Вечный шёпот волн

- Спасибо, что подбросил. Буран поднял ладонь, активируя интерфейс к кредитной карте, но автоботский парнишка за пультом замотал головой: - Не надо! Я же не за деньги, а так. - Ну как хочешь. Наше дело предложить. - Буран спрыгнул с борта грузовой платформы: - Ладно, автобот. Счастливо. - Вам тоже счастливого дня, -- пожелал автобот, и платформа двинулась прочь, к возвышавшимся поодаль недостроенным зданиям. Очередной жилой сектор, наверное, уже с присвоенным номером. Скоро строительство завершится и сюда заселится бойкая молодёжь, только что прошедшая аттестацию после Сигма-компьютера и получившая право носить Фиолетовый знак. Быстро идёт освоение пустующих земель. Ещё немного, и жилые районы подберутся к побережью, а там уже начнут отвоевывать землю у океана. Вот, значит, куда забрался этот Харракеш - на самую окраину... Гравий захрустел под тяжёлыми шагами десептикона. Да, на крыльях было бы сподручнее. А так придется топать квинт знает сколько вдоль берега. За крыльями, собственно, и топаем. Восстановить трансформацию для полета. И за серьёзным апгрейдом с тонкой настройкой боевых систем. Можно, конечно, было не тащиться к Юникрону на рога, а апгрейдиться в Альфе. Столичные квинты одним движением щупалец разберут на базовые блоки, поменяют что нужно и снова соберут - будешь как новенький. Только апгрейдиться в столице Буран не хотел. Не из-за дороговизны - деньги у него были, да и на матчасть он никогда не скупился. Не хотел - и всё, и никому причины обьяснять не собирался. Солнце, стоявшее почти в зените, нагревало тёмно-синюю с серебром обшивку десептикона. Океан неспешно катил волны на каменистый берег. Буран смотрел на их изменчивые, постоянно движущиеся формы и ощущал в них что-то странное, непонятное и неподвластное логике трансформерского мира, старающейся всё выверить и расставить по местам. В океане зародилась органическая жизнь, так считают учёные. И где-то там, в глубинах, скрывались её остатки. Существа причудливых форм, невероятным образом приспособившиеся к давлению, способному смять в комок металла любого техно. А может, как сочиняют фантасты, там, в глубине, обитает разумная цивилизация, устроенная лучше и справедливее нас... Кто знает. Буран прервал цепочку размышлений. Вот она, кибернетическая лаборатория Харракеша - низкие здания с белыми стенами из бипласта, соединённые застеклёнными переходами. Возле входа он с удивлением заметил необычную деталь: дерево, цепкими корнями вросшее в кусок скалы. С искривлённым стволом и редкими тёмно-зелёными иглами на голых ветвях, оно словно боролось за свое право жить здесь. А вокруг красочными пятнами пестрели купы растений самых разных форм и расцветок. Буран хмыкнул. Экзотичное хобби у хозяина. Да и сам квинт должен быть оригиналом. Сторожевая система на входе потребовала идентификационный код. Буран передал его мыслекомандой на приёмное устройство. Прозрачные двери бесшумно скользнули в стороны, и десептикон вошел в приемную. - Здравствуйте, Буран! Вы ремонтироваться или на апгрейд? Буран так и остановился, разглядывая встретившую его незнакомку. Белые и жёлтые сегменты обшивки - типично автоботские цвета. Но дизайн совершенно нехарактерный для автобота! Плавные обводы. Узкие длинные крылья за спиной, опущенные концами вниз. Множество спрятанных по всему корпусу мелких двигателей. Серебристое украшение на шлеме - кувагата в виде двух расходящихся лучей. Гандам! Незнакомка приветливо смотрела на десептикона золотистыми глазами, ожидая ответа. - Апгрейдиться, - наконец ответил Буран. - Я могу видеть квинтэссона Харракеша? - Харра-соку ещё занят, - проговорила девушка и улыбнулась: - Но я сообщила ему, что вы пришли. А пока сделаю вам первичный анализ. - Она грациозно развернулась: - Пойдёмте! «Харра-соку?» - удивлялся Буран, шагая следом за девушкой-гандамом, словно парившей над упругим бипластовым покрытием. «Соку» означало «отец моего отца», архаичное обращение из тех времён, когда новые поколения создавались женщинами, а не Сигма-компьютером. Впрочем, у автоботов до сих пор самовоспроизводство; Сигма-компьютер с современными обучающими программами - привилегия Фиолетового знака. Однако, хм... Как «отцом отца» девушки-гандама может быть квинт?.. Девушка привела десептикона в просторное светлое помещение с диагностическим