Алая Деревня

***

      Ночь. Лес. Запах хвои, напоминающий о просторе и свободе. Даже если свобода — есть иллюзия. Ведь люди любят иллюзии. Самые дешевые фокусы всегда самые эффектные и производят наибольшее впечатление. Поэтому эта иллюзия все равно переполняет тебя невыразимым чувством эйфории, и хочется бежать, раскинув руки, бежать навстречу ветру, навстречу своей судьбе, закрыв глаза.. Каждый человек бы хотел здесь оказаться, почуять этот запах, почуять все, что здесь есть, своим нутром, дать этому странному неосязаемому существу выпотрошить и пересобрать тебя. Даже замкнутым в непробиваемых стенах и непроходимых джунглях своего сознания, или железобетонных и стеклянных стенах и джунглях своего города, в этом лесу становилось хорошо, они забывали обо всех заботах, и единственная проблема, что у них была — это то, что скоро им надо уходить. Запах дурманил, он был чем-то сродни наркотика, от него делались зависимыми. Ну а тем, кто сопротивлялся, кто не поддавался иллюзии, фарсу, фальшивке, в этом лесу становилось дурно и страшно.       Да, в жизни у каждого человека свои интересы и своё мнение, например: кто-то фанатично жрет экологически чистый сельдерей и таблетки для похудения, а кого-то хлебом не корми — подавай тройной чизбургер и дай нюхнуть кокаина; кто-то потребляет и смотрит телевизор, на котором все стараются переорать друг друга, говоря: "Ах, как у нас хорошо" или "Ой, как у нас все плохо", "Покупайте эту пасту; Нет, лучше эту!", а кто-то день и ночь, сидя, за неимением апартаментов, на вокзале, предается чтению; кому-то нравится грабить банки, убивать и насиловать, а кому-то нравится накапливать многомиллиардные капиталы, оставлять честных работников без зарплаты и отнимать последний доллар у бедняков. Обе перспективы, чаще всего, одинаково ужасны. Так же и лес, к которому мы опять возвращаемся: кому-то побыть в нем еще пару-тройку часов было несбыточной мечтой, а кого-то выворачивало наизнанку от этого слабого, еле уловимого хвойного аромата свободы. И все же, вернемся к истокам, некоторым людям в лесу было отлично. Да в нём почти всё время было отлично. Нужна железная воля, чтобы противостоять лесу, чтобы раскрыть обман, чтобы понять, что эктоплазма — всего лишь марля из перчатки, а свобода — красивое слово. Но даже слабовольным, зависимым от этого хвойного благовония, в этот раз было бы не по себе.       По тропинке в глубине леса шли шесть незнакомцев, одетых в красные мантии с золотисто-желтой каймой. Трое из них держали в руках огромные факелы, танцующие красные языки огня которых тускло освещали им путь. Один шёл впереди всех, держа в левой руке тёмно-зелёную книжку, на обложке которой красовались какие-то странные символы, а в правой руке держа серебряный крест, украшенный рубинами. Позади всех шли ещё два незнакомца, поднимая какие-то знамёна кверху. Знамёна были окрашены в красный цвет и на них был изображён какой-то жёлтый иероглиф. Они покачивались и развевались на ветру.       Компания шла и шла. Ели, шелестевшие своими ветками, бесконечной вереницей тянулись во всех направлениях, постепенно скрываясь за белесой дымкой горизонта. Тропинка, извиваясь серпантином, после каждого поворота лишь продолжалась, обнажая все новые и новые участки себя и не думая заканчиваться. А процессия все шла и шла. Но внезапно, монотонному пейзажу пришел конец, а незнакомцы вышли на некую поляну. Хотя это был больше перекресток, чем поляна. Вокруг были деревья, но средь них можно было различить еле заметные, не до конца протоптанные тропинки. Незнакомцы остановились. Через несколько минут они увидели, что где-то там, за деревьями начал слабо мерцать огонек. А еще через несколько секунд, из-за угла показались ещё десять незнакомцев.       Они слились в одну толпу. Тот, кто был с книжкой, заговорил басом: — Да здравствует пыль и кровь той дороги, что привела вас сюда, братья-Пустоокие. Да пребудет с вами сила Бытия. — Приветствую, брат Фулигин. Где есть носитель? — Он следовал за нами по пятам, брат. Он рядом, в том я уверен.       Ждать долго не пришлось. Вскоре где-то за елями начал мерцать свет. Потом, там показались четверо незнакомцев с факелами, и еще один незнакомец, ведущий связанную небрежно сплетенными веревками красную лисицу. Она была тощей: отчетливо проступал рисунок вен; и измученной, а левая нога ее была высушена болезнью и гноилась. Но в глазах ее была лишь ярость. Лисица кричала: — Вы за это поплатитесь! Все до одного!       Началось приготовление. На земле красным порошком начертали квадрат и обрызгали какой-то водой. Порошок зашипел и испустил несколько клубов сероватого дыма. Внутрь квадрата поместили сверкающий серебряный крест. Остался последний ингредиент... — Ну что ж, привет. — Заговорил с лисицей культист с книжкой. — Приготовься! — И зачем вы это делаете? — сквозь зубы спросила лисица. — А затем, что ты начала призывать "Избранную" в снах. Ты помешала нашим планам. Ты убила отца Нарвия! — Нет, я не убивала. — невозмутимо отвечала лисица. — к тому же ему будет легко найти замену. Ты, Фулигин, например, отличный кандидат, мерзкий и жалкий!.. А насчет Избранной, она все равно придет, и вам настанет конец. — Ах, не убивала? Ах, я мерзкий и жалкий? Ну что ж. Посмотрим, как ты заговоришь потом! — гневно крикнул "Фулигин". — А ты ее еще и не сможешь призвать никого, ибо будешь МЕРТВА! К тому же этой розовой личинке сейчас всего шесть лет. У нее нет шансов. А вы, Борцы, ничтожные и низкие. Ваши жалкие попытки мятежа ни к чему не приведут. Бытие проникнет в наш мир. И тот, кто принял истинную веру, будет жить и процветать, а вы будете уничтожены. И мы этому поспособствуем. А сейчас во имя Господа нашего, Бытия, мы уничтожим тебя, оборотень! Мы знаем, что даже это не твой истинный облик.       К культисту подошел еще один: — Скоро Солнце воссияет. Ритуал должен быть закончен до этого, брат Фулигин. Незнакомец с книгой кивнул и сказал всем: — Начинаем ритуал. Если ведьма попробует заговорить зубы, то помните, как карается предательство.       Пустоокий, который держал связанную лисицу, небрежно швырнул ее внутрь красного квадрата. Фулигин последний раз сказал ей: — Знаешь, боль — это луч, пронизывающий неверных во имя Бытия. Боль — это отличный инструмент для раскрытия истины. Он открыл книгу и начал что-то читать.       Лес огласился нечеловеческим криком. Вороны, жаждущие падали, испугавшись, слетели с колючих ядовито-зеленых веток елей, улетая прочь и громко каркая.

