3.
13 мая 2017 г., 22:54
И так родилась безвкусная чика по имени Ким Тэен, то есть я. Скорее всего я не был похож на девушку даже в этих белых колготках с розовыми бантиками, но что поделать! Жизнь полна уродов, поэтому меня вполне можно было принять за девушку, правда, очень обиженную жизнью.
Девка в аптеке смотрела на меня с плохо скрываемым шоком, и я готов был уже получить сумкой по морде за плохо придуманную авантюру, но она внезапно замотала головой и поспешно сказала:
— Так… я… да, я снимаю… то есть, мне нужно дать кому-нибудь мой дом, он на втором этаже…просто вы такая… такая эффектная дама…
О да, я не сомневался в этом!
Причмокнув накрашенными, красными губами, я вытащил из замшевой сумочки с блестками белый кошелек и спросил:
— Могу ли я быть жильцом? Я подхожу вам?
— Да, конечно, конечно! Кстати, меня зовут Су Чжоу Вэй, не могли бы вы рассказать о себе?
— Оу, конечно! Могу я присесть? А то этот варикоз, понимаете ли…
Чжоу Вэй, значит, неместная, точно не кореянка. Она любезно подвинула мне стульчик и сама уселась напротив, бросая плохо скрываемые взгляды на мои колготы. Чем они так плохи, я не понимаю?! Кстати, народ точно так же пялился на меня, когда я шел до аптеки. Что ж, начинаем наше знакомство.
Итак…
— Я Тэен, я родом отсюда и мне двадцать три года, — начал я, закидывая ногу на ногу, отчего у меня резко задрался сарафанчик.
— А где ты работаешь, Тэен-а? — приветливо улыбнулась Чжоу Вэй.
— Я? — я закусил губу. — А я фитнес-тренер в «Атланте», по мне не видно?
— Даже очень… Так, хорошо, готова ли ты переехать прямо сегодня?
— Да, я уже с чемоданом! — пискнул я и похлопал рукой по розовому чемодану.
Чонгук явно переборщил с ванильными цветами, когда покупал мне сумки, ручки, косметику и прочие мелочи. Меня тошнило от этой безвкусицы, и я представлял лицо моего папы, как если бы это он сидел передо мной. Во-первых — от моего прикида, во-вторых — от переизбытка розового цвета.
Чжоу Вэй встала и сказала:
— Что ж, Тэен… Я покажу тебе твою комнату и остальные места в этом доме. Кстати, с понедельника по пятницу я работаю в этой аптеке до обеда, но сегодня пришлось задержаться до вечера, потому что по пятницам всегда много людей. В основном наша аптека сосредоточена на женских болезнях, нам привозят прокладки не только из Кореи, но из заграницы! Поэтому чаще всего тут ходят женщины и покупают тампоны и прокладки, у нас каждый вторник акции!
Она говорила это с таким жизнелюбием, что я невольно улыбнулся и издал смешок. Магазинчик иностранных прокладок — смелый бизнес, особенно когда он процветает. Чжоу Вэй обернулась ко мне на середине лестницы и произнесла:
— Если тебе нужны будут женские штучки, даже идти никуда не надо! Практично, да?
О-о-очень практично. Девушка продолжила путь по лестнице со словами:
— Вот основные правила: не водить в дом парней, не водить сюда парней-друзей и родителей, и соблюдать чистоту в комнате. Кухней можешь пользоваться, как захочешь, пользуйся первое время моими продуктами, если ты не успела ничего купить. А вот и она!
Милая комнатка с широким столом предстала моему взору, и я понял, что это совмещенные кухня и зал. Справа и слева располагались две двери, и в отдельном коридорчике — ванная с туалетом. Меня мало интересовали комнаты, меня привлекла пушистая рыжая масса, растекшаяся лужицей у моих ног. Неужели это ме…
— О, а это мой кот, знакомься, Тэен! — воскликнула веселая девушка и подхватила рыжий сугроб на руки. — Тэен, котика зовут Бэкхенни! Бэкхенни, поздоровайся с Тэен.
