Штурмуя небеса

      Рёв двигателя заглушал собою всё. Уже привычный запах масла никак не влиял на молодого человека в кожаном шлеме. Он пытался хоть что-то рассмотреть сквозь запотевшие стёкла очков, но, как бы не напрягал зрение, не мог увидеть ровном счётом ничего, кроме голубого неба и управления перед собой. Неприятное ощущение тревоги возросло в нём. Засосало под лопаткой. Он тяжело вздохнул, затем медленно выдохнул, пытаясь тем самым успокоить свои натянутые нервы. Парень сжал штурвал, буквально впиваясь пальцами в него, но так и не смог ощутить его. Холодная кожа перчаток всегда лишала его такого удовольствия.       "Снова никого", — подумал он. Надавив на штурвал, он повернул свой самолёт назад. Машина послушно развернулась, не смея перечить юному лётчику. Парень уже было подумал, что сегодня не увидит его, что всё его патрулирование прошло зря. Он выдохнул, прикрыв глаза. Так не хотелось возвращаться обратно на базу, так и не ощутив весь прилив адреналина, который он мог испытать только с вражеским лётчиком.       Красные огни вспыхнули позади него.       Лётчик распахнул глаза. Улыбка расползлась на его лице, когда датчики перед ним замигали красными цветами — враг был рядом. Он провёл рукой по ним, словно благодаря умную аппаратуру за то, что смогли предупредить о приближающимся враге. Сам бы он не увидел: было темно, хоть глаз выколи. Он облизнул свои губы, непроизвольно подался вперёд. Он сжал штурвал, откинул крышку с рукоятки, высвобождая на волю красную кнопку, покрытую чёрными следами от масла и грязи. Парень приготовился к сражению.       Вражеский лётчик выпустил свой первый снаряд. Парень с лёгкостью увернулся. Снаряд начал падать вниз и взорвался, так и не достигнув земли, осветив деревья под самолётами. Парень удивился, потому что предполагал, что единственный необитаемый остров, расположенный недалеко от базы, был намного дальше. Он отмахнулся от этого.       Лётчик ожидал нового выстрела. Он напрягся, осматривая пространство вокруг себя. Но враг, словно играя с ним, молча летел за ним, не подавая признаков агрессии. Парень уже было подумал, что противник потерял всякий интерес к нему. Он надул щёки, громко выдохнул. Он протёр стёкла очков, оставляя белые полосы на них. Это не остановило лётчика. Он повернул штурвал.       Самолёт начал снижаться, постепенно снижая скорость. Лётчик хотел обойти противника сзади — это стало его ошибкой. В следующий миг юный лётчик ощутил всю прелесть прямого попадание: самолёт начало трясти, датчики заморгали разными огоньками, включилась система оповещения. Был подбит хвост самолёта, задет бензобак. Лётчик глубоко вздохнул, задержал дыхание: вот-вот в кабине попадёт едкий чёрный дым и дышать станет нечем. Глаза начали слезиться. Он хотел было увидеть хотя бы что-нибудь, но это уже было невозможно, всё же он не был готов к тому, что его подобьют в такой, как ему показалось, великолепный момент для проведения манёвра.       Парень зажмурился. Он начал часто кашлять: едкий дым всё же проник в его лёгкие. Он на ощупь попытался найти кнопку катапультирования и не находил. В ушах начал звенеть женский голос, который отсчитывал метры до столкновения с землёй.       — Хината-сама, вам необходимо покинуть кабину самолёта, — сказал монотонный электронный голос. — До столкновения с землёй осталось сорок метров. Тридцать пять. Тридцать три...       Лётчик уже начал проклинать создателя этого самолёта за то, что никак не мог найти кнопку для катапультирования. Он понимал, что, если сейчас же её не найдёт, он разобьётся, а его тело — сгорит. Его сердце тяжело застучало, когда он представил себе эту картину. Ему стало плохо. Лётчик нашёл проклятую кнопку под сиденьем. Она была ужасно мала, да ещё и располагалась так неудобно для его пальцев в кожаных перчатках. Выдохнув, он надавил её.       Холодный ветер засвистел над ним. Запах дыма стал ещё резче и противнее. Что-то ударило в сидение пилота, больно ударив прямо в его задницу. Но это было не самое главное. Он вцепился в ремни безопасности как раз тогда, когда его сиденье отделилось от подбитого самолёта. Метр он падал вниз, затем над ним раскрылся белоснежный парашют, который слишком уж выделялся на ночном беззвёздном небе.       