столом и стеклянной стеной. За стеклом открывался вид на океан. - Устраивайтесь, Буран, - сказала девушка, кивнув на стол. - Меня зовут Файре. Можно просто Фай. Буран лёг на стол. Девушка включила диагностическую аппаратуру и неслышно скользнула к нему. Руки её легли на обшивку десептикона, безошибочно находя входы диагностических контактов и подключая к ним гибкие коннекторы. Эти прикосновения напомнили Бурану уверенные и точные движения других рук, по странному совпадению тоже принадлежавших гандаму... - Я запущу процедуры сбора данных, - пояснила Фай. - Если появятся какие-нибудь странные ощущения, говорите... Вам поставить музыку, чтобы не было скучно? - Да нет, - отказался Буран. - Я лучше так, без музыки. - Кстати, у вас гибкая базовая конфигурация, - продолжала Фай. - Вы из девятого сигма-поколения? И вас проектировали как универсала, с возможностью разных специализированных апгрейдов? - Угадали, - подтвердил Буран. - Не угадала, а прочла в вашей сигнатуре, - уточнила Фай с улыбкой. - Харра-соку хорошо меня учил. На прозрачной панели вспыхнули светло-зеленые окошки с цифрами и диаграммами. Девушка, похоже, сечёт в кибернетике, размышлял Буран, наблюдая за ее действиями. Как и Кагеру... Он всегда диагностировал Бурана сам. Фай замолчала, углубившись в просмотр данных. Буран тоже молчал, возвращаясь мыслями в далекое прошлое... Это было много десятилетий назад. Буран, тогда еще мальчишка, с блеском прошедший первую аттестацию и получивший Знак, поселился в недавно построенном секторе под номером сто семнадцать. Здесь жила в основном молодёжь его поколения и чуть постарше. Небольшой суммы, переводившейся на его счёт правительством, хватало на то, чтобы снять скромное жилье с необходимым оборудованием для каждодневной техподдержки. Заправляться можно было в энергокафе внизу, - у него как у первогодка была скидка. Большинство ребят из его поколения после несложной доподготовки шли в армию или полицию. Буран же мечтал попасть в «Разряд» - корпус быстрого реагирования. Для этого нужно пройти еще одну аттестацию, несколько специальных курсов и непростой экзамен, для которого требовался, помимо знаний, ещё и недешёвый апгрейд. Поэтому Буран подрабатывал охранником на заводе, а в свободное время занимался. В многоэтажной башне, где Буран снимал квартиру, жил гандам. Единственный на весь сектор, он являлся чем-то вроде местной достопримечательности. У него тёмно-зеленый с черным корпус, белая обшивка на руках и ногах, и странное украшение на шлеме в виде двух золотистых рогов. Всегда в идеальном состоянии, всегда сдержанно-вежливый, он внушал какое-то иррациональное уважение, и даже местные задиры не трогали его. Однако о нём почти ничего не было известно - кто он, как сюда попал, - а сам гандам был неразговорчив. Единственное, что Буран о нём знал - гандама звали Кагеру и он работал где-то на орбите. Иногда Буран сталкивался с Кагеру в энергокафе; гандам узнавал соседа по дому и кивал, здороваясь. Но этим их общение и ограничивалось. Занятый подготовкой к аттестации, Буран так и не свёл знакомства ни с кем из соседей. Однако молчаливый десептиконский парнишка стал объектом внимания Арена, местного забияки и драчуна. Арен с дружками постоянно задевали его, давая понять, что либо Буран присоединится в качестве «шестёрки» к их компании, либо огребёт неприятностей по макушку шлема. Однажды Арен с приятелями поймали Бурана вечером по дороге с работы. Выписывая вокруг виражи, они вынудили его сесть, и дальнейшее выяснение отношений уже проходило в универсальной трансформации, у стены какого-то склада. Буран понимал, что дело плохо - ему в одиночку не справиться с шестью навороченными десами. Но отступать или просить пощады не позволяла гордость. Он встал спиной к стене, готовясь драться. Арен не спеша подошел к нему: - Ты, Буря, думаешь, круче других? Собрался в правительственный спецназ? А на интересы общественности, значит, можно забить? - Знаю я, какие у вас интересы, - зло отозвался Буран. - Болтаться по сектору и начищать шлемы таким же обалдуям, как вы. - Парни, вы слышали? - картинно обратился Арен к дружкам. - Слышали, что он сказал? - Он снова повернулся к Бурану: - Слушай, Буря, на этот раз ты меня разозлил. Сейчас мы тебя так отделаем, всю жизнь будешь таскаться по ремонтникам! - Оставьте