Либо она сумасшедшая, либо я не разбираюсь в девчонках. Она не только не симпатичная, она еще и тронутая. Может я предвзято отношусь к людям в очках и брекетах, но стереотипы о них прочно засели у меня в голове с детства, еще когда я мучил своего одноклассника-ботаника Исина, который тоже ходил в прыщах, очках и брекетах.
Может, меня просто бесят китайцы? Я очень, очень, очень хороший расист.
— Вон там твоя комната, Тэен, — показала мне рукой на синюю дверь Чжоу Вэй.
— А можно спросить? — пропищал я, открывая дверь в мою новую комнатку и закатывая туда чемоданчик. — Почему тебе нужны были только девушки-квартирантки?
Китаянка немного подумала, а потом задорно ответила:
— Просто я сама живу в этом доме. И, согласись, жить с парнем или дядей — это некомфортно! Зато теперь будем с тобой дружить, правда, Тэен?
О, как я счастлив жить в одном доме с чересчур задорной китаянкой и ее толстым котом Бэкхеном. Кто вообще так называет животных? Обычно они Снежки, Мурзики или Лапки.
— Можешь звать меня просто Чжоу, — улыбнулась серебряными брекетами моя новая соседка. — Я пойду спать, Тэен. Располагайся тут, если что я в комнате напротив.
Когда она ушла, я притворил дверь и достал телефон, настрочив смс Чонгуку о том, что все прошло хорошо, и я ночую в новом домике, но со странной компанией.
В ответ пришло короткое: «Может, все еще не так уж и плохо». Что ж, время покажет.
Я оглядел маленькую комнатку, в которой было местечко только для шкафчика и кровати, и решился спросить, долетел ли до Бангкока отец. «Все нормально, ложись спать», — пришел ответ. Я мягко улыбнулся, представляя в своей голове строгий, но ласковый голос папы, который всегда, когда заботился, старался сделаться более серьезным и грубым.
Скинув со своих ног кроссовки, я лег на кровать и выключил свет, не смея раздеваться. Вдруг Чжоу решит заглянуть ко мне утречком?..
***
А утречко началось с того, что я услышал шум пылесоса в соседних комнатах. Я немного повалялся в кровати, а затем стал собирать себя по частям: вставил упавшую силиконовую грудь обратно в лифчик, надел это на себя, снял белые колготки и натянул вместо них черные капроновые. Но они были мне слегка маленькие, поэтому пришлось надевать вместе с подтяжками. Сунув в шкаф излюбленный желтый сарафанчик, я достал голубую футболку и широкие шорты, какие носила еще моя бабушка, работая на чайных полях. Выйдя из комнаты, я поправил парик и вместе с косметичкой пошел в туалет, чтобы нанести макияж на личико. Я, конечно, не Чон Хосок, но краситься нужно! Я ведь теперь не просто Тэхен, я Тэен! В зале убиралась Чжоу Вэй и, увидев меня, радостно помахала рукой и вежливо спросила, как мне спалось на новом месте. — О, шикарно, спасибо! — пискнул я, направляясь в уборную. В зеркале я увидел растрепанный парик и смазанную подводку. Холодная вода и мыло привели меня в порядок, и вначале я даже увидел в отражении родного Ким Тэхена, но обязан был перевоплощаться в телку. Взяв расческу, я разобрался с волосами и заплел ленивую косичку (спасибо агентству, в котором я всему научился), а позже кое-как, еле-еле и с отвращением намазал губы розовой помадой. На пороге ванны меня встретил кот Бэкхен, принявшись тереться о мои колготки. Я, конечно же, мужчина, но мне было бы искренне жаль, если б кошара разорвал тонкую ткань, поэтому я незаметно пнул животное и прошел на кухню. Чжоу Вэй встретила меня кружкой кофе и вопросом: — Тебе поджарить что-нибудь? У меня есть тосты, Тэен. Кстати, ты выглядишь так… модно. Ну да, я тоже так думаю: черные колготы под белыми панталонами и просвечивающиеся жесткие