***

      Взошло долгожданное солнце, пролив свой свет на еще спящие макушки елей. Наконец озарились утренним светом тропинки, уже готовящиеся к новым путникам. Животные, еще побаиваясь возвращения вчерашних незваных гостей, медленно выползали из своих норок, радуясь новому дню. Наконец солнце осветило все следы предшествующей ему ужасной ночи. Почти все. Ведь на опушке никаких следов не было. Только девственно-чистая травка и ветки деревьев, приветливо покачивающихся на ветру. Никакого ритуала и незнакомцев будто и в помине не было. Было ясно одно: они сделали свое дело.

***

      Эми удалось оторваться от той лисицы.       Эмоциональное положение Эми было... шатким. Снаружи, она сохраняла спокойствие, стараясь не показывать ужас и страх. Но внутри нее все было очень плачевно. Ей было недалеко от нервного срыва или чего-нибудь еще похуже. Причем объяснить такое состояние Эми не могла. Просто незнакомка назвала ее по имени, что тут такого? Единственное, что настораживало — это ощущение дежавю у Эми, будто она где-то видела ее. Только не могла вспомнить, где. Где же..? Но тут из глубин подсознания словно всплыл какой-то фрагмент. Эми остановилась в шоке. Это был какой-то сон. Эми не помнила, в каком возрасте она его видела, лишь помнила, что он был. Но постепенно, с возрастом, сон начал забываться. Поэтому, как не силилась Эми, она не могла вспомнить ничего, кроме начала. Вот как ежиха примерно все помнила:       Она очнулась в месте наподобие оазиса. В лицо ей дул ветер. Вокруг нее были огромные гранитные скалы, вздымающиеся до самого космоса, а с вершины скал росли, разрастались и спускались вниз лианообразные растения, с огромными и красивыми розовыми цветками. Через толщу растений проступали какие-то монументальные каменные сооружения, монолиты, построенные некой древней цивилизацией, которая уже пережила рассвет и начала клониться к своему закату задолго до того, как Земля стала достаточно старой, чтобы поддерживать существование человека. На этих монолитах была старательно высечена вся история той исчезнувшей империи. Рядом с сооружениями находились желоба, через которых текла кристально-чистая вода, стекая в большой колодец. Эми даже усомнилась в том, что это вода, а не какая-нибудь плазма, реликтовое излучение, появившиеся сразу после вселенной, настолько старое, что глаз просто не может различить столь сложную, забытую и не поддающуюся описанию субстанцию. Эта вода-плазма наполняла и наполняла каким-то образом бездонный колодец, уходящий в бесконечность, до краев, после чего он опустошался невидимой силой. А рядом с этим с колодцем сидела та лисица и смотрела вглубь. Она повернулась к Эми... И сон на этом оборвался. "Что Там случилось дальше?", — мучила себя вопросами ежиха. Она не помнила. Лишь знала, что что-то ужасное. От размышлений ее оторвал голос, раздавшийся позади: — Эми! Ежиха вздрогнула, но затем обернулась. Там был синий еж. — Я как раз-таки искал тебя. Мне нужно все тебе объяснить — Д-да, конечно... — к Эми вернулась ее прежняя стеснительность. Она же теперь была не в экстремальной ситуации. — Пойдем на опушку. — сказал Соник. Голос его был равнодушным. Да и выражение лица тоже. Эми погрустнела. Они пришли. Первым заговорил Соник: — Тебе наверное интересно, почему ты вчера очнулась на опушке? — Д-да... — Ну. Я отнес тебя туда, так как подумал, что после случая