Ещё одна попытка

Продолжение

***

— Госпожа Лайер?! Так неожиданно. Воспоминания расступаются, как море пред древними святыми. Обнажая липкую тину скомканных чувств. Трепыхающиеся рыбой вопросы. Слегка шероховатую гальку ответов. Очень низкий тембр. Грудной. Раскатисто-вибрирующий. Песня шестерёнок в отлаженном механизме. Двое. Охотники за головами. Рано поседевший мужчина средних лет. Белки глаз воспалились от усталости или невзгод. Радужки — серый айсберг в центре кровавого океана. Маленькое пятнышко на фоне уходящего солнца. И второй, рыжебородый обладатель волнующего голоса. Комната сжимается, уменьшаясь в размере. Враги занимают столько места, что хватило бы на взвод солдат. — Госпожа, — шаг, сопровождаемый звоном цепей, — следуйте за нами. И пожалуйста, обойдёмся без применения силы.

***

В «Улыбающемся коте» драки — обычное явление. Неподелившие награбленного бандиты. Пьяные стражники с их вечными «проблемами дома». Сутенёры, наказывающие работниц. Рыцари с «уязвлённой честью и гордостью». Кевину настолько приелось это зрелище, что начавшийся спектакль не вызывает никакого интереса. Лишь лёгкое раздражение. Ведь это ему придётся наводить порядок после. Однако работе есть работа. Убрать с близлежащих столов посуду, перенести стулья в угол комнаты. Нырнуть за стойку. -Можно узнать, кто вы такие? — худенькая девушка массирует одно запястье, второе. Затем скрещивает руки на груди. Ни тревоги, ни волнения. Ну, точь-в-точь, капризная принцесса. Кевин, конечно же, видел воительниц, способных проломить черепа и более крупным мужчинам, чем вошедшие. Но гостья явно не относилась к их числу. Впрочем, назвать её беззащитной язык почему-то не поворачивается. -Мы лишь исполняем волю шерифа города Онсад. Ордер на ваш арест. Можете посмотреть. -И в чём меня обвиняют? -Мошенничество, подлог. Так же вы являетесь свидетелём в деле об изготовлении фальшивых денег. Черноволосая улыбается, насмешливо и во же время грустно. -Хорошо, ведите.

***

Маниголд гордился своей интуицией. И когда внутренний голос подсказал, что необходимо пойти в холл, он не стал откладывать. На ходу, не оборачиваясь, прикрикнуть на жильцов общей залы. Вполне оправданно. «Как это?! Вы за несколько жалких серебряных рассчитывали получить и кровать, и ужин?! Я тут гостиницу содержу, а не благотворительностью занимаюсь! Определитесь, что для вас важнее! Тогда и поговорим», Распахнуть дверь в приёмную. Как раз вовремя. Он успевает заметить, защёлкивание замочка на жгуте, наложенном вокруг запястий его будущей жены незнакомцем. Который тут же зашёл ей за спину, придерживая в руке свободный конец шнура. Как девушка неуклюже спотыкается, припадая на одно колено. А затем… Пробегающая по маслянисто-блестящей ленте рябь. Как на поверхности озера в ветреный день. Изгибающиеся края оков. Мягкие. Податливые. Танцующие, как очертания горизонта в знойную погоду. Кожаный жгут растягивается, растекается, словно железо в горниле кузницы. «Пленница» проводит ладонью над полом, вычерчивая неизвестные па. И сразу же бросается вперёд, одновременно разводя руки в стороны. Разрывая окончательно ослабшую верёвку. Седовласый, пытаясь её удержать, делает шаг. Пустота. Деревянные доски с болотным хлюпом принимают его, проглатывая чуть ли не до пояса. «И сколько же мне будет стоить ремонт?!» Маниголд в отчаянье закрывает дверь, надеясь, что всё ему лишь почудилось. Однако резкий крик хоронит так и не оперившуюся надежду.

