Rinascita del cielo

Я прижимаю ко рту уже давно побуревший платок. Как больно… словно внутри меня все раздирает на кусочки разрядом тока, и ты ничего не можешь сделать с этим. Хибари-сан стоит у окна. Он отошел от меня довольно давно, но врача по какой-то непонятной мне причине не звал. Так бы поступил на его месте любой нормальный человек… Хотя, назвать Хибари-сана нормальным при всем моем желании и уважении (страхе) к нему не получается. Он же просто отвернулся и молча стоял, наблюдая за городом из окна, словно делая вид, что он ничего не видит и не слышит. Даже не знаю, как к этому относиться… с одной стороны, это вроде как значит, что он не считает меня зверюшкой, потому что за ней он уж точно приглядывал бы до конца. Но если посмотреть с другой стороны, то это даже смахивает на безразличие. Не понимаю я его… Вроде бы, если посмотреть на него так же, как и раньше, то все просто: он фанатик драк, ревнитель дисциплины, ненавидящий толпы, любящий животных, презирающий «травоядных» и постоянно дерущийся с другими «хищниками». Только сейчас почему-то все совсем не так. Я не могу объяснить этого, но у меня появляется ощущение, будто он почему-то изучает меня, но не относит меня ни к «травоядным», ни к «хищникам». На самом деле, это можно назвать любопытством. Он словно пытается понять, найти что-то в моей душе. Ужас. Никогда бы не хотел интересовать его. Он действительно пугает меня, даже несмотря на то, что если смотреть объективно, то он не страшнее наших врагов или того же Занзаса. Интересно, почему?.. - Собирайся, мы уезжаем. Я вздрогнул. И что это должно значить? - П-простите? - Малыш должен был тебе сказать, что ты можешь возвращаться домой. Скоро придет машина. Кажется, твоя мать приедет домой минут через десять, так что поторапливайся. - Эм, а вы… со мной едете? - Малыш попросил меня присмотреть за тобой, пока ты не выздоровеешь. Но не думай, что я собираюсь следить за каждым твоим шагом. Если тебя убьют, это будет не моя вина. Реборн! Почему из всех людей он попросил именно его? Он не мог не заметить, что Хибари-сан пугает меня. Хотя, возможно, как раз поэтому и Хибари-сан. Наверняка в голове у этого дьявольского репетитора созрел план, как укрепить отношения в нашей «семье». Ну спасибо ему большое! Только этого в дополнение ко всему не хватало. Ничего. Нужно как-нибудь пережить это время, и все будет хорошо. Кроме того, Хибари-сан действительно силен, и как бы он ни отпирался, в тяжелых случаях он все равно поможет, а в более легких меня могут защитить и ребята, они тоже далеко не слабые. Так что надо просто выбросить из головы все эти мысли, иначе Реборн меня точно расстреляет. Хибари-сан приоткрыл рот, словно хотел сказать что-то еще, но промолчал. Я кинул на него удивленный взгляд, но не стал ничего говорить и просто вышел из палаты, волоча за собой сумку с вещами. Хибари-сан вышел следом, ни о чем не говоря и не давая ни единого намека на то, что недавно что-то было. Меня же грызло нехорошее предчувствие, словно произойдет что-то нехорошее. Я настолько устал, что мне не хотелось думать ни о чем плохом, и единственным привлекательным для меня выходом стало простое игнорирование тревоги. В конце концов, я попытался успокоиться и подавить паникующее сознание, бьющее тревогу и твердящее, что предчувствия меня еще никогда не обманывали. Это был первый раз в моей жизни, когда я подавлял любые намеки на тревогу и не доверял своей интуиции. Как в последствии выяснилось, это было очень зря… - Привет, мам! Как отдохнули? - Ох, Тсу-кун, ты как? Ты такой бледный! Видимо, пребывание в больнице плохо на тебе