его, - потребовал за спинами десов спокойный и уверенный голос. Дружки Арена нерешительно расступились, и Буран увидел Кагеру. Гандам приветливо кивнул ему. Арен подошёл и толкнул гандама в грудь: - Ты, рогатый, не лезь не в свои разборки! И вообще, вали отсюда, пока не получил! - Хорошо, я уйду. Но вместе с ним. - Отодвинув с дороги деса, Кагеру направился к Бурану. Арен схватил его за плечо: - Ну ты... Гандам развернулся, сделал какое-то незаметное движение правой рукой, и Арен с грохотом рухнул на бетон. Кагеру спокойно улыбнулся Бурану: - Пойдём? - Да я тебя пущу на утильсырье! - заорал Арен, поднимаясь на ноги. - Парни, бейте его! Десептиконы толпой бросились на гандама. Кагеру стоял на месте, его лицо по-прежнему оставалось непроницаемо-спокойным. Однако в последний момент он рванул вверх на включённых движках, и приятели Арена с грохотом и лязгом столкнулись корпусами. А гандам, сделав сальто в воздухе, мягко опустился на ноги рядом с Бураном. Буран ощутил потоки горячего воздуха, идущие из-под крыльев Кагеру. Гандам положил ему руку на плечо и ободряюще улыбнулся: - Ничего, сейчас они уйдут. Однако Арен с компанией уходить не собирались. Они снова двинулись на гандама. Кагеру включил двигатели (Бурана обдало горячей волной) и шагнул им навстречу. Буран даже не успел понять, что произошло, настолько быстрыми и точными были движения гандама. Но через несколько мгновений вся компания Арена лежала на бетоне в аварийной перезагрузке. Арен приподнялся на руке, активируя оружейный модуль. Гандам шагнул к нему: - А вот это ты зря, дружок, - и лазерным мечом аккуратно срезал модуль, даже не задев обшивки. Напряжение спало, и Буран вдруг почувствовал себя плохо. Словно стрессовая ситуация перегрузила рецепторную сеть. Перед глазами всё поплыло, в голове зашумело. Он упал на колени, издавая невнятные звуки. Кагеру опустился рядом, поддерживая его: - Ничего... Это сейчас пройдет. Потерпи. То ли спокойный свет в зелёных глазах гандама, то ли дополнительные резервы, подключённые квантовым процессором помогли Бурану справиться с собой, и он пришёл в чувство. - Спасибо вам, - сказал он гандаму, поднимаясь. Кагеру молча смотрел на него, глаза его светились тёплым зелёным светом. Буран нерешительно проговорил: - Я полечу, наверное... - Лучше не поднимайся в воздух, - возразил Кагеру. - У тебя был системный сбой. Пойдём пешком. И я предпочел бы продиагностировать тебя - если сгорела часть цепей, нужно вызывать врача-кибернетика. Так Буран оказался в квартире Кагеру. Квартира была просторной, но почти без мебели, зато с застеклённой стеной, выходящей на западную сторону. Сейчас там над тёмными силуэтами жилых башен догорало вечернее небо. И ещё была в интерьере гандамского жилища необычная деталь: настоящее, живое дерево в декоративном баке с камнями. Гандам усадил Бурана в перезагрузочное кресло, подстроив его форму под корпус десептикона. Уверенными движениями, как у врача-кибернетика, он сдвинул сегменты брони на корпусе Бурана, открывая диагностические входы, и подсоединил гибкие шнуры-коннекторы. - Может закружиться голова, но это ничего, - сказал он и вышел, оставив Бурана на попечение диагностической программы. Когда диагностика закончилась, Кагеру вернулся из соседней комнаты с двумя бокалами энергона. Коротко бросил взгляд на диагностические экраны и улыбнулся: - Понятно... Это не сбой, а особенность рецепторной цепи, она у тебя гиперчувствительная. У всех спецназовцев такая настройка, они просто умеют нейтрализовать побочные эффекты. Вот, кстати, неплохой нейтрализатор, - гандам протянул десептикону бокал, - но только не во время службы. - Что это? - Буран удивленно воззрился на светящуюся золотистую жидкость. - Энергон-2, - пояснил Кагеру. - Слегка бьёт в голову, зато снимает напряжение. - А откуда вы знаете, что я собираюсь в спецназ? - удивился десептикон. Кагеру отсоединил от его корпуса коннекторы. Пододвинул второе кресло и сел рядом. - В энергокафе есть завсегдатаи, всегда всё знающие и любящие поделиться информацией. Ну, за знакомство! - он легонько стукнул своим бокалом о бокал Бурана. Они выпили ещё по бокалу энергона-2, а потом сидели у окна и разговаривали. Кагеру расспрашивал Бурана о его жизни, о работе и учебе. Золотистые отблески огней настенного алтаря мерцали на шлеме и кувагате