The Sex They Should Have Shown

— Что ты пишешь? — спросил Микки, подперев лицо рукой, позволяя пальцам скользить по телу Йена. — Мысли, идеи, — легко сказал Галлагер, наклонив голову, чтобы посмотреть в сапфировые глаза своего парня. — Привет, — усмехнулся рыжий, положив записную книжку, чтобы он мог уделить Микки внимание, которого тот так явно жаждал. — Привет, — ответил брюнет, кусая нижнюю губу и улыбаясь, когда Йен вытянул шею, чтобы соединить их губы. Микки лег на спину и потянул Йена за собой, чтобы тот оказался сверху. Их поцелуи были медленными и влюбленными, полные обещаний и преданности. Руки исследовали тела друг друга, и хоть парни помнили каждый изгиб тела своего партнера, они всегда желали узнать больше. Йен уткнул лицо в шею Микки и вдохнул сладкий запах его кожи, облизывая, грызя и посасывая все чувствительные места брюнета. У него был запах дома, единственного комфортного места, которое когда-либо знал Йен. Он проделал свой путь от грудной клетки Микки к твердым мышцам его задницы. — Все еще растянут, — тихо сказал Микки, вздохнув, когда он почувствовал, как Йен лизнул его отверстие. Он подтянулся на локтях, чтобы видеть, как красиво выглядел Йен — его глаза были мирно закрыты, а щеки втянуты, когда он вылизывал Микки, расслабляя его мышцы все больше и больше. Милкович опустил голову на подушку и изогнулся со стоном, когда язык Йена начал толкаться еще глубже. — Уже готов. — Вкус настолько хорош, — вздохнул рыжий перед тем, как снова погрузиться в парня своим языком. Дыхание Микки становилось все более рваным и изменчивым, он наслаждался ощущениями и осознанием того, что его парень никак не мог насытиться ним. Йен не останавливался, продолжая скручивать и сужать язык, довольный и воодушевленный гортанным стоном, который шел глубоко из груди Микки. Когда ноги брюнета начали трястись и дрожать, Йен встал на колени и приставил к нему свой член. Они оба застонали, когда Галлагер толкнулся внутрь, и Йен почувствовал, как горячее тепло тела Микки принимает его всего. Галлагер ощутил, как дрожит тело брюнета от удовольствия быть наполненным. — Не могу насытиться тобой достаточно, ты знаешь это, — напевал Йен, прижимаясь бок о бок с Микки, чтобы поцеловать его плечо, пока он медленно вбивался в парня бедрами. В комнате было почти безмолвие, за исключением мягких ворчаний и стонов, которые они выпускали в кожу друг друга. Йен оторвал губы от плеча Микки, чтобы посмотреть в его синие глаза. Они были прикрыты, с явным удовольствием, и глядели на Йена с такой похотью и восхищением, что рыжий знал, что он кончит, если не отведет взгляд. Он прижался лбом к Микки и толкнулся глубже, задевая толчками простату парня. Йен обвил руки вокруг шеи брюнета, придерживая его голову, а затем опустил нос, чтобы потереться им о парня. Они снова соединили свои губы, и Микки начал задыхаться. Йен сжал нижнюю губу брюнета и немного вытянул ее, чтобы он мог глубоко всунуть язык ему в рот. Поцелуи были нетерпеливы, словно их губы не были укрыты ссадинами за те часы поцелуев, что у них были раньше. Йен осторожно выскользнул из Микки, направляя его бедра так, чтобы он лежал на боку. Прошли секунды, прежде чем их тела снова соединились. Йен положил руку на плечо Микки и переплел их пальцы, двигаясь как можно ближе к нему, насколько это вообще было возможно. Но он все еще чувствовал себя слишком далеко. Их тела объединились вместе, конечности запутались, как струны, которые двигались в известных ритмах и прослеживали привычные узоры. — Проклятье, детка, — промурлыкал Микки, вытягивая мягкий вздох от Йена, который любил спокойные и ласковые выражения, которые просачивались из уст Микки в самые интимные моменты. Простынь окутала их тела, убрав их от мира, и они сосредоточились на том, чтобы быть друг с другом. Йен прижался лицом к спине своего любовника, все глубже погружаясь в его тело с каждым толчком. Он почувствовал, что Микки опустил свободную руку к своему члену, а его задница сжалась вокруг рыжего, указывая на то, что он был готов кончить. Когда Микки сбросил свое напряжение, Йен толкнулся глубже, кончая глубоко внутрь своего парня. Тело брюнета сжалось вокруг пульсирующего члена Йена, когда тот тихонько задыхался от своего оргазма. Рыжий оставил мягкий поцелуй на спине брюнета, когда Микки осторожно приложил его руку к губам. Губы на коже, губы на губах, любящие глаза и покачивающиеся бедра. Йен смотрел на Микки с трепетом, все еще не в силах поверить, что он у него такой свободный и открытый, нежный и сладкий. Галлагер наблюдал, как Микки устроился на кровати, зная, что сон обгоняет его. Не потрудившись надеть боксеры, зная, что остальная часть дома спала, он вышел из комнаты, чтобы выпить стакан воды. Когда он был один в постели с Микки, реальность ощущалась как сон, завернутый в украденные моменты и успокаивающие мысли. Микки был его жизнью, самой красивой ее частью. Был кровью в его венах и ударами его сердца. Когда тусклая гостиная исчезла, дом залило белым светом. Любовь заполнила пространство, и он увидел их брачную ночь. Микки чувствовался как вечность.