещё реже, — подытожил Алексеев. — Ну и что? Зато не успеем друг другу надоесть. Так или иначе мы должны обеспечить себе будущее. — Алин, — начал вдруг говорить Никита, но его перебила медсестра, которая зашла в палату: — Алексеев! Время укола, посетителей просьба покинуть палату. — Ладно, я поехала, созвонимся! — торопливо произнесла Алина, вставая с кровати и разжимая пальцы. — Ага, — успел ответить он, прежде чем девушка скрылась за дверью. Когда она вышла на улицу, дождь уже перестал. Но прохлада в воздухе всё ещё стояла. Только она подошла к машине, ей позвонили. Это была Рита. — Алло, Ритуль? Привет. — Привет, дорогая! Ну что, ты когда думаешь приезжать? Камеру я уже привезла, так что в любой момент можешь свистнуть мне, и мы приступим. — Э-э-э… Ты знаешь, я мало репетировала. Тут такое дело… — Никитка в больнице? Я знаю, по новостям показывали. Бедный мальчик. Я понимаю, что тебе сейчас не до конкурса, но времени осталось уже всего ничего, так что если ты реально думаешь участвовать, то надо поспешить. — Знаешь что, давай лучше завтра. Правда. Я сегодня вечером хорошо подучу текст и порепетирую. — Точно? — Точно-точно. Честное слово. — Ладно, — вздохнула женщина. — Я тебе верю. Приедешь завтра днём в районе обеда, в зале как раз никого не будет. — Хорошо, договорились. Уже вечером Алине позвонил лейтенант и на радостях сообщил, что тех гадов поймали сразу, так как они не ожидали, что их так быстро найдут. — Не знаю, как у тебя так вышло, но ты реально помогла нам! Шаврин меня готов на руках носить! Ты ясновидящая, что ли? — Ну, не совсем я, — призналась Алина. — То есть? А ну-ка, с этого момента поподробнее! — Ты всё равно не поверишь. — Как это?! — опешил Женя. — Раз начала, то говори уже. — Это бабка сказала. Гадалка. — То есть? Какая гадалка? — Ну вот, я же говорила, — вздыхала Алина. — Что значит «ну вот, я же говорила»? Я ещё ничего не успел сказать. Говори, что за бабка. Алине пришлось рассказать про бабу Нину от начала до конца. — Как-то странно всё это… Если бы я тебя не знал, я бы посчитал тебя дурой. — Спасибо, — саркастично выпалила девушка. — Хочешь, я собственноручно отвезу тебя к ней, и она всё про тебя расскажет, взглянув лишь в твои глаза. Ну… Только не сегодня уже. — Да ну, чего бы я ездил ещё по бабкам всяким… — возражал Журиков. — А она увидит, стану ли я генералом в будущем? Алина рассмеялась. — Вот дурак. Ты так зациклен на всех этих званиях? Разве они что-то значат? — Ну… — замялся Женя. — Как это «не значат»? Значат. Это же почёт и уважение коллег, и все хотят быть таким, как ты… Молодёжь тебя боится, уважает… — Знаешь, мне вспомнились слова из одной чудной песни. — Какие? — Ты не генерал, и слава богу, через двадцать лет ты понемногу станешь понимать, что молодость важней погон. Сколько тебе лет вообще? — Через неделю двадцать семь будет… Кстати о молодости. Я уже совсем старый, уже скоро третий десяток разменяю… Все уже мне говорят, мол, Женька, когда ты уже женишься? Так и будешь холостым ходить до конца жизни? А я что, в моей голове только служба. Вот скажи, что вообще со мной не так? — С тобой всё отлично. Не слушай никого. Положи на них хер и живи в своё удовольствие. — Ты серьёзно?! — Абсолютно. Жень, пусть сначала найдётся нормальная девка, чтобы не стрёмно было замуж позвать. И не только во внешнем плане. Ты не виноват, что все теперешние старые пердуны женились по дурости в двадцать лет на том, что плохо лежало. Алина услышала заливистый смех парня на том конце провода. — Алинка, — хохотал тот. — А, кстати! На следующей неделе у меня день рождения. Десятого августа. Я тебя хотел бы пригласить. Ну и этого твоего… — Никиту? Так он же в больнице будет неизвестно сколько лежать. Не думаю, что он сможет. — Тогда ещё лучше. Приезжай одна. Не волнуйся, ты там будешь не единственной девушкой. Там их будет достаточно. — Это все твои девушки? — Да не, сёстры, девушки моих друзей… — вздыхал Женя. — Ладно. Насчёт подарка можешь не заморачиваться, мне ничего не нужно, мне что дарят, оно всё лежит мёртвым грузом. Единственной просьбой будет приехать пораньше и приготовить стол. Я бы и сам мог, но я буду на работе в это время. Вот и хочу попросить весь женский пол приехать заранее. Продукты я куплю. Ты как, согласна? — Я не против, но я ничего не обещаю, я скажу позже. Окей? — Хорошо. Ладно, мне пора уже идти, без меня там все умрут скоро. Пока. Женя отключился. Алина понимала, что Журиков не оставляет попыток закадрить её, но пока что девушка не велась на его уловки. Сейчас в голове была полнейшая каша, так как столько событий произошло в последнее время, трудно было не сойти с ума. Уже ближе к ночи, когда Алина ушла в ванную, она забрала с собой баночку с волшебной мазью от бабушки. После купания она нанесла его на все обгоревшие участки тела и лицо и надела пижаму. Буквально через несколько минут ей очень захотелось спать, и она даже не стала включать ноутбук. Она добралась до кровати и почти что сразу уснула глубоким сном. Она так и не порепетировала песню, как обещала Рите...