гандама. Когда темы для разговора исчерпались, они просто сидели и молча смотрели на звёздное небо, и удивительно, что это совместное молчание не вызывало неловкости. Буран не стал возвращаться домой, оставшись у Кагеру и на перезагрузку. Да и улетать, честно говоря, не хотелось. Просто вдруг оказалось удивительно хорошо, что ты не один, а кто-то уверенный и сильный рядом с тобой. Он и на работу полетел прямо со взлётного трамплина квартиры гандама. Так завязалась их дружба - даже не дружба, а ещё более близкие отношения, названию которых Буран не знал. Друг ведь не обязан проявлять заботу и покровительство, которые оказывал Кагеру десептиконскому парнишке. По предложению Кагеру Буран даже переселился к гандаму, что позволило сберечь часть выплачиваемых государством подъёмных, не тратя их на арендную плату. Да и за подключение к Инфосети теперь не надо платить -- у Кагеру абонемент, оплаченный на несколько лет вперёд. Большую часть времени Буран жил один - Кагеру работал в лаборатории антиматерии на орбитальной станции и все рабочие дни проводил там. Буран днём подрабатывал охранником, копя деньги на апгрейд, а вечерами занимался в рабочем кабинете Кагеру, где была собрана прекрасная инфотека. Однажды в энергокафе он столкнулся с Ареном. - Привет, Буря! - насмешливо сказал десептикон. - Что, рогатый влюбился в тебя как в девушку и поселил у себя? Может, ты и есть передизайненная девушка, и вы с ним целуетесь, как автоботы? Буран спокойно ответил: - Давай выйдем, и ты узнаешь, кто я. Если не побоишься, - с едва заметной усмешкой добавил он. - Ой-ой! - возгласил Арен. - Я уже испугался! Сейчас меня коротнет! А может, Буря, ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал? - Ну что ж, ты сам напросился. - На глазах у любопытствующей публики, наблюдавшей за развитием ситуации, Буран двумя быстрыми и точными ударами отправил Арена в аварийную перезагрузку. Кагеру научил его и основам боя в универсальной трансформации. Правда, такие удары они отрабатывали только в виртуалке, ибо после подобного удара, нанесенного умелым бойцом, мог потребоваться серьёзный ремонт. После этого инцидента Арен оставил Бурана в покое, однако слухи о том, что Кагеру относится к Бурану как к девушке (со всеми вытекающими последствиями), поползли по сектору. Буран как-то сказал об этом гандаму. - Не обращай внимания, - посоветовал Кагеру. - Они просто не знают, что такое семья. - Я тоже не знаю, что это такое, - отозвался Буран. - Знаю только, что это архаизм, сохранившийся у автоботов. Кагеру чуть грустно улыбнулся: - Архаизм... Выходит, плохой я учитель, раз не сумел объяснить таких вещей. - Да что ты! - горячо возразил Буран. - Ты столько для меня сделал! Только... почему именно я? Кагеру сходил к энергон-бару и принёс два бокала. Подал один бокал десептикону и придвинул кресло, садясь. - Когда-то у меня была жена. Не просто подруга или возлюбленная, а существо, с которым мы принесли клятву быть вместе в горе и радости. Она работала в лаборатории антиматерии. Сразу же после того, как мы поженились, она начала создавать сознание нашего будущего сына. Она хотела сделать это сама, без Сигма-компьютера. Но это нелёгкий труд. Я видел, как ей становилось тяжелее, ведь ей приходилось мыслить и чувствовать за двоих. Мы решили, что она должна уйти с работы, но её не отпускали - она была ценным специалистом. Пока я ходил по инстанциям и добивался, чтобы её отпустили, случилось несчастье - рванул генератор антивещества. Много сотрудников погибло, включая мою жену. Просто.. глядя на тебя, я думал, что таким мог быть наш с Таирой мальчик. Гандам залпом осушил бокал. Буран не знал, что сказать. В базовых программах обучения не учили иметь дело с чужой трагедией. Но он вспомнил руку Кагеру на своем плече, когда ему было плохо... Буран положил руку на плечо старшего друга: - Я постараюсь хоть немного заменить его. Зелёные глаза Кагеру внимательно посмотрели на десептикона: - Нет, Буран. Ты - это ты, у тебя своя дорога. Следуй ей. Оставайся самим собой. - Кагеру, - помолчав, добавил Буран. - Ты... уходи со своей работы. Я не хочу, чтобы ты тоже... Гандам успокаивающе улыбнулся: - Контракт заканчивается в этом году. Продлевать не буду. Переберусь в академические круги, - друзья давно уже зовут, да и постоянно мотаться на орбиту надоело.