Сила знания

- Смотри, - Лютиэн отставила кубок с яблочным соком и угрожающе произнесла. - Последний раз показываю! Я уставилась на нее во все глаза. Движения принцессы были почти неуловимы, и я даже не могла сказать, что эти умения бы мне пригодились, но она так красиво показывала... Лютиэн бросила на меня короткий взгляд из-под длиннющих ресниц, как будто вздрогнула и опустила взгляд; рука ее слепо пошарила по крошечному столику, нащупывая кубок, а потом остановилась. - Поняла? Попробуй повторить! - Лютиэн, - я рассмеялась. - Я никогда не научусь обольщать так, как ты, одним взглядом и несколькими движениями. Ты этому сколько лет училась? - Я специально не училась, - пояснила она мне. - Само со временем получилось, хотя отец был не в восторге, когда я тренировалась. - А когда... - начала было я, и вдруг увидела шевеление внизу. Мы сидели на балконе в ее комнате и валяли дурака. Мне было велено явиться сегодня после ужина на очередной Совет, в котором собирались принимать участие все лорды, что тут собрались. Я не очень понимала, чего хотят лично от меня, но не отпиралась. Я вообще не хотела упускать принятия судьбоносных решений. То, что лорды собираются обсуждать судьбу леса Бретиль и равнины Тумлахад, никто не скрывал. - О, а чего там так забегали? - с интересом спросила Лютиэн, поднимаясь и пырясь вниз. - У нас такая суматоха обычно тогда, когда кого-то со стороны приносит. Из-за Завесы, я имею в виду. Вон и лошадей чьих-то повели... - Понятия не имею, - я встала рядом и дернула плечом. - Но все разъехались, так что вроде бы... - Знаешь, - Лютиэн отползла от перил и явно намылилась спрятаться в комнате. - Я, пожалуй, пойду. Если это посыльные от моего отца, то я не хочу, чтобы меня кто-то видел. А ты лучше спустись вниз. Тебя никто не ищет... уже. - Ладно, - я нехотя прошла вслед за ней и нырнула под тонкую занавесь, прикрывавшую выход на балкон. Уже довольно серьезно потеплело, и законопачивать все проемы в замке было ни к чему. Я с нетерпением ждала, когда же можно будет держать открытыми окна — свечи и факелы чадили, хоть и несильно, но мне по душе был свежий воздух. Спускаясь вниз, я отметила, что в дортонионской крепости и впрямь слишком суматошно. Когда нас принимали, примерно так же было. Значит, кого-то все-таки принесло, вот только кого? Я спустилась в самый низ и успела отловить несущегося куда-то Финдарато, за которым летели его распущенные золотистые волосы. Он явно был обеспокоен и даже не заметил меня. Впрочем, когда повернулся, выражение его лица из взволнованного и напряженного превратилось в мягкое и успокаивающее: - Анна? Не волнуйся, ничего не случилось. - А почему тогда?.. - я неясным жестом указала на двери. - Пограничные отряды привели какого-то синда, который перешел границу, не имея на то дозволения от Ангарато и Айканаро, - пояснил Финрод. - Но вообще-то, здесь такое случается. В Дортонион, бывало, даже из-за Завесы бежали, из Дориата. Если за эльда не числилось никаких осуждаемых нолдор деяний, то мои братья писали королю Эльвэ, что никого и не видели... В Химринге, насколько я знаю, такого нет, но в Дортонионе есть и отдельные поселения синдар, и поселения атани, и кого только нет... Не волнуйся, возвращайся к себе. Тебе непременно сообщат... - Лютиэн, - перебила я его. - Она волнуется, не я. - Ладно, - король Нарготронда уступил. - Пойдем, Анна, я проведу. Мы устремились куда-то, но я даже не пыталась осмыслить, куда он так несется, потому что была полностью поглощена необходимостью успеть за этим слишком шустрым нолдо. Вроде бы и не очень высокий, но двигался он гораздо легче и быстрее меня. Аж завидно было. В зале, в котором принимали и нас, когда мы только прибыли из Тол-ин-Гаурхот, сейчас перед возвышением лордов стоял одинокий темноволосый синда, и это выглядело несколько... Мне сразу вспомнился трон Саурона, и, могу поклясться, что Финрод тоже как-то притормозил, когда увидел эту картину. - Ничего, - пробормотал он то ли мне, то ли себе. - Сейчас все узнаем. По краям зала толпились местные нолдор из стражи и советников — их я узнавала по гербам Третьего Дома, а вот на возвышении двоих златовласых лордов не сидело. Там сейчас нахально разместился Майтимо, а на ручке его кресла — Финдекано. Второе «властительное» место пустовало. Я попыталась приглушить слишком шумное дыхание и услышала прерывающийся голос гостя... или пленника, это уж как посмотреть. Никаких веревок или тем более оков на нем не было, выглядел он совершенно нормально и даже был при мече, но вся эта композиция напоминала то ли просящего перед троном, то ли преступника перед ним же. - ...Я прибыл из Дориата, верно. Вы меня не помните, принц Фингон? Мы ведь пили с вами, и даже пели... Тут синда повернулся в нашу сторону, потому что нашумели мы с Финдарато своим появлением изрядно, и радостно воскликнул: - Король Финрод! А где Ангрод и Аэгнор? Я собирался говорить с ними, а не... - он запнулся и замолчал. - Даэрон, здравствуй, - приветливо кивнул ему Финдарато. - Рад видеть тебя, хотя и несколько удивлен. Что заставило тебя покинуть покойные владения твоего короля? Ныне в наших землях небезопасно... - Я знаю, - кивнул этот... пришелец. - Мне довелось драться с волком, который напал на меня в лесу перед вашими границами. И это был не обычный волк, какие и в лесах Дориата водятся... - Нечисть из Тол-ин-Гаурхот разбежалась, - тяжело вздохнув, пояснил Финрод. - Но мы уже принимаем меры. - Я шел на север, - сказал синда таким тоном, словно бы это всё объясняло. - У меня не было дозволения покидать Дориат, как и не было дозволения приходить сюда, но я не думал, что меня здесь задержат, словно преступника. Я не нарушил ни законов голодрим, ни моральных законов, меня ни к чему было так вести... Я бы и сам пришел, - с этими словами он гордо повернулся к тронам. - Могу ли я увидеть владык этих земель? - Мои братья заняты, - объявил Финдарато, не уточняя, что сам отослал своих младших, чтобы те уж точно приглядели за возвращающимися в Химринг. Меня тогда несколько удивило, что Финрод легко приказывает здесь, но, видно, уважение к старшему в роду — по крайней мере, у арафинвионов — было слишком серьезным, чтобы младшие ослушались, хоть бы были и трижды владыки. - Но я охотно выслушаю тебя. Финрод решительно и горделиво пересек зал, поднялся на возвышение, волоча по ступеням своими длинными одеждами, и преспокойно устроился на пустующем втором кресле. Фингон поерзал, но чего уж теперь: не сел — место потерял... - Как бы ни был я рад видеть тебя в Дортонионе, - вежливо произнес Финдарато, обращаясь к пришельцу, - мне хочется знать, почему ты отправился в наши края, не испросив на то дозволения своего короля. Разве он не отпустил бы тебя? - Король Элу... - Даэрон мельком глянул на более старших отпрысков рода Финвэ и несколько неуверенно сообщил. - Король Элу в последнее время часто гневается и даже не пожелал носить ваших даров, хотя и отметил их красоту и мастерство исполнения. - Это не самое страшное, - фыркнул Майтимо. - Отчего же Эльвэ гневается на своих подданных? - Из-за того, что ваши подданные увели из Менегрота принцессу, прекрасную Лютиэн, - смело ответил синда, явно ободренный присутствием Финрода. - И если вы встретите ее... ну, вдруг? Случайно?.. то передайте ей, что ее друзья, Белег и Маблунг, понесли жестокое наказание за то, что не сумели ее уберечь, хоть и были к тому призваны. Тут я почувствовала, что ладони мои покрываются потом. Эру Единый, Маблунг пошел мне навстречу! Ведь знал же своего короля... - Что с ними? - я услышала свой голос, как со стороны — звонкий и четкий, он отозвался от стен. - Что с ними стало? До чего же дошла жестокость короля Элу? Даэрон вопросительно поглядел на Финрода, и тот кивнул, махнув рукой мне: - Анна, подойди поближе. - Анна? - синда резко развернулся и уставился на меня в упор. - Аданет Анна, подданная голодрим? Та, что гостила у нас? Когда ты приезжала, меня не было в Менегроте, но хоть я и не знал тебя... По новому указу, если бы я встретил тебя в наших владениях, мне бы следовало под угрозой меча привести тебя к королю. Я видела, что Маэдрос нахмурился и уже готов что-то сказать, но слова сорвались с моих губ раньше, чем я успела подумать: - Меч и у меня есть... Еще неизвестно, кто кого. Вообще-то грубить и хамить я не хотела, просто так получилось, но мои слова произвели заметный эффект: Майтимо наклонил голову, словно пытался удержаться от смеха, Финдарато устало закатил глаза, а вот у Даэрона явно поубавилось спеси. - Если бы не речь королевы Мелиан, которая во всеуслышание объявила, что чувствует, что дочь ее жива и невредима, то наказание могло бы быть и более строгим, - Даэрон так и провожал меня взглядом, пока я, не будучи уверена в том, что меня приглашали в лордскую компанию, добрела до возвышения и встала там, аки памятник. - Так что с ними сделал Элу? - повторила вопрос я. Если этот сюда приехал как посланник, ей-Эру, лучше бы Эктара прислали — он побыстрее и посообразительней... - Король лишил виновных своего покровительства и отправил на дальние северные рубежи, - трагично произнес Даэрон. - Даже Маблунга, который давно не отлучался из Менегрота, - тут синда немного смутился. - Собственно, именно Белег и Маблунг, находясь в ссылке, и помогли мне пройти через границу Дориата незамеченным. - Тогда чем же ты так возмущаешься? - почти ласково поинтересовался у гостя Майтимо, несмотря на то, что Фингон — я видела! — толкнул его в бок. В Химринге за халатность на посту или какие-то иные проступки на куда более северные рубежи вообще могли сослать на всю зиму... Хотя случалось это редко, и Майтимо всегда слушал доводы «за» и «против». Финдарато тяжело вздохнул, а Финдекано, несмотря на то, что сидел на своей ручке, как на жердочке, и совсем не выглядел полномочным представителем верховной власти короля нолдор, неожиданно властно и громко поинтересовался: - Даэрон, твои слова тревожат меня. Король Эльвэ переписывался с моим отцом, владыкой Нолофинвэ, много лет, и проявлял уважение — равно как и мой отец уважал твоего короля. Ни один властитель не может наказать подданного другого лорда без суда. Принцесса Лютиэн... бежала сама; к тому же она не ребенок, а взрослая дева, которая может нести ответственность за себя и свое поведение. Если ей помог кто-то из дориатрим, то в том нет вины нолдор... Однако теперь, когда договоренность с королем Эльвэ упраздняется, мне бы хотелось знать и остальное. Наш народ не станет провоцировать раздоры. Я слегка улыбнулась. Сейчас Фингон был как никогда похож на Финголфина, хоть я того видела мало и недолго. А в разговоре, хоть он и велся на квэнья — Даэрон, кстати, говорил почти безупречно для синда! — как всегда, видимо, здесь при межнациональных переговорах, вольно использовались имена и названия на любых языках... - Скажите об этом вашим братьям в сопредельных с Дориатом землях на востоке, - бросил Даэрон, вновь уставившись на Майтимо. - Когда наши отряды, что искали принцессу Лютиэн во всех сопредельных землях, были в Химладе... их прогнали стрелами под копыта коней и грубой бранью! Келегорм Жестокий не допустил воинов короля Элу в свои земли! - Жестокий? - оживился Маэдрос. - Такое имя он у вас приобрел? Скажу Тьелко, он порадуется... а в аглонской крепости еще лет двадцать на эту тему шутить будут... А где же еще вы побывали в поисках вашей принцессы? - Наши воины ездили в сторону Нарготронда... - уже гораздо тише проговорил Даэрон. - Но и их поджидала неудача. В сам город воинов не допустили, и о принцессе там и слыхом не слыхивали. По разговорам, однако, там был Берен — адан, что просил ее руки. В сторону Амон Эреб отрядов не посылали — принцесса бы туда не отправилась, да и не дошла бы, пожалуй, ибо тогда стояли холода, а конь Лютиэн остался в конюшнях Менегрота. - Значит, Артаресто не допустил в город отряды Дориата? - Финрод нахмурился и подался вперед, а я несколько поежилась. С Майтимо обычно было понятно, когда он начнет злиться, а вот с Финродом, похоже, это каждый раз для его подданных было сюрпризом... - Даже не пожелал говорить, - вздохнул Даэрон. - Я сам не воин и никуда не ездил, но от наших воинов знаю. Передали, что лорду Ородрету не до нас и наших проблем... Король Финрод, но уж вы-то... - Молодец, Артиэ, - Финрод успокоенно откинулся в кресле, но тут встрял Майтимо и жестко произнес: - Все это — повод для... беседы с Эльвэ, но никак не объясняет того, что ты пришел сюда. Насколько я понял, ты не являешься посланником; и не ищешь ни убежища, ни защиты, ни помощи. Даэрон опустил взгляд и замолчал. Мне это категорически не понравилось. Если до этого синда говорил за своего короля, за свой народ и за свой Дориат, то сейчас мне в этом явно почудилось что-то личное. В конце концов, я знала и по канону, и по рассказам Лютиэн, что Даэрон ей прохода не давал, особенно еще с век назад. Да мы только сегодня о нем вспоминали, когда Лютиэн пыталась научить меня искусству обольщения! - Даэрон, - подала я голос, - не скрывай ничего, прошу тебя. Ты ведь знаешь Лютиэн... Знаешь, как велика ее воля. Никто бы ни к чему не смог ее принудить. Она ушла сама. - Всё верно, - откликнулся синда. - Но ее отец считает иначе. И ты, аданет Анна, не думай, что голодрим тебя защитят от гнева короля Эльвэ. Король — мой... друг. Пока что он считает, что дочь его просто засиделась в Менегроте и ей припала охота развеяться, но если она выйдет замуж за Берена, гнев Элу будет страшен. Я открыла было рот, но тут же прикусила язык. Выходит, в Дориате не знают про гибель Берена? Я еще не придумала, как это можно использовать, но лишаться даже самых мелких и неожиданных преимуществ не хотела, особенно теперь, когда мне прямо заявили, что ничего хорошего в Дориате меня не ждет, а любой синда будет на меня охотиться. Вон, даже мечами угрожают... - Чем же для Анны страшен брак Лютиэн и Берена? - довольно спокойно спросил Фингон. Ни Маэдрос, ни Фингон, ни даже Финрод ни одним движением или жестом не выдали того, что знают о смерти Берена. - Анна — молодая аданет, она не властна над душевными порывами принцессы Дориата. - И ты так и не пояснил, зачем пришел, - тяжело посмотрел Майтимо. - Мне начинает казаться, что ты скрываешь цель своего прихода сюда. - Я не скрываю цели, - гордо бросил тот. - Но и говорить об этом во всеуслышание не хочу. У меня тоже есть свои порывы души... Владыка Финрод, я готов рассказать всё вам, тем более что видимся мы с вами, наверное, в последний раз... - Цель твоего похода столь бесчестна? - поднял бровь Маэдрос. - Я уже давно не побоюсь сказать, что целью захвата гаваней Альквалондэ были корабли, которые доставили нас в Эндорэ. Что так смотришь?.. Такая честность тебе не по вкусу? Финрод, что мучительно закусил губу, очевидно, вспомнив давнее, не выдержал, вмешался: - Я всё равно не смогу утаить ничего от моих двоюродных братьев. Говори, Даэрон, и не бойся ничего. Или тебе есть чего бояться? Отчего ты надумал прощаться со мной? Мне бы хотелось верить, что дружба наших народов пройдет испытание верностью, но... Синда неожиданно повернулся ко мне и произнес, обращаясь отчаянно: - Анна, ты дева... Ты, наверное, как никто, должна понять принцессу. И ты аданет, тебе неведомы битвы, что гремели тут много веков ранее... Обещай мне, что голодрим выпустят меня из Дортониона! - Я? - я даже отступила назад. - Как я могу тебе что-то обещать? Я не обладаю властью. - Девы больше знают о любви, - грустно вздохнул Даэрон и повернулся к Финроду. - Я иду в Ангбанд. Хочу сразиться с Морготом. Эти слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Пожалуй, заяви синда о том, что он хочет стать нолдораном, и то не было бы такой тишины. А мне захотелось застонать. Ну что этот подлый Рок еще выдумал?! Не Нолофинвэ, так этот, что ли? И какой в этом смысл? Первым очухался Финдекано. Он посмотрел на замершего Майтимо; на опешившего Финдарато, который смотрел на своего приятеля из Дориата весьма скептически, словно пытаясь убедиться, не повредился ли тот рассудком; и на бешено размышляющую меня, после чего произнес: - Ты не доберешься даже до Черных Врат. Равнина Ард Гален выжжена после Дагор Браголлах, и если отрядам эльдар почему-либо приходится проезжать там, то нередко приходится отбивать нападения тварей Моргота, что там нередко появляются. И это не всегда успешно... Чего ты хочешь добиться? Моргот не выйдет против тебя в честном бою, а если ты даже сумеешь вызвать его на поединок, тебе не одолеть мощь одного из валар. Я понимаю, почему твой король не отпустил бы тебя из Дориата... Что же заставляет тебя отправиться в столь губительный поход? Тут отмер и Финрод: - Даэрон, я знаю, что любовь к Лютиэн в твоей душе... В общем, ты не обижайся, но на север тебя не отпущу именно я, а не прочие. Мы напоим тебя чаем из успокаивающих трав, дадим отдохнуть... Или предоставим тебе сопровождение до Завесы... Майтимо высказался куда резче: - Идеи синдар порою весьма оригинальны, но признаю — я в жизни ничего более неожиданного не слышал. Даже от собственного отца, а он был Мастером неожиданных идей... Не предоставить ли тебе арфу? Финдекано когда-то пробрался в Ангамандо с луком и арфой... Тебе явно не хватает арфы, а то вдруг не проберешься! Да и спеть, может, перед смертью успеешь. Даэрон посмотрел на меня, но я молчала. А что тут скажешь? Я не видела Маэдроса до плена, но его чувство юмора было довольно безжалостным и черным, хоть и иногда весьма утонченным... - Я скажу, зачем я шел на север, - гордо вскинулся синда. - И вы не удержите меня, пусть бы мне для этого и пришлось положить жизнь! Я знаю, что тебе, принц Маэдрос, убивать квэнди не впервой, но надеюсь, что ты все-таки выслушаешь меня, прежде чем обнажишь меч! Я иду в Ангбанд... за Сильмариллом! А вот теперь мне захотелось взвыть. Я уже успела привыкнуть к мысли, что Сильмариллы тут никому особо не нужны; что наш с Лютиэн поход обойдется как-нибудь и без этих Камней... Но это всплыло, когда всё, казалось бы, уже позади. А еще мне было страшно, как сейчас отреагирует Майтимо. Мы мало говорили с ним про Феанаро, Исход и Клятву — моему лорду были явно не по душе такие разговоры; почти не говорили с ним о Камнях, только вскользь, и я боялась даже затрагивать эту тему, а тут... Однако Майтимо удержался и даже явно расслабился: - На обратном пути завернешь в Химринг, а, грозный синда? Хоть полюбуюсь на Свет, которого столь давно не видел. Фингон покачал головой, как будто перед ним был несмышленый ребенок, и слабо добавил: - Лучше не заезжай. А то вдруг нолдор внезапно захотят отнять у тебя Сильмарилл, и тебе тоже придется убивать квэнди... Несмотря на то, что ситуация к смеху не располагала, я ляпнула: - Да ладно вам. Ему после победы над Морготом вынести Химринг несложно будет... Финдарато посмотрел на наше веселье строго: - Как же вам всем не стыдно! Анна, к высказываниям братьев я уже привык, но и ты туда же! Вы же видите, ему нужно помочь... Только травами, боюсь, тут уже не обойтись. И моего владения заклинательными песнями не хватит. Надеюсь, королева Мелиан сможет его исцелить. - Вы не понимаете! - срывающимся голосом воскликнул Даэрон. - Это мой последний и единственный шанс!.. - Шанс на что? - Майтимо сразу прекратил нервно посмеиваться и уставился на гостя строго. - Говори, мы всё равно узнаем. Я тоже постаралась собраться с мыслями. Мысли расползались, но именно теперь, а не на вечернем совете, решается морготова судьба Арды. - Король Элу уже знает о том, что Берену удалось освободить Тол-ин-Гаурхот, - отчаянно воззрился на Финдарато синда. - Адан ушел на северо-запад, а вскоре до нас дошла весть о том, что Гортхаур изгнан! Но король Элу не хочет отдавать дочь смертному, а потому изобрел задание, которое не под силу никому — он сказал, что отдаст дочь только тогда, когда тот принесет ему Сильмарилл — тот камень, в котором навеки застыл Свет Древ! Не смотри на меня так, принц Маэдрос, мне не нужен твой Камень! Но я должен хотя бы попытаться! Больше у меня надежды не осталось... - Для начала и травы сойдут, - коротко бросил Майтимо Финроду. - Финдэ, Анна говорила, что умение лечить осталось с тобой и после твоего плена, так что спой ему, лишним не будет. А потом переправим на границу Дориата, чтобы доставили к Мелиан. И надо будет еще мешок успокоительных трав приложить... с запиской, что это для Эльвэ. - Даэрон, - мягко обратился к гостю Финдарато, - тебе нужно отдохнуть. Даже если ты действительно принял свое решение твердо, в такой поход нельзя идти уставшим и измученным. Тебе нужно выспаться, взвесить все за и против... - А Лютиэн... - Фингон бросил взгляд на меня, но я покачала головой, и он закончил явно не так, как собирался. - А Лютиэн оценит ли твое самопожертвование? Она отказывала тебе без Сильмарилла, так зачем ей Камень? - Возможно, тогда она поймет, как велика моя любовь к ней, - вздохнул Даэрон. - А если и нет, то хотя бы получит возможность выйти за того, кто ей будет по сердцу. Король Элу сказал, что кто бы ни добыл Камень, ему он препоручит судьбу дочери. Если и это не заставит ее посмотреть на меня, то пусть она хотя бы будет счастлива... я никогда не стал бы ограничивать ее свободы. Пусть леди Лютиэн выберет того, кто ей по сердцу. И в этот момент я поняла, что рассказывать подруге об этом нельзя. Просто для того, чтобы сохранить ей жизнь.