сказывается. Я хотела приехать раньше, но ребята сказали, что ты будешь в порядке, так как за тобой все присматривают. Ох, ты, наверное, проголодался. Сейчас я приготовлю что-нибудь. - Не волнуйся, мам. Со мной все в порядке. -Тсу-кун, ты не должен обманывать мать. У тебя очень усталые глаза. Ощущение, будто ты живой мертвец. Иди в свою комнату и отдохни немного. Кстати, может нам устроить вечеринку по поводу твоей выписки? Хибари-кун, ты не поможешь нам? - Хибари-кун? – я в шоке уставился на Главу Дисциплинарного Комитета. Мама знает его? - Хибари-кун недавно помог мне. Меня чуть не ограбили, а он избил их. Ну прямо как твой отец в молодости! Он тоже когда-то давно спасал меня от преступников. Не думала, что ты знаешь его. Ну, раз вы знакомы, мне не стоит волноваться за Тсу-куна, Хибари-кун поможет ему в случае чего. Ну, а я пойду составлять меню. Следует приготовить много всего. Мама развернулась и направилась было на кухню, но вдруг остановилась и снова повернулась ко мне. - Да, и еще. Тсу-кун, ты растишь волосы? Тебе очень идет. Не обрезай их ни в коем случае! Она радостно хихикнула и убежала на кухню. Через некоторое время оттуда донеслось шипение сковородок и ее радостное пение. Я мягко улыбнулся. Я наконец-то дома. Только нехорошее предчувствие не отпускало меня. Я взял сумку и пошел наверх. Некоторое время я безуспешно пытался пройти по лестнице, не потеряв равновесия, но ничего не выходило. Ступени с поразительной настойчивостью уплывали и заставляли меня чувствовать себя как на корабле во время шторма. Если же приплюсовать сюда еще и мою морскую болезнь, то можно понять, что мне было совсем не хорошо. Когда же я упал в пятый раз, стало ясно, что меня куда-то потащили. Причем потащили как мешок с картошкой, спокойно перекинув через плечо и время от времени поправляя, совершенно не заботясь о том, за какую часть тела меня вообще держат. Когда же меня в третий раз внаглую облапали за задницу, я окончательно понял, что будь ситуация хоть немного другой, и мысли ушли бы не в ту сторону. Но, к счастью, в данном случае это было невозможно, так как существовало два крайне важных нюанса. Это то, что я был парнем, и то, что нес меня Хибари-сан. Второе было даже гораздо важнее. Я не могу представить себе Хибари-сана-извращенца. Это просто две несовместимые вещи. Стоп. О чем это я думаю? Как все дошло до этого? Похоже, самый большой извращенец здесь я, раз допускаю мысль об этом. Нужно просто выкинуть из головы все мысли, а то ум что-то меня пока до добра не доводит… Когда лестница кончилась, меня запихнули в мою комнату, раздраженно отпечатав на моей многострадальной голове узор от двери. Видимо, я уже успел достать Хибари-сана. Пока я пытался привести себя в порядок и хотя бы подняться с пола, он ничем не выдал своего присутствия. Я даже не слышал его дыхания или малейшего шороха от его одежды, словно его здесь и не было. А спустя минут десять меня аккуратно, словно извиняясь за свою грубость, подняли и уложили на кровать. Я благодарно моргнул, так как шевелить головой у меня не было даже сил, и закрыл глаза. Послышались тихие шаги и негромкий стук двери. Он ушел. Аркобалено…пустышка…церемония…Ария-сан…Реборн…Хибари-сан…мама…ребята… Я больше не понимаю, что происходит в этом мире. Мне нужно успокоиться и отдохнуть хоть немного, но как это сделаешь, если во сне меня ждет мой личный кошмар. Я не спал уже три дня. Раньше же я засыпал, но постоянно просыпался из-за кошмаров и вообще не чувствовал себя выспавшимся. Мне нужно отдохнуть, хоть немного… Полчаса… Только полчаса… В этот раз все еще хуже, чем раньше… Я не