волосы на голени. Это не смогло укрыться от взора китаянки, поэтому она робко спросила: — А ты… у тебя нет парня, да? — У меня? Что бы мне ответить? — Ну, да, нету, — ответил я, принимая кофе и скромно опустив взгляд. — Знаешь, все парни такие козлы! — Ты говоришь дело, Тэен. Колись, у тебя тоже разбитая любовь? Да? По тебе ведь видно, что тебя использовал какой-то мудак и кинул! Таких надо сажать, знаешь. Я постарался не поперхнуться, и у меня это хорошо получилось. Актер из меня — хоть куда! Поэтому я сделал самое печальное выражение лица и ответил: — Мой бывший парень изменил мне с моделью, прикинь? — Бедняжка Тэен-онни! — надула губы Чжоу. — Ты сильно плакала? — Да не, я заехала ему пяткой в кадык, и он умер от потери воздуха, — просто ответил я. По воцарившемуся молчанию я понял, что перегнул палку, потому и поспешил добавить: — Ну, то есть, я… — что бы придумать? — Я всего лишь сломала ему руку, она быстро срастется и я уверена, что он уже может ею работать! — Ты молодец, Тэен, — с горечью вздохнула Чжоу. — Поэтому ты не бреешь ноги? А, нет, все-таки я подавился. Что бы придумать? Что бы придумать?! Мой мгновенный автомат фантазии ничего не мог выдать, кроме внезапного: — Аа-а-а, ну, я… В семье, где меня воспитывали, считается, что если тебя бросил парень, ты должна отращивать волосы на подмышках и ногах. Чжоу Вэй вытаращила на меня свои глаза, немного подумала и спросила: — Это по какой религии? — Ну-у-у, христианство… — Христианство? Разве там есть такая заповедь? — Норвежские монахи в Чернобыле так делают! Это была проверка на образованность Чжоу Вэй, и кажется, она немного глупая (я про девушку). Но мое презрение быстро развеялось, когда минутой спустя Чжоу с иронией заметила: — Погоди, так ведь в Чернобыле вроде как нет монахов… А она немного умная. — Чернобыль? Я сказала Чернобыль? — прикинулся я дурочкой и наигранно засмеялся писклявым голосом, хотя скорее это было похоже на крик чайки. — Я думала о Стокгольме, а сказала Чернобыль! Вот я дуся! А-ха-ха-ха! Чжоу не могла скрыть от меня своего ошеломленного взгляда, и я почувствовал себя дебилом. Но ладно, пусть лучше она будет считать меня полоумной, чем мужчиной. Я прекратил даунский смех и принялся за еду. Хотя тему о моей религии Чжоу не отпустила. — Значит, ты монашка? — спросила она с сомнением. Мой разум кричал мне не говорить ерунды, но я ведь такой азартный человек! Поэтому лишь с улыбкой ответил: — Я хочу стать монашкой, как только мне стукнет 40 лет, и уехать в Стокгольм к другим норвежским монахиням. Но пока подрабатываю здесь фитнес-тренером. Ходя на тренировки по боксу я часто видел настоящих женских фитнес-тренеров, и могу поклясться, что их фигура не такая, как сейчас у меня. Ким Тэен скорее походила на тренера-бодибилдера, чем на стройную девушку с фигурой песочных часиков. Чжоу Вэй, как ни странно, мне поверила, и придвинула поближе тарелку с тостами и маслом. — Ты поистине необычный человек, Тэен! — улыбнулась она, отпивая чай. — Я уверена, мы подружимся. Кстати, я сейчас ухожу на встречу с подругой, поэтому оставлю тебе ключи на случай, если ты тоже куда-то уйдешь. Дай мне свой номер телефона на всякий случай. Я продиктовал ей мой номер и взял ключ, наблюдая за тем, как она скрылась в своей комнате. Глубоко вздохнув, я прочитал смс от отца: «Ты проснулся? Как твои дела? Возьми выходной на два дня, в понедельник выйдешь на работу». Я улыбнулся. Времена идут, а папа не меняется. Смерть моей мамы ужасно его подкосила, да что уж говорить — даже меня она подкосила. Надо отдать должное моему отцу, ведь после этого