The Sex They Should Have Shown

— Потрахаться осталось, или все ушло в того пидора? — спросил Микки, вытягивая улыбку с губ Йена. Хорошо быть дома. Каждый раз, когда Микки выходил из тюрьмы, Галлагер становился еще более чертовски сексуальным. Его прежняя тонкая рама была толще, мышцы бицепса выпирали из-под слишком тугой футболки. Брюнет хотел, чтобы Йен повалил его на землю и выбил из него все дерьмо. Милкович жаждал, чтобы рыжий нагнул его, перебросил его ноги через свои широкие плечи и оттрахал. Микки нуждался в том, чтобы Йен сделал это так, как никогда не делал раньше: жестко и чертовски грязно. В то время как Милкович был заперт, трахая скучные задницы парней, которые не имели значения, он не мог не думать о Галлагере. Он имел значение. Микки нравилось в нем все: его лицо, тело, член и дурацкое чувство юмора. Ему нравилось заниматься с ним сексом, болтаться с ним, смотреть на него. Нравилось то, что он был полосой света в темной, грязной дыре, в которой они жили. Он чертовски нравился Микки. Очень. — Нужно, чтобы ты сделал это жестко, мужик. Просто, блять, нужно, — сказал он Йену, потянувшись в задний карман и передав пакетик смазки парню, который уже не был усталым. Микки расстегнул джинсы, стянул их и высунул свою задницу в ожидании. — Хочешь, чтобы я справился с этой задницей? — спросил Йен низким и убийственным голосом. Он наклонился и поцеловал вход Микки, заставляя брюнета содрогнуться под его губами. Йен провел своим языком полоску от копчика Микки к его яйцам. — Ты делаешь это для того жирного пидора? — закусив губу, спросил Микки и посмотрел через плечо, чтобы поймать намеки на лице Йена. — А ты как думаешь? — флиртовал Галлагер. Ухмылка в его тоне была очевидной, хотя лицо было зажато глубоко между ягодиц Микки. — Ты можешь делать лучше, — просто сказал брюнет, опустив голову между плеч и издавая хриплый стон, когда Йен продолжал толкаться языком в его отверстие. — Для него или для тебя? — спросил рыжий, отрывая губы. — Оба варианта, сука, — усмехнулся Микки, высунув язык в сторону и дергая своей задницей вверх. Йен рассмеялся и шлепнул парня. — У тебя лучшая гребаная задница, которую я когда-либо видел, Мик, — дыхание Микки сжалось в горле, когда Йен снова поцеловал его бледную кожу. Он смазал пальцы смазкой и начал разрабатывать ими брюнета. — Такая прекрасная задница. — Трахни ее тогда, — подсказал Микки, качнув бедрами, отталкивая пальцы Йена. — Хочешь жестко, да? — спросил рыжий, ухватившись длинными пальцами за бедра Микки. — Я что, неотчетливо произнес тебе это, Галла… — Микки начал, но был прерван резким толчком Йена, который одним движением вошел на всю длину. — Блять… Вот дерьмо, — заскулил в ответ на это движение Микки, сжимая глаза и стиснув зубы. — Проклятье, — его тело, естественно, попыталось отстраниться, но он схватился за холодный металл трибун и удержался. Костяшки его пальцев побелели. — Неа, я услышал тебя прекрасно, — убедил Йен, подчеркнув свои слова глубокими толчками. Микки был уверен, что пальцы парня собирались оставить черные и синие пятна на его коже, но ему было плевать. Он хотел, чтобы рыжий оставил его потрепанным и помятым. — Тогда, блять, делай это, — издевался Микки, почти маниакально хохоча, когда Йен начал должным образом вбиваться в него. Он слышал, как дыхание рыжего становилось все тяжелее, а стоны — все громче, когда его яйца ударялись о задницу Микки с каждым толчком. — Принимаешь так хорошо, Мик. Так чертовски горячо, — хвалил Йен, его голос колебался и дрожал от напряжения. Микки толкался навстречу в ритме, который задал Йен. Вопреки себе, он издал шум, который звучал как смесь между сильным желанием и хныканьем. Микки был бы действительно охуенно смущен этим, если бы это не побудило Йена позволить себе пойти еще дальше и обнять рукой шею парня. Он надавил на нее достаточно, чтобы заставить член Микки дергаться, а яйца сжаться. Брюнет опустил руку вниз и стал дрочить, когда Йен отпустил его шею. Он переместил руку на грудь Микки, чтобы схватиться за его противоположное плечо и натянуть спину парня так, чтобы его тело прижалось к груди рыжего. — Тебе нравится? — прорычал Йен, отзываясь на все звуки, которые ускользали из губ Микки, когда он трахал его. Он посмотрел через плечо парня, чтобы увидеть, как тот дрочит свой истекающий член, и опустил лоб на затылок брюнета, — Да, тебе чертовски нравится. — Дерьмо, — все, что Микки смог ответить, слегка опешив от того, когда палец Йена коснулся его рта. Он укусил его достаточно сильно и застонал, когда Йен подцепил его щеку и убрал губы с его зубов. — Ты собираешься его сосать? — спросил он беспощадным тоном. — Иди нахуй, — бранился Микки, голос исказился из-за дергания его рта. Йен неряшливо сплюнул на ладонь и резко оттолкнул руку Микки от его члена, чтобы он смог выкручивать и дрочить его в возбуждающем ритме самостоятельно. Галлагер осторожно провел пальцем по языку Микки снова и застонал. — Хорошо, — когда брюнет сомкнул свой рот вокруг него и начал послушно сосать палец. — Кончай, — потребовал Йен, зная, что ощущения от члена в заднице и пальца во рту подталкивают Микки к краю. Как будто его член был под командой, Микки ахнул и выстрелил спермой на землю, мышцы его задницы сжались вокруг члена Йена, готовые к его семяизвержению. Йен задыхался в своем оргазме, заглушая вой, когда Микки прикусил палец, все еще засунутый ему в рот. — Иди нахуй, — рассмеялся рыжий, стряхивая свой член и поднимая штаны. Микки ухмыльнулся и наклонился. Он сел и закурил сигарету. — Как же охуенно, — начал он с легким смешком. — Я скучал.