***

Рыжебородый — ищейка. Трудно сказать, знает ли он, но Лилит хватило одного «проникновения», чтобы это «увидеть». Подсознательная, интуитивная способность выбирать правильный путь. Находить то, что считается утерянным. Искать тех, кто не желает быть найденным. Зачаточная форма ясновиденья. «Слишком мало места. Чересчур много посторонних. Самое неприятное — они действительно правы. Фальшивые документы, новые личности, обман кредитных организаций. Сколько было сделано, лишь бы исчезнуть. А сколько ещё предстоит?! Неужели мне придётся расплачиваться за одну ошибку остаток жизни?!» В ограниченном пространстве для любого волшебника наибольшую опасность представляют войны. И теперь, когда седоволосый в ловушке, можно и передохнуть. Лилит натягивает повод, соединяющий её мужчиной, барахтающимся в липкой жиже. Как пуповина. «Первый уровень магии письмён — след. Удивительно, но вилами можно писать по воде. Главное, чтобы хватило сил использовать остаточные возмущения. Даже пальцами в воздухе что-то да начертишь. Не говоря о коже. Слово «слабость» — на запястьях, «зыбкий» — на полу. И вот, основная угроза ликвидирована. Учителя могли бы гордиться!» Второй наёмник тянется к мечу. -Не советую. Это довольно сложное заклинание. Стоит мне ослабить контроль, как ноги твоего приятеля превратятся в фарш. Ни капли блефа. Потерявший первоначальную форму предмет стремится вернуться в исходное состояние. А слабое человеческое тело не сможет сопротивляться давлению нескольких тонн земли, глины, камня и дерева. Одна из узловых точек силы распадается. Месиво становится тверже, сжимая седоволосого в чугунных объятьях. -Парень, она не шутит. Успокойся. Перекошенное сомнениями лицо. Тревога. Зарождающееся отчаяние. «Он не знает что делать. А помощи ждать неоткуда! Знакомая ситуация, правда!»

***

Кевина трясёт. Свалившись под стойку и обняв колени, он чувствует, как страх впивается в стопы. Поднимается выше. «Маги!» — четыре буквы загораются в мозгу сигнальным пламенем, заставляя тело сжиматься от ужаса. «Проклятые твари. Впустившие «чужих богов», открывшие двери «иному», превратившие столицу в груду дымящихся развалин. А теперь вы пришли и в наш город!» Вдох, выдох. Стучащая в висках кровь. Чернильные круги перед глазами. Тишина. Грохот и стоны прекратились. Уступив место напряжённому молчанию. Онемение в бёдрах переходит в жгучее покалывание. Ухватиться за краешек стойки. Чуть-чуть приподнять голову. Один из незнакомцев по пояс застрял в… жидком полу? Волшебница пристроилась за его спиной, держа натянутым остаток поводка, которым недавно была связана. Напротив, перекрывая вход, стоит рыжебородый юноша, положив левую руку на эфес. Кевин, конечно не воин и мало смыслит в искусстве боя, но что-то подсказывает — парень проиграл. Неуверенная ли стойка? Неправильная поза? Рыскающий, словно бы в поиске укрытия, взгляд? -Миссис Лайер, советуем вам сдаться, — старший из охотников говорит громко и ясно, будто не замечая шаткости собственного положения. Уверенным, приказывающим тоном. А затем воздух вспарывает крик. -Я ведь предупреждала, не отвлекайте. А ты, — девушка буравит глазами второго наёмника, — отойди. Заклинание протянет ещё немного. Используй это время, чтобы помочь другу. И не вздумай меня преследовать, иначе его придётся выковыривать ломом и киркой. Точнее то, что от него останется. Выбирай!

***

По пустому тракту проносятся опавшие листья, отчаянно цепляясь за каждый выступ. Улыбающийся кот с вывески гостиницы едва заметно дрожит, раскачиваемый холодным ветром. Равнодушно уставившись в вечерний сумрак. Без интереса взирая на заспанный город. Время лишило его любопытства, оставив горькую привычку. Сколько раз он становился невольным свидетелём тайных разговоров и встреч?! Пьяных споров местного настоятеля церкви, когда оппонентом выступал невидимый собеседник «по ту сторону бутылки». Регулярных адюльтеров жены мельника, использующей каждое отсутствие мужа для пополнения коллекции венерических болезней. Но в ответ всего лишь гордо и размеренно покачивался. Входная дверь стучит. По деревянному крыльцу цокают каблуки. Черноволосая девушка, зажимая левое предплечье, направляется к лошадям, привязанным у плетня. Серомастёвая тихо фыркает, а затем радостно ржёт, потянувшись головой приближающейся фигуре. Не сопротивляясь, не замечая смены хозяина, оба коня позволяют себя оседлать и медленно и покорно выезжают на дорогу. В здании позади «кота» звучит приказывающий голос, что тут же тонет в животном вопле.