инцидента он уже 12 лет никого не ищет и ни с кем не встречается. Я доел свои тосты и встал из-за стола, как вдруг вспомнил, что я теперь девочка. Что там Чжоу Вэй упоминала насчет чистоплотности? Собрав со стола свою кружку и чашку соседки, я ополоснул их в раковине, вытер со стола (хотя сто лет не держал в руках тряпок) и хотел уже направиться в свою комнату, как мой взгляд упал на сладкую картину: как переодевается Чжоу Вэй. И хоть личико у нее было испорчено очками и брекетами, но фигура — отнюдь! — Эх, детка, детка, зачем ты так? — шепотом вздохнул я себе под нос, незаметно подглядывая за Чжоу из-за дивана. — Тебе если волосы распустить и все железки снять, так будешь моделью. К моему несчастью, китаянка уже надела на себя джинсовый сарафан и вышла из комнаты, а я лишь успел подскочить и брякнуть что-то вроде: — Заколку уронила! После чего уйти к себе в комнату. Вскоре я услышал звук захлопывающейся двери и наспех вытащил телефон, набирая номер Чонгука. — Алло, дружище! — заорал в трубку я. — Это ты, милашка Тэен? — засмеялся шатен. — Чего тебе надо-то, Тэ? Что-то случилось? — Чего мне надо? Встретиться надо! Прошел всего один вечер, а этот прикид меня уже затрахал, — пожаловался я. Чонгук на том конце провода глубоко вздохнул и сказал: — У меня еще шесть пациентов, потом обед, а потом снова работа. Ты забыл, что я врач и работаю без выходных? — Я решу эту проблему, жди меня. Я повесил трубку и, схватив мою вместительную сумку с мужскими вещами и ключ, спустился на первый этаж и вышел из дома, предварительно закрыв все двери. Проходящие мимо люди тут же забросали меня шокирующими взглядами, хотя мне было на это откровенно насрать. Какой-то чересчур смелый мужчина сказал мне прямо в лицо: — Какой стыд, трансвеститы уже не стесняются на улицах появляться! — Губу закатай, дедуля, я баба! — рявкнул я, поправляя сиськи. — Настоящая баба! Прошагав метров 30, я уселся в такси и назвал адрес больницы, в которой работал Чон Чонгук. Мы с ним настолько разные, что даже стили жизни не сходятся. Я — раздолбай без высшего образования, который работает хоть где-то только потому, что у меня заботливый отец. Гук окончил школу, институт, и месяца три назад вышел на работу по специальности хирурга. Я уважал Чонгука и его работу, ведь знакомые-врачи всегда нужны. Игнорируя все томные взгляды таксиста, я заплатил ему нужную сумму вон и вышел из автомобиля, кокетливой походкой направляясь в больницу. В регистратуре меня встретила пожилая женщина, и я усмехнулся себе под нос. — Можно меня к доктору Чону без записи? У меня срочная неотложная помощь, тетенька! — захныкал я. — Уже несколько дней без остановки болит мочевой пузырь, и рентгенологи отправили меня к хирургу, но у меня не было времени прийти сюда. — Ну… эм… — дама задумалась. — Второй этаж, кабинет 219, хотя я не уверена, что вам нужно именно к хирургу. Мочевой пузырь — это же… Но я ее не слушал, я уже скакал на своих стройных двоих на второй этаж, где к доктору Чонгуку выстроилась средних размеров очередь. Совпадение или нет, но больше половины из них — студентки!.. Хм, надо будет потолковать с ним об этом. — Дамы, я без очереди, но я мигом! — сообщил я и юркнул внутрь. Мой друг как раз закончил дописывать что-то в медицинскую карточку мужчины средних лет. Пока он это делал, его пациент с нескрываемым шоком разглядывал меня и даже шептал себе под нос что-то про то, что я «обиженная жизнью девушка». Мужчина вышел, а Чонгук открыто засмеялся, оглядывая меня с головы до ног. — А тебе идет эта корзинка для арбузов, — ржал он. — Придурок, это лифчик! — гаркнул