помню… Я не помню, что произошло. Я ничего не помню. Только полчаса на сон, только полчаса кошмара, но я не помню, что я видел. Я лишь чувствую, как страх вязкой кровью напитывает мое сознание, заставляя его работать с перебоями. Я ощущаю мерзкую, ледяную жидкость, так похожую на ту самую кровь, которую я ненавижу больше всего. Кровь после сражения. Еще не засохшая, но уже густая и вязкая. Холодная. Отражающая уход жизни. Затапливающая собой все вокруг. Заставляющая тебя возненавидеть себя всем сердцем. Навсегда ставящая печать собственности на тебя. Не отпускающая тебя до самой смерти. Мучающая. Убивающая. Несущая ненависть. Та, которую нельзя назвать водой жизни. Кровь смерти. Именно такая кровь сейчас течет по мне. Все сосуды переполнены ею. Исчезла живая кровь. Исчезла, не оставив адреса. Забрала с собой все контакты, оборвала все связи и ушла в неизвестном направлении. Это…странно. Я открыл глаза и вздохнул. Нет, это мерзкое ощущение никуда не исчезло. Оно не уйдет просто так. Его нужно выпинывать. Резко, грубо, неожиданно и настойчиво. Я поднял глаза на потолок и стал разглядывать его. Облака, ветер, солнце, дождь, молния, туман и небо. Бесконечное и бескрайнее. Я помню, как мы с ребятами рисовали этот потолок. Мы смеялись, кидались краской, мазали друг друга и рисовали. Это было после одной из очередных битв, когда я едва не сломался. Я почти сдался, когда узнал, что Босс той семьи просто хотел отомстить за смерть дочери. Лишь благодаря ребятам меня не убили. Тогда они и предложили нарисовать это небо. Каждый рисовал то, что олицетворял. Вот кривоватое солнышко Старшего Брата, вот геометрически правильные завихрения воздуха Гокудеры-куна, вот капли Ямамото, вот странные, похожие на тоненькие ниточки, изогнутые под невероятным углом молнии Ламбо. Мукуро тоже тогда пришел и быстро пару раз мазнул кисточкой с фиолетово-синей краской, изображая туман, что, кстати, у него очень здорово получилось. Даже Хибари-сан неведомым образом нарисовал несколько облаков, хотя я и не видел его. Эти облака были прекрасны, словно рисовал художник. Только небо получилось странным и блеклым. Это был всего лишь голубой фон, но не небо. Мне тогда было действительно хорошо и весело, но я не мог изобразить небо. Может, это потому, что я им не являюсь? Меня называют Небом Вонголы, но правда в том, что быть Небом невозможно. Нет, можно, конечно, носить этот титул, походить на Небо характером, но быть им безоговорочно невозможно. Нельзя слиться с ним. Нельзя быть необъятным, всепрощающим, изменяющимся с виду, но внутри всегда остающимся прежним. Нельзя быть таким свободным, нельзя охранять других, наплевав на себя. Таких людей просто не существует. И я не исключение. Есть люди, которых я никогда не смогу простить. Есть те, кого я не могу защитить, как бы ни старался. Есть то, что постоянно меняется во мне. Я не свободен. Я труслив и совсем не похож на то Небо, что должно защищать Вонголу. А теперь я еще и становлюсь Аркобалено Неба. Смогу ли я выдержать это? Я не знаю. Я слишком слаб. Смогу ли я понести эту ношу и не сломаться? Ария-сан…почему вы выбрали именно меня? - Не сомневайся…просто выбери меня… Я подскочил на месте. Что это было? Что это, черт возьми, было? Я понял, что меня трясет, как в лихорадке. Я боюсь, я очень боюсь! Слышать голоса, которые явно не звучат в реальном мире очень страшно. -Ты же Небо… Ты же сможешь вытащить меня отсюда…Просто сделай это… Это же так легко… Успокоиться. Только успокоиться и не закричать. Никто не должен понять, что мне очень плохо. Они ведь будут волноваться. Только успокоиться. -Эй, да