Туманная жизнь

— Ты шутишь? И где она вообще может быть? — Маринетт ещё крепче сжала его руку, шугаясь каждого прохожего. Дежавю какое-то. — Может, она вообще в другом городе уже! — Если честно, понятия не имею, — признался Адриан, остановившись. — Знаешь, в аниме в таких случаях главный герой идёт на могилу к родителям. — И-и ты меня на кладбище потащил?! — взвизгнула Мари, отпрыгнув. — Знаешь, она может быть… — парень замолчал. — Идём. — Куда опять? — ныла Маринетт, тащась за ним. — Это близко.

***

Ребята стояли перед всё ещё красивым, но достаточно долго пустующим зданием, двери которого были закрыты навсегда несколько лет назад. Для всех, кроме одного. Того человека, у которого был ключ от этого некогда великого и знаменитого места. Стены отеля «Гранд-Париж» видели многое, слышали многое и до сих пор это помнят. Как разной степени почитаемости принцы, так певцы, танцоры, художники, политики, учёные — все-все те важные люди, без которых наш мир не был бы таким, каким мы все его застали. Отель повидал кучу талантливых и не очень людей. Отель повидал и смерть своего хозяина. Маринетт сглотнула подступивший к горлу ком. Говорят, что у стен есть уши. И если это было бы действительно так, стены этого отеля эти самые уши бы затыкали и беззвучно кричали, ведь сколько всего им приходилось слышать. Бои, драки, интервью, музыка, смех, перетекающий в истерику тихий плач, голоса — всё то, что навсегда здесь утихло после того случая. Маринетт всегда обходила это место стороной. Здесь всегда царила атмосфера какой-то всеобщей скорби. Отель всегда выглядел приятно, но сейчас эта красота ещё больше угнетала, как и куча завявших цветов у его стен. Адриан оглянулся по сторонам, взял девушку за руку и решительно подошёл к дверям. — Да, открыто. Маринетт будто наяву увидела того самого мужчину, что всегда стоял у этого входа и недобро зыркал на всех, подходящих к отелю. Естественно, теперь тут было пусто. После того, как мэр… Когда отель остался без хозяина, его просто прикрыли. Хоть и был наследник. Наследница — так будет правильнее. Однако Хлоя по какой-то причине в наследство не вступила. Отель так и остался пустовать. Из-за огромных долгов и стоимости в целом его никто не хотел и не хочет покупать, да и не продают его вовсе, вот он и стоит тут памятником Андрэ Буржуа. Пока Маринетт вспоминала былое, они уже добрались до нужного этажа. Кажется, тут квартира Хлои. Была. Адриан уверенно постучался в дверь. Прошла минута, но никто так и не открыл. Тогда парень повторил это действие. Замок щёлкнул. Дверь тихо открылась, и в образовавшуюся щель высунулась голова. — П-привет! — глупо улыбнулась Мари, помахав рукой. Девушка открыла дверь полностью и предстала перед непрошенными гостями не в лучшем виде — в одном полотенце. — Вы чего тут делаете? — что-то жуя, спросила Хлоя. — Как из дома выбрались? — О, это долгая история. Но, если ты нас пустишь — я всё расскажу, — заявил Адриан. Девушка ещё раз оценивающе оглядела их и, не долго думая, пригласила ребят зайти. Через минуту она наконец вернулась, одетая прилично. — Ну так, что? — Хлоя уселась на диван. Маринетт всё ещё оставалась в позе ноги-выше-головы и боялась хотя раз глянуть на медсестру. Но всё-таки постоянно оглядывалась и каждый раз встречалась с ней взглядом. Недобрым, ненавидящим, но в то же время щадящим и виноватым. — Солнце моё, взгляни на меня, а то чего только на невесту мою смотришь? — вмешался Адриан. Маринетт засмущалась и закрыла руками лицо. — Ты… что? Откуда ты узнал? — опешила Хлоя и подошла к парню. — Знаешь… Просто… Увидел! — почти что взвизгнул он и радостно кинулся старой подруге на шею. — Чт-что значит «увидел»?! — вскрикнула та и попыталась сбросить его с себя. — То и значит. Я… Благодаря Маринетт я снова вижу! — едва сдерживая слезы радости, продолжал он, прижимаясь щекой к щеке подруги. Мари от этого оставалось лишь тихо беситься. Пусть радуется, гад, пока может. — С-сколько пальцев я показываю?! — взбудораженно завопила она, отскочив назад и растопырив три пальца. — Ты меня за дурака держись? Три, конечно же. — Я-я не верю! — запричитала она, вновь приближаясь к Адриану. — Маринетт, как тебе это удалось? — будто забыв старые обиды, спросила Хлоя. Мари смущённо пожала плечами. — Это магические штучки… — процедил парень. — Магии не