я, садясь на кушетку. — Да-да, понял, мисс Ким, — миролюбиво поднял ручки Чонгук. — Ну, рассказывай. Как дела? Я широко раздвинул ноги, с облегчением ощутив свободу. Ходить весь день, словно утка было невыносимо! Как девушки живут? — Гукки, к тебе приходил Сонджун? — серьезно спросил я. Шатен перестал смеяться и понизил голос до шепота. — Я удивлен, но его нет, — пожал плечами он. — Может это потому, что сейчас еще утро, даже полдня не прошло. — Дай мне знать, как он появится. — Конечно! А как там дела у твоего отца? Долетел? — Да… а я живу с этой Су Чжоу Вэй и ее идиотским котом Бэкхеном. Чонгук снова засмеялся, присаживаясь на столик. — Она китаянка? — спросил он. — Ага, но до жути бесит своей беспричинной радостью. Как можно вообще жить с улыбкой на лице? Самое удивительное: когда я сбил ее на дороге — она не улыбалась, а когда я явился к ней в образе Тэен — она сразу другой человек! — Тэхен, только придурки улыбаются после того, как их сбила машина, пусть даже и на низкой скорости, — мягко возразил шатен. Я не мог не согласиться. Помолчав пару секунд, я окинул оценивающим взглядом прикид Чонгука (белый халат и белые перчатки) и довольно заметил: — А ты выглядишь сексуально в этом врачебной халатике, Чонгук-оппа!.. — Ты точно натурал, Тэ? В дверь нетерпеливо постучались, и я взял свою гейскую сумочку со стола и встал с кушетки. — Черт! Хотелось бы еще поболтать, — пожаловался я. — Почему бы тебе не взять выходной? Работать каждый день — это ненормально! — Я вижу в моей работе только приятное, — подмигнул мне друг. Я вспомнил очередь из студенток и лукаво переспросил: — Это потому, что к тебе ходят только второкурсницы? Ах ты шалун! — Ким Тэхен! — недовольно воскликнул Чонгук. — Они мои пациентки! Я засмеялся и выскочил из палаты, неспешно идя по коридору и раздумывая над тем, куда теперь податься. Идеальный вариант — пойти в «Атлант»! Обычно, когда я злюсь или мне скучно, я обожаю побить грушу и выместить эмоции в тренировочном зале. Вот только появляться там в таком виде означало принять на себя все удары гомофобов. Я начинаю искренне понимать и жалеть бедных геев! На первом этаже я заскочил в туалет и закрылся изнутри, доставая из сумки черные джинсы и белую футболку. Из обуви я додумался взять лишь душные тимберленды, но выбирать не приходилось: не идти же по улице парню с кроссовками Ханны Монтаны! Быстро переодевшись и сунув в сумку сиськи, парик и колготы, я принялся с силой оттирать макияж с лица. Уже через 15 минут из мужского туалета вышел не парень, а конфетка, каким я всегда и был. Прекрасно почувствовать себя снова мужчиной, особенно после долгого бытия девушкой. И все-таки, если бы мне платили по 100 долларов в день за эту роль, я бы отказался. Так как моя ауди была на заимствовании Гука, мне пришлось пройтись пешком до «Атланта», слава богу, что это было недалеко отсюда. Входя в знакомый зал, я с облегчением ощутил прохладу в помещении и спросил своего тренера. — Где обычно, Тэ, — был ответ. Я спустился по лестнице в просторный подвал, где проходили обычно тренировки по боксу. Увы, бинты или перчатки, капу и шорты с собой не взял, но надеялся, что кто-нибудь из тренерующихся мне их одолжит. — Ким Тэхен! — воскликнул Мин Юнги, едва я вошел в зал. — Зашел сюда ненамеренно? — Да, Юнги, поэтому без формы, — виновато сказал я, бросая свою сумку на пол. — Не боись, щас найдем. Пока он отошел на поиски свободной одежды и перчаток, я смотрел на ринг, где другой тренер — господин Ан — учил первым основам новую…ученицу. И каково же было мое удивление, когда я узнал в ней Чжоу Вэй!
