За все грехи

      Темнота. Она ощущалась, словно была сделана из шелкового материала. Темень скрывала всю правду от глаз, красоту мира, что находилась вокруг существа, обхватывая все загадками и мрачностью. Тьма пугала своей пустотой, неизвестностью и своей навязчивостью. Она спокойна и неторопливая, поэтому это тревожило енота.       У него была черная повязка на глазах. Хищник не понимал, в каком пространстве он находился, не имел представления, какое время суток господствовало в мире. Невозможно что-то понять даже другими немногочисленными чувствами. Было тихо, что слух енота не мог уловить звуки, не существовало запахов знакомых мест. Это лишь значит, что животное находилось ни на своей базе, ни в канализации.       Парень попытался дернуть рукой, чтобы снять с глаз черную пелену, но что-то оказало сопротивление. По ощущениям, прикасалось к внешней стороне ладони жесткая кожа, обмотанная вокруг рук. Кажется, енот был привязан, прикован к какой-то мебели, возможно, обшитой рваными подушками стул.       Хищнику приходили в голову всякие плохие мысли. «Кто меня держит в неизвестном месте? Кто меня похитил? Зачем? Что похититель собирается делать со мной? Неужели пытать? Или будет требовать от моих соратников выкуп?». Есть ещё один главный вопрос, который очень волновал вредного парня: «Где же тот незнакомец, что ответственен за все это?».       Но похититель не появлялся. Будто пытался запугать полоскуна. Возможно, он находился рядом с похищенным. Неизвестный слился с окружающей средой, подобно хамелеону.       Страх из-за того, что кто-то желал зла, и тогда присутствовал рядом с жертвой, постепенно заставляло сильнее биться сердце. Холодный пот покрыл молодое лицо и шею коати, губы нервно дергались, нервный тик. Он ждал, когда что-то изменится на протяжении долгого времени в окружающем пространстве.       «Сколько я просидел здесь? 20 минут? Полчаса? Такое ощущение, что прошла целая вечность. Кто издевается над прекрасным руководителем и самым злобным тираном квартала? Я немедленно требую ответа и компенсации за моральный ущерб», — Кен в своем репертуаре. Только что-то мешало диктатору все предъявить обидчику вслух. Да и был ли второй рядом с ним?       Конечно, похититель всегда рядом. Вот, Кен услышал, как незнакомец что-то двигал, похоже на стол на колесиках, издающий немного режущий слух звук скрежета металла. Шаги становились все четче и громче, приближались к испуганному диктатору. Тиран не знал, что с ним будет дальше, что существо передвигает к нему. Стол, наверно, предназначался для чего-то такого, что явно не сделает доброе прикованному к стулу еноту.       От мысли, что там может все что угодно, пугался младший Шпротски. Он не хотел, чтобы было больно или ещё хуже. Не думал умереть так рано.       Приблизился виновник похищения тирана, а второй лишь незаметно сглотнул. Он ждал, когда же какой-нибудь предмет воткнется в мягкую плоть, будет двигаться дальше, разрезая мышцы, кровеносные сосуды, обостряя тем самым чувство боли. Но этого не произошло.       Лидер крысиной армии лишь слышал, как животное дышит, находясь в паре сантиметров от него. Может быть, оно рассматривает немного прикрытое лицо жертвы, её дрожащие губы, дергающиеся мышцы, нервную мимику, что говорит о настоящем страхе перед неизвестностью.       Короткий тихий смешок вырвался из уст мучителя. Он доволен реакцией его маленького трофея. Ему казалось, что достаточно держал Кена в неведении и пора раскрыть свои личность и мотивы.       Незнакомец обошел стул и теперь он не был сбоку от полоскуна, а уже прямо перед ним. Осталось лишь снять повязку.       Енот в фуражке содрогнулся, когда почувствовал, как чужие руки прикоснулись к затылку. Они не были грубы, даже наоборот. Мучительно медленно похититель развязывал черную ткань с глаз диктатора. По привычке, Шпротски хотел наорать на животное и приказать, чтобы тот поторопился. Но слова застряли в горле. Не стоит провоцировать того, кого не знаешь, если неизвестна степень агрессивности млекопитающего.       И вот, ткань больше не мешала коати увидеть мир вокруг него. Он осторожно открывал глаза, потому что он не привык к неровному моргающему цвету в каком-то помещении, и ещё боялся увидеть действительно ужасные вещи. Воображение нарисовало темные картины того, что может находиться здесь.       Веки приподнялись, зрачки начали менять форму и размер, чтобы адаптироваться, сфокусироваться на силуэте, стоящем перед ними. Он был очень знакомым, где-то на подсознательном уровне енот понимает, кто виноват во всем этом. — Вот мы снова встретились братец, — зловещий голос, ухмылка на лице, все совершенно не такое, какое обычно бывает лишь у одного представителя, кровного родственника Кена — Эйба.