Хищники, далекие и близкие

      Каждый аккуратный шаг по базе Цербера пробуждал воспоминания, но что важнее, пробуждал чувства. Чувство принадлежности к чему-то значимому, так не достоявшего Еве в последние годы, переполняло каждого. Люди в черно-белых комбинезонах с оранжевой нашивкой Цербера сновали вокруг слишком увлечённые своим делом, чтобы уделить какое-то внимание Еве и Каю. Кай Ленг впервые за все время их непродолжительного знакомства выглядел расслабленным и запыхавшимся, что Ева с удовольствием отметила. Он ловко, со знанием дела вёл её по запутанным лабиринтам базы. Ева смотрела по сторонам, пытаясь составить в голове карту, но очень скоро сдалась — запомнить бесконечные серые коридоры было невозможно.       — Чем занимаются в этом учреждении?       — Не знаю. Я получил координаты этого места в шаттле. — Даже несмотря на искажающее эхо, Ева расслышала прозвучавшее в голосе Ленга раздражение. — Ячейки «Цербера» действуют обособленно и зачастую не знают о существовании друг друга.       — И к какой ячейке принадлежишь ты?       — Скажем так, я не ученый, — уголки его губ едва заметно приподнялись в улыбке.       — Я почему-то не удивлена, — Так чему мы обязаны своим присутствием здесь: моей важности или твоей доверенности?       — Ничего личного, но на мой взгляд, твоя важность несколько преувеличена.       — Без обид, но и я бы не доверилась кому-то вроде тебя.       — Не хочу тебя огорчать, но…уже.       — Справедливо, — Ева не сдержала смешок, — неплохо тут ориентируешься для первого раза, Кай Ленг.       — Все базы строятся по стандартным образцам и, если знаком с ними, сориентируешься на любой. Кстати, мы почти пришли, — в подтверждение своих слов Ленг кивнул в сторону неприметной серой двери.       Пока дверной сканер решал пропускать их или нет, Ева еще раз осмотрела своего нового знакомого. Тот факт, что она не ошиблась и он действительно оказался профессионалом, конечно, льстил, но его откровенность в последние несколько часов настораживала. Еще предстоит выяснить стал Кай Ленг таким общительным вследствие неизбежно образовывающейся между людьми во время побега от кучи вооруженных наёмников связи, или вероятности, что встречу с Призраком она не переживёт. Но ясно было одно: былой ненависти она не ощущала, как ни старалась. Да, он убил Налу и это она ему ещё припомнит. Да, она оказалась в опасности из-за него, но в конечно итоге, он ведь сумел вытащить её? Возможность снова работать по-настоящему…привлекала. Как и возможность исправить кое-какие из былых проступков.       Створки двери бесшумно разъехались и Кай Ленг учтиво пропустил её вперёд, в просторное, чистое помещение. Ева поёжилась от неуютной прохлады. Освещение здесь было мрачным и тусклым, а оборудование — сделанным по самому последнему слову техники. У центрального монитора, раскинув руки, стояла женщина. Холодное свечение терминала во мраке подчеркивало каждый изгиб её эффектного тела, обтянутого черно-белым костюмом с характерной церберовской инкрустацией, оканчивающегося высокими чёрными сапогами на каблуке.       — Ты опоздал, — женщина едва уловимо качнула широкими бёдрами, но не развернулась.       — Чрезвычайные обстоятельства, — Ленг равнодушно пожал плечами.       — Уверена, Призраку будет очень интересно, — надменно заявила женщина и изящным движением тонкой кисти откинула упавший на лицо локон чёрных волос.       — Он в курсе. Странно, что тебя не проинформировали, Миранда, — он обезоруживающе улыбнулся, — я думал, Призрак доверяет тебе во всем.       — Уверена, у тебя будет возможность лично спросить о пределах его доверия, когда закончишь играть в няню.       Ленг выпад проигнорировал и двинулся дальше, а Ева, бросив последний взгляд на женщину, уже вернувшуюся к работе, последовала за ним.       — Что это было?       — Миранда. У нас особые отношения.       — Да, я заметила, — после короткой паузы она продолжила, — а ещё не могла не заметить насколько дружелюбней ты стал.       — Такое случается. В основном, когда в меня не стреляют.       — Ты убил Налу.       — Это моя работа.       — Если твоя работа состоит в убийстве беззащитных безоружных женщин, возможно стоит задуматься о её смене?       — Уверен, твои друзья из «Затмения» согласятся.       — «Затмение» — охранная организация.       — Ты слепа, идиотка или просто лицемерка? Не думал, что возможно прожить на Иллиуме столько лет и не знать о том, чем занимается «Затмение».       — Я никогда не была связана с преступностью. И никогда не убивала, — Ева осеклась, — кроме…       — Я убил азари, чтобы получить украденную технологию и передать её нашим ученным, которые изучат её, чтобы использовать в интересах человечества, как бы претенциозно это не звучало. И убил ещё десяток человек, чтобы спасти твою задницу от твоих же друзей.       — Но…       — Так что, если тебе так хочется обвинить кого-то или осуждать, можешь просто посмотреть в зеркало.       Ева промолчала. Она знала, что репутация «Затмения» не чиста, она помогала им, и, что важней, она собственными руками убила Доктора и его подопытных. Она не имела права осуждать, но злилась. Как бы это ни было неприятно осознавать: ублюдок прав.       Миновав ещё несколько похожих друг друг на друга помещений, по оснащению ничуть не уступавших первому, они наконец вышли к компактному жилому блоку настолько безлюдному, что о наличии обитателей Ева и не подумала бы, если бы не встретила их лично.       — Думаю, в холодильнике найдётся какая-нибудь еда. Это прямо и налево, — Кай Ленг двинулся в противоположную сторону и открыл один из ряда идентичных металлических ящиков. Провозившись с ним несколького секунд он вытянул свёрток, оказавшийся церберовским комбинезоном, — он великоват, но для начала сойдёт. Души рядом с дортуаром, это вон за той дверью. У тебя есть немного времени до встречи с Призраком.       — Спасибо.

***

      Кабинет Призрака сквозь стеклянный иллюминатор заливали серебристо-лиловые лучи неведомой сгорающей звезды. Вид из широкого панорамного окна напоминал декорацию для космического блокбастера, вот только Призрак на его героя ни разу не походил.       — Уйти из проекта сейчас — значит оставить его в критический момент, — убеждал Еву Призрак. Вы — ключевая его фигура. — Мне казалось, критический момент наступил тогда, когда из-за него погибли люди, сэр. И, — после небольшой паузы добавила Ева, — я не ключевая фигура. Я просто единственная из причастных, кто остался в живых.       Он протянул руку к карману рубашки и достал из него портсигар, наполненный стройным рядом тонких сигарет. Вытянув одну, Призрак закурил.       — Мы оба знаем, несмотря ни на что, Винсент Кволек — гений, а имплант над которым он работал даст человечеству беспрецедентное преимущество перед другими расами. Поэтому, требуется завершить его работу.       — Раз требуется — завершайте.       — Это может сделать только человек, знакомый с работой Доктора, знакомый с его методами.       — Я была убеждена, что прекрасно знакома с его методами и это чуть не стоило мне жизни.       — Но вы выжили и это многое о вас говорит, — он выдохнул колечко дыма и проследил за ним, — Кволек поставил перед собой амбициозную цель и почти достиг её. Я не говорю, что жертвы можно оправдать, но меньшее, что можно сделать — не дать им стать напрасными. Клэр Лебо может это сделать.       — Клэр Лебо не существует уже четыре года.       — Если бы все было так просто…       — Именно так всё и есть.       — Президент может подать в отставку, полицейский — сдать свой значок, директор может хлопать хоть всем дверьми сразу и бушевать сколько влезет. Никому не будет до этого дела. Но вы, Клэр, вы никогда не сможете покинуть свое поле. Это факт. Нужно смириться с ним.       — Что это вообще должно значить?!       — Позвольте сформулировать иначе. Работа Кволека — уникальный проект, аналогов которому нет. Инцидент на Иллиуме показал, что в нем заинтересован не только «Цербер». Охотники за головами готовы будут пойти на все, что, чтобы заполучить единственного специалиста, причастного к нему. И не факт, что все они будут так же демократичны, как «Цербер». Где бы вы не спрятались, вас найдут, потому что в ваших услугах нуждаются.       — В ваших словах чувствуется угроза.       — Не угроза, только предостережение, — он потушил сигарету о пепельницу, встроенную в подлокотник кресла, — если вас не заботят жертвы, подумайте о собственной безопасности.       — Откуда им известно работе Кволека и моей причастности?       — Оттуда же, откуда и нам. Старый добрый промышленным шпионаж. Но учтите, из всех организаций, которые заинтересованы в вас, только мы обеспечим, чтобы ваша совесть была чиста, а права соблюдены. Вы можете видеть в «Цербере» врага. Напрасно, но можно пережить. В моем мире «друг» и «враг» — понятия временные. В ваших интересах понять, что я на вашей стороне. Всё, о чем я прошу — обдумайте моё предложение.       Проницательный взгляд неживых глаз-имплантов с другой стороны экрана, несмотря на разделявшую их галактику, вызывал желание отвернуться.       — В этом нет нужды, — Ева опустила голову, — вы правы. Я не согласна с вашей теорией и не согласна с методами, но в одном вы безусловно правы: если у меня есть возможность исправить ошибку Кволека — я обязана это сделать.       — Я не сомневался в вас, Доктор Лебо.       — Технически, я не успела получить степень. Я не Доктор. И новое имя…привычней.       — Формальности не имеют значения, Ева. Главное, что вы здесь. И проступаете правильно.       — Когда я смогу приступить к работе?       –"Цербер» занимался конструкцией базы под проект с момента, когда данные Ленга подтвердились. Вы сможете приступить к работе через трое солнечных суток.       — Говоря о Ленге. Я бы хотела поговорить о том, как вы относитесь к его методам, — интонация Евы получилась несколько более обвинительной, нежели она планировала.       — Кай надёжный и исполнительный агент, действующий четко в соответствии с приказом. Если по каким-то причинам он этого не делает, я уверен в нем настолько, что доверяю его суждению.       — На Иллиуме он руководствовался приказом или собственным суждением?       — Я так понимаю, вы имеете в виду Налу Таноптис?        — Именно её я имею в виду, — Ева сложила руки на груди и с неудовольствием отметила, что впервые услышала фамилию Налы от Призрака.       — Позвольте спросить, как давно вы знакомы с мисс Таноптис?       — Недолго. Но никто не заслуживает такой смерти.       — Иногда люди не совсем такие, какими кажутся на первый взгляд.        — Что вы пытаетесь этим сказать?        — Я перешлю вам файл и вы сделаете собственные выводы, что скажете?        — Это…приемлемо. Удалось узнать что-нибудь о турианце?        — Нет, но наши лучшие оперативники работают над этим. Вы можете не беспокоится об этом, Ева.        — И…у меня есть просьба. Я бы хотела провести оставшееся время на Цитадели.        — Это осуществимо. Посмотрим, что я смогу сделать. До связи, Доктор ван Хаутен. Нас ждёт интересное сотрудничество.       Оставив за собой последнее слово, Призрак отключился. Несмотря на все опасения Евы, он действительно вызывал доверие. Несмотря на секретность, фальшивое имя и голограмму, вместо личной встречи, цели его действительно казались благородными. И он предлагал ей то, о чем она даже не смела мечтать: искупление. Когда она вернулась в жилой блок, Кая Ленга там не оказалось, но Призрак обещание сдержал и её действительно ждал датапад с файлом на Налу Таноптис. Быстро пробежавшими глазами по пятистраничному файлу, женщина отложила устройство. Призрак в очередной раз оказался прав. Нала была не той, за кого себя выдавала. Не ученая, никакой связи с «Серрайс», никакой презентации и никакой требовательной начальницы. Все — ложь. И если сухое досье позволяло усомниться, то видео такой возможности не давало. Это действительно была Нала, кто украл прототип и подло, в спину, застрелила по меньшей мере двоих. Хладнокровно. Ева тяжело вздохнула. Похоже, за столько лет она так и не научилась разбираться в людях.