хватит тебе трястись. Не собираюсь я тебя есть. Я еще не совсем с ума сошел, чтобы тебя с ума сводить. В конце концов, ты первый владелец, слышащий меня. И прекрати кусать губы, а то так до крови прокусишь. Так, похоже, настроено это «нечто» не враждебно. Уже хорошо. Меня, по крайней мере, не будут убивать или сводить с ума. Осталось выяснить, что это такое. -Эй, я не это! Ты, как ты вообще смеешь, гад неблагодарный, так говорить?! Я тебе тут жизнь спасаю, а ты еще и называешь меня в среднем роде! Да если бы не я, ты бы со своим худеньким тельцем давно окочурился! Отлично, похоже, меня слышат. Кажется, придется следить за своими мыслями. - Угу. Только у тебя мысли такие жалкие, что аж плакать хочется. То себя терзаешь, то ерунды всякой боишься, то вообще извращениями всякими занимаешься. Даже не знаю, как мне тебя назвать. Нет, ну честно. У меня никогда не было такого жалкого владельца. И почему именно такой олух стал тем, кто может меня слышать? - Раз не нравится, тогда не слушай! - Ну извини, этого я не могу. Я непроизвольно все слышу. А ты тот еще извращенец, раз думал о том, где находится рука парня, пока он тебя нес, - раздался ехидный смешок. - Мог бы и промолчать. - Мог. Но это было бы скучно. Так что не надейся, что я оставлю тебя в покое. Ха-ха, ты у меня еще попляшешь за все те жалкие мысли, что мне приходится слушать. Хм, кстати, ты не заметил, что вкусно пахнет? Кажется, твоя мама отлично готовит. А ну ноги в руки и марш на кухню. Жаль, что я тебе пинка дать не могу, ты же не вошел в свой внутренний мир… Ну ладно, хватит тут болтать, бегом на кухню! Твой желудок уже минут десять тревогу бьет! Я встал и осторожно, чтобы случайно не упасть никуда, ведь перед глазами все еще плыло, начал двигаться в направлении кухни. Споткнувшись на последней ступеньке и грохнувшись, я выслушал море ругани и настолько разнообразил свой словарный запас, что, кажется, в знании мата меня теперь ни один хулиган не сможет обогнать. И откуда ему все это известно? - Мам, что вы тут делаете? Я зашел в гостиную и был мгновенно оглушен хлопушками и осыпан конфетти. - С выздоровлением! Вокруг собрались ребята, мама, Бьянки, Фута, Реборн, Дино-сан и еще множество наших знакомых. Даже Мукуро и его шайка пришли. Я был мгновенно схвачен и усажен во главе стола. Сыпались поздравления, веселые конкурсы, трюки, обычная шумиха. Мне казалось, что я никогда еще так не смеялся. Словно с моей души свалился огромный камень. Краем глаза я заметил Хибари-сана и понял, что он сидит в стороне, хладнокровно выдерживая эту кутерьму. Ого, да он стал более вынослив. Раньше он мгновенно ушел бы, а сейчас он спокойно относится даже к тому, что Старший Брат совсем слетел с катушек и начал хлопать его по плечу и называть Кеей. Блин, тут же не было алкоголя, так почему его так разнесло? - Опа, а вот и наш любимый извращенец. Да ты, похоже, серьезно заинтересовался им. Что ж, я тебя не виню, но я не думал, что мой новый хозяин будет педиком. В следующий миг сок, который я пил, оказался на скатерти, а меня усердно бил по спине Гокудера-кун. Правда, он явно перестарался, и в итоге меня пришлось буквально откачивать. Когда же все стали спрашивать у меня, что случилось, я просто отнекивался, а в голове строил мысли, как бы лучше убить этого гада. Причем специально придумывал красочно, представляя все орудия для пыток, которые мог вспомнить. Он у меня за все заплатит! Кстати… -А кто ты? - Я пустышка Неба Прозвенели огромные напольные часы, отмеряя время. Пятого июля 20** года, ровно в 4 часа дня я узнал, что мой личный кошмар, оказывается, только начинается…