I'll try to live for you (Can I see your eyes?)

      Погода стояла просто прекрасная. Холод зимы уже давно отступил, а знойность лета еще только-только незаметно подкрадывалась к теплым дням и ночам конца мая. По небу бежали редкие пушистые облака, порой напоминая Тайлеру прическу Джоша. Когда края облака смешивались с густотой лазурного неба, получался цвет его выцветших кудряшек. Парни лежали рядом друг с другом среди многочисленных цветов. Молодая трава щекотала открытые части рук и шеи, забираясь под задравшиеся футболки, касаясь тонкими зелеными пальцами теплых спин. Земля еще не прогрелась и отдавала приятную прохладу, когда сверху их грело еще не совсем по-летнему горячее солнце. Джош хотел бы, чтобы весна и такие дни и прохладные теплые ночи длились вечно. Никакого изнуряюще горячего лета, от жары которого сходишь с ума. Никакой слякотной и дождливой осени, когда невозможно избавиться от вечного насморка и выйти на улицу, не наступив в какую-нибудь грязную лужу. И никакой зимы, в холодные, темные вечера которой хочется вскрыться из-за депрессии и отсутствия какого-либо настроения для праздников. Только весна с ее редкими, прохладными дождями, с ее молодой зеленой растительностью, с ее теплым, но не жарким солнцем, с ее просыпающейся энергией. Цветы, бабочки, орущие под окном коты и любовь. То самое чувство, которое ощущал Джош, лежа рядом с Тайлером посреди цветочного поля. Любовь к жизни, к этому странному парню, что свалился ему, как снег на голову, случайно упав на льду. Любовь щекотала внутренности, перехватывала дыхание и заставляла дрожать пальцы, что перебирали уже отросшие волосы на голове брюнета.       Тайлер лежал, положив руки под голову, и думал о том, куда несется его жизнь, ставшая теперь намного осмысленней. Он нашел смысл жизни. Пусть это так банально, всего-то какой-то человек, знакомство с которым было столь странным. Всего-то любовь. И неясно, как долго продлится их счастье, ведь чувства штука непостоянная и хрупкая. Но Тайлер решил жить настоящим, потому что, как оказалось, жизнь может прекратиться в любой момент. Только здесь и сейчас. Только в этот момент мы существуем. Водя пальцем по изгибам челюсти и скулы Тайлера, Джош пробормотал слегка сонным и хриплым голосом: – Тай, ты такой красивый, – его глазам предстала очень милая картина – щеки Тайлера краснели, а сам парень, улыбаясь, перевел взгляд с неба на Джоша, слегка повернув голову в его сторону. – А ты милый, Джошуа, – проговорил Тайлер в ответ, убирая руки из-под головы и сплетая пальцы одной из них с пальцами Дана. Джош тянется вперед и встречается своими губами со слегка пухлыми губами Джозефа. В нос проникает сводящий с ума запах брюнета, от которого кружится голова. То же самое происходит и с Тайлером, когда он просовывает свободную руку под футболку Джоша, обнимая его за голую спину. Губы Джоша спускаются ниже, задерживаясь на шее и ключицах. А Тайлер, внезапно словно очнувшись ото сна, понимает, к чему сейчас все это ведет и кладет руку на грудь голубоволосого, слегка надавливая и отстраняя. – Что случилось, Тай? – в голосе Джоша взволнованность и возбуждение. – Что-то не так? Джош отстраняется от брюнета и снова ложится рядом. Тайлер не смотрит на него, его губы слегка дрожат. – Джош, знаешь, я.. эм, – Тайлер не выглядит опечаленным, лишь слегка взволнованным, поэтому Дан делает вывод, что дело вовсе не в его действиях или прошлом парня. Внутри у Тайлера все сводит, в желудке появляется та самая пустая тяжесть, когда хочешь сказать что-то важное, но одновременно не можешь этого сделать. Если бы парень сейчас стоял, а не лежал, его ноги отказались бы его держать, а колени дрожали. Сообщить такой простой биологический факт было, казалось, непосильной задачей. Но он всё-таки смог выдавить из себя что-то членораздельное: – Я.. эм.. В общем, я девственник.. Вот, – Тайлер залился румянцем, ожидая какой угодно реакции, но только не такой, какую проявил Джош. Джош просто слегка улыбнулся, чмокнул парня в щеку и сказал то, что заставило Джозефа усмехнуться: – Все поправимо, Тай. – Джош, – Тайлер нахмурился, отчего его густые брови встретились на переносице. – Я бы хотел это сделать где-нибудь в другом месте, если ты не против. – Да, конечно, без проблем, у нас еще столько много времени, – Джош снова поцеловал Тайлера в щеку. Он пытался скрыть легкую обиду и одновременно продумывал то, что их с Тайлером ожидает в будущем. Действительно ли у них так много времени, как он думает?