Лётчик опустил взгляд на свои колени. Они дрожали. Его сердце колотилось, словно готово было выпрыгнуть из груди. Он сглотнул, прикрыл глаза. Треск заставил его распахнуть глаза. Он посмотрел вверх и заметил, как один из четырёх тросов начал рваться. Лётчик опустил взгляд вниз, пытаясь увидеть под ногами землю или, хотя бы, кроны деревьев. Но темнота не позволяла этого сделать. Он вновь поднял взгляд на тросы.       — Пожалуйста, ещё немного, — хриплым от дыма голосом сказал он, опустив взгляд. Он вжался в спинку сиденья, откинув голову назад. Сиденье ударилось о ветки деревьев. Пилот открыл глаза как раз тогда, когда перед глазами появилась очередная ветка. Он оградился от неё рукой, и ветка прошлась по его куртке.       Парашют запутался в ветках деревьев как раз тогда, когда до земли оставалось всего полтора метра. Лётчик закатил глаза.       — Победитель по жизни, — вздохнув, сказал он. Лётчик, прищурившись, посмотрел вниз, затем поднял голову. — Я должен... — он отстегнул ремень безопасности, но остановился. Сглотнул. — Я ведь лётчик. Причём не первый год. Тут всего лишь полтора метра... — его лицо искривила глупая усмешка. Он качнул головой, ударил себя по щекам, оставив на коже красные следы. Глубоко вздохнул, затем медленно выдохнул. Парень отстегнул второй ремень безопасности. Он оказался совершенно без единого шанса на защиту. — Если я упаду и сломаю шею? — лётчик качнул головой. — Ещё хуже умереть в кресле...       Юный пилот спустил ноги вниз. Зажмурившись, он вцепился руками в край сидения и соскользнул вниз по кожаному сидению. Он не смог удержаться за него, поэтому упал на спину, больно ударившись головой. Парень медленно сел, потирая затылок. Он осмотрелся, встал, отряхнул одежду от мелких веток и листьев.       "Интересно, что с самолётом? — он осмотрелся. — Даже огонька нигде не вижу. Кажется, и взрыва не было слышно... — он обречённо выдохнул, снял очки и шлем. Аккуратно сложив очки в шлем, парень, встав на цыпочки, положил их на сидение. — Надо найти ночлег, а завтра отправиться на поиски самолёта. Если есть возможность связаться с базой, то нужно воспользоваться ею. Только вот... — парень повернулся лицом к молчаливому лесу. — Где мне найти ночлег?" — его живот предательски громко заурчал. Лётчик сжал куртку на животе, состроив печальное выражение лица.       — Есть хочу... И почему я отказался от еды в столовой? Сейчас бы даже рис от горе-повара сошёл бы.       Хината передвигался по зарослям очень аккуратно, стараясь не угодить в яму или не запутаться в ползучих растениях. И того, и другого хватало в этом лесу. Очередное пение птиц уже не пугало его, как было в случае с уханьем ночной птицы. Он привык уже, что в этом лесу было полно животных, но абсолютно не было людей. По крайней мере, он пытался себя убедить в этом. Хината осматривал каждый куст, пытаясь найти хоть что-нибудь съестное, но как на зло на глаза попадались лишь кустарники с ядовитыми ягодами.       В животе нещадно урчало.       Лётчик старался держать себя в руках, но силы постепенно покидали его. Ужасно хотелось пить. Хоть у него была фляжка с пресной водой, но он берёг её на крайний случай и позволял себе пить лишь маленькими глотками один раз в час. Вода немного притупляла голод, но голод быстро нарастал. Он пытался отвлечься на другие темы, сам не замечая того, что начал говорить сам с собой, при этом изредка жестикулируя руками.       — ... и тогда, наш доблестный лётчик-истребитель сбил девятнадцать вражеских самолётов! — он поднял руку вверх. — Хоть он был так молод и совсем ещё неопытен, он смог стать гордостью нашей эскадрильи. Давайте же похлопаем талантливому лётчику, Хинате Шоё! — Хината приложил руку к груди, поклонился сначала вправо, затем влево. — Что вы... это заслуга всех моих товарищей.       