существует, дурак. — А как ты объяснишь то, что я снова прозрел? — Даже не знаю. — Тебе, кстати, рыжий цвет вообще не к лицу. — Вообще некстати! — И когда ты уже перестанешь мазюкаться этими ужасными голубыми тенями, девочка? — Иди к чёрту. — Ты ведь и без них просто прекрасна! — подмигнул Адриан, просияв. — Что ж, спасибо, — смутилась девушка, и щёки её слегка порозовели. — Кхем, — вмешалась наконец Маринетт, обращая их внимание на себя. Хлоя моментально обернулась на неё, злоба и вина из её взгляда исчезли, однако Адриан до сих пор не отрывал взгляда от подруги детства. — М-Маринетт, — протянула медсестра. — Я не знаю, как это произошло, но если всё это благодаря тебе… — она сделала реверанс. — Огромное спасибо! Девушка смотрела на Мари исподлобья и искренне улыбалась. А может… И не совсем искренне. И Адриан наконец поднял свои глаза на Маринетт. — Если вы закончили со своими обжиманиями, я думаю, нам нужно обсудить кое-что другое, — обиженно фыркнула Мари. Глаза медсестры хищно сверкнули в полумраке, сама она прищурилась. — Если ты наконец закрыла свой рот, я думаю, ты можешь идти отсюда. Дверь там. Маринетт выпала в осадок от такой наглости. — Я-я ведь пришла извиниться, — ещё более обиженно и расстроенно протянула та. — К чему мне твои извинения? Слово не воробей… — К тому, что я не виновата, однако всё равно перебарываю свою гордость и прихожу просить прощения. — Знаешь что… — Хлоя медленно подошла к ней и уставилась сверху вниз. — Ничему-то тебя жизнь не учит, а? — наклонившись и почти прижавшись своим носом к её, прошипела та. — — Осторожно, не выколи мне глаз своим длинным носом, — съязвила Маринетт. — А кто, по-твоему, виноват? — проигнорировав её фразочку, продолжила медсестра. Мари видела, как та медленно выходит из себя, и это ей почему-то нравилось. — Судьба? — натянув кривую улыбку, ответила Маринетт, их зрительный контакт длился ещё минуту. Глаза Хлои недобро сверкнули, после чего та отошла. — Да, виноваты все, но не ты! — бросила девушка. — А причём тут, прости, я? Я устроила этот бал-маскарад? Я наплела этих тайн вокруг вас? Нет, это сделали вы сами. И если с Адрианом всё ясно, то что творилось у тебя в голове? Мне казалось, ты умнее, — спокойно продолжала Маринетт, но знали б вы, каких усилий ей стоил этот притворный хлад. — Так скажи мне, зачем ты устроила этот театр одного актёра? Скрывалась от общества, подобно Адриану? — приложив руку к подбородку, Мари улыбнулась ещё шире, едва скалясь. — Тогда что мешало тебе рассказать об этом мне? Или ты скрывалась только лишь от меня? Но зачем? — Маринетт, неужели ты не понимаешь… Неужели ты не помнишь, в каких мы с тобой были отношениях? — взбеленилась медсестра. — Узнай ты сразу, что я — это я, подружились бы мы с тобой? — сжав руку на груди, пролепетала та. — Подру… — Да, подружились. Или ты не считала меня за друга? — Дру… — Ты безнадёжна! — простонала Хлоя. — Но почему ты хотела со мной… Знаешь, мы как будто в детской сказке. Типа дружба — это чудо… — Да о чём ты вообще?! Я начинала жизнь с чистого листа. Я больше не была Хлоей Буржуа — дочерью мэра города и самой противной девчонкой в… Мире! Я поняла, что делаю не так, я поняла, почему ко мне так относятся. Я поняла всё это, поняла, насколько была глупа, не замечая очевидных вещей. Но когда глупый — и жизнь сахаром кажется. А когда умный — что? Да ничего, сидишь и запиваешь горе. Решила искупить грехи, поступила в медицинский, чтоб помогать людям, а когда Адриану понадобилась помощь, кто оказался рядом? Я больше не Хлоя. Я Каролина. Абсолютно другой человек, который начал жизнь с чистого листа. — И чего ты тут монологи о тяжёлой жизни мне читаешь? Мне что, своих проблем мало? — скептически глядя на медсестру, пробормотала Мари, встала и прогнулась в спине. — Да ты жизни-то не видела! — всполошилась Хлоя. — Я тебя поняла. И это ни капельки не служит тебе оправданием. Но сейчас… Давай обнимемся и забудем обиды, хорошо, — пересилив себя, процедила Маринетт и раскинула руки в стороны. — Иди к чёрту. Мари лишь закатила глаза. — Идём, Адриан. Нас тут не любят, — она буквально схватила мужа за ворот и потащила к выходу. Маринетт с презрением смотрела на Хлою и то, как она ошарашенно хлопает глазами, провожая их взглядом. Мари цокнула языком, открыла дверь и буквально выпнула Адриана наружу.