***

      Джош решил, что журналу не помешает разнообразие. Да и Тайлер был не против поучаствовать в фотосессии. "Только без лица, хорошо?". На что Джош, конечно же, согласился. Рубашка без рукавов очень выигрышно смотрелась в этом плане. Загадочные татуировки, опоясывающие запястье, предплечье и плечо левой руки, гармонично и одновременно резко сочетались с хрупкими бутонами, что Тайлер аккуратно брал в ладони, не срывая цветы. Никакого вреда природе. Тайлер был против этого. Пока Джозеф задумчиво стоял спиной к Джошу, разглядывая, запрокинув голову, какую-то птицу, реющую в небе, Джош сделал по сути уникальный кадр: парень с тату на руках, в черной рубашке и джинсах того же цвета стоял посреди поля с цветами, глядя куда-то в небо. Цветочные кеды полностью сливались с фоном, и казалось, будто брюнет вырос из земли. Конечно, был виден кусочек лица, но Тайлеру, как ни странно, понравилось это фото.       Джошу нужно было ехать домой, чтобы потом на компьютере, с литрами кофе в желудке и болящими глазами, обработать фотографии и послать их в редакцию по email. Надеясь, что свежий взгляд на природу понравится редакторам. Джош считал Тайлера красивым и почти идеальным, несмотря на его психологические особенности. Он не видел его таким, какими видел других людей: погрязнувших в социальной жизни, опущенных потребителей, даже не пытающихся жить, не ищущих смысла жизни, а лишь плывущих по течению навязанных им стереотипов и принципов. Тайлер был не таким. Да, он был покалечен этим обществом, да, возможно даже когда-то он был сломлен, замкнулся в себе, отрицая свою возможность социализироваться, он поддался своим демонам, сомнениям и страхам. Но Тайлер был живее всех остальных людей, что так отчаянно пытались жить. Джош ассоциировал Джозефа с теплым дождливым днем, когда на небе собираются темные тучи, а дождь барабанит по пыльным дорогам, насыщая все вокруг свежестью. Он считал Тайлера частью природы, такой же таинственной и красивой, как и сам парень. Он был для него тайной, рекой со своими глубокими омутами и теплыми песчаными берегами. Он был для него запахом и звуком дождя. Он стал для него смыслом жизни.