Хината вышел на поляну и замолчал. Он, казалось, окаменел. Перед ним оказался голубой, кристально чистый пруд. На поверхности воды лежало несколько зелёных листочков, на камне, что стоял рядом с прудом, сидела птица, которая заливалась прекрасным пением. Парень радостно улыбнулся — птица, услышав посторонние звуки, улетела. Хината бросился к пруду, на ходу снимая с пояса флягу. Он приземлился на колени, заглянул на своё грязное лицо в отражении. Открыв флягу, он опустил её в воду, быстро наполнив её водой. Отложив добытую воду, он наклонился вперёд и, черпая воду руками начал жадно пить. Насытившись водой так, что в животе стало тяжело, лётчик принялся отмывать своё лицо.       Хината сел назад, поднял взгляд в чистое голубое небо. Он быстро вскочил и стал снимать с себя пыльную одежду, пропитанную запахом масла и пота. Он скинул с себя брюки и, глубоко вздохнув, голышом бросился в глубокий пруд бомбочкой. Он всплыл вверх, осмотревшись, поплыл к тому самому камню. Парень сел на его выступ, оставаясь погружённым в воду лишь на половину. Он откинулся назад, с блаженством закрыв глаза. Парню показалось, что он задремал. Он открыл глаза, когда услышал негромкий всплеск недалеко от себя.       Лётчик осмотрелся и замер.       В трёх метрах от него стоял парень. Он с интересом смотрел на юного лётчика, затем улыбнулся, заметив на себе его взгляд. Сердце Хинаты тревожно забилось, он напрягся. Незнакомец невероятной красоты стоял перед ним. Парень протёр руками глаза, но парень так и не исчез. Он стал приближаться к нему. Хината бросил взгляд в сторону одежды. Кобура была слишком далеко. Он бы не успел. Незнакомец оказался уже рядом, когда он посмотрел на него.       — Какого чёрта? — спросил Хината, сощурив глаза. Он попытался отступить назад, но острый выступ впился в его спину. Парень поморщился, перевёл взгляд на незнакомца. Его губы искривились. Лётчик поднял руки, сжатые в кулаки, перед собой, намереваясь принять рукопашный бой, хотя положение у него было не из самых лучших. Хината сделал небольшой шаг вперёд, когда незнакомец перехватил его руки и силой развернул к себе спиной, заведя его руки назад. Он надавил на лётчика, прижав к камню.       — Это было грубо — нападать на того, кто, возможно, тебе помочь решил, — сказал незнакомец ему на самое ухо, обдавая его кожу горячим дыханием. Лётчик попытался вырваться изо всех сил, но незнакомец был куда сильнее его. Все усилия парня пропали даром. Он расслабился, глубоко вздохнул, собираясь с силами.       — Кто ты? — спросил он. Незнакомец наклонился к плечу парня. Он укусил его за бледную кожу — Хината вздрогнул, оскалился, бросив гневный взгляд в его сторону. — Какого хрена ты вытворяешь?       — О чём ты? — шёпотом спросил незнакомец и поцеловал его в шею, от чего лётчик задрожал. — Ты об этом? — незнакомец опустился чуть ниже, вновь целуя нежную кожу, он укусил её и вновь одарил нежным поцелуем. Его рука скользнул вниз по юному телу, коснулась полового органа, грубо сжала его. Незнакомец начал водить рукой по его члену. С губ парня сорвался непроизвольный стон. Он выгнулся назад, но незнакомец сдержал его, надавив своим телом на него. — О, ты уже возбуждён от того, что я ласкаю твой член.       — Х-хватит...       — Я не могу бросить тебя в таком положении, — прошептал незнакомец. Он улыбнулся. Он поднял лицо Хинаты, сжимая подбородок. — У тебя слишком милое выражение лица, Шоё-чан, — сказал он. Парень вздрогнул, распахнув глаза.       "Он знает моё имя?" — подумал Хината в тот момент. Но все мысли испарились из его головы в тот самый миг, когда незнакомец впился в его губы. Парень дёрнулся назад, но незнакомец лишь сильнее сжал его подбородок. Он проник в его рот языком, от чего Хинату чуть не вырвало. Он зажмурился, молясь, что это скоро закончится. Этого не происходило.       Парень бросил его на выступ, надавил на его грудь рукой. Он улыбнулся, столкнувшись со взглядом юного лётчика. Он провёл языком по его нижней губе, блестящей из-за слюны, затем отстранился, чтобы увидеть выражение лица лётчика. Резкая боль где-то там, внизу, заставила Хинату выгнуться. Он вцепился в плечи парня, сжав пальчики. Он вскрикнул, зажмурился, сжав губы.       — Достань... их... — прошептал он. — Мне... мне больно...       — Это лишь некоторое время, — успокоил его незнакомец. Хината поднял взгляд на него, его лицо озарил оскал.       — Я тебе не женщина, чтобы делать... — новое движение внутри него заставило парня вскрикнуть, отвести взгляд. Незнакомец больше не позволял ему привыкать к тому, что он вставил в него всего палец.       — Я ведь только палец вставил, а ты уже так скулишь, — прошептал он и улыбнулся. — Шоё-чан, я у тебя первый? Никто ведь не входил в тебя? — он провёл ладонью по его груди, зажал его соски между двумя пальцами, от чего лётчик издаёт новый стон. — Никто не трогал твои прекрасные сосочки до меня, Шо-ё-чан?       — П-прекрати...       — Уверен? Твоё тело говорит о том, что ты не хочешь, чтобы я останавливался, — он поцеловал его плечо. Хината дёрнул плечом, бросив гневный взгляд на парня. Незнакомец перевернул его на спину одним резким движением. Он сжал его бёдра, раздвинул их так, чтобы оказаться между ног парня.       — П-прекрати! — покраснев, прокричал Хината. Он протянул руки к нему, но не смог дотянуться. Из его глаз брызнули горячие слёзы. — Прошу, не делай этого! П-пожалуйста...       — Не бойся, Шоё-чан, — сказал незнакомец, проведя ладонью по внутренней стороне бедра лётчика. Он посмотрел на него, затем наклонился к нему, положил ладонь на лицо. — Попробуй расслабиться... Я хочу, чтобы ты получил максимум удовольствия.       — Я не... я не...       Незнакомец уже не слушал слов Хинаты. Выпрямившись, он сжал его бёдра, облизнул нижнюю губу. Он аккуратно вошёл в него — Хината изогнулся, громко вскрикнув. Парень сжал руки в кулаки, попытался вдохнуть побольше воздуха, но не мог толком вздохнуть. Горячие слёзы побежали по его щекам. Он задрожал.       — Я вхожу дальше...       — Нет! — Хината затряс головой. — Нет, нет, нет... Прошу... мне больно... правда больно.       — Знаю, — выдохнул парень. Сжав его бёдра, он вошёл ещё больше — лётчик провёл ногтями по камню, всхлипнул. Парень начал медленно двигаться в нём, вызывая вскрики, срывающиеся с дрожащих губ лётчика.       — П-прекрати... — сказал он. Парень наклонился к нему. Приподняв его ногу, он поцеловал его в шею, продолжая двигаться. — Что-то не так... — Хината всхлипнул. Он обнял парня за шею, прижимаясь к нему. Он укусил его за плечо, но это не остановило парня. Он начал постепенно наращивать темп, вызывая со стороны лётчика новые вскрики, постепенно переходящие в стоны. — Я-я кончаю... К-кончаю... — прошептал он. Хината сжался, ощутив, как начал изливаться, затем, когда его настигла слабость, он обессиленно опустился на выступ, раскинув руки в стороны.       — Шоё-чан, — выдохнул незнакомец. Он сжал его бёдра и продолжил двигаться. Поморщившись, Хината непроизвольно простонал. Его стоны ласкали уши парня. Он продолжал двигаться в нём, прикрыв глаза, пока, в конечном итоге, не излился прямо в молодого лётчика. Парень наклонился к нему, с улыбкой провёл по его щеке, заглядывая в его карие глаза. — Шоё-чан, ты так прекрасен.       — Заткнись.       Незнакомец нежно поцеловал его в губы, крепко прижимая к себе.       — Мы все очень рады тому, что вы смогли вернуться в строй, младший лейтенант Хината, рассчитываем на вас и дальше, — сказал полноватый мужчина в военной форме. Он сидел за столом. Под солнечным светом, что попадал сюда через окно за спиной мужчины, неестественно блестели его чёрные волосы, смазанные маслом. Хината поднял руку ко лбу, отдавая честь.       — Так точно, мой генерал!       Мужчина улыбнулся. Он нажал на кнопку на своём стационарном телефоне, приказал кому-то войти.       — Я хочу познакомить тебя с одним человеком.       Скрипнула дверь.       — Можно? — спросил до боли знакомый голос. Хината, вздрогнув обернулся. Каштановые волосы, на сей раз зачёсанные назад, карие глаза, безразлично глядящие вперёд. Хината узнал эти черты лица с первого мгновения. Его тело пробила дрожь. Сглотнув, он опустил голову.       — Да, проходи, — кивнув головой, сказал генерал. — Хината, знакомься, это твой напарник, Ойкава Тоору. Относись к нему с уважением: он уже майор.