Дар

POV Даниил       Неделя выдалась какой-то тяжелой. Может, дело в осеннем авитаминозе, а может, в том, что весь десятый класс я убивал все свое время на игры, гуляние и просто ничегонеделанье, и сейчас решил взяться за ум и наверстать упущенное. Как бы то ни было, учебный год только начался, а я уже вымотался.       С Максимом мы стали проводить все меньше времени, потому что его у меня просто не было. Стоило нам пойти погулять после школы, и я выбивался из колеи и переставал вообще хоть что-то успевать. Приходилось довольствоваться только общением на переменах в школе, переписками и разговорами по пути в школу и из нее.       Но мне все-таки воздалось за мои старания в плане учебы. Родители на неделю уехали к родственникам в другой город, и я остался дома один. Сегодня уже суббота, и мы с Максимом решили, что все выходные проведем у меня, занимаясь всякой херней и просто отдыхая. В конце концов, я заслужил.       Я досиживал последний, пятый, урок, то и дело поглядывая на часы, потому что мой мозг уже отключился и был не в силах впитывать информацию о том, как делить многочлен столбиком. Раздался долгожданный звонок, я скинул вещи в сумку и вылетел из класса по направлению к гардеробу.       У Максима было всего три урока, и он уже давно пришел домой. Я вышел из здания школы, позвонил ему и сказал, чтобы через десять минут подходил ко мне. Сам я зашел в магазин за попкорном, чипсами, колой и прочей вредной едой, без которой не обходятся ни одни наши с Максом посиделки.       Подходя к дому, я увидел недовольного, переминающегося с ноги на ногу Максима и понял, что без его нытья по поводу моей медлительности не обойтись. — Ну и зачем было мне звонить, если ты шляешься не пойми где? — Просто в магазине очередь была, — ответил я, открыл домофонную дверь ключом и пропустил вперед нахмуренного Максима. — В следующий раз сам за мной заходить будешь. — Можно подумать, я тебя ниоткуда не жду. Хватит уже, не порть вечер. — Ладно, — надулся Максим, — чем займемся-то? — Ну, у меня есть пара фильмов, есть «Фифа», «Мортал комбат», «UFC», а еще пакет еды и много кофе. Мы же не спим сегодня? — Конечно, — улыбнулся Макс, и мы зашли в лифт.       Войдя в квартиру, я первым делом понес сумку в комнату, а Максим направился к моему холодильнику, к чему я, в принципе, давно привык. — Во что играть будем? — крикнул я ему из гостиной, перебирая диски. — Выбери сам, — раздался голос с кухни, — а у тебя колбаса нормальная? — Нет, я прячу нормальную под кроватью, а ту храню для тебя. — Очень смешно, — заходя и в комнату и откусывая кусок колбасы прямо от палки, ответил Максим, — ну, в че играть будем? — В «Мортал Комбат». — Ок, только недолго, а то он быстро надоедает, — сказал Макс, устраиваясь на полу поудобнее и кладя палку колбасы прямо на журнальный столик.       Играли мы, наверное, часа три, постепенно опустошая наши запасы, и, лишь когда они закончились, мы заметили, что играем, вообще-то, уже долго и за окнами начало темнеть. — Сколько времени? — поинтересовался Максим, откладывая джойстик и плюхаясь спиной на ковер. — Полшестого. Ты есть не хочешь? — Ну, так, немного. А есть предложения? — Можем заказать пиццу. — Давай. И, может, хватит уже играть? Какие у тебя там фильмы были? — Сейчас, — я позвонил в доставку и заказал два круга пиццы, а потом сел на диван с ноутбуком и начал зачитывать Максиму названия своих любимых фильмов. Мне всегда нравилось смотреть фильмы, которые я уже видел, с кем-то, кто смотрит их в первый раз, — про Бенджамина Баттона смотрел? — Смотрел. — «Зеленую милю»? — Тоже. — «Гарри Поттера»? — Ага. — Все части? — И не по разу. — «Крестный отец»? — Смотрел. — «Один плюс один»? — Неа. Все советовали, да все никак не доводилось. — Ну вот, довелось, — я поставил ноутбук на столик перед диваном и включил фильм.       Спустя минут сорок в домофон позвонил курьер, я поставил фильм на паузу, забрал пиццу, вернулся, поставил коробку между нами и уже собирался снова включить фильм, но Макс меня остановил: — Дань… давай поговорим. — Давай фильм досмотрим, — ответил я и потянулся к ноутбуку. — Нет. Меня пугает, что ты такой спокойный в последнее время. Ты так переживал насчет нее, а сейчас вдруг резко забил. Это же не затишье перед бурей? Ты же не натворишь глупостей?.. снова. — Со мной все нормально, Макс, я просто смирился, — ответил я и включил фильм.       Через час он закончился, как и первый круг пиццы, и мы стали думать, чем занять себя теперь. Устав от игр и не найдя больше интересных фильмов, мы пошли гулять. На улице было уже темно, и людей было довольно мало.       Мы вышли во двор моего дома и ощутили по-настоящему осеннюю прохладу, не такую щадящую, как еще пару недель назад. В воздухе пахло ночной пустотой и дождем — неописуемый запах, но такой характерный для осенней ночи. Темнота не давила на землю, а приятно рассеивалась по ее поверхности, приглушаемая во дворе и вдоль дороги, ведущей к парку, желтым светом фонарей, который, казалось, не только светил, но и грел. — В парк пойдем? — спросил Макс, сам уже поворачивая в его сторону. — Ну пошли.       Шли мы молча, полной грудью вдыхая осеннюю прохладу, иногда пиная камушки, попадающиеся на пути. Вроде было и холодно, и пальцы начинали коченеть, но домой возвращаться не хотелось, а еще меньше хотелось что-то говорить. Мы сели на нашу любимую скамейку под высокой березой. Вокруг нас столпились голуби, видимо, надеясь, что им перепадет что-то съестное, и поняв, что у нас ничего нет, начали беспорядочно сновать возле скамейки. Макс вздохнул и, нарушив тишину, сказал: — Дань… я хочу тебе кое-что рассказать. — Давай, в чем проблема? — Это слишком странно… Я хочу рассказать, но пока не буду. — Тогда зачем ты мне это говоришь? — Чтобы знать, что когда-нибудь все-таки расскажу. Мне сложно хранить это все в себе. — Ладно. Это связано с тем, почему ты так против соревнований по волейболу? — Да, именно поэтому и собираюсь сказать. Чтобы ты понимал, что на это есть причина. — Ну, а я тогда тоже расскажу тебе свой секрет. Потом. — Договорились, — мы помолчали, — слушай, а у тебя крыша еще открыта? — Ну, вроде да. Пойдем туда? — Ага.       Мы оставили свое излюбленное место и побрели назад, в сторону дома. Ночь уже полностью окутала землю, окончательно стемнело, а на небе появились звезды. Зайдя в теплый подъезд и вызвав лифт, я почувствовал, что мною начинает овладевать усталость и веки начинают тяжелеть. — Придем — выпьем кофе, — вслух решил я, и Макс сразу согласно кивнул. Видимо, он тоже устал.       Мы поднялись на девятый этаж, а оттуда, через дыру в решетчатой двери, — прямиком на крышу. Макс устроился на краю крыши, игриво свесив ноги вниз, а я сел рядом, засунув замерзшие руки карманы. Я стал разглядывать звезды, не различая ни одной, кроме самой большой, не помню, как она называется. Когда-то я назвал ее Полярной, а Макс сказал, что Полярная — не самая яркая, и это всего лишь миф. — Смотри, — чуть слышно сказал Макс, — в школе еще свет горит. Интересно, кто там сидит в девять вечера? — Не знаю, — машинально ответил я. Мы снова помолчали. — Скоро уйдешь из школы. Больше не вернешься туда, — сказал Максим, глядя в сторону горящего на третьем этаже окошка, — готов?  — Нет, — честно ответил я, — не представляю, что дальше буду делать. — Будешь жить по-взрослому, заведешь новых друзей. Взрослых. Все будет по-другому. — Не будет. Могу тебе пообещать, что через год мы с тобой будем сидеть на этом же месте, только уже я буду спрашивать, готов ли ты уйти из школы. Больше ничего не изменится.       Макс помолчал, но я знал, что он улыбается. — А ты готов к тому, что тебе вот-вот стукнет семнадцать? — прервал тишину я. — А чего мне готовиться-то? Взрослее за один день я не стану. Не хочу взрослеть, совсем, — сказал Макс, по-детски болтая ногами. Мне и таким хорошо. Если бы можно было остановить время на любом моменте, я бы выбрал сейчас. Никаких проблем, никакой учебы, экзаменов, семьи. — Ага, только, сука, холодно, — меня уже начинало потряхивать от холода, — пойдем домой? — Пойдем, — ответил Макс и поднялся.       Мы вернулись, и я сразу поставил чайник и достал из шкафа два пледа, кинув один Максу. — Давай видосы на ютубе посмотрим? — предложил он. — Давай. Смешное что-нибудь. — Окей.       Я заварил кофе и, когда вошел в комнату, увидел, что Макс уже ржет над какими-то тупыми пранками, и, когда я спросил его, что в этом смешного, он начал ржать еще больше. Не прошло и минуты, как я уже смеялся над этими тупыми пранками вместе с Максом, причем самым смешным было не содержание видео, а реакция на него Максима — этот смех над бессмысленными приколами просто бесценен.       Послышалось три сильных удара в стену. — Бля, Макс, давай потише, соседям мешаем. Знаешь же, какая здесь звукоизоляция.  — Да мне похуй! — нарочито громко выкрикнул Максим, который ужасно не любил, когда его просят вести себя не так, как ему хотелось бы.       Снова послышался стук. — Да он заебал, — раздраженно выпалил Макс и включил на ноутбуке музыку. На всю громкость, конечно.       Разумеется, мне не хотелось никаких разборок и уж тем более, чтобы кто-то, не дай бог, вызвал полицию. Но спорить с Максимом, у которого уже зажегся огонек хулиганства в глазах, было бесполезно. В стену снова постучали, на что он только довольно улыбнулся. Стуки прекратились, и я попросил Макса выключить раздражающую музыку, мол, молодец, ты победил, но внезапно постучали в дверь. Стало страшно. — Блять, выключай уже, — нервно крикнул я на Максима, и он, по-видимому, тоже испугавшись, выключил музыку. Но в дверь постучали снова. — И что делать? — тихо спросил Макс. — Теперь уже ничего, сиди тихо, и он уйдет, — я правда на это надеялся. — Откройте, блять! — раздался крик за дверью, у меня бы сердце в пятки ушло, если бы голос не показался мне знакомым. Я встал и направился к двери. — Дань, ты че, не открывай, — не на шутку испугался Макс. — А что мне остается, скажу, что это ты, — на полном серьезе ответил я, выходя в коридор, и открыл дверь. На пороге стоял разъяренный Руслан, лицо которого вмиг приняло удивленное выражение. — Так ты что ли мой сосед? — спросил я его, не понимая, как за две недели мы ни разу не пересеклись. — Ну, получается, что да, — все еще недоумевая, ответил Руслан и, как бы приветствуя, кивнул появившемуся в коридоре Максиму, — вы че тут устроили-то? — Да мы вообще-то не планировали шуметь, — честно ответил я, — хотели просто посидеть. Хочешь с нами? — Можно, — подумав, ответил Руслан, — подождите только, — он исчез в квартире напротив, я обернулся на Макса, недоверчиво проводившего его глазами и вопросительно взглянувшего на меня. — Да нормально все будет, — заверил я его, — я же тебе говорил, он хороший парень.       Руслан вернулся, победно держа в руках бутылку виски: — Никому же завтра никуда не идти? — Неа, — ответил я, жестом приглашая его войти, и, закрыв за ним дверь, ушел на кухню за бокалами, а Макс и Руслан вошли в гостиную.        Признаться честно, не хотелось оставлять их наедине, зная прямолинейность и бестактность Максима. К счастью, нужная посуда оказалась под рукой, я подхватил ее и вернулся к парням. Макс сидел за ноутбуком, выбирая музыку, а Руслан молча наблюдал за этим. — Как тебе в новом доме? — заполнил я неловкую тишину. — Нормально, — улыбнулся Руслан, — только звукоизоляция плохая.       Стало неловко, и я с укором посмотрел на Макса. — Да кто ж знал-то? — покраснев, ответил он и, видимо, решив перевести тему, обратился к Руслану, — а тебя родители искать не будут? — Так я один живу, — ответил он и, помолчав, добавил, — родители в другом городе.       Я подумал, что, возможно, Руслан не хочет об этом говорить, и предложил выпить, чтобы прервать этот разговор. — Просто так пить неинтересно, — сказал Макс, и я понял, что добром это не кончится, — давайте так. Будем по очереди задавать вопросы, а кто не хочет или стесняется отвечать, делает глоток. — Макс, что за детский сад? — пытаясь утихомирить его пыл, спросил я. — Да почему? Вроде интересно, — улыбнулся Руслан, — заодно и познакомимся. — Вот и отлично, — разливая виски по бокалам, улыбнулся в ответ Макс, и по этой улыбке я понял, что он точно что-то задумал, — можете задавать мне первому. — Ладно, — как будто бросая ему вызов, ответил Руслан и, подумав, спросил, — скрываешь что-нибудь от своего лучшего друга? — Да, — спокойно ответил Максим, довольный попавшимся вопросом, ведь после сегодняшнего разговора я и так знал, что он что-то скрывает. — Окей, давайте мне, — попросил Руслан. — Я задам, — вызвался Макс. Кажется, я тут лишний, — почему перевелся к нам посреди учебного года?       Руслан задумался и, опустив глаза в бокал, сделал глоток. Потом как ни в чем не бывало обратился ко мне: — Даня, назови событие из жизни, которое ты никогда не забудешь.       Я выдохнул, отгоняя ненужные мысли, и сделал глоток. — Максим, — видимо, имея целый запас каверзных вопросов, начал Руслан, — что ты обо мне думаешь? Только честно. Ну, или пей.       Макс ухмыльнулся и сделал глоток. Потом снова обратился к Руслану: — Почему переехал без родителей?       Руслан пожал плечами и сделал глоток, а затем обратился ко мне: — Данил, о чем ты больше всего жалеешь?       Поймав на себе сочувственный взгляд Макса, я сделал глоток. — Теперь я его спрашивать буду, — заявил Максим, на что Руслан утвердительно кивнул.       Так просидели около часа, пока не опустошили бутылку. Руслан и Максим продолжали пытаться загонять друг друга в тупик и радоваться, когда у другого это не получалось. Но чаще всего получалось у Максима, который то и дело задавал Руслану вопросы о прежней жизни, о которой тот, судя по всему, разглашаться не собирался. Я тоже выпил достаточно, потому что Макс знал, о чем нужно спрашивать, чтобы мне было неловко отвечать. По типу «В какую учительницу ты был влюблен в шестом классе?» или «Что ты сделал на спор на вписке в прошлом году?». Ответы на эти вопросы он, конечно же, знал, но прекрасно понимал, что оглашать это при Руслане я не стану.       Когда виски закончился, я вышел в туалет, оставив парней наедине, но потом, забыв про них, пошел перекусить на кухню, обнаружил, что холодильник был практически пуст, поставил чайник и сел ждать, пока он закипит. Я вдруг вспомнил, что у нас в гостиной оставалась пицца, и пошел за ней. Зайдя в комнату, я вспомнил, что оставил тут и Макса с Русланом, которые уже мирно спали по разным сторонам дивана. Вот я и остался один.       Я взял коробку с пиццей и вернулся на кухню, где уже закипал чайник. Я почувствовал, что ни то от выпитого алкоголя, ни то от включенного на днях отопления, а, может, и от всего сразу, стало ужасно душно. Я открыл окно, и мне в лицо мгновенно дунул холодный ветер, от которого даже тяжело было вдохнуть. Но щеки по-прежнему пылали, и возвращаться в душную квартиру совсем не хотелось, поэтому я быстро заварил себе чай, взял кружку и сел на подоконник, к счастью, достаточно широкий.       Второе, неоткрытое стекло, возле которого я держал кружку, стало запотевать от горячего пара. На небе я увидел все ту же неизменно сияющую самую яркую звезду (вспомнил, — Сириус) и, непонятно зачем, начал размышлять: она такая яркая, потому что большая или потому что близко к нам?       Я услышал звук открывающейся двери гостиной; в дверном проеме показался Максим. Он, видимо, плохо соображая спросонья, подбежал ко мне, и дернул за руку так, что я чуть не упал с подоконника. Кружка выпала из моей руки и ее содержимое вылилось на пол. — Макс, твою мать, ты че делаешь?       Максим, судя по испуганному выражению лица, начал приходить в себя. — Бля, Дань, прости. Я просто испугался. Захожу, а ты сидишь на открытом окне. Я просто помню, как ты… — Да ничего со мной не случится! — не выдержал я, — ничего! Даже если захочу. — В смысле? Ты о чем это? — Забей, пошли спать.       Макс непонимающе кивнул и пошел в гостиную, а я остался вытирать с пола чай и проклинать себя за то, что не умею держать язык за зубами. Надеюсь, завтра Макс об этом не вспомнит.