Ma chouchoute

Первые три урока прошли на удивление быстро. Очевидно, наслышанные про ночные приключения подростков учителя не стали сильно на них давить. Некоторые особо чувствительные педагоги откровенно разрешили детям отдохнуть, чему ученики были очень рады. Маринетт сидела в кафе, положив голову на скрещенные на столе руки. Она изо всех сил старалась не уснуть, и поэтому пыталась по возможности держать глаза открытыми. Алья вместе с Нино во время большого перерыва сбежали в городскую библиотеку, оставив Маринетт вместе с Натаниэлем, чему последний был несказанно рад. Вот уже несколько дней подряд друг ныл, что Маринетт совсем перестала с ним общаться «из-за этой непутевой Сезер». — Смотри, что я принёс! Маринетт подняла голову со столика и с трудом разлепила глаза. Перед ней стоял Натаниэль. В руках парень держал тарелку, на которой возвышалась гора булочек, а локтем умудрялся прижимать к себе стакан кофе. — Я подумал, что кофе тебе не помешает, — смущённо сказал он, опуская перед подругой булочки и ставя рядом донесенный в целости и сохранности стакан. — Спасибо! — искренне поблагодарила друга девушка. Сегодняшней ночью ей предстоит первый совместный патруль с Нуаром. А это значит, что сегодняшней ночью придется патрулировать весь город целиком. А это, в свою очередь, значит, что ей нужно чувствовать себя бодрой и отдохнувшей. Маринетт думала, что хорошо было бы поспать. Но впереди еще три урока. Вздохнув, девушка отогнала от себя мысли о ночной вылазке. В конце концов, об этом и о многом другом можно подумать позже. Сейчас она была голодна. Глазами Маринетт уже поедала булочки, решая, с какой начать. Выбрав круассан с шоколадом, девушка впилась в него зубами и с наслаждением зажмурилась. Натаниэль просиял. Опустившись рядом с подругой на стул, он оперся локтями о столик и счастливо посмотрел на Маринетт. В его взгляде было столько радости и удовлетворения, что казалось, он уже достиг всего, о чем мечтал, и теперь находится на седьмом небе. — Ты можешь не смотреть на меня так?.. — смущённо попросила Маринетт, наткнувшись на взгляд друга и прекратив есть. Натаниэль покраснел и спешно отвел взгляд. — Э-э-э… Прости. Маринетт улыбнулась и потянулась за второй булочкой. Натаниэль достал свой блокнот. Аккуратно расправив загнувшийся уголок странички, парень выудил из нагрудного кармашка свой карандаш и принялся рисовать. День выдался необычайно ясным. Солнце пекло, как летом. Трава в палисаднике пожелтела, зато густая крона деревьев была насыщенного зелёного цвета. Подростки сидели за столиком в летнем кафе, которое располагалось совсем недалеко от школы. В помещениях было душно, да к тому же в школьной столовой толпилось полшколы. И Натаниэль притащил Маринетт сюда, сказав, что покажет ей самое красивое место в округе. Девушке здесь действительно понравилось. К тому же в кафе продавали вкусную выпечку, очень напоминающую ей булочки отца. Когда она вгрызалась зубами в хрустящую корку хлеба, ей казалось, что все по-прежнему: отец жив, и нет никакой пугающей Тени. Дети играли в футбол на площадке школы. До Маринетт и Натаниэля доносились их весёлый смех и громкие крики. Но вот к этому шуму присоединился еще один звук, заставив Маринетт вздрогнуть. Девушка поставила на столик кофе и оглянулась. — Посмотрите! Воспитанный мальчик подкармливает малышку Маринетт! Этот визгливый голос не мог принадлежать никому иному, кроме как Хлое. Блондинка сняла шлем и слезла с мотоцикла, поцеловав в щеку рослого парня, который привёз её в школу. — Явилась, — недовольно констатировал Натаниэль, проводив взглядом Хлою, закинувшую за плечо свою сумку. Девушка, послав парню-мотоциклисту напоследок воздушный поцелуй, пошла ко входу в школу. Маринетт не могла оторвать взгляд от мотоцикла. В памяти рождался образ высокого и широкоплечего парня и худенькой девушки, визг шин и последовавший за ним испуганный крик. Визг шин, испуганный вскрик и звук тяжелого падающего тела. Огни фар мечутся в темноте, вылавливая среди мрака отдельные детали: пролитое молоко на асфальте среди стекол разбитой тары, а рядом кровь. Красное и белое. Белое и красное… «Уходим! Быстро!» — пронесся в ее голове испуганный визг, и Маринетт пришлось встряхнуть головой, чтобы отогнать видение. «Сабрина, мы уходим…» «Уходим! Быстро!» — Не-е-ет… — Маринетт выдохнула и кинула косой взгляд в сторону Хлои. Блондинка, остановившись у входа в школу, смотрелась в свое маленькое зеркальце и подкрашивала губы. Кровь на асфальте и позолоченное зеркало. «Нет, это несовместимо, — подумала Маринетт, неотрывно глядя в сторону девушки. — Это была не она.» Но кровь и молоко тоже несовместимо. А четкая картинка уже снова всплывает в памяти. Кофе полетел вниз. Маринетт, вскочив с места, даже не заметила, что столкнула локтем напиток, который, ударившись о землю, расплылся тёмной лужей. Её глаза, не отрываясь, смотрели на мигающий голубой вспышкой брелок, прикрепленный к зеркалу заднего вида на мотоцикле. Это были они!

