Предатели

Володя тихо зашел в комнату, стараясь не разбудить Машу. Мужчина снял куртку, бросил ее на стул и с улыбкой посмотрел на девушку, спящую на кровати. Она лежала спиной к нему, укрытая одеялом, и выглядела сейчас особенно милой и невинной. Однако именно это не понравилось мужчине. Обычно девушка никогда не спала так спокойно. Она часто ворочалась, просыпалась, шарила во сне руками по кровати в поисках мужчины. А сейчас все было тихо. Повар присел на кровать и осторожно положил руку на ее плечо, всматриваясь в темноту. Грудь и живот девушки не приподнимались. Она не дышала. Володя вздрогнул, резко, одним движением перевернул ее на спину и попытался нащупать пульс на шее. Его не было. Мужчина с ужасом посмотрел на девушку, быстро сложил руки в замок, положил их на ее грудь, готовясь делать массаж сердца, но тут же застыл на месте. В глубине души он понимал, что было уже поздно. Она умерла. Именно поэтому не трезвонила ему последние два часа, поэтому не ждала с работы. Володя приложил ладонь к ее щеке. Девушка была уже холодной. Она умерла. Нет, ее убили. Пока его не было рядом. Пока он гонялся за прошлым и возможно несуществующим, кто-то вошел в комнату и убил ее. - Маш, - тихо позвал мужчина, в надежде, что она проснется, откликнется. – Маша… - последнее слово он прокричал и…. Проснулся. Мужчина подскочил на кровати, тяжело дыша, и посмотрел в темноту перед собой. От такого резкого толчка проснулась и Маша. Девушка сонно потерла глаза и посмотрела на возлюбленного. - Володь, ты чего? Повар повернулся, смотря на нее. Растерянную, сонную, живую. Да, живую. Он вернулся два часа назад, Маша не спала. Девушка в шутку отчитала его за опоздание, и они легли спать. Да, все было именно так. «Это просто сон. Дурацкий сон, - убеждал себя мужчина, смотря на Машу. – Она жива». - Володь, - девушка улыбнулась и взяла его за руку, - ты чего? Мужчина облегченно выдохнул и обнял девушку, крепко прижимая ее к себе. Он лег на кровать, не разрывая объятий. - Я люблю тебя, Маш, - прошептал Володя, - и не отпущу. Никуда не отпущу, - сердце до сих пор колотилось в груди. Этот сон был настолько реалистичным, что он поверил. Действительно поверил в то, что девушка умерла, а он не смог защитить. - Володь, - девушка улыбнулась, слегка отпрянула и посмотрела ему в глаза, - я тебя тоже. Что случилось? - Ничего, - он отрицательно покачал головой, - просто дурацкий сон. Я никому не отдам тебя, слышишь? Ты моя, только моя. В ответ девушка тихо усмехнулась и прижалась к нему ближе. - Ну, а чья же еще? - Ты же не приближалась к Толику? – при упоминании соперника мужчина сжал кулаки за спиной девушки. - Нет, - Маша снова улыбнулась, - ты же запретил мне, - она тихо засмеялась, и Володя вслед за ней. - А ты слушаешься, - констатировал он, прикасаясь губами к ее щеке, волнение начало отступать. - Конечно, - девушка закинула ножку на его ноги и игриво провела рукой по его спине, - ты же у меня такой ревнивый. - Да, - загадочно произнес мужчина, - кстати, я кому-то обещал устроить поучительный урок. За неоправданную ревность. Маша улыбнулась, перевернулась на спину и посмотрела в глаза, нависшего над ней мужчины. - Ну, ты так много времени проводишь с Верой, - девушка притянула его ближе к себе, получая первый столь долгожданный, страстный за эту ночь поцелуй. - Ревнуешь меня к Вере? – Володя задрал ее сорочку, забрался под нижнее белье и снова поцеловал. После такого реалистичного кошмара он нуждался в этом. Он просто должен был доказать ей, да и самому себе, что Маша принадлежит только ему. Что она в его власти, и он не позволит ей умереть. «Иногда симпатия превращается в наваждение», - эта мысль пришла в голову Виктора спонтанно. Осознав ее, мужчина вздрогнул, несколько раз моргнул, чтобы отогнать навалившееся наваждение и снова посмотрел на Наташу. Он сидела в кабинете, ожидая, когда же прозвенит звонок, и ему дозволят начать урок, а девушка стояла в коридоре, около одного из окон и разговаривала с Ромой. Из-за учительского стола ему открывался прекрасный вид на учеников, к его же сожалению. Видя, как девушка улыбается однокласснику, в Полякове просыпалась ревность. Он не хотел, чтобы она улыбалась кому-то кроме него. Наташа звонко засмеялась, и Виктор сжал кулаки. Мужчина не слышал ничего вокруг кроме этого смеха и собственного пульса. «Успокойся, - подумал мужчина, - ты ничего не можешь и не должен делать это неправильно». Он вздохнул, закрыл глаза и попытался расслабиться. Обнаженная девушка падает на кровать, она слегка подскакивает на ней и с вызовом смотрит ему в глаза. Мужчина оказывается сверху, жадно накрывает ее губы, перебрасывается на шею, плечи, грудь, сильно кусая ее, оставляя яркие засосы, следы на нежной коже. Он хочет, чтобы все знали, что она принадлежит ему. Он не сдерживает себя. Кусает до крови, слизывает проступившие алые капельки и закрепляет укус новым. Быстро, стремительно, резко. Девушка улыбается, почти смеется. Мужчина переворачивает ее спиной к себе, входит в ее нее и кусает за шею, чуть выше спины, как животное, ставя метку. И она все же улыбается. Он не видит, но чувствует, что она улыбается. Звенит звонок, и ученики заходят в класс. Виктор вздрагивает и провожает Наташу взглядом до парты, пребывая в состоянии некой эйфории. Кирилл устало смотри на учеников, которые пишут самостоятельную работу. Его глаза слипаются. Ночью мужчине практически не удалось поспать. Он решил пока не рассказывать Вере о записке. Конечно, девушка знала о его прошлом, но все-таки отчего-то его совесть предпочла умолчать. Это ему не давало покоя. Антон умер. Его застрелили на глазах Кирилла, который еще долго скрывался от погони и в результате оказался в Логосе. Мужчина не знал, кто его застрелил, однако он видел это собственными глазами, так как это возможно? Откуда взялась эта записка? На ум приходило только одно решение. Кто-то из его прошлого в Логосе. Его нашли. Да, почерк был похож, но ведь его можно подделать. Кирилл внимательно осмотрел четвертый класс. Дети сидели тихо, записывали в тетрадях решение и не поднимали глаза на учителя. Возможно, кто-то и списывал. Кирилл не замечал. Ему было не до этого. Их с сыном нашли. Кто-то из его прошлого в Логосе. И этот кто-то вышел на его след. Галина устало потерла глаза и вздохнула. Долгая работа с документами давала о себе знать, и усталость все больше воздействовала на нее. Женщина выпрямила спину, размяла шею и замерла на месте, почувствовав дуло пистолета у своего виска. Она дернулась вперед, но грубая мужская рука, лежащая на ее плече, дернула женщину на себя, впечатав в спинку стула. Женщина глубоко вздохнула. Лечь спать пораньше ей снова не удастся.