***

      Вернувшись из этого мини-путешествия, Тайлер сразу завалился к Джошу на кровать, ссылаясь на плохое самочувствие. Джош волновался, но Джозеф попросил лишь стакан воды и холодное полотенце на лоб. – Мигрень иногда разыгрывается от дневной жары, но, думаю, это скоро пройдет, – легкая улыбка и поцелуй в щеку. Джошу пришлось самому варить себе кофе. Хотя чаще всего он пил растворимый, сегодня Дан решил отыскать в немногочисленных ящиках кухни свою старую турку. Ему пришлось варить целых три раза, чтобы наполнить кофейник до половины. Кофе как наркотик. Джоша это вполне устраивало. У всех есть зависимости, что уж тут поделать. Тайлер отказался от предложенной таблетки от головной боли и продолжил лежать на кровати, задумчиво разглядывая потолок. Компьютер находился рядом с кроватью в гостиной. Поэтому Дан мог краем глаза наблюдать за брюнетом. Джош сам не знал, почему поставил кровать не в спальне. В спальне стояла его старая барабанная установка, покрытая многосантиметровым слоем пыли. Он не брал в руки палочек после того, как увлекся фотографией. Еще в комнате был всякий хлам и кучки пепла, оставшиеся после сжигания фотографий с его девушкой. Судя по количеству пепла, фотографий было действительно много. Джош рисковал спалить барабаны и квартиру. – У тебя есть шансы стать знаменитым, редакторам должны понравиться те фотографии, – обратился голубоволосый к Тайлеру, отпивая глоток кофе из второй кружки. Тайлер хмыкнул и положил руку под голову, вторая осталась лежать на животе, мерно опускаясь и поднимаясь в такт дыханию. – Я никогда не думал о том, что когда-нибудь смогу прославиться или выйти на публику. Не было таких мыслей. Если только в детстве.. – Он вздохнул и закрыл глаза. Однажды Тайлер нашел в шкафу свой старый синтезатор, подаренный ему мамой на один из дней рождений. Кажется, тогда ему было лет пять, не больше. Маленький мальчик психанул и забросил его в шкаф, закопав под кучей ненужной одежды. Потому что в подарок он просил игрушечную ракету, которую можно было запустить в космос, а не эту бесполезную клавиатуру. После переезда в новый дом шкаф увезли даже не разбирая в нем вещи. И этот синтезатор стал для него настоящим подарком, который спасал своими странными звуками в совсем темные минуты. Тайлер пытался что-то сочинять, исписывая целые тетради бесконечным текстом, который никогда не прерывался, лишь иногда формируясь в отдельные песни и стихи. Это не было подобием личного дневника, это был поток бесконечных мыслей, переплетенных между собой, связанных хвостами слов. Но парень никогда не мечтал прославиться, никогда не хотел, чтобы о его творчестве кто-то узнал. Он боялся критики, боялся смеха в свою сторону, боялся, что его не примут. Потом синтезатор сломался окончательно, оставляя своего хозяина в тишине. Поток мыслей прекратился лишь на бумаге, но не в воспаленном разуме. Устав жалеть себя, Тайлер стал жить словно зомби, он стал полуавтоматическим. Дом – работа – дом – старый диван - стало его привычным маршрутом. Конечно, такое состояние нельзя было скрыть от Саймона, ведь он всегда чутко ощущал состояние Тайлера, волновался за него. Но на все вопросы Джозеф лишь натянуто улыбался и говорил, что с ним все в порядке. Продолжая пить антидепрессанты и снотворное на ночь. А потом словно вспышка молнии. Джошуа Дан ворвался в его жизнь, молниеносно заставляя его мозг проснуться и, конечно же, все забыть вновь. Но Тайлер все же был разбужен, выведен из этого режима, что был включен в нем все эти годы. Он понимал, что что-то изменилось, искал его и нашел. А потом Джош спас его душу и его жизнь. – Да не может быть такого, что ты не мечтал о славе, – усмехается Джош, смотря на задумчивого Тайлера. – В свое время я хотел стать барабанщиком.. Но потом что-то пошло не так, и я стал работать на журналы. Видимо, мне были необходимы эти перемены. – Парень устало проводит ладонью по глазам и снова и снова щелкает мышкой компьютера, завершая обработку и посылая фото по почте. Он часто давал своим работам какое-нибудь название, а редакторы охотно озаглавливали им страницу, куда и помещались фотографии со статьями о природе или архитектуре. "Человек как часть природы". Джошу приглянулась эта мысль, и он озвучил ее в теме письма. Как ни странно, редактор практически сразу дал добро и перевел на счет Джоша остальную сумму, следовавшую за авансом, который он получил еще неделю назад. – Ого, я же говорил, что им понравится. – Джош закрывает крышку ноутбука и поворачивается на крутящемся стуле в сторону Тайлера. – Черт, где бы денег раздобыть, так надоело работать на этих приверед. Им почти ничего не нравится, а платят сущие копейки. Как будто хотят лишиться фотографа. По-моему, скоро так и будет.. Джош продолжал жаловаться на различные журналы, попивая третью кружку кофе, что и так его сильно взбодрил предыдущими двумя. Его поток слов создавал приятный задний фон, словно пытаешься заснуть под телевизор. А сам Джош и не требовал диалога, просто накипело и нужно было кому-то высказаться. Тайлер молчал, но в его голове роились всевозможные мысли, заставляя его глаза метаться по потолку в поисках хоть какой-то точки, за которую можно было зацепиться. Он ощущал, что наконец встал на тот путь, который и пытался найти все эти годы. Путь пока что неустойчивый, ведь так мало времени прошло. Но путь приятный и теплый. Уютный.. и сулящий постоянство и отсутствие одиночества. Он долго думал, слушая жалобы Джоша, ощущая, как внутри все больше возникает слабость и дрожь. Но ведь он должен сказать, раз решил. Это решение ни одного дня, а множества бессонных ночей и искрящихся дней. Решение, которое будет принято или отвергнуто. Решение, которое важно как для него, так и для Джоша, потому что оно касалось именно его. Тайлер досчитал до десяти, пытаясь унять сильный стук сердца, пытаясь заглушить сомнения, заполняющие его мысли. Сделал глубокий вдох и: – Джош.. – ему пришлось позвать несколько раз, для того чтобы парень обратил на него внимание, прекращая бесконечный поток слов. – Джооош! – Да, Тайлер? – тот наконец перевел на него взгляд, ставя кружку на стол. – Не хочешь переехать ко мне? – с улыбкой в уголках глаз и на губах спрашивает Тайлер.