на площади домой тебя относить небезопасно. — Э, м-м-м... — не решалась прервать молчание ежиха. — А-а что за случай на площади? Я же н-ничего не помню, только помню, что была у каких-то незнакомцев в плену. — Я думаю, если не помнишь — хорошо. Не стоит тебе напоминать. — ответил еж. — Л-ладно... — сказала Эми и отвернулась. — Что с тобой, Эми? Ты не хочешь со мной говорить? Мне уйти? — взволнованно спросил еж. — Ты сегодня какая-то не такая. Что с тобой? — Нет! Нет, нет, в-все нормально, не уходи, просто... Э-э, а что это за незнакомцы? Мне один знакомый сказал, что они — культисты. — резко перевела тему Эми. — Правильно тебе твой знакомый сказал, это и вправду культисты. — подтвердил Соник. — Они называют себя "Пустоокие". Появились здесь давно. Похищают людей, а что делают — неизвестно. Поклоняются... Ну, так скажем, "чему-то". Идут на все в попытках связаться с ним и, вроде как, жаждут его проникновения в наш мир. Что дальше будет, или есть ли у них еще планы — неизвестно. Это знают только некоторые из нас. — Из кого это — "из нас"? Это те Трувор и Эф? Твои союзники? — Э Да, и они в том числе. Есть такая группа — "Борцы". Там состоят и Трувор, и Эф, и много кто еще. Всех даже не припомню. Помню, там еще Гарри... — Гарри — это тот умственно-отсталый карлик что ль? — спросила, перебив Соника и усмехнувшись, Эми. Тот вмиг посерьезнел. Он приложил палец к губам и сказал: — Не называй его так. Он знает больше, чем кажется на первый взгляд, больше, чем ты. — сказал еж. — Ладно, неважно. Мы боремся против них, и стараемся быть помехой для их планов. Эми было все понятно. Но тут назрел еще один вопрос: — Почему "Пустоокие" охотились именно на меня? Я что, им так сильно нужна? — Ну, э, знаешь... — неуверенно начал Соник — Им нужны те, которые.... И тут Соник замолк. Начал нервно оглядываться по сторонам. — О черт, Эми... — испуганно сказал еж. — Нам нужно убираться отсюда, да поскорее. — Что? Почему? Но Соник упал на землю и начал биться в конвульсиях и жалобно стонать. — Что с тобой?!! Тут он резко вскочил, взял Эми за руку и побежал.       Соник тащил ее за собой, не давая ничего высказать. Это больше всего пугало Эми. И тут небо потемнело, и открылось огненное око. Оно пристально смотрело на Эми. — Что за? — вскрикнула Эми. Земля под ногами начала осыпаться, а трава превращаться в червей, которые вгрызались в плоть ежихе, пожирая ее. С неба полилась черная демоническая жидкость, смывая одежду, разъедая кожу. Мир вокруг страдал, раздираемый хаосом и анархией. А с неба все смотрело и смотрело красное око. — СОНИК! ПОМОГИ! ЧЕРВИ ВПИЛИСЬ МНЕ В НОГИ! КИСЛОТА УБИВАЕТ МЕНЯ! — О нет! Эми, это всего лишь иллюзия, продолжай БЕЖАТЬ! То лишь фарс, лишь обман! Но она уже не могла бежать. Эми лишь с ужасом смотрела на то, как с ее рук медленно слезает, стекая, кожа, и как черви вцепляются ей в ноги, отгрызая куски плоти. В голове крутилась мысль: "К скалам, они выдержат удар!!", хоть скал в этом месте и в помине не было. Но они начали вырастать, поднимаясь под воздействием потусторонней силы. По их склонам стекала раскаленная магма. — Я не могу больше идти... — с этими словами ежиха отпустила руку Соника и упала наземь. — Эми! Эми! — кричал еж, пытаясь разбудить ее. — Твою ж мать, на нее подействовали эти галлюцинации. Буду надеяться, что с ней все в порядке. Он подобрал ее и понес ее к дому.

***

Эми очнулась на полпути от дома: — Соник.... Где это я... — Теперь в безопасности. — спокойно сказал еж, смотря куда-то вдаль. — Что произошло? — спросила Эми, оглядев свои ноги и руки. — Эми, это была галлюцинация. Эти подонки "Пустоокие" часто используют такие трюки. На меня это тоже подействовало, но я успел оклематься. Они помечают какую-нибудь зону, после чего, те на кого они охотятся и те кто заходит на эту зону получают галлюцинации. Их потом проще всего подобрать. Но мы, "Борцы" придумали защиту от этого. Вот почему деревня не пострадала. — Соник... А, а мы точно в безопасности? — Да. Но эффект может повториться. Мне и тебе нужна защита. — Какая защита? — сонно спросила Эми. Соник продолжай нести ее на руках: — Ну, я отведу тебя к нашему союзнику, он то в магии получше меня. Ты даже ничего не почувствуешь... И вот через несколько минут они зашли в деревню и были около синей калитки. Эми только сейчас заметила, что она на руках у Соника — Соник, спусти меня, прошу — попросила Эми. — Я способна дальше сама идти. И вот они были уже у бирюзовой двери. — Эми. — сказал Соник. — Не удивляйся тому, что увидишь. Эми смутилась, но потом кивнула. Соник позвонил в звонок. — КТО-О ТАМ?!!!!!! — раздалось из-за двери. Эми узнала этот голос и вздохнула. — Гарри, это я... Успокойся... — спокойно сказал еж. — Нужна помощь... — ПАРОЛЬ НАЗОВИ-И-И-И! АХАХАХАХ!!!!!!ТЫ ЖЕ НЕ ТОТ-КТО-ПОВИНУЕТСЯ-ДЕСЯТИЧЕРЕПОМУ, НЕТ ЖЕ, НЕТ ЖЕ, ИЛИ ДА, АХАХАХАХ? — Господи... Черная вдова — произнес Соник. — Теперь ты мне веришь? — СОНИК!!!!!!!!!!!!! АХАХАХАХ! ЭТО ТЫ! ВХОДИ — РАССКАЗЫВАЙ. Дверь отворилась и там был тот самый "сумасшедший" которого Эми встретила по приезду. — Проклятье! — думала Эми. — АААА ЭТО ТЫ! — указал Гарри на Эми — НУ ПРИВЕТ, ПРИВЕТ, РАД БЫЛ ТОГДА ПОЗНАКОМИТЬСЯ. АХАХАХАХ. Эми закрыла лицо, а карлик продолжал ей что-то бубнить. Это все продолжалось считанные секунды. Потом Соник начал перебивать юродивого: — Гарри! — на повышенных тонах сказал Соник, но Гарри не слышал его, продолжая что-то говорить Эми. — КОНЕЧНО БУДЕТ, АХАХАХАХ, ПЛОХО!!! ДА? НО ВИДЕНЬЕ ПРОРОЧЕСКОЕ НУЖНО СОБИРАТЬ ПО КУСОЧКАМ, АХАХАХАХ!! ТОТ КТО БОРЕЦ, ДА НЕ БОРЕЦ И НЕ ЗНАЕТ О ТОМ, ДА ЗНАЕТ ОБ ЭТОМ, ДА?!!?? — бубнил Гарри. — ГАРРИ! — крикнул Соник. Эми вздрогнула, а карлик перестал бубнить, и повернулся к Сонику: — КАКАЯ ПОМОЩЬ НУЖНА, АХАХАХАХ? — Простая. Сними с нас остатки помутнения. — Ааааааа, так это проще простого. Пройдемте.       Дело было закончено. Уже был закат. А когда Соник проводил Эми до дома, было уже темно. На двери обнаружилась записка. "Эми, нас вызвали на работу. Не успеем вернуться до утра"       Эми жалобно посмотрела на Соника: — Я очень боюсь оставаться одна ночью, после того что ты рассказал. Она очень стеснялась, чтобы спросить Соника напрямую о том, чтобы он остался с ней на ночь, но еж сразу же понял намек. — Эми, пожалуй да, я оста.... — но после этих слов ежа будто переклинило. Будто бы он вспомнил что-то плохое. — Нет, Эми, я вспомнил, у меня дела. Он развернулся и пошел прочь — Но Соник! — крикнула Эми ему вслед. Так еж и побрел в тьму.