***

Во второй раз в жизни Маринетт пожалела, что судьба наделила ее суперспособностями. Она не смогла уберечь от беды отца, но зато спасла ту, которая была причиной его гибели. После аварии Маринетт уже пыталась уничтожить серьги. Девушка бросала свой талисман на тротуар, кидала его в Сену и даже отдавала своей соседке — маленькой девочке, которая жила в соседнем доме. Но волшебная вещь неизменно появлялась в ее комнате. Тогда Маринетт положила серьги в шкатулку и спрятала под кроватью. Ей казалось, что, если она не будет их носить, то скоро все забудет и снова станет жить прежней жизнью, как жила до того момента, пока не спасла выпавшего из окна ребенка. А потом появилась Тень. И Маринетт снова стала Леди Баг. Но теперь, после того, как девушка узнала, что именно Хлоя с тем парнем были виноваты в аварии, желание бороться пропало. Маринетт опустила руки. Она решила, что теперь никто в мире не услышит больше про нее. До вчерашнего вечера ей удавалось сохранять свой секрет от посторонних глаз. Единственным, кто знал о существовании Леди Баг, был Нуар. Но он и сам предпочитал сохранять своё существование в тайне. Парень был единственным, с кем Маринетт могла поговорить обо всем, что её беспокоило. Например, она могла у него спросить, как ему удаётся совмещать две жизни, скрывая ото всех свою вторую сущность. К тому же Нуар был тем человеком, который не знал Маринетт лично, и которого не знала она сама. Для них были только Кот Нуар и Леди Баг. Маринетт могла только догадываться, что за парень скрывается под обличием ее напарника. А еще Нуар был такой же, как она — обладатель волшебного талисмана. И это их сближало. И это их отталкивало.

***

Маринетт неслась по школьному коридору, спотыкаясь и расталкивая школьников локтями. Дыхание сбилось, и в горле першило. Распахнув дверь класса, девушка быстрым взглядом окинула помещение. Отыскав глазами Хлою, подошла прямо к ней и влепила девушке звонкую пощёчину. Хлоя несколько секунд стояла, схватившись за щеку, и с приоткрытым ртом смотрела на Маринетт. А потом неистово завизжала: — Да как ты посмела меня ударить?! И…и… Да ты из лицея вылетишь! Тебя мой папа выкинет отсюда!.. — Да пошла ты к черту! — прошипела Маринетт, наступая на блондинку. Она вспомнила, как сбившие их с отцом парень и девушка уехали, даже не позаботившись о том, чтобы вызвать «скорую», и ярость зашевелилась в ней еще ощутимее. Хлоя осторожно пятилась назад, а, когда уперлась спиной в стену, испуганно закричала: — Уберите от меня эту сумасшедшую! Адриан! А-адриа-ан!!! Маринетт почувствовала, как чьи-то крепкие руки сжали её плечи. Почти заскрипев зубами от обиды, девушка сплюнула на пол рядом с Хлоей и процедила сквозь зубы: — Лучше бы ты вчера разбилась! Ненависть застлала разум Маринетт, и девушка не заметила, как Хлоя оказалась рядом. Подлетев к обидчице, блондинка своими длинными ногтями впилась Маринетт в горло. Нино схватил Маринетт поперёк талии и оттащил ее от разъярённой блондинки. — Адриан! Держи свою стерву! Агрест возник будто из ниоткуда. Расфокусированным взглядом скользнув по Хлое, он удивлённо приподнял брови и сказал: — Минутку… Э-э-э… Маринетт ведь первая начала… — Сейчас не время выяснять, кто начал первым! — не своим голосом заорал Нино, показывая на Хлою. — Держи её!!! Дочь мэра, выскользнув из рук Адриана, щучкой прыгнула на Маринетт. Нино оттолкнул девушку, и ногти Хлои проехались по его щеке. — Ну все, — хмуро произнёс парень. — Адриан, не спи! Свяжи уже наконец ей руки! — Чем? — потерянно поинтересовался Адриан, отчужденно косясь на дерущихся. Нино тихо зарычал. — Что хочешь делай, но она сейчас опять на меня прыгнет!.. Адриан, решив, что пора действовать, крепко сжал предплечье агрессивной девушки. — Ты видел, как она меня ударила? — показывая пальцем на притихшую Маринетт, пожаловалась она парню. — Я же говорила, что рано или поздно она станет опасной для общества… Ненормальная… — Опасная для общества здесь только ты! — выглянув из-за спины Нино, выкрикнула Маринетт, прежде чем в неё полетел чей-то пенал. — Не смей говорить такое про Хлою! — пропищала Сабрина. Она, словно тень, уже была рядом с подругой и теперь гладила блондинку по спине. Класс разделился на два лагеря. Маринетт и не заметила, как все столпились вокруг них. Рядом с ней стояли Нино с Альей, которая зачем-то снимала происходящее на видео, и ещё какая-то девушка-эмо с длинными фиолетовыми волосами. Остальные сгрудились позади Хлои. — Зачем ты все это снимаешь? — раздраженно спросил у Альи Нино, приподняв в недоумении одну бровь. — Эм…сама не знаю. Привычка, прости… Алья поспешно убрала телефон в карман. — Ты должна извиниться перед Хлоей, Маринетт… — услышала девушка спокойный голос Адриана. Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом. — Извиниться? Мне перед ней?.. Адриан промолчал. Его внимательные глаза следили за изменениями, происходящими на лице Маринетт. — Неужели это все из-за вчерашнего?.. Маринетт вспыхнула. — Да расскажите уже, что было вчера! — нетерпеливо прошептала Алья, с любопытством глядя то на подругу, то на Агреста. — Алья! Ты что, серьёзно не понимаешь, что сейчас не самое подходящее время?.. — удивился Нино. — Нет, — стараясь вновь не сорваться и не кинуться на Хлою, произнесла Маринетт. Ее голос был неровным, и от этого стало еще обиднее. — Это не из-за вчерашнего. Она показала рукой на Хлою и добавила: — Я думаю, она и её друг-мотоциклист поймут, о чем я… — А-адриан! — испуганно вскрикнув, перебила девушку Хлоя. — Ты посмотри на неё! Она же несет сплошную чушь! А-адриан, она сдвинутая… — Маринетт, ты не права, — упрямо повторил Адрин. — Всегда есть мирный путь для решения любой проблемы… — Пусть она извинится! — капризно поджала губы Хлоя. — И, может быть, папа разрешит ей остаться в этой школе… У Маринетт задрожали губы. Ей хотелось либо рассказать всем про то, как поступила Хлоя, либо без лишних слов придушить её. Но вместо этого она оттолкнула от себя Нино и выбежала из класса. — Конченная! — крикнула ей вслед Хлоя и достала из сумочки карманное зеркальце. — И правда ненормальная, — с уважением протянула девушка-эмо, восхищенно глядя на то место, где только что стояла Маринетт. Алья схватила со стола свою сумку и кинулась вдогонку за подругой. Столкнувшись в дверях с учительницей, она быстро сказала: — Я… Э-э-э… Маринетт домой провожу, она нехорошо себя чувствует… И, оставив недоуменную женщину позади себя, побежала вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. — Маринетт! Выскочив на улицу, Алья быстро огляделась по сторонам. — Что с ней? — к девушке уже направлялся взволнованный Натаниэль. В одной руке он нес свою сумку, во второй — рюкзак подруги. — Она… Фух, не знаю… Алья облакотилась ладонями о колени и опустила голову, пытаясь отдышаться. — А куда она побежала? — готовясь к новому забегу, спросила она у парня. — Туда. Натаниэль указал в сторону парка. — Я с тобой пойду, — решительно добавил он, с тревогой глядя в глаза Алье. — Мне нужно увидеть Маринетт. Она, когда того мотоциклиста увидела, стала сама не своя… Он её обидел? — Не знаю… Фух… Дай отдышаться, — Алья оперлась о стену и перевела дыхание. Спорт всегда был ее слабой стороной, да к тому же Маринетт была легче и быстрее ее. — Нет, красавчик, — выровняв дыхание, отрезала Алья. Она рассудила, что Маринетт сейчас совсем не хочется говорить о том, что случилось. — В другой раз поговоришь со своей милой. Дай я сама разберусь… — Но почему ты? — Девушка девушку понимает лучше, — назидательно подняв палец вверх, заявила Алья. — К тому же я её подруга. — А я её друг, — произнёс Натаниэль, глядя в спину убегающей девушке, и вздохнул. — Ну, я на это надеюсь. Натаниэль тоскливо проводил взглядом Алью. И лишь когда она исчезла за поворотом, он снова вздохнул и вернулся в школу, прекрасно понимая, что теперь уже никакие теоремы не вытеснят Маринетт из его головы, пока он не убедится, что с подругой все в порядке.

***

Алья нашла подругу неподалёку от сквера. Маринетт сидела на скамейке, обхватив руками колени, прижатые к груди. — Ну наконец-то, — вздохнула с облегчением Алья, присаживаясь рядом с подругой. Маринетт стрельнула глазами в ее сторону, но ничего не сказала. — Геомагнитные волны? — понизив голос, спросила Алья и понимающе улыбнулась. — Голова болит?.. — Ничего у меня не болит, — огрызнулась Маринетт и отвернулась от подруги. Алья вздохнула. — Знаешь, — после непродолжительного молчания произнесла она. — Я тебя сегодня по-настоящему зауважала. Ты всем показала, что Хлое можно и нужно давать отпор. Но… Всё-таки мне кажется, что тебе не стоило так кардинально… Э-э-э… Бить её тебе, в общем, не стоило. — Есть за что, — просипела в ответ девушка, не глядя на Алью. — Маринетт, — Алья положила свою ладонь на ладонь подруги и слегка её сжала. — Просто знай, что, если у тебя будут проблемы, я тебе помогу. И если что, я вступлюсь за тебя даже перед директором. Я уверена, так же поступит и Нино, и Натаниэль… И так будет всегда. Не знаю, как было раньше, но теперь у тебя есть я. Я всегда буду рядом. Маринетт подняла влажные от слез глаза и посмотрела на девушку. — Я… С-спасибо. Алья улыбнулась и, придвинувшись ближе к Маринетт, обняла её за плечи. А потом… Маринетт не хотела об этом говорить. Еще никому она не рассказывала о том, что случилось. Слова сами слетели с губ, и девушка рассказала подруге все: о том, как они с отцом возвращались из магазина накануне ее дня рождения, о том, как прямо на них с пьяными криками неслись парень и девушка на огромном мотоцикле, о том, как она почувствовала сильный запах анальгетиков и встретила свой семнадцатый день рождения сначала в больнице с фрагментарным разрывом мениска, а потом на похоронах отца. Когда она закончила, Алья долго молчала. А потом спросила: — Ты уверена, что это была именно Хлоя? Маринетт задумалась. Она до сих пор не могла ответить себе на этот вопрос. Ведь у половины Парижа может быть такой же мотоцикл, к тому же девушка и не запомнила толком ничего. В памяти остались лишь обрывки фраз, отдельные вспышки цветных пятен и смутные силуэты. А голос… — Я не знаю, — сокрушенно покачав головой, призналась она. Алья погладила подругу по спине. — Ничего. Пусть только попробует тебя обидеть… Я ей такое устрою! Пока еще не знаю что, но когда придумаю, скажу. Маринетт улыбнулась. Подруга, как всегда, была настроена позитивно. — А этот Агрест за неё как вступился, помнишь? — задыхалась от возмущения Алья. — «Маринетт, ты не права-а…», «Ты должна извиниться перед Хло-оей…» Тьфу. Алья передразнила голос Адриана и досадливо рассекла ребром ладони воздух. — Угу, — Маринетт вспомнила Адрина и помрачнела. Агрест не понравился девушке еще при первой их встрече. А теперь и вовсе при одном лишь упоминании о нем у неё появлялись такие же негативные эмоции, как при виде Хлои. — Не обращай на них внимания, — заметив, что подруга вновь поникла, поспешила утешить Маринетт Алья. — Таких людей много на свете. Если из-за каждого плакать, никаких нервов не хватит… — Как думаешь, меня выгонят из школы?.. Только теперь, когда злость утихла, Маринетт поняла, что её поступок был верхом неразумности. Кинуться драться, даже толком не разобравшись во всем, а потом убежать, как последняя трусиха… Нет, Маринетт не могла поверить, что это о ней. — Не думай сейчас об этом. Все разрешится, вот увидишь… И, кстати, потом позвони своему рыжику, — посоветовала Алья. — Он о тебе очень переживает. За всю мою жизнь обо мне никто так не волновался, как он волнуется за тебя. Маринетт вспомнила, как сбежала, бросив Натаниэля в том кафе, и покраснела. — Да, ты права… Я позвоню ему. Маринетт высвободилась из объятий подруги и тыльной стороной ладони вытерла слёзы. Подняла глаза и онемела от удивления. Вдали, на одной из крыш, сидел Нуар.