Он навсегда останется таким...

Крик. Приглушенный, но не менее душераздирающий крик. Мужской голос. Суета вокруг. Где же я? Кругом одна тьма. Она опутывает мои руки, ноги, даже мысли. В голове вата, думать тяжело. Хочется кричать, но я не чувствую собственного лица. Я вообще ничего не чувствую, а только слышу голоса около себя. «Сколько крови!»… «Сынок, не смотри туда! Скорей идем. Идем же!»… «Кто-нибудь, вызовите Скорую!»… «Врача! Врача, скорей!»… «Пульса нет! Бесполезно! Да не трепи мертвое тело!»… «Неужели им не помочь?»… «Парня жалко. Его сильней задело, чем девушку…» — Ты будешь жить! Будешь! Кислород… Мне не хватает кислорода! Я задыхаюсь! Я вскочила как ошпаренная. Дышать могу — это главное. Бисеринки холодного пота стекают по мне, словно я только-только вышла из воды. Кошмар? Нет, он не может быть настолько естественным, настоящим… Что же тогда? И этот голос… Предсмертный настойчивый шепот, такой родной, но в тоже время такой незнакомый, неведомый. Холодно, меня знобит. Ощущение, словно меня, мокрую и прозябшую, вывели на лютый мороз. И, даже несмотря на мягкое, теплое одеяло бордового оттенка, моя кожа отказывалась согреваться. — Уже проснулась? Чудесно. — Жанна? — Как не вовремя, верно? — на утонченном личике заблестела отвратительная ухмылка. Только не сейчас, прошу тебя! — Что ты здесь делаешь? И… где я? Блондинка сделала вид, что не услышала моего вопроса и проследовала в дальний угол комнаты к креслу с мягкой обивкой. Усевшись поудобнее, она закинула ногу на ногу. Ее надменный взгляд в высоко запрокинутая голова не сулили ничего хорошего. — Где я, Жанна? — Сударыня Пайнс правда хочет это знать? Я молчала. — Сударыня Пайнс, почему вы не отвечаете? — ох, этот недобрый огонек в её глазах. — Жанна, я не сделала тебе ничего плохого. Пожалуйста, не обращайся ко мне так… Мне пришлось еще сильнее укутаться в одеяло, но в сидячем положении это было не так уж и легко. Жанна сидела в пяти метрах от меня, в самом темном месте. — А как мне к тебе обращаться? Простите, к ВАМ. Вы стали полноправной хозяйкой поместья Шифра, стали большой занозой… простите, шишкой. И вот, меня отправляют прислуживать ВАМ. Я демон, а не прислуга, слышишь?! Демон! ДЕМОН! Меня словно поразило молнией. Демон? Поместье Шифра? Что за черт здесь происходит?! Из угла до меня донесся слабый смешок. Потом еще один. И еще. Постепенно смех стал нарастать, пока не разнесся эхом по всему зданию. Затих он так же внезапно, как и появился. — Я ненавижу тебя, Мейбл Пайнс. И Шифра тоже. — Но… — Меня не волнует, что он мой учитель, и, фактически, мой отец. Я ненавижу вас всех. Ненавижу… — ее голос ослабел настолько, что перешел на еле слышимый шепот. — Жанна… — Ничего не говори. Не хочу слышать твой голос. Рассказывать буду я. Знаешь ли ты, Пайнс, что именно Билл убил престарелых Форда и Стена, которым и без того оставалось от силы несколько месяцев? То, что именно убил твоего братца Диппера, который чуть не вычислил меня? Убил твою племянницу? Убил даже своего брата Уилла. Убил всех. Всех, кто причастен к тебе и к нему. А, забыла сказать: он и тебя изловить хотел. Поймать, как голубку, и зарезать тебя в подвале. Знаешь ли ты это? Но он дал слабину, маньяк чертов. Поняла теперь, кого любишь? За это я вас и презираю: слабость. Люди несовершенны, им нужен секс, алкоголь, наркотики, разрядка для нервов, пища и общество. Презираю. Я просто молчала. Молчала и обдумывала… пыталась вспомнить все эти имена. Бог мой, они так знакомы, но ускользают от моего сознания! И я не верила, что мой любимый человек мог оказаться таким… — А, ну да. Ты их не помнишь. Это поправимо. Билл все равно не хотел, чтобы ты это видела. Но это принадлежит тебе по праву. Выпей, — она протянула мне стеклянный флакончик с сиреневой жидкостью. Неужели это воспоминание? Я засомневалась: а стоит ли? Стоит ли пить неизвестную жидкость, которую протягивает мне человек, всей душой ненавидящий меня? Зачем? Чего она хочет добиться? — Я просто устала. Устала от лжи и обмана, в которые втянул Шифр тебя и меня. — Тебя? — Долгая история. В наказание за попытку Странногедона его отправили на Землю отбывать наказание в человеческой оболочке. Тогда он и нашел меня. Он сказал, что если мы избавимся от так называемого «Колеса Шифра», то он будет свободен. Он предложил мне стать его ученицей, грех было упускать такую возможность, но взамен я должна была помогать ему. По окончанию мы могли разойтись в разные стороны, каждый своей дорогой… Дура. Мы нашли тебя, и тут он решается отступиться от своего плана. А это значило, что ни я, ни он не станем свободны. Но он не хотел меня слушать. Не хотел! Я решилась на кражу его руны. Я думала, что после его смерти ты совершишь самоубийство, подарив нам свободу. Но ты заставила нас долго ждать, Мейбл Пайнс. Мы смотрели друг другу в глаза. Наступило молчание, которое ни одна из нас не хотела нарушать. — Я оставлю это здесь. Если ты доверишься мне, тебе даруют новую жизнь, а я и Шифр навсегда разойдемся. Тебе понадобится много сил, — она поставила миниатюрный флакончик на один из комодов и, уходя, остановилась перед дверью и обернулась. — Если же ты не найдешь в себе силы, то ты так и останешься рабой у Шифра и вечность будешь пребывать в Царстве Кошмаров. Не слушай его сказки о том, что через два-три дня ты куда-то попадешь — полный бред. Здесь нет времени. И да, лучше отдохни. Хоть я и ненавижу тебя, но могу довериться. Все в ваших руках, Мейбл Пайнс.