Туманная жизнь

Особняк наконец остался позади, и Маринетт спокойно вздохнула полной грудью. Пройдя вместе несколько сотен метров, они с Каро разошлись в разные стороны. Мари думала, что медсестра и вправду будет её сопровождать, но не тут-то было. Девушка, ускорив шаг, направилась к заранее обговоренному месту, где её встретит Алья. Выбор места встречи пал на тот самый парк, что возле дома Маринетт и, по совместительству, вблизи коллежа. Это могло бы навевать ностальгию и тёплые воспоминания, не будь это её двором, который она видела каждый день. Однако этот парк Мари, возможно, видит в последний раз — кто ж знает, как там в дальнейшей жизни сложится. Стоило только ступить на территорию парка, как на неё из-за угла накинулась Алья, крепко обняв — чуть ли не до хруста ребёр. — Что-то мы частенько видимся в последнее время, — всё ещё не желая отпускать, Сезер сжала хрупкое тело Маринетт ещё сильнее. — Да прям, часто, — вырываясь из объятий, прохрипела она. — Разве это часто? — Ну, учитывая то, что мы обычно раз в три месяца видимся — да. Что нового? — они дошли до лавочки и уселись. Маринетт ещё долго молчала, не решаясь ответить на этот вопрос. — Видимо, за последние две недели ты слух потеряла. — Да нет, я… Не потеряла я ничего, — сминая ткань юбки, Маринетт нервно дёргала ногой. Что ответить? Зачем она вообще на встречу согласилась тогда, если знала, что такого рода вопросов не избежать? — Всё так же… — Мари махнула левой рукой, за которую её внезапно ухватила Алья, и ей пришлось замолчать. — Что такое? Маринетт попыталась отдёрнуть руку, но не вышло. — Что? — Кольцо. — Это так, для красоты, — начала было оправдываться она. — Да я же вижу, что оно обручальное. — Нет, это… — но дальше Маринетт слушать не собирались. Алья, опустив её руку, схватилась за голову и что-то прошептала себе под нос. — Да как же можно так просто определить, просто ошибка, — в пустоту продолжала она. — Когда? Как? С кем? «Чёрт». — Я-я не могу сказать, — Мари виновато отвела взгляд, Сезер пододвинулась ближе и с любопытством уставилась на неё. — То есть? — Я думаю, что ты можешь меня понять и не задавать лишних вопросов. Алья пару раз изумлённо моргнула. — Ты действительно вышла замуж? — Да, — немного поколебавшись, очень тихо ответила Маринетт, надеясь, что её даже не услышат. — Офигеть, — вздохнула подруга и откинула голову назад. — Да ну-у-у… Когда ты успела?! У тебя даже парня не было две недели назад! Мари смутилась и пожала плечами. — Вот так случается. — Да как же! — всё ещё не отойдя от шока, продолжала Алья. — Это шутка такая? «Если бы». Маринетт помотала головой. — Я не верю. И… Кто же он? — Мне нельзя говорить об этом, — бормотала она себе под нос. — Тоже мне, мадам Секретность. Скажи имя. «Если скажу, сразу догадается… Чёрт бы тебя и твою любопытность побрал». Маринетт опять молча помотала головой. — Да это шутка такая, что ли? — Ну, не могу я сказать! — неожиданно для самой себя агрессивно высказалась Мари. — А первую букву? — Хм… — задумалась. С одной-то буквы, поди, ничего не станется. — А. — А вторую? — Но мы так не договаривались. — Да ну тебя, — обиженно прошипела Алья. — А последнюю? — не теряя надежды. — Не-е-ет. — А я его знаю? — Хм, не думаю. — А он красивый? — Тебе-то какая разница? — А как он выглядит? — Хватит вопросов! — Какой-нибудь зеленоглазый блондин, а? — Алья усмехнулась. Видимо, она хотела немного задеть Маринетт, но даже и не подозревала, насколько была близка. Мари обиженно надулась и проигнорировала вопрос. — Нет, ну скажи хоть, какой цвет глаз. — Ну… — а что ответить? Сказать зелёные — так она вроде бы и не дура, может напредполагать там себе всё, что угодно, а лишние проблемы Маринетт точно не нужны. Да и не зелёные у него глаза вовсе, а мутно-серые какие-то. Отчего они такими стали, Мари не знала, и не догадывалась вовсе, похоже, никогда так и не узнает. — Не знаю, — задумавшись, прошептала она, считая, что сделала это не вслух, но всё оказалось в точности да наоборот. — Да как же так? Ты его видела вообще? — Видела. — И что же, глаз у него нет? — Да есть же! — Ну и какого цвета? — У-у-у… Кхм, серые, — пожав плечами, прям так и ответила. По возмущённому виду Сезер и яростному огню непонимания, горящему в её глазах, Мари без особого труда сделала выводы о том, что этой информации ей недостаточно, поэтому, стоило только Алье чуть приоткрыть рот и набрать в грудь побольше воздуха, Маринетт тут же перехватила, сменив тему. — А что насчёт тебя? — не дала подруге и слова вставить, в общем. — Знаешь, — помотав головой, Сезер сцепила пальцы в замок, вжала голову в плечи и недоверчиво покосилась на Мари. — Нино, кажись, собрался с мыслями и скоро сделает мне предложение… — Уж слишком легко удалось её переключить. Хотя… Чему тут удивляться? Это же, чёрт побери, Алья-язык-без-костей-Сезер. — Но это не точно. — Да ты же так почти каждую нашу встречу говоришь! — Маринетт очень нервничала, чувство того, что где-то тут подвох, никак не отпускало. Поэтому, натянув криво-ломаную улыбку от уха до уха, она продолжала делать вид, что всё нормально и просто замечательно, стараясь убедить в этом и собеседницу, и себя саму. Приложив мокрую от волнения ладонь к щеке, Мари продолжала разыгрывать этот абсолютно нормальный для давних подружек разговор — но отчего-то больше похоже это на спектакль, где Маринетт старательно играла какую-то роль, и сама не понимала какую. Она чувствовала (сердцем? Душой? Возможно. Но, скорее, мягким местом, которому ой как не хотелось очередных приключений), что должна уйти отсюда довольная и притом, не рассказав ни одного из уже открытых ей на данный момент секретов. Это её миссия. И, возможно, она невыполнима. Всё, что девушке оставалось делать — радоваться этой встрече и поменьше молоть языком. Последнее, кстати, отчего-то провернуть было сложнее — настолько «опасная» ситуация язык ей только развязала. — Ну, я, эм… — Алья, похоже, всё ещё была шокирована полученной только что информацией. — Маринетт… А как же Адриан? Мари будто толком ударило. Она цокнула языком и расправила плечи. — Сейчас вообще не время для твоих шуток… — из-под маски абсолютной невозмутимости проглядывал некий страх. Сглотнув поступивший к горлу ком, девушка отвела взгляд максимально в сторону. — Нет… Нет, я серьёзно. — А как же лозунг последних пяти лет «Адриан — подонок-мразь»? — Я… Я так никогда не считала, Маринетт, — Алья опустила голову и взяла её за руку, отчего девушка вздрогнула, но не решила отдёрнуть, ибо ей казалось, что будет уж слишком подозрительно. — Что бы я там не говорила, но он был нашим другом, а ты мечтала о счастливом будущем с ним. И теперь просто выскочила замуж за какого-то незнакомца… Но зачем? В чём смысл? — искренне говорила она. Мари точно понимала, что всё это от чистого сердца. Отчего ей совсем не по себе стало. Она ходит по чёртовому тонкому лезвию, по острию ножа! Вот-вот всё будет упущенно! Стараясь не впасть в беспамятство от накрывшей с головой волны самых разных противоположных эмоций и вдарившего адреналина, Маринетт вскочила со скамьи на подкашивающихся ватных ногах. — Пока, — отдёрнула свою руку и пустилась наутёк. Бежала быстро. Она и не вспомнит, когда в последний раз вот так неслась куда-то, когда так позорно сбегала от своих проблем, будто бы они мигом исчезнут, благодаря этому. Она не могла понять, почему сделала так, зачем. Это было абсолютно неразумно! Мари остановилась, чтоб перевести дух, и ударила себя по лбу. Какой надо быть дурой, чтоб всё вот так испортить?! «Что ж, полагаю, возвращаться уже не стоит», — может, и стоило бы. Могла бы объясниться и всё обсудить спокойно. Маринетт уверенно двинулась в сторону дома (нет, вовсе не родного. Теперь дом только один — новый), предварительно выключив телефон.