Он навсегда останется таким...

Кто я? Или точнее… что я? Неведомое, доселе неизвестное мне чувство легкости поддерживает меня в воздухе. Почему здесь все в таких ослепительно белых тонах? И в этом белом пространстве выделяется ярко-алое пятно… Кровь? Я подняла взгляд чуть повыше. Девушка. Из её руки струей бьется красная жидкость, окрашивая простынь и одежду в соответствующий оттенок. Это… Это я? Вполне возможно. Почему все эти люди так суетятся? Носят бинты, какие-то жидкости и другие медицинские приспособления? Я зажмурилась, от противного пищащего звука. Они перекладывают меня на носилки и несут в другую комнату. Я следую за ними, проходя сквозь вечно спешащих людей в белых халатах. Не знаю, как долго я двигалась вслед за людьми с носилками, но ушах то и дело раздавался все время одинаковый прерывисто пищащий звук. В некоторые моменты до меня доносились взволнованные голоса и отрывистые фразы. Последним, что я услышала, был низкий мужской голос: — Время смерти: 15 часов 28 минут. Пациентка умерла от потери крови. Ранения были нанесены обычной шариковой ручкой.

***

Так значит я умерла? Но… я ничего не помню: не знаю кто я, кем была при жизни, были ли у меня близкие и почему я вообще умерла? Мое запястье что-то обожгло. Черт подери, оно не снимается! Я посмотрела на странный предмет — это подобие браслета, в котором была какая-то записка.

«Имя, фамилия: Мейбл Пайнс. Возраст: 29 Статус: Медсестра психиатрической больницы №82 Пациент психиатрической больницы №82»

Ах, вот в чем дело! Теперь я вспомнила, что там, где я работала каждому выдавали специальные резиновые браслеты с краткой информацией о владельце. Но… Но почему я из врача стала пациенткой? Воспоминания, словно замкнутые, пытались ворваться в память и раскрыть все тайны, но что-то им сильно мешало… Я лишь смутно помню голубоглазую девушку и расплывчатый образ странного парня… Но все эти видения окровавлены. Я и не заметила, как стала медленно продвигаться через густую дымку. Туман то сгущался, то расступался передо мною. Больше вспомнить мне ничего не удавалось. Неожиданно я увидела два темных силуэта в глубине тумана. Они о чем-то разговаривали, их шепот эхом раздавался по этому странному пространству, но я не могла разобрать ни слова. Вдруг я почувствовала на своих ладонях приятное щекочущее чувство. Оно постепенно нарастало, и, в конце концов, мои руки стали светиться ярко-желтым цветом. Во мне проснулась уверенность того, что я все делаю правильно, и нужно продвигаться дальше. Щурясь от слез, я стала идти к силуэтам, которые до сих пор упорно что-то обсуждали, оставаясь в тени. В нескольких метрах от них возник прозрачный барьер. Да что такое?! Где я вообще, и почему мне преграждают путь?! Кто бы это ни был — ему мне не помешать! Я ударила все еще светящейся ладонью по невидимой стене и… провалилась сквозь неё. — О, вот и она! А ты не хотела ждать, Жанна! — незнакомый блондин протянул мне руку, — Вставай, Комета. — К… Кто вы? И почему назвали меня кометой? Парень нахмурился, а, насколько я понимаю, Жанна